Глава 92.0

Он снова и снова выводил на пыли одно и то же имя. Затем, взглянув на пейзаж за грязным оконным стеклом, глубоко вздохнул.

— Ха-а…

От этого вздоха имя Элоизы, написанное на пыли, исчезло.

Хотя его всё равно пришлось бы стереть, но от того, что оно исчезло без следа, где-то в глубине души больно кольнуло.

Он снова посмотрел в окно. Он находился в Пеноне, столице Гилии.

Вид Пенона за грязным окном, даже на первый взгляд, был не из приятных.

И неудивительно.

Гилия в конце концов проиграла в долгой войне и должна была выплатить огромную контрибуцию. Скорее всего, в ближайшее время Гилия не сможет позволить себе никаких крупных государственных проектов. И о восстановлении разрушенных войной мест тоже не сможет и помыслить.

Именно этого и добивался Альбион.

Настали бурные времена. По степям прокладывают железные дороги, а ручной труд всё чаще заменяют машины.

Многие, считая это дурным веянием, не принимают этих перемен, но в конце концов всем придётся их принять.

В мирное время несколько лет могут ничего не значить, но в такую эпоху несколько лет бездействия в итоге потянут Гилию на дно.

Пока Гилия будет топтаться на месте, другие страны устремятся в будущее на несколько десятилетий вперёд.

Хоть это и был тот результат, которого он желал, но, видя эту картину своими глазами, Райан чувствовал ещё большее смятение.

И всё же, это последний раз.

Это его последняя миссия. Как только она закончится, ему больше никогда не придётся в одиночку проникать во вражескую страну.

Хоть он и думал так, но лицо Райана не становилось светлее.

Честно говоря, он не думал, что снова окажется в Гилии.

Его первоначальный план заключался в том, чтобы, откликнувшись на вызов, выяснить, зачем его позвали, закончить это дело и тут же уйти из армии.

Конечно, до этого он собирался приложить все усилия, чтобы восстановить честь подполковника Райана Уилгрейва, но это можно было сделать и после отставки.

Нет, возможно, если он уйдёт из армии, это станет даже проще. В конце концов, граф Уоллес так настойчиво его преследовал именно для того, чтобы заставить его уйти.

Граф Уоллес боялся, что Райан, оставшись в армии, совершит ещё больше подвигов и обретёт ещё большую славу. Тогда ему станет труднее с ним расправиться.

Но это было его заблуждением.

«Может, уйдёшь из армии и полностью перейдёшь под моё крыло? Я могу даровать тебе и титул, и земли».

Принц, которому Райан спас жизнь, несколько раз пытался его переманить.

Если бы Райан хоть немного жаждал славы, он бы без колебаний принял предложение принца.

Но тогда Райану, кроме выполнения миссий, ничего не хотелось и ничего не было нужно, поэтому он отказался.

Но теперь всё было иначе.

Ради чести Райана Уилгрейва.

Если он сможет с этим именем с достоинством предстать перед Элоизой, он готов на всё.

Поэтому он собирался, выслушав причину вызова, благополучно решить дело и тихо готовиться к отставке.

А после этого принять предложение принца и, как советовал барон Стэнфорд, занять место в Палате общин, чтобы по-настоящему противостоять графу Уоллесу.

Он верил, что тогда сможет снова встретиться с Элоизой и назвать ей своё настоящее имя.

Но мир устроен не так, как мы думаем.

Он полагал, что его вызвали либо из-за каких-то дел, связанных с послевоенным урегулированием, либо из-за того, что граф Уоллес снова поднял шум, прикрываясь Дисциплинарным комитетом.

Но, вопреки его ожиданиям, в штабе армии его ждали не знакомые лица, а представители королевской семьи.

В тот миг, как он их увидел, Райан инстинктивно понял. Дело, по которому его вызвали, было гораздо серьёзнее, чем он думал.

Его тут же, словно под конвоем, доставили во дворец. И там он встретил принца.

«Давно не виделись, ваше высочество. Но…»

«Прости. Давай сначала пройдём дальше и поговорим».

Принц, едва увидев его, тут же извинился. Лицо Райана стало ещё более напряжённым.

Пройти дальше.

Если в глубине дворца он должен был с кем-то встретиться…

На следующий день Райан немедленно покинул столицу и отправился на юг. По дороге ему несколько раз бросилось в глаза название «Фелтхэм» на старом указателе.

