Экстра 2. Часть 8

Экстра 2. Часть 8

— Абигейл! — радостно крикнула она.

— Элоиза!

Элоиза, выбежавшая навстречу экипажу, как только тот перевалил через холм Блиссбери, подскочила к нему еще до того, как открылась дверца. Абигейл высунула руку в окно, крепко сжала пальцы подруги и лучезарно рассмеялась.

Глядя на этих двоих, хохочущих так, словно для счастья им было достаточно просто стоять рядом, Райан и Филипп переглянулись и пожали плечами.

— Эмили испекла новое печенье и уже заждалась вас. Так почему бы нам не поторопиться, миссис Осборн?

Райан распахнул дверцу, и Абигейл смущенно улыбнулась. Несмотря на то, что после свадьбы её то и дело называли миссис Осборн, она всё никак не могла привыкнуть к этому обращению.

— Благодарю, мистер Торнтон. Впрочем, осталось не так уж много дней, когда я смогу называть вас так.

— Верно. И я с нетерпением жду этого дня.

Оперевшись на руку Райана, Абигейл спустилась на землю. Следом вышел Филипп.

— А где Ричард?

Не заметив того, кто по всем расчетам должен был прибыть первым, Филипп удивленно огляделся по сторонам.

— Прислал телеграмму, что задержится еще на пару дней.

— Снова? Надеюсь, он не забыл, что назначен шафером?

— Если забыл, я с него шкуру спущу.

Тут Райан заметил, что в карете остался кто-то еще, и вопросительно повернул голову:

— Здрав… ствуйте?

Джулия робко поздоровалась. Райан мягко улыбнулся и подал ей руку. Спустившись, она неуверенно подошла к Элоизе.

— Здравствуй, Элоиза.

Выдавив из себя приветствие, Джулия судорожно сжала вспотевшие от волнения ладони. Сердце бешено колотилось: как Элоиза её встретит? Спросит, зачем приехала? Или сухо кивнет и проигнорирует? Да и дело не только в Элоизе… Вон как смотрят сержант Торнтон и мистер Осборн…

— И Джулия с вами! Добро пожаловать!

Звонкий, радостный голос Элоизы мгновенно развеял все её мрачные раздумья. Она подхватила Абигейл и Джулию под руки и весело бросила мужчинам:

— Что ж, мы устраиваем женские посиделки, так что не скучайте без нас. Увидимся за ужином. Пока!

С этими словами Элоиза увлекла их за собой в дом.

Девушки оказались в просторной комнате, где в самом центре на манекене красовалось платье из тончайшего белого кружева.

— О боже, это свадебное платье?

— Какая красота!

Абигейл и Джулия ахнули от восторга, не в силах оторвать взгляд. Элоиза со смехом покачала головой:

— Вовсе нет. Это платье для подружки невесты. Над свадебным мадам Лоуренс еще работает.

— Для подружки невесты? Такое роскошное?

Обычно в Фелтхэме девушки надевали свои лучшие платья, просто украшая их кружевом, подаренным невестой. А тут — сшить наряды с нуля даже для подружек! Вновь стало предельно ясно, что чета Севертон на этой свадьбе денег не жалела.

Пока старшие переговаривались, Джулия шагнула ближе и робко коснулась ткани. Материя оказалась невероятно мягкой, а кружевная кайма на подоле — поразительно изящной.

Джулия тяжело вздохнула. Если бы она вела себя должным образом, то, возможно, удостоилась бы чести надеть этот чудесный наряд и благословить пару, начинающую новую жизнь. Но что уж теперь. После всего, что она натворила, о таком не приходилось даже мечтать. Единственное, было жаль, что Абигейл не сможет занять это место — ведь подружкой невесты по традиции могла стать только незамужняя девушка.

И пока Джулия гадала, кому же досталась эта заветная роль, Элоиза окликнула её:

— Джулия, иди-ка сюда. Нужно прикинуть на тебя, чтобы подогнать по фигуре.

— А? Но это ведь для подружки невесты…

Джулия смотрела на них с таким искренним непониманием, что Элоиза с Абигейл переглянулись и расхохотались.

— Ч-что такое?

Окончательно сбитая с толку, Джулия хлопала ресницами, переводя взгляд с одной на другую. Тогда Элоиза подошла к манекену, приподняла край кружевного подола и сунула ей под нос. Глаза Джулии изумленно расширились.

По самому краю была вышита надпись: «Джулия».

По обычаю кружево дарилось подружкам невесты в знак благодарности за помощь. Деревенские девицы, которых выбрали для свадьбы Элоизы, и без того вовсю задирали носы — еще бы, им досталось кружево из тех самых коробок, что прибыли в Блиссбери по личному заказу королевы!

Но здесь им подарили не просто кружево — им пошили целые платья! Это вызывало у незамужних барышень дикий восторг, ведь немного перешив такой наряд, его легко можно было превратить в собственное подвенечное платье.

И теперь эту привилегию дарили ей. Более того, судя по вышивке, платье ждало её уже давно. Выходит, Элоиза с самого начала отвела ей это место.

Как только до неё дошел смысл происходящего, к горлу подступил ком. Осознание того, что её по-настоящему простили, захлестнуло Джулию жгучей смесью благодарности и вины, и по щекам покатились слезы. Элоиза и Абигейл, словно только этого и ждали, дружно вздохнули и протянули ей носовые платки.

Сказать, что выходки Джулии не ранили их в прошлом, было бы ложью. Чем старше и красивее она становилась, тем откровеннее демонстрировала свое пренебрежение к старшим сестрам. Но и винить во всем одну лишь Джулию было бы трудно.

