Раскол территории

Глава 11. Раскол территории

Они спускались с гор в полной тишине. Никто не говорил. Хо-сок не ныл, Юна не шутила, Соль-хви молчал. Только камни шуршали под ногами, да ветер свистел в расщелинах — жалобно, как брошенный пёс. Соль-хви шёл первым. Кровь Маски внутри ещё не успокоилась — пульсировала, разогревала вены. Сердце билось чаще обычного.

Интеграция крови: 31%

Голограмма высветилась на секунду и погасла.

— Ты чего такой напряжённый? — спросил Хо-сок, поравнявшись.

— Не знаю, — ответил Соль-хви. — Чувствую что-то.

— Демонов?

— Нет. Другое.

Он не мог объяснить. Просто в воздухе появился новый запах — сладкий, приторный, как от старых бинтов, пропитанных сукровицей.

Юна тоже почувствовала. Она остановилась, принюхалась.

— Кровь, — сказала она. — Человеческая. Но не свежая.

— Сколько?

— Много. Очень много.

Хо-сок выругался сквозь зубы.

— Это не наши? — тихо спросил он.

— Не знаю, — ответила Юна. — Но я чую их. Под нами.

Они спустились ниже.

Лес встретил их молчанием — никаких птиц, никаких зверей. Даже ветер стих. Деревья стояли голые, чёрные, будто обожжённые. А потом они увидели первого. Он стоял на коленях у корня старой сосны. Человек — когда-то давно. Сейчас — тощее, облезлое тело, покрытое чёрными венами. Глаза мутные, красные. Изо рта капала жёлтая слюна.

— Охотник, — сказала Юна, указывая на обрывки формы. — Нашивка академии. Курс… четвёртый? Пятый?

— Он укушен, — сказал Хо-сок. — Давно. Противоядие не помогло.

— Тихо, — остановил их Соль-хви. — Он слышит. Мутировавший поднял голову. Глаза — человека и зверя одновременно — смотрели на них с голодом. Он не нападал. Пока.

— Помоги… — прохрипел он. — Лекарство…

— Поздно, — тихо сказала Юна. — Прости. Он закричал. Бросился. Неловко, неуклюже — но быстро. Гораздо быстрее, чем должен был двигаться умирающий человек. Хо-сок встретил его огнём. Один удар — и тело рухнуло в сухую траву, объятое пламенем.

— Тфу… — выдохнул Хо-сок. — Как же я устал это делать.

— Их больше, — сказал Соль-хви. Лес ожил. Из-за деревьев, из-под корней, из старых нор вылезали они. Десятки. Может, сотня. Когда-то люди. Когда-то охотники. Сейчас — голодные, облезлые твари с красными глазами и чёрными венами под кожей.

— Идиоты, — прошептал Хо-сок. — Почему их не добили? Почему не лечили?

— Не успели, — ответила Юна. — Или не захотели.

— Кто?

Соль-хви понял первым.

Он вспомнил Квока. Старого командира, который принял его доклад без лишних вопросов. Который смотрел на него поверх очков внимательным, цепким взглядом.

— Квок, — сказал он.

— Что?

— Командир Квок знал. Он отправил нас сюда, зная, что здесь.

Юна побледнела.

— Ты думаешь?..

— Это не случайность. Тринадцать демонов D+. Отрезанный от академии район. Никто не узнает.

Хо-сок выругался громко, на весь лес.

— Он хотел, чтобы мы умерли!

— Да, — спокойно сказал Соль-хви. — Чтобы нас съели. А взамен… я не знаю. Что-то получил.

— Его жена, — вдруг сказала Юна. — Я слышала разговоры. Демоны похитили её месяц назад. Говорят, Квок предлагал выкуп. Артефакты. Информацию.

— И они согласились, — закончил Соль-хви. — На условие. Свежее мясо. Они замолчали. Мутировавшие наступали. Медленно. Спокойно. Они не спешили — знали, что жертвы никуда не денутся.

— Что будем делать? — спросил Хо-сок. Им не нужна была магия, чтобы сражаться. Они ещё помнили, как держать меч. Как бить. Как убивать. Но Соль-хви не хотел их убивать. Потому что они не были демонами. Они были людьми. Теми, кто проиграл.