Но он не мог поехать в Фелтхэм. С того момента, как он получил прямой приказ от королевы во дворце, он стал человеком по имени «Пьер Менар».

Солдатом Гилии, который после окончания войны попал в плен и теперь возвращался на родину.

Так что деревня под названием Фелтхэм была ему незнакома.

Прибыв в южный порт, он тут же сел на корабль, идущий в Гилию.

После войны передвигаться между странами стало даже свободнее. На корабле, кроме Райана, было ещё несколько солдат, возвращавшихся в Гилию.

Райан естественно влился в их компанию. Привлекательное лицо можно было легко изменить с помощью простого грима.

Солдаты Гилии, возвращавшиеся на родину, легко сдружились с Пьером Менаром, который свободно говорил на южном диалекте Гилии.

Когда они сошли с корабля, «Пьер Менар» уже мог говорить со всеми пятью акцентами, которые он услышал на борту.

И тут же связался с информаторами Альбиона, всё ещё оставшимися в Гилии.

Продолжая смотреть на улицу, Райан вспомнил приказ королевы, который он, перед тем как покинуть дворец, лично бросил в камин.

Гилия, хоть и подписала мирный договор, тайно выводила свои войска.

Очевидно, они собирались, воспользовавшись мирной передышкой, снова напасть, поэтому нужно было выяснить, где и как будут двигаться эти войска.

Это и было заданием Райана.

Королева обещала. Если это дело закончится благополучно, она наградит Райана Орденом Золотого Лавра.

Это был самый почётный орден в истории Альбиона, который получили лишь пять человек.

Если он его получит…

Дисциплинарный комитет больше не посмеет вызывать его. Получивший этот орден обретал пожизненный иммунитет от ареста, а также право на убийство до десяти человек без судебного преследования и право быть похороненным в главном соборе столицы.

Конечно, огромная денежная премия, земли и титул прилагались само собой.

Райана не интересовало последнее. Он лишь хотел с достоинством предстать перед Элоизой и чтобы впредь ей не приходилось страдать из-за слухов о нём.

Поэтому сейчас он оказался один в столице вражеской страны.

Райан посмотрел на небо Пенона, которое, казалось, вот-вот разразится снегом.

«Я ведь сказал, что вернусь до первого снега». Сердце охватило нетерпение.

В этом году в Альбионе, словно продолжая летнюю аномальную погоду, даже зимой температура никак не опускалась.

Те, кто ждал снега на Великий праздник, с сожалением говорили, что, похоже, снег удастся увидеть лишь в разгар зимы. Значит…

«Я смогу вернуться до первого снега».

В тот миг, как он так подумал, взгляд Райана упал на мужчину, который, подняв воротник, шёл по улице.

Райан тут же встал. Затем, тихо выйдя из здания, он на расстоянии последовал за ним.

Целью был доверенный человек королевской семьи Гилии. Человек, которому нечего было делать в таких трущобах.

«Как и сообщали».

Часть армии Альбиона всё ещё находилась в королевском замке Гилии. Так что, чтобы сделать что-то втайне от них, приходилось выходить в такие далёкие от дворца трущобы.

Вдыхая холодный воздух чужой страны, Райан последовал за ним.

Вместе с белым паром изо рта вырвалось имя, которое он произносил как молитву, и растворилось в ветре.

Имя той, что ждала его в Фелтхэме.

───※ ·❆· ※───

— Думают, я буду спокойно ждать? — пробормотала Элоиза, почти впихивая одежду в сумку.

Ей было невыносимо стыдно за саму себя.

Если Райан не приезжает, то она может поехать сама! Как она до сих пор не додумалась до такой простой вещи?

Как только эта мысль пришла ей в голову, Элоиза прибежала домой и теперь вот так паковала вещи.

К тому же, есть подходящий предлог.

Здание в столице, которое оставила отцу его крёстная. Можно сказать, что нужно поехать его осмотреть.

Да и осмотреть его действительно было нужно.

Когда Элоиза, как сумасшедшая, упаковав вещи, спустилась вниз…

— Ты действительно едешь в столицу?

Джулия, скрестив руки на груди, стояла там. Затем, посмотрев на Элоизу, сказала:

— Говорю, пока ты не опозорилась, поехав в столицу…

— Что? Что у Райана есть женщина по имени Сильвия?

— А?

Джулия, услышав от Элоизы то, что собиралась сказать сама, расширила глаза.