Море, учитель и неслышные обещания

Глава 85. Море, учитель и неслышные обещания

На следующий день после праздника Соль-хви проснулся поздно. Солнце уже поднялось высоко, заливая комнату жёлтым светом, а за окном кричали чайки — город Киото-ши просыпался, и птицы кружили над крышами в поисках еды. Он лежал на койке, сжимая в руке яблоко брата, которое так и не съел. Оно не портилось, не сохло, не теряло цвет. Будто время застыло в нём. Он положил яблоко на тумбочку, сел. Кровь внутри пульсировала ровно. Система высветила: «Интеграция крови: 25%». Он выключил её.

В коридоре было тихо. Только редкие шаги студентов, которые спешили на завтрак, и голос Хо-сока, который требовал добавки. Соль-хви вышел в столовую. Команда уже сидела за столом. Хо-сок уплетал рис, Юна пила чай, До-хван читал книгу, Со-ри перебирала травы. Хи-сая не было.

— Где капитан? — спросил Соль-хви, садясь.

— На крыше, — ответила Юна. — Уже час. Не ест, не пьёт. Просто сидит.

— Что с ним?

— Не знаю. Может, скучает по морю.

Соль-хви не стал есть. Взял кружку чая и пошёл на крышу.

Хи-сай сидел на краю, свесив ноги, и смотрел на горизонт. Там, внизу, на земле, нельзя было увидеть море — только город, поля и леса. Но он смотрел так, будто видел его. Будто волны бились о скалы, а ветер нёс запах соли. Соль-хви сел рядом.

— Ты не ел, — сказал он.

— Не хочется.

— Врёшь.

— Вру.

— Тогда почему ты здесь?

— Вспоминаю.

— Учителя?

— Да.

Хи-сай замолчал. Соль-хви не торопил. Он знал, что молчание иногда важнее слов.

— Мой учитель, — начал Хи-сай, не отрывая взгляда от горизонта. — Его звали Но Гван-сон. Он был старым охотником. Не сильным, но опытным. Он плавал по всему Киато. Видел демонов, которых никто не видел. Был в местах, которых не было на картах.

— Как вы встретились?

— Я тонул. Мне было лет десять. Деревню сожгли «Сборщики». Родители погибли. Я сидел на обломке доски и смотрел, как горит дом. Не плакал. Слёзы кончились. Он подплыл на лодке, вытащил меня из воды. Сказал: «Ты один?» Я сказал: «Один». Он сказал: «Пойдём со мной. Научу тебя плавать. И убивать».

— И ты пошёл?

— Куда мне было идти?

Хи-сай достал из кармана мешочек. Кожаный, старый, с выцветшей вышивкой. Развязал. Внутри лежал зуб. Огромный, белый, с едва заметными рунами.

— Зуб Девятиглазого кита, — сказал он. — Учитель подарил мне перед смертью. Сказал: «Этот кит смотрит на тех, кто достоин». Я не понял тогда. Думал, что это просто сувенир.

— А теперь?

— Теперь понимаю. Он смотрит на тех, кто не боится умереть.

— Ты не боишься?

— Боюсь. Но я не показываю.

— Как учил?

— Как учил.

Он завернул зуб, спрятал мешочек.

— Он умер, когда «Кровавый прилив» напал на его корабль. Я был далеко. Не успел. Приплыл, когда всё кончилось. Нашёл его тело в трюме. Он сидел у штурвала, сжимая в руке карту. Карту Разорванных островов. Ту, которую не отдал пиратам.

— Он умер с картой в руке?

— С картой и с улыбкой.

— Почему улыбался?

— Потому что знал, что я приду.

Соль-хви молчал. Смотрел на облака.

— Ты похож на него, — сказал Хи-сай.

— Чем?

— Ты не сдаёшься. Даже когда всё против тебя.

— Я просто упрямый.

— Это одно и то же.

Они сидели на крыше до обеда.

После полудня команда собралась в малой гостиной. Хо-сок принёс карту, Юна — чай, До-хван — книги, Со-ри — травы. Хи-сай разложил карту на столе.

— У нас есть три дня до отъезда, — сказал он. — Мы должны решить, куда едем.

— Я в горы, — сказал Хо-сок. — К магам огня.

— Я в библиотеку Архонтов, — сказал До-хван.

— Я в северные земли, — сказала Со-ри.

— Я с Соль-хви в столицу воды, — сказала Юна.

— А ты? — спросил Соль-хви у Хи-сая.

— Я остаюсь.

— Почему?

— Потому что море не ждёт. Корабль нужно готовить.

— Ты не попрощался с учителем.

— Попрощался. Когда нашёл его тело.

— Этого мало.

Хи-сай посмотрел на него долгим взглядом.

— Ты прав. Мало.

Он встал. Подошёл к окну.

— Я никогда не говорил ему спасибо. Никогда не говорил, что он был для меня отцом. Думал, что успею. Не успел.

— Ты можешь сказать ему сейчас.

— Как? Он мёртв.

— Он слышит.

Хи-сай усмехнулся.

— Ты стал философом.

— Я носитель крови. Носители вынуждены быть философами.

Хи-сай закрыл глаза. Прошептал что-то. Соль-хви не расслышал слов. Но ветер за окном стих. Будто кто-то слушал.

— Спасибо, — сказал Хи-сай, открывая глаза.

— Не за что.

Они вернулись к карте.

Решили: через три дня каждый едет в свою сторону. Через месяц — встречаются в академии. Соль-хви и Юна — в столицу воды Фузияси. Хо-сок — в горы. До-хван — в библиотеку. Со-ри — на север. Хи-сай — в море.

— Ффухх… как же я устал от сборов, — сказал Хо-сок.

— Ты всегда устаёшь, — ответила Юна.

— Но сегодня особенно.

— Потому что сегодня мы решили наше будущее.

— Поэтому.

Они засмеялись.

Вечером Соль-хви снова поднялся на крышу. Один. С яблоком брата в руке.

Кровь внутри пульсировала.

Система высветила: «Интеграция крови: 25%».

Он не обратил внимания.

Он смотрел на звёзды и думал о Хи-сае. Об учителе, который не услышал «спасибо». О брате, который не доел яблоко.

— Я скажу вам, — прошептал он. — Когда-нибудь. Не сейчас. Но скажу. Ветер унёс его слова в ночь. Звёзды горели ярко. Конец главы.