Глава 32.0

Дорога в Кэмбон была гораздо оживленнее, чем в Блиссбери.

Люди, закончившие завтрак и направлявшиеся в поля, люди, ехавшие в Кэмбон продавать товары, и наоборот, те, кто ехал из Кэмбона через Фелтхэм в южные города.

На этой дороге приходилось здороваться как минимум раз в пять минут.

А Элоизе, дочери мистера Севертона, которого можно было назвать одним из столпов Фелтхэма, здороваться приходилось, конечно же, еще чаще.

— Мисс Элоиза! Давно не виделись!

Мужчина средних лет, ехавший навстречу на грузовой повозке, увидев Элоизу, снял шляпу и радостно поприветствовал ее.

— Мистер Хэнсон! Как поживаете?

— Прекрасно. И жена, благодаря вашей помощи, тоже в порядке.

Сказав это, мужчина подошел к своей повозке, взял оттуда мешок и положил его в повозку Элоизы.

— Это первый картофель этого года, только что выкопанный. Еще мелковат, но вкус уже что надо. Отдайте Эмили, она приготовит что-нибудь вкусненькое. А, может, и сыра немного возьмете?

— Ой, что вы, опять за свое. Если вы так будете, я в следующий раз рецепт вашей жене не прочитаю.

На ответ Элоизы мужчина рассмеялся и вместо сыра положил в повозку корзинку с яйцами.

— Если я встречу мисс Элоизу и не угощу ее, то меня домой не пустят. А этот господин…

— Ах, я и забыла представить. Это новый управляющий Блиссбери, сержант Райан Торнтон. Сержант, это мистер Том Хэнсон, он фермерствует в приходе пастора Харрисона.

— А-а, так это тот самый… — мистер Хэнсон поклонился Райану. — Желаю вам приятного пребывания. Если понадобится помощь, зовите в любое время.

Сказав это, мистер Хэнсон снова надел шляпу и вернулся к своей повозке.

— Тогда, счастливого пути!

Видимо, ему нужно было торопиться, он погнал свою повозку и вскоре исчез из виду.

Райан повернул голову, посмотрел ему вслед и снова взялся за вожжи.

— Кажется, я ему не очень понравился.

Райан обдумал приветствие мужчины. «Приятного пребывания». В этом приветствии, скорее всего, скрывалось «уезжайте».

Элоиза не стала отрицать его слова. Она и сама видела, что взгляд мистера Хэнсона на сержанта Торнтона был не очень-то доброжелательным.

Она горько усмехнулась.

— Прошу вас понять. Мистер Хэнсон считает, что многим обязан моему отцу. А раз вы новый управляющий, то он, должно быть, думает, что вы пришли занять место отца.

— Многим обязан?

— Да, ничего особенного… Его жена долгое время болела и ездила в больницу в Нью. Но, поскольку у них не было много денег, она не смогла получить должного лечения. А потом она случайно встретила моего отца… и он ей помог. Мы ведь из одной деревни, так что это естественно…

— Это не естественно.

Не успела Элоиза договорить, как Райан ее перебил.

— Разве много найдется людей, которые так заботятся о других?

— Как это «о других»? Мы ведь все из Фелтхэма.

— Но ведь не семья и не друзья.

— И все же мы из одной деревни. Сержант, вы бы не помогли жителю вашей деревни, если бы он попал в беду?

На слова Элоизы он, немного подумав, ответил:

— Не знаю. Я вырос в месте, где не знал, кто живет в соседнем доме.

От его ответа Элоиза наконец поняла, в чем заблуждалась.

Человек, родившийся в столице, человек, родившийся в сельской ферме, человек, родившийся в промышленном городе на севере.

У них не могло быть одинакового детства.

— А откуда вы родом, сержант?.. — осторожно спросила о его родине Элоиза.

Подумать только, это был первый раз, когда она спросила о чем-то, не связанном с Блиссбери или подполковником Уилгрейвом.

Он, услышав вопрос Элоизы, на мгновение замялся, а затем ответил:

— Город Честер.

Город Честер.

Услышав его ответ, Элоиза поняла, почему он сказал, что не знает, кто живет в соседнем доме.

Честер — это портовый город на севере Альбиона, а также один из крупнейших промышленных городов на севере.

Она там никогда не была, но знала, насколько это мрачное место. Все газеты Альбиона постоянно писали о Честере, называя его не иначе как «ужасным».

Город, где из-за дыма, который извергают заводы, не видно ни неба, ни даже солнца.

Беженцы, потерявшие свои дома из-за войны, в поисках пропитания стекались на заводы, и из-за этого Честер быстро превратился в промышленный город с огромной рабочей силой.

Но город не мог вместить всех прибывших.

Для тех, кто жил одним днем, иметь свой дом было несбыточной мечтой, и большинство заводских рабочих тратили полученные за день деньги на то, чтобы найти место для ночлега.

Прочитав статью о детях, которые каждый день засыпают в разных местах, Элоиза, засыпая в тот день, представила себе, каково было бы, если бы она жила в Честере.

Жизнь, где она не видит детей Огилви, которых видит каждый день, не видит пастора, где нет не то что стола, за которым она всегда сидит, читает и пишет письма, но даже куклу нельзя носить с собой.

В тот день, поблагодарив Бога в молитве, она также помолилась, чтобы дети, живущие в Честере, тоже могли жить в чистых и теплых домах, как и жители Фелтхэма.

И этот город оказался родиной сержанта Торнтона. То, что он сам об этом сказал, было удивительно.

Образ Честера был, конечно же, негативным. Город преступности, город бедняков, город загрязнения.

В газетах даже писали, что если вы хотите найти ад на земле, то отправляйтесь в Честер.

Если кто-то говорил, что он из Честера, все делали сочувственное лицо и говорили, как ему, должно быть, было тяжело, а когда тот уходил, шептались с другими.

Что с этим человеком лучше быть осторожнее.

Было распространено мнение, что если человек из Честера, то с ним что-то не так.

Поэтому выходцы оттуда скрывали свою родину. Но…

— Вы там родились и все время жили?

— Где родился, не знаю… жил там с трех до десяти лет.

— А после?

— Просто скитался по разным местам.

По словам «просто скитался» Элоиза поняла, что он не хочет продолжать разговор.

То, что он из Честера, он сказал с гордостью, а о том, где жил после, умолчал. Где же он скитался?

Она не стала расспрашивать дальше, но желание узнать это осталось в уголке ее сердца.