Истинная концовка (4)

[Трансцендент <Хан Сон Юн> активирован, и [трансцендентная функция: <Всеведение> · <Всемогущество>] находится в активном состоянии.]

Трансцендент.

Концепция явлений. Тот, кто сделал саму Вселенную частью своего существования. Это была сила Ответившего Небу.

То было абсолютное чудо, способное перевернуть даже границу между реальностью и сном.

───.

Трансцендентная функция. Проявление всеведения и всемогущества. Благодаря ей сила божественности <Кровь> была полностью восстановлена, а затем выгравирована на Кровавом Небесном Демоническом мече. Сотни с лишним процессов слились в один-единственный этап.

*ки-и-ин.*

Кровавый Небесный Демонический меч. Предмет с подавляющими характеристиками даже среди бесчисленных боевых орудий, существующих во Вселенной. Его нужно было сделать священной реликвией.

Так, превратив Кровавый Небесный Демонический меч в священную реликвию и выгравировав на нём божественность <Кровь>, я пересаживал в само оружие силу древнего божества.

Более того…

*го-о-о-о.*

В Кровавый Небесный Демонический меч продолжала врезаться сила.

Способность превращаться в человеческое тело. Способность хранения, необходимая для сохранения личности объекта. Вспомогательная способность очищать ментальное загрязнение, возникающее из-за концептуального определения божественности.

Способность поднимать концептуальную божественность, лежащую в основе божественного статуса, до объективной области. Способность резонировать с абсолютной функцией Трансцендента и разделять риски, которые несёт сила всеведения и всемогущества.

Со временем Кровавый Небесный Демонический меч переставал быть простым оружием и превращался в сосуд для одной личности.

И одновременно с этим Кровавый Небесный Демонический меч становился существом, которое было нужнее всего рядом с Трансцендентом.

«Дам Чхон У. Возродить его и одновременно усилить мою силу всеведения и всемогущества как Трансцендента. Двух зайцев одним выстрелом».

Я был Ответившим Небу, переродившимся в Трансцендента, но, к сожалению, не мог использовать всё всеведение и всемогущество трансцендентной функции.

Я мог лишь активировать Трансцендента <Хан Сон Юн> и проявлять знания и способности Бога-Творца в пределах, где моя личность не разрушалась.

И это тоже было неплохо.

Ведь именно благодаря этому, даже переродившись Трансцендентом, более того, Ответившим Небу, я не потерял ни своё «я», ни разум.

Но если недостаток можно было компенсировать, не было причин этого не делать.

«Кровавый Небесный Демонический меч. Если Дам Чхон У сможет резонировать со мной и расширять диапазон действия абсолютной функции Трансцендента… это очень поможет. Несомненно».

Если Дам Чхон У тоже сможет разделять риски, которые несёт абсолютная функция Трансцендента, количество вещей, которые я смогу сделать, вырастет скачкообразно.

Ведь, активировав всеведение и всемогущество трансцендентной функции, я смогу переделывать желаемое на более крупном и более широком уровне, не будучи скованным ни настоящим, ни будущим, ни прошлым.

Станет возможно и объединить в один несколько этапов процесса, необходимого для активации силы Трансцендента.

«В конце концов, Дам Чхон У всегда поддерживал меня именно так, находясь рядом. Вряд ли он почувствует какое-то неудобство».

Бог Крови.

Дам Чхон У. Пусть и способом, близким к обходному, но он тоже был тем, кто стал древним божеством. Его ценность как помощника была колоссальной.

И к тому же.

Разве Дам Чхон У не был тем, кто однажды уже вверил мне свою волю и принял смерть? Если он снова получит жизнь, ему по праву следует жить ради меня.

С лёгкой улыбкой на губах я посмотрел на Кровавый Небесный Демонический меч, поднявшийся в воздух, и снова прошептал:

— До каких пор вы намерены спать?

*тук.*

— Поднимайтесь.

Кровавый Небесный Демонический меч. По алому клинку начали струиться золотое сияние и чернильная тьма. А затем произошло изменение.

— Дам Чхон У.

В ответ на мой зов Кровавый Небесный Демонический меч сам собой поднялся в воздух и вместе со звуком, напоминающим сердцебиение, изверг огромную кровавую волну.

*тук-тук, тук-тук.*

А затем…

*чхва-а-ак.*

Алая кровь. Поднялся кровавый прилив, обволок Кровавый Небесный Демонический меч и принял форму яйца. Однако и это было лишь временным явлением.

*треск.*

Внезапно алое кровавое яйцо раскололось, и из-за кровавой скорлупы наружу вырвалась чья-то рука, развевая рукав чёрного халата.

*хвать.*

Кровавое яйцо. Опираясь одной рукой о его поверхность, тот, кто находился внутри кровавой скорлупы, вышел наружу, развевая чёрный халат.

*топ, топ.*

Черноволосый мужчина в чёрном халате вышел, пошатываясь всем телом, словно пьяный. Он несколько раз моргнул мутными глазами и повернул голову.

— …

— Давно не виделись.

— А…?

— А. Хотя, пожалуй, прошло не так много времени, чтобы говорить «давно». Как бы то ни было, рад снова вас видеть. Правда.

— Что это… значит…

Я слишком хорошо знал этого красивого молодого мужчину с чёрными волосами, одетого в чёрный халат.

— Дам Чхон У.

И для него это тоже было так.

— Хан Сон Юн…?

Дам Чхон У.

Товарищ, который всегда был рядом.

…Возрождённый вернулся.

***

Дам Чхон У. Хотя он возродился, сделав