Город за листьями. Часть вторая. Те, кто остался.

Глава 59. Город за листьями. Часть вторая. Те, кто остался.

Они остались в Альтигиру-Си ещё на несколько дней. Деньги, заработанные на зачистке туннелей, ещё не кончились. Мастер Хо сказал, что они могут жить в таверне бесплатно, если будут помогать мыть кружки. Хо-сок мыть не хотел, но пить хотел всегда. Компромисс нашёлся быстро: Хо-сок ныл, Юна мыла, Хи-сай вытирал, Соль-хви смотрел.

На шестой день Хо-сок помогал Кану в кузнице. Не потому, что просили, а потому что нечем было заняться. Кан молча кидал в горн уголь, Хо-сок раздувал огонь своим теплом. Получалось быстрее обычного.

— Ты хорош, — сказал Кан.

— Спасибо.

— Не для боёв. Для работы.

— Работа — это тоже бой.

— С кем?

— С собой.

Кан усмехнулся. Редко улыбался.

— Оставайся.

— Не могу. У меня команда.

— Команда подождёт.

— Нет.

Кан пожал плечами.

— Тогда бери меч. Я сделал его для тебя.

Он достал из угла длинный свёрток. Внутри был меч. Простой, без украшений, с чёрной рукоятью и едва заметными рунами на лезвии.

— Он не магический, — сказал Кан.

— А что тогда?

— Память. О том, что ты был здесь.

Хо-сок взял меч. Взвесил в руке. Тяжёлый, но послушный.

— Спасибо.

— Не за что.

Хо-сок вернулся в таверну. Соль-хви сидел за стойкой.

— Ты чего не пьёшь? — спросил Хо-сок.

— Не хочется.

— Врёшь.

— Вру.

— Тогда выпей со мной.

— Зачем?

— Затем, что завтра мы можем умереть.

— Это аргумент.

Они выпили. По кружке. Потом ещё. Потом Хо-сок отключился, уронив голову на стол.

— Крепкий, — сказал Мастер Хо.

— Только на вид, — ответил Соль-хви.

— А ты?

— А я не пьянею.

— Кровь?

— Кровь.

Мастер Хо покачал головой.

— Тебе тяжелее всех.

— Почему?

— Потому что нельзя забыться даже на минуту.

Соль-хви допил кружку. Поставил на стойку.

— Я привык.

— К такому не привыкают.

— Привыкают.

На седьмой день Юна сидела у лавки Тэ. Старуха не продавала, не пила, не говорила. Просто смотрела на небо.

— Ты всегда была здесь? — спросила Юна.

— Всегда, — ответила Тэ.

— А до этого?

— До этого была война.

— Ты убивала?

— Я лечила.

— Это тяжело?

— Лечить тех, кто потом умирает от ран — тяжело. Лечить тех, кто выжил и не хочет жить — тяжелее.

— А ты хотела жить?

— Не сначала. Потом привыкла.

Юна замолчала.

— Ты похожа на мою дочь, — сказала Тэ.

— Она тоже была целительницей?

— Она была охотницей. Погибла.

— Жалко.

— Не надо меня жалеть. Я уже отболела.

Она протянула Юне мешочек с травами.

— Отвар от кошмаров. Заваривай перед сном. Поможет.

— Спасибо.

— Не за что.

Юна вернулась в таверну. Хи-сай сидел за столом с картой.

— Мы задержались, — сказал он.

— Знаю.

— Пора уходить.

— Знаю.

— Но ты не хочешь.

Юна села напротив.

— Я хочу побыть здесь ещё немного.

— Почему?

— Потому что здесь спокойно. Нет демонов, нет наёмников, нет Архонтов. Только мы.

— И Тэ.

— И Тэ.

— И Кан.

— И Кан.

— И Ру.

— И Ру.

— Они не наши.

— А кто наши?

— Те, кто уйдёт с нами.

— А те, кто останется?

— Они останутся здесь. И будут ждать.

Юна посмотрела на Соль-хви. Тот сидел у стойки, сжимая в руке кружку.

— Он изменился, — сказала она.

— Стал спокойнее, — ответил Хи-сай.

— Или устал.

