Последний закат

Глава 91. Последний закат

Они остались в академии вдвоём — Соль-хви и Юна. Хо-сок уехал первым, на поезде, который уносился в горы, где его ждали маги огня и тренировки, способные сжечь даже память. Хи-сай уплыл на рассвете, когда туман ещё лежал на воде, и его корабль «Летучий» растворился в серой дымке, будто его и не было. До-хван заперся в библиотеке до самого вечера, перебирая книги, которые хотел взять с собой, и те, которые боялся оставить. Со-ри сидела в своей комнате, перебирала травы, заваривала отвары и прятала их в маленькие кожаные мешочки. К ночи академия опустела. Даже студенты разъехались на каникулы, и только инструкторы изредка появлялись в коридорах, проверяя, всё ли в порядке. Мастер Ли не выходил из кабинета. Архивариус Хван сидел в подземелье и перечитывал старые свитки. Академия замерла. Ждала.

Соль-хви не находил себе места. Он ходил по комнатам, залам, полигонам. Зашёл в столовую, где они ели рамен и спорили о том, что Хо-сок слишком много ест, а Юна слишком мало спит. Зашёл в библиотеку, где До-хван читал вслух заклинания, а Хи-сай закатывал глаза. Зашёл в лазарет, где Со-ри впервые сняла повязку и сказала: «Я вижу вас. Вы красивые». Зашёл в малую гостиную, где они праздновали победу над «Кровавым приливом» и пили чай, хотя никто не спал.

Везде были воспоминания. Везде были голоса. Везде была пустота. Он закрывал глаза и слышал, как Хо-сок жалуется на усталость, как Юна смеётся над его шутками, как Хи-сай рассказывает о море, как До-хван шелестит страницами, как Со-ри перебирает травы. Открывал глаза — и никого.

Юна нашла его на полигоне «Стекло». Он стоял в центре, смотрел на свои руки и сжимал кулаки. Чёрное стекло отражало серое небо. Ни облаков, ни птиц, ни ветра.

— Ты тренируешься? — спросила она, подходя ближе.

— Нет. Прощаюсь.

— С чем?

— С тем, кем я был.

Она встала рядом. Не обнимала, не успокаивала. Просто была.

— Ты боишься, что не вернёшься? — спросила она.

— Боюсь, что вернусь другим.

— Другим — это каким?

— Сильным. Холодным. Одиноким.

— Ты не будешь одиноким. Я буду рядом.

— В Фузияси — да. А потом?

— Потом мы вернёмся сюда. Все.

— А если не все?

— Тогда те, кто вернутся, будут помнить.

Она сказала это так спокойно, будто не сомневалась ни секунды. Соль-хви хотел сказать, что она ошибается, что память не спасает, что она только делает боль сильнее. Но не сказал. Потому что знал: она права.

— Пойдём на крышу, — сказал он. — Закат скоро.

Они поднялись на крышу. Сели на край, свесив ноги. Внизу, в городе Киото-ши, зажигались огни. Жёлтые, тёплые, как воспоминания о доме, которого уже не было. Город жил своей жизнью — кто-то ужинал, кто-то спорил, кто-то смеялся. Они не знали, что над ними, в парящей академии, двое людей смотрят на них и завидуют. Завидуют их спокойствию. Их незнанию. Их обычной жизни.

— Ты помнишь, как мы встретились? — спросил он.

— Ты сидел в коридоре. Сжимал письмо. Я села рядом.

— Я тогда боялся.

— Чего?

— Что ты уйдёшь.

— А я боялась, что ты прогонишь.

— Не прогнал.

— Не прогонил.

Она взяла его за руку. Не сжимала, не ласкала. Просто держала. Её пальцы были холодными, но не дрожали.

— Ты помнишь то письмо? — спросила она.

— Которое?

— Первое. Анонимное. Где тебе писали, что ты пустышка.

— Я сжёг его.

— А я запомнила. Потому что в тот день ты впервые заплакал при мне.

— Я не плакал.

— Плакал. Но делал вид, что просто устал.

— Я устал.

— Это одно и то же?

— Нет. Усталость проходит. Слёзы остаются.

Она не ответила. Только крепче сжала его руку.

Солнце село. Звёзды зажглись одна за другой. Город внизу спал. Академия замерла.

— Завтра мы уезжаем, — сказал Соль-хви.

— Знаю.

— Ты готова?

— Нет.

— Я тоже.

Они спустились с крыши. Ночь была тёплой. Сны — пустыми.

Утром они собирали вещи. Соль-хви взял блокнот, яблоко брата, осколок амулета и смену одежды. Всё это поместилось в маленький рюкзак, который он носил ещё в академии, когда был пустышкой. Юна взяла два меча, карту, флягу с водой и маленький мешочек с травами — подарок Со-ри.

Мастер Ли ждал их у ворот. Высокий, седой, в чёрном плаще с серебряными нашивками. Он не улыбался, не грустил. Просто смотрел.

— Вы последние, — сказал он.

— Остальные уехали? — спросил Соль-хви.

— Все. Даже До-хван ушёл на рассвете. Он взял с собой три книги, которые не должен был брать.

— Какие?

— Гримуары. О демонах. О проклятой магии. О том, как убивать бессмертных.

— Его поймают?

— Если он будет осторожен — нет. Если нет — мы его не увидим.

Соль-хви сжал кулаки.

— Я найду его.

— Найдёшь. Но сначала стань сильнее.

Мастер Ли протянул ему конверт.

— Что это? — спросил Соль-хви.

— Письмо. В Фузияси. Отдашь его главе академии «Глубокая волна».

— Зачем?

— Он должен знать, что вы не враги.

Соль-хви спрятал конверт.

Они спустились на фуникулёре. Город только просыпался. Торговцы открывали лавки, дети бежали в школу, старухи торговали зеленью. Кто-то узнал их и махал рукой. Кто-то крестился. Кто-то просто смотрел.

— Паром в Фузияси отходит через час, — сказала Юна, глядя на карту.

— Успеем.

Они сели на паром. Соль-хви стоял у борта, смотрел, как удаляется берег. Академия парила в небе, как чёрный дракон, застывший перед прыжком. Она становилась всё меньше и меньше, пока не превратилась в точку. Потом точка исчезла.

— Ты скучаешь? — спросила Юна.

— Ещё нет.

— А когда?

— Когда приедем.

Паром отчалил. Ветер наполнил паруса. Впереди была Фузияси. Город на воде. Новая жизнь. Новая опасность.

Кровь внутри пульсировала ровно.

Система высветила: «Интеграция крови: 24%». Соль-хви выключил её. Впервые за долгое время — без страха. Конец главы.