Фелтхэм, пусть и славился добрыми жителями, оставался провинцией со строгими патриархальными нравами. В головах у всех крепко сидела мысль, что главная женская добродетель — это красота и благонравие, и что, когда придет время, девушка непременно должна выйти замуж и родить детей.

Наблюдая за тем, как среди соседей постоянно указывают пальцами на её родную сестру и Элоизу, Джулия, должно быть, испытывала страх. Оттого и убеждала себя в собственной исключительности, стараясь держать дистанцию. Она просто боялась быть осужденной людьми, с которыми выросла.

— Честное слово… Я больше никогда… никогда не буду совершать таких глупостей!

Сбрасывая с себя долго томившее её напряжение, Джулия всхлипывала еще довольно долго. Утешая её, Элоиза налила чай, и комнату наполнил согревающий аромат. Сделав пару глотков, Джулия наконец успокоилась.

Вскоре атмосфера потеплела, и девушки принялись живо обсуждать всё, что произошло за время разлуки. Главной темой разговора, естественно, стала предстоящая свадьба. Абигейл, в свою очередь, поделилась столичными новостями.

Поскольку венчались они в спешке, свадьба Абигейл вышла не такой роскошной, как хотелось бы Филиппу.

— Видимо, его это до сих пор гложет. Говорит, что в следующем году хочет устроить торжество заново.

Подобное случалось нечасто, но и неслыханным делом не считалось. Речь шла скорее не о повторном бракосочетании, а о грандиозном банкете.

— Я за! Обеими руками! — громко воскликнула Джулия, легонько топнув ногой. — Будет просто преступлением, если все те роскошные платья и драгоценности, что накупил зять, так и останутся пропадать зря! Ты обязана всё это надеть!

Абигейл и Филипп жили на два дома, курсируя между столицей и Фелтхэмом. Изначально Филипп планировал немедленно уволиться в запас и наслаждаться тихой семейной жизнью рядом с Абигейл. Однако штаб сухопутных войск не собирался упускать ценного сотрудника.

— Пустое место, оставленное Райаном Уилгрейвом, и так разбивает нам сердце, так разве мы можем упустить такого великолепного раб… кхм, простите, солдата! Ха-ха-ха! — Барон Стэнфорд тогда со смехом похлопал Филиппа по плечу.

Райан, который всегда находился на передовой. Ричард, который, используя свою внешность, обходительные манеры и влияние семьи, виртуозно втирался в доверие к людям. Заслуги этих двоих были огромны, однако роль Филиппа, который надлежащим образом координировал их миссии, обеспечивал поддержку и вел тайные отчеты для высшего командования и королевской семьи, была ничуть не менее значительной.

К тому же Филипп, благодаря своему перфекционизму выполнявший любую бумажную работу безукоризненно, был тем кадром, которого армия не хотела терять. Особенно после окончания войны он стал цениться на вес золота.

Армия предложила Филиппу невероятное поощрение — внеочередное повышение сразу на три звания. Честно говоря, если бы всё ограничилось только этим, Филипп бы всё равно как-нибудь уволился и непременно вернулся в Фелтхэм.

— А знаете что? В новом звании вы сможете выбирать лечащих врачей в военном госпитале, а наш недавно назначенный заместитель главврача — лучший специалист по реабилитации во всем Альбионе…

— Я остаюсь в армии! Буду служить до гробовой доски!

Услышав слово «реабилитация», Филипп принял предложение армии без малейших колебаний.

И всё же, поскольку он не мог постоянно находиться в столице, он пошел на компромисс, выторговав условие: четыре месяца в году он сможет проводить в Фелтхэме. Именно ради этих четырех месяцев Филипп и купил дом по соседству с особняком Огилви.

При этом, вместо того чтобы просто перевезти часть вещей из столицы, он заявил, что это слишком хлопотно, и заново накупил гору вещей специально для деревенского дома. Наблюдая за этим аттракционом невиданной щедрости, Ричард только качал головой с таким видом, будто ему это осточертело: «Филипп так безрассудно расплывается в улыбке только перед своей женой».

Так или иначе, пока Абигейл находилась в столице, все эти богатства смирно лежали в фелтхэмском доме. И Джулии было из-за этого жутко обидно. Там ведь столько красивой одежды, сумок и шляпок! А сестра приезжает, никуда не выходит, только воркует с зятем, а потом снова уезжает!

А теперь намечался банкет! Идеальный повод похвастаться всеми этими нарядами.

Услышав столь горячую поддержку от Джулии, Элоиза тоже воодушевилась. За разговорами о грядущей свадьбе и грандиозном банкете незаметно село солнце.

— Пора бы уже спускаться к ужину. Эмили знала, что ты приедешь, и наверняка приготовила что-нибудь легкое для желудка. После нашей недавней поездки в Брингпорт она на своей шкуре прочувствовала, каково это — когда тебя весь день трясет в экипаже.

— С нетерпением жду. Миссис Паркер за это время наверняка научила её еще большему.

— Тогда идем скорее!

Джулия суетливо взяла сестру за руку, собираясь помочь ей подняться, но Элоиза мягко перехватила её ладонь.

— Погоди. Перед этим я хочу кое о чем тебя попросить. Именно тебя, Джулия.

— Меня?

— Да. Остальные не знают, но в столице кое-что произошло…

И Элоиза вкратце рассказала о том, что случилось в столице с матерью и дочерью Фэрфакс.

Некоторое время спустя.

— Что это еще за люди такие!

Не в силах сдержать гнев, Джулия вскочила с места. Затем она решительно сжала руку Элоизы:

— Не переживай! Предоставь это мне! В таких делах я просто обязана вмешаться!

Глаза Джулии пылали боевым духом.