Глава 78.0

Когда и Филипп обрадовался, Абигейл с недоумением спросила:

— Разве то, что наводнению дали имя, — это так радостно? — Что изменится от того, что у него появилось название, и почему трое мужчин так оживились, она не понимала.

Тогда Филипп объяснил:

— Если королевская семья даёт имя бедствию, это значит, что и они признают масштабы ущерба. В таком случае высока вероятность получения специальной помощи.

— Специальной помощи?

— Обычно при крупных бедствиях королевская семья выделяет средства для стабилизации обстановки. В этом году они получили компенсацию за войну, так что и казна у них должна быть полна… Сколько выделят, неизвестно, но. — В этот момент Джулия коротко вздохнула и с недовольством сказала:

— Для такого, наверное, нужны связи при дворе, не так ли?

— Пожалуй, так.

Ричард кивнул, соглашаясь.

— Тогда мы, похоже, ничего не получим. В Кэмбоне, да и во всей округе, вряд ли найдётся знатный человек со связями при дворе. Конечно, барон Стэнфорд мог бы…

Барон Стэнфорд долгое время служил в армии и совершил много подвигов. Так что, если бы он захотел, встреча с королём не составила бы для него большого труда.

Проблема была в том, что сейчас жителям Фелтхэма было трудно просить барона Стэнфорда о помощи.

Если бы он отвечал за эту местность, то другое дело, но он был скорее «соседом», владевшим лишь землями, принадлежавшими Блиссбери.

Так что просить барона Стэнфорда войти во дворец и просить за Фелтхэм — это, как ни крути, было слишком.

Конечно, зная его характер, он, узнав об ущербе в Фелтхэме, может, и попытался бы встретиться с королём.

— Но разве барон Стэнфорд сейчас не в Бришеме?

— Да.

Барон уехал в южный курортный город. Когда он вернётся в столицу, неизвестно, и даже если вернётся и подаст прошение, сколько времени это займёт, было неясно.

Пока атмосфера за столом становилась всё тяжелее, Райан быстро доел свою порцию и встал.

— Я, пожалуй, пойду.

Когда он ушёл, Ричард тоже поспешно закончил есть и встал.

В итоге утешать поникших духом леди из Фелтхэма пришлось Филиппу.

───※ ·❆· ※───

— Райан!

Ричард вошёл за Райаном в библиотеку.

Сейчас, как и большинство помещений в Блиссбери, библиотека была в полном беспорядке.

Не только одеяла детей, спавших здесь ночью, были разбросаны, но и в углу была свалена утварь, которую жители деревни с трудом спасли.

Райан, словно не обращая на это внимания, прошёл мимо и сел за стол.

Перед сном какой-то из скучавших детей, видимо, захотел попробовать перо, стоявшее на столе, и на бумаге были странные каракули, а рядом валялась перьевая ручка.

Райан убрал всё это и из глубины ящика достал чистый лист бумаги.

Ричард, стоя напротив и наблюдая за его действиями, открыл рот.

— Что ты собираешься делать?

— Подать прошение об аудиенции.

— Ха… так я и думал.

Когда Джулия говорила, что нет никого со связями при дворе, Ричард искоса посмотрел на Райана.

Был. Человек, которому было легче встретиться с королевской семьёй, чем барону Стэнфорду.

Райан Уилгрейв.

В прошлом Райан спас на поле боя второго сына королевы, герцога Кентского.

И не просто случайно спас.

Когда отряд герцога Кентского оказался в изоляции, Райан в одиночку проник на поле боя, ночью внёс сумятицу в ряды врага и в одиночку в темноте уничтожил целый взвод, направлявшийся к герцогу.

Даже зная, что он хорошо видит в темноте и отлично стреляет, люди не могли скрыть своего удивления, что он в одиночку справился с тридцатью человеками.

Герцог Кентский, наблюдавший за этим со стороны, после победы в том бою пообещал Райану:

«Я награжу тебя орденом Золотого Льва. Спасение жизни члена королевской семьи — заслуга немалая». — На слова герцога Кентского даже те, кто недолюбливал Райана, не могли сказать, что это слишком высокая награда.

Иначе это могло бы прозвучать так, будто спасение принца — дело пустяковое.

Но орден Золотого Льва до сих пор никогда не вручался тому, у кого не было титула.

«Тогда и титул можно дать, не так ли?» — на смелое предложение герцога Кентского аристократы смутились.

«Как бы то ни было, он сын могильщика. Говорят, даже не родной. Детство провёл в трущобах промышленного города. Как можно даровать такому человеку наследный титул».