— Или устал. На восьмой день До-хван читал книгу. Старую, пыльную, с выцветшими страницами. Её дал ему Мастер Хо. Сказал: «Это гримуар, но безопасный. Можешь читать». До-хван не спал третью ночь. Книга говорила о проклятой магии, но не так, как он привык. Она говорила о том, как защищаться, а не как нападать.

— Это тайна? — спросил он у Мастера Хо.

— Какая?

— Почему вы храните такие книги?

— Потому что знания не убивают. Глупость убивает.

— А вы не боитесь, что я использую их во вред?

— Не используешь. Ты слишком добрый для этого.

— Откуда вы знаете?

— Вижу.

До-хван закрыл книгу. Спрятал в рюкзак.

— Я возьму её с собой.

— Бери. Всё равно некому читать.

— А вы?

— Я уже прочитал.

— И что поняли?

— Что правда не всегда нужна. Иногда лучше не знать. До-хван хотел спросить, о чём он, но передумал. Мастер Хо был из тех людей, которые не отвечают на вопросы. Они просто наливают ещё.

На девятый день Хи-сай стоял на крыше. Рядом сидел Ру. Немой парень смотрел на звёзды и что-то рисовал на бумаге.

— Что ты рисуешь? — спросил Хи-сай.

Ру протянул лист. Там была вода. Море. Корабль. «Летучий».

— Ты знаешь наш корабль?

Ру кивнул. Нарисовал ещё один лист. Теперь на нём был Хи-сай, стоящий у штурвала.

— Ты видел меня?

Ру снова кивнул.

— Почему ты не говоришь? Ру взял новый лист. Написал: «Голоса сказали, что если я заговорю, то больше никогда не увижу небо».

— Кто сказал?

«Те, кто живёт в гримуаре».

— Ты всё ещё слышишь их?

«Теперь редко. Только когда темно».

— Ты боишься?

«Не боится только тот, кто уже потерял всё».

Хи-сай забрал рисунки. Сказал:

— Спасибо.

Ру кивнул. Улыбнулся. Впервые за много лет.

Хи-сай спустился в зал. Соль-хви смотрел на него.

— Ты чего? — спросил капитан.

— Думаю.

— О чём?

— О том, почему мы уходим.

— Потому что академия ждёт.

— Академия подождёт.

— Источник жизни не подождёт. Твоя кровь течёт.

— Знаю.

— Тогда чего мы ждём?

— Не знаю.

Хи-сай сел напротив.

— Я тоже не знаю. Но чувствую, что мы должны задержаться.

— Почему?

— Потому что если мы уйдём сейчас, то не сможем вернуться.

— А если не уйдём?

— То, может, и не придётся.

Соль-хви посмотрел на свои руки. Кожа была бледной, почти прозрачной. Вены — чёрными.

— Ещё немного, — сказал он.

— Подожди.

— Чего?

— Знака. На десятый день Со-ри сидела на ступеньках таверны и смотрела на прохожих. Мимо прошла девушка с фиолетовыми волосами — та самая Сера, с которой пила Юна в первый день.

— Ты из гильдии? — спросила Со-ри.

— А ты кто?

— Лекарь.

— Тогда зачем ты здесь? Лекари нужны в больницах.

— А где отдыхают лекари?

Сера засмеялась.

— Хороший вопрос. Сама не знаю.

Она села рядом.

— У тебя повязка на глазах. Ты слепая?

— Нет. Просто не хочу смотреть на людей.

— Почему?

— Потому что если увижу их лица — привяжусь. А если привяжусь — буду бояться их потерять.

— А сейчас?

— Сейчас я смотрю.

— И что видишь?

— Город. Людей. Тех, кто остался.

— Красиво?

— По-своему.

Сера достала из кармана флягу. Протянула Со-ри.

— Пей. Это не вино. Это чай.

— Зачем?

— Затем, что ты давно не пила.

Со-ри сделала глоток. Чай был горячим, сладким, с привкусом мёда.

— Спасибо.

— Не за что.

Сера ушла. Со-ри осталась.

Она сняла повязку. В городе было светло. Солнце поднималось над крышами.

— Красиво, — сказала она. Никто не ответил. Они всё ещё были в Альтигиру-Си. Конец пятьдесят девятой главы.