— Мы не можем их спасти, — сказала Юна. — Ты знаешь.

— Знаю.

— Тогда почему медлишь?

— Потому что если я начну, — ответил Соль-хви, — я не остановлюсь. Кровь Маски внутри запела. Он шагнул вперёд. Первый мутировавший бросился на него с обломком меча. Удар — Соль-хви ушёл в сторону. Перехватил запястье. Сломал.

Кость хрустнула. Тварь взвыла, но не отступила — вцепилась зубами в плечо. Боль была резкой, горячей. Соль-хви не закричал. Ударил второй рукой — в челюсть. Третий удар — в грудь. Четвёртый — в голову. Тело рухнуло.

— Один, — сказал он.

— Их слишком много! — крикнул Хо-сок, отстреливаясь огнём. Юна работала мечами — лёд покрывал лезвия, каждое движение замораживало двоих-троих сразу. Но они ломали лёд. Вставали. Шли снова.

— Квок, сволочь! — заорал Хо-сок. — Я его своими руками!..

— Потом! — перебил Соль-хви. Кровь Маски выплеснулась наружу. Глаза загорелись алым. Он рванул в толпу. Руки работали. Ноги работали. Он не думал — просто бил. В головы, в груди, в шеи. Хрустели кости, летели осколки зубов, разлетались брызги чёрной, заражённой крови.

Пять. Десять. Пятнадцать.

— Соль-хви! — крикнула Юна. — Остановись! Он не слышал. Не мог слышать. Кровь Маски пела громче. Она хотела этого. Одиночного боя. Бесконечной резни.

— Соль-хви! Он обернулся. Юна стояла в трёх метрах, держа мечи накрест. Её лицо было бледным — от страха. Не перед демонами. Перед ним.

— Ты меня боишься? — спросил он.

— Нет. Но ты должен остановиться.

Он посмотрел на свои руки. Они были в чёрной слизи. В крови. В чём-то ещё — густом, липком.

Мутировавшие отступили.

Они стояли в круге, не решаясь атаковать. Глаза — красные, мутные — смотрели на Соль-хви с чём-то похожим на страх.

— Что с тобой? — тихо спросил Хо-сок.

— Ничего, — ответил Соль-хви. — Просто… она поёт.

— Кто?

— Кровь. Они отбились. Мутировавшие разбежались — не поняли, что произошло. Остались только тела. Соль-хви сидел на камне, сжимая плечо. Укус был глубоким. Кровь сочилась между пальцев — алая, горячая.

— Дай посмотрю, — сказала Юна, опускаясь рядом.

— Не нужно.

— Нужно.

Она отодрала его руку. Посмотрела на рану.

— Она затягивается.

— Да.

— Как? Соль-хви не ответил. Юна сорвала полоску с рукава, перемотала плечо. Молча. Аккуратно. Потом встала.

— Ты пугаешь меня, Соль-хви, — сказала она. — Не потому, что ты сильный. А потому, что ты перестал себя контролировать.

— Я контролирую.

— Врёшь.

— Вру.

— И это меня пугает больше всего.

Хо-сок подошёл с флягой. Протянул.

— Пей.

— Я не…

— Пей, блин.

Соль-хви взял. Сделал глоток.

Вода была тёплой. Металлической. Как всегда.

— Квок, — сказал Хо-сок. — Когда вернёмся, я ему морду набью.

— Не набьёшь, — ответил Соль-хви.

— Почему?

— Потому что он старше. Сильнее. И у него есть жена, которую он пытается спасти.

— И что? Это оправдывает то, что он отправил нас на смерть?

— Не оправдывает. Но объясняет. Хо-сок хотел возразить. Потом закрыл рот. Только выругался снова — тихо, себе под нос. Юна смотрела на лес.

— Они вернутся, — сказала она. — Когда стемнеет.

— У нас есть два часа, — ответил Соль-хви. — До заката.

— И что мы будем делать?

— Готовиться.

Он встал. Поправил амулет на шее.

— Квок хотел, чтобы мы умерли. Мы не умрём. Но для этого нам придётся стать теми, кого он боится. Хо-сок усмехнулся.

— Звучит пафосно.

— Это и есть пафос.

— Ладно. Тогда за дело. Они начали готовиться к ночи.