Но герцог Кентский не собирался отступать. Когда разногласия между ним и аристократами начали обостряться, вмешался Райан.

«Для меня достаточно и ордена Чёрного Льва. Вид ордена не изменит того, что я сделал». — Когда награждаемый сам так сказал, герцог Кентский не мог больше настаивать.

Так или иначе, благодаря тому, что Райан сделал шаг назад, разногласия между герцогом и аристократами закончились. Говорили, что и королева была очень довольна, что больше не было шума.

В этом деле недовольным остался лишь герцог Кентский. Он постоянно извинялся перед Райаном и говорил:

«Награды за орден Чёрного Льва недостаточно. Совсем недостаточно. Так что, Райан Уилгрейв. Если когда-нибудь у тебя возникнут трудности, обязательно скажи мне. Если я смогу помочь, то исполню любую твою просьбу». — Услышав обещание герцога Кентского, Райан подумал, что ему вряд ли когда-нибудь придётся о чём-то его просить.

И действительно, во время допросов в Дисциплинарном комитете Райан не просил его о помощи.

Поэтому герцог Кентский, хоть его и не просили, сам суетился, пытаясь как-то помочь.

Если бы барон Стэнфорд не остановил его, сказав, что вмешательство герцога поднимет ещё больше шума, то, зная характер герцога, он, возможно, ворвался бы с тростью и избил бы членов комитета.

Так или иначе, герцог Кентский пообещал Райану.

Если понадобится помощь, обращаться к нему.

Райан взял перо и начал писать письмо.

Разумеется, герцогу Кентскому.

───※ ·❆· ※───

Прошла ещё неделя.

По мере того, как жители Фелтхэма задерживались в Блиссбери, начали возникать различные проблемы.

Прежде всего, проблемой стала еда.

Хоть и получили помощь из Кэмбона, и срочно закупили муку.

Но из-за большого количества людей, даже если из Кэмбона каждый день приезжала повозка с продуктами, после ужина остатков всегда было в обрез.

К тому же, проблемой были и деньги на закупку продуктов.

Какой бы щедрый бюджет ни выделил барон Стэнфорд, всему есть предел. А из-за того, что большинство полей и складов в окрестностях пострадали, цены на продукты сильно выросли.

Дошло до того, что миссис Паркер, которая считала, что если человек пропустит хоть один приём пищи, то рухнет мир, задумалась, не стоит ли уменьшить количество выдаваемого хлеба.

Следующей проблемой были ссоры между людьми.

Сначала, радуясь спасению, все утешали и поддерживали друг друга. Но люди, потерявшие всё, кроме семьи, постепенно впадали в отчаяние.

Поняв, что восстановить свои поля, скот и дома невозможно.

Первыми Блиссбери покинули те, у кого были родственники, на которых можно было положиться.

Собрав всё, что можно было спасти из-под обломков, они, наняв повозку, уехали.

— Мы собираемся окончательно туда переехать. К счастью, и земля есть, и пустой дом, так что жить будет где. Спасибо за всё, сержант Торнтон.

Житель деревни, уезжая из Блиссбери, несколько раз поклонился Райану. Райан, проводив его туда, где не видели дети, протянул ему небольшой мешочек.

— На новом месте будет много трудностей. Используйте, когда будет тяжело. — Поняв, что Райан дал ему немало денег, мужчина снова и снова кланялся.

С теми, кто уехал, было всё в порядке. Но тем, кому некуда было идти, оставалось лишь отчаянно цепляться за восстановление Фелтхэма.

— Это посуда из нашего дома!

— Да что ты говоришь! Где доказательства!

Когда из-под завалов доставали что-то ценное, люди, утверждая, что это их, хватали друг друга за грудки.

Ссоры взрослых участились, и дети тоже стали чаще ссориться.

— Нищий, всё потерял! А мы скоро вернёмся в деревню! А ты теперь будешь есть и спать под деревом! Как бродяга!

Сказавшего это ребёнка взрослые сильно отругали, но он до конца пыхтел и упрямился, что сказал правду.

Глядя на это, Элоизе было больно.

Она воочию видела, как рушится деревня, которую она любила.

«Если так пойдёт и дальше…»

Восстановление Фелтхэма будет трудным. Люди всё больше опускают руки и начинают думать о том, чтобы уехать. Тьма сгущалась. И вот однажды…

— Все скорее сюда!

Вдруг вбежал ребёнок и закричал.