Его называли пустышкой. Слабейшим в академии. Пока демон не убил брата. А время не остановилось. А Человек в маске не протянул бутыль с кровью.
Тот, кто ждёт в темноте

Тот, кто ждёт в темноте

Его называли пустышкой. Слабейшим в академии. Пока демон не убил брата. А время не остановилось. А Человек в маске не протянул бутыль с кровью. Том 1.0 Глава 39.0

Глава 39. Тот, кто ждёт в темноте

Третьи врата открылись не звуком, а тишиной.

Соль-хви шагнул внутрь и почувствовал, как воздух стал плотным, будто вода. Дышать стало тяжелее. Хо-сок выругался сквозь зубы, потирая плечо, которое всё ещё болело после вчерашней схватки со Сле-кви. Юна сжимала мечи так, что костяшки побелели. Хи-сай шёл последним, нащупывая магию ветра, но здесь, под землёй, она почти не слушалась. Зал был меньше предыдущего. Стены из чёрного камня, влажные, с выступами, похожими на рёбра гигантского зверя. Пол покрывали руны, но не те, что светились в первых вратах. Эти были тёмными, мёртвыми, будто их выжгли и забыли. В центре стоял каменный алтарь, разбитый на две части. Трещины расходились в стороны, образуя узоры, похожие на корни деревьев. В воздухе пахло грозой и старой кровью. Где-то далеко, за стенами, капала вода. Монотонно, бесконечно, как отсчёт времени до чьей-то смерти. На алтаре сидел человек. Молодой, лет двадцать пять. Короткие тёмно-синие волосы отливали сталью при слабом свете. Кожа бледная, почти прозрачная, с едва заметными венами под глазами. Одежда простая: чёрная куртка, высокие ботинки, на поясе ни одного амулета, ни одного ножа. В руках он держал книгу. Обычную, кожаная обложка потрёпана на сгибах, корешок треснул от времени. Он читал, не поднимая глаз. Не шевелился.

Соль-хви остановился.

Кровь Маски внутри дёрнулась, предупреждая. Система высветила красным, но он успел прочитать только одно слово: «опасность».

— Ты кто? — спросил он. Человек закрыл книгу. Засунул её за пояс. Посмотрел на них. Глаза серые, без блеска. Как у человека, который давно не спит или видел слишком много того, от чего люди обычно отворачиваются.

— Нейз Футихара, — сказал он. — Имя вам ни о чём не скажет.

— А должно? — спросил Хо-сок.

— Должно. Но не сейчас.

Нейз встал. Был невысоким, но широкоплечим. Двигался плавно, без лишних звуков. Соль-хви вспомнил, как двигался Сле-кви — рывками, будто его тело не поспевало за телепортацией. Нейз двигался иначе. Он был здесь полностью. И от этого становилось не легче.

— Ты с главой? — спросил Хи-сай.

— Нет.

— С «Кровавым приливом»?

— Нет. Я работаю на себя.

— Тогда что ты здесь делаешь?

— Жду.

— Кого?

— Вас.

Юна обнажила один меч. Хо-сок шагнул вправо, закрывая фланг. Хи-сай остался на месте, но Соль-хви заметил, как его пальцы коснулись амулета на поясе.

— Ты знаешь, кто я? — спросил Соль-хви.

— Знаю. Носитель крови Моракса. Тот, кто убил Сле-кви. Тот, кто на 48% состоит из демонической ткани. И тот, кто сейчас думает, сможет ли меня убить.

— Сможет? — спросил Хо-сок.

Нейз посмотрел на него. Без эмоций. Без угрозы. Просто оценил.

— Трое таких, как вы, равны мне. — Он кивнул на Соль-хви. — Один такой, как он, равен мне на треть. Если вы нападёте все вместе, я, скорее всего, проиграю. Но вы устали, ранены и боитесь. Поэтому я даю вам шанс. Уходите.

— Зачем? — спросила Юна.

— Потому что я не хочу вас убивать. Сегодня.

— А завтра?

— Завтра я, возможно, передумаю.

Он сел обратно на алтарь. Достал книгу. Открыл на той же странице, что и раньше.

— Идите. У вас есть час.

Соль-хви не двинулся.

Система высветила новое сообщение:

«Обнаружена угроза. Уровень: выше WS. Уровень носителя: W+. Рекомендация: избегать боя. Обнаружена аномалия: оптимизация силы. Тип: кровяная. Источник: неизвестен.»

— Что значит «оптимизация силы»? — спросил Соль-хви.

Нейз поднял голову. Улыбнулся уголком рта. Впервые.

— Ты читаешь свою систему? Удобная вещь. Жаль, у меня такой нет.

— Я спросил о другом.

— А ты настойчивый. — Нейз отложил книгу. — Оптимизация. Я теряю кровь — добровольно, через артефакты — и моё тело перерабатывает потерю в силу. Каждый раз я становлюсь быстрее, сильнее, живучее.

— Цена?

— Кровь. Много крови. Я могу истечь до смерти, если переборщу.

— И сколько раз ты это делал?

— Достаточно. Моя сила сейчас выше, чем у главы. Но мне не нужна его власть. Мне нужны книги.

— Гримуары? — спросил Хо-сок.

— Нет. Другие. Древние. Та, что была у Сле-кви.

— У нас её нет, — сказал Соль-хви.

Нейз посмотрел ему в глаза. Долго. Серые глаза не отводили взгляд.

— Ты врёшь.

— Вру, — сказал Соль-хви. — Но не тебе.

Нейз кивнул.

— Правильный ответ.

Он закрыл книгу. Спрятал за пазуху.

— У нас есть время, — сказал он. — Ты можешь идти за главой. Я не буду мешать. Но если ты найдёшь то, что ищу я — книгу с синей обложкой и серебряными уголками, — я приду за тобой.

— И что тогда?

— Тогда увидим.

Он шагнул в сторону, освобождая проход в темноту.

— Идите. Глава в четвёртых вратах. Он знает, что вы идёте. Он готовится.

Соль-хви сделал шаг. Остановился.

— Ты мог убить нас сейчас. Почему не убил?

Нейз посмотрел на свои руки. Бледные, с синими венами.

— Потому что я ещё не решил, на чьей я стороне. И потому что ты интересен мне, носитель крови. Ты теряешь себя, но держишься. Я хочу посмотреть, как долго ты продержишься.

— А если я проиграю?

— Тогда ты умрёшь. И я заберу твою кровь. Она пригодится мне для оптимизации.

— Чудовище, — сказала Юна.

— Возможно, — ответил Нейз. — Но я чудовище, которое не врёт.

Они прошли мимо него. Соль-хви чувствовал его взгляд на затылке. Холодный, изучающий. Как взгляд учёного над муравьями.

В проходе, когда тьма сомкнулась за ними, Юна прошептала:

— Он страшнее Сле-кви.

— Да, — ответил Хи-сай. — Но умнее. И это хуже.

Хо-сок хотел что-то сказать, но передумал. Только выругался сквозь зубы.

— И сколько таких? — спросил он.

— Не знаю, — ответил Соль-хви. — Но он не последний.

Они пошли дальше. Проход сужался, камни давили на плечи. Соль-хви сжимал амулет — треснутый, почти расколотый — и слушал, как внутри пульсирует кровь. Система молчала. Он знал, что она слушает. И Нейз. И Моракс. И, возможно, кто-то ещё. Но он шёл. Потому что останавливаться было нельзя. Четвёртые врата ждали. Конец тридцать девятой главы.