Рыба, сон и пару советов

Глава 37. Рыба, сон и пару советов

Утро. «Летучий». Соль-хви проснулся от того, что Хо-сок орал матом на камбузе.

— Да как это возможно?! Соль-хви, иди сюда!

Он встал. Накинул куртку. Шмыгнул в камбуз.

На столе лежала рыба. Большая. Огромная. С открытыми глазами и чешуёй, которая переливалась всеми цветами радуги.

— Что это? — спросил Соль-хви.

— Рыба, — ответил Хи-сай из-за плеча. — Магическая. Поймал сегодня утром. Хотел сделать завтрак.

— И что не так?

— Она не жарится, — сказал Хо-сок. — Я уже десять минут плюю в неё огнём. Ноль реакции. Она смеётся надо мной.

Юна заглянула в камбуз.

— Ты пытаешься поджарить рыбу огнём W-ранга?

— Да.

— Она — магическая. Возможно, древняя. Ей плевать на твой огонь.

— А на что ей не плевать?

— Не знаю. Но точно не на тебя.

Хо-сок обиженно пыхнул. Схватил рыбу голыми руками. Она не шелохнулась.

— Будешь есть сырой? — спросил Соль-хви.

— Если придётся.

Хи-сай покачал головой.

— Вы все дети. Он взял рыбу, открыл рот и откусил кусок прямо с чешуёй. Прожевал. Проглотил.

— Вкусно.

— Ты псих, — сказал Хо-сок.

— Моряк.

— Одно и то же. Они сели завтракать вчетвером. Юна разлила чай. Хи-сай достал вчерашние лепёшки. Соль-хви ковырял рыбу, но есть не хотел.

— Опять не ешь, — заметила Юна.

— Не голоден.

— Врёшь.

— Вру.

— Ешь. Он отломил кусок. Прожевал. Вкус был приятным — сладковатым, с кислинкой. Как в детстве, когда мать готовила уху.

— Так, — сказал Хи-сай, откидываясь на спинку стула. — У нас есть пару часов до отлива. Нужно обсудить кое-что.

— Что именно? — спросил Хо-сок.

— Как мы не убьём друг друга в следующий раз. Соль-хви, твоя очередь. Когда теряешь контроль — что чувствуешь?

— Ничего. Я просто становлюсь сильнее. И холоднее. И мне плевать на всех.

— А потом?

— Отключаюсь.

— Плохо. Мы не можем рисковать, что ты вырубишься в середине боя.

— Что ты предлагаешь?

— Держаться ближе к нам. Если почувствуешь, что крыша едет — кричи. Мы будем рядом.

— А если не успею?

— Тогда мы будем готовы тебя остановить.

— Чем?

— Дружбой, — сказал Хо-сок.

— Серьёзно?

— Нет. У меня есть огонь. У Юны — лёд. У Хи-сая — вода. Если ты превратишься в демона, мы тебя заморозим, поджарим и утопим. В любом порядке.

— Утешил.

— Я старался.

Юна допила чай.

— У меня вопрос к тебе, Соль-хви. Почему ты не сказал раньше? Мы могли помочь.

— Боялся, что вы будете смотреть на меня иначе.

— И как мы смотрим?

— Как на своего.

— И это плохо?

— Нет. Я просто не привык.

— Привыкай. Он кивнул. Они ещё какое-то время сидели молча. Рыба была съедена. Чай — выпит. За бортом плескались волны — спокойные, размеренные.

Хо-сок зевнул.

— Ффухх… как же я устал быть героем.

— Ты не герой, — сказал Хи-сай.

— А кто?

— Балласт. Но красивый.

— Спасибо и на том.

Они начали готовиться. Полдень. Корабль. Соль-хви стоял на носу и смотрел на горизонт. Юна подошла с двумя мечами за спиной.

— Ты веришь в судьбу? — спросила она.

— Нет. А ты?

— Иногда. Когда всё идёт не по плану, кажется, что кто-то там, наверху, решил за тебя.

— Моракс?

— Не знаю. Может, просто случай.

— Случай — это то, что мы не можем предсказать. Но это не значит, что за ним есть замысел.

— Ты стал философом.

— Просто устал.

Она усмехнулась.

— Ладно. Если мы выживем, я куплю тебе вина.

— Дорогого?

— Самого дорогого. «Слеза дракона». Я слышала, оно стоит 50 Грёз за бутылку.

— Откуда у тебя деньги?

— Одолжу у Хо-сока.

— Он не даст.

— Тогда украду.

Соль-хви улыбнулся. Впервые за долгое время.

— Договорились. Отдых на палубе. Хо-сок лёг на спину прямо на доски. Закрыл глаза.

— Не спи, — сказал Хи-сай.

— Почему?

— Потому что если сейчас уснёшь, ночью не уснёшь.

— Я всегда не сплю ночью.

— Поэтому ты такой вредный.

— Я не вредный, я реалист.

— Реалисты не орут на рыбу.

— Эта рыба заслужила.

Юна присела рядом.

— Знаешь, что мне нравится в нашей команде?

— Что? — спросил Хо-сок.

— Никто не притворяется.

— А ты притворяешься?

— Иногда. Но плохо.

— Это заметно.

Она толкнула его в плечо.

— Не язви.

— А я не язвлю, я констатирую факт.

Хи-сай поднялся.

— Я проверю карту. Если через час не вернусь — значит, заблудился среди стеллажей.

— У нас нет стеллажей, — сказал Соль-хви.

— Тогда подожду в трюме. Там темно.

— Ты странный.

— Я капитан.

Он ушёл. Хо-сок приоткрыл глаз.

— Почему он всё время говорит загадками?

— Он моряк, — сказала Юна. — Они все такие.

— Ты его защищаешь.

— Он этого заслуживает.

— Или просто красивый.

Юна покраснела.

— Заткнись.

— Не заткнусь. Я свидетель вашей будущей свадьбы.

— Мы не поженимся.

— А кто сказал про тебя? Я про Соль-хви.

— Ты идиот.

— Спорить не буду.

Трюм. Хи-сай. Он сидел в темноте, сжимая в руке старый кожаный мешочек. Внутри — зуб. Не демона. Не человека. Кита. Девятиглазого.

— Ты здесь, — сказал он тихо.

Никто не ответил.

— Я знаю, что ты слышишь.

Тишина.

— Если мы умрём сегодня — пусть. Но если выживем, я обещаю: доберусь до того, кто тебя убил.

Света не было. Но зубы в мешочке засветились синим.

— Спасибо, — сказал Хи-сай.

Он вышел из трюма. Улыбнулся команде.

— Готовы?

— Давно, — ответил Соль-хви.

— Тогда пошли. Они пошли ко вторым вратам. Конец тридцать седьмой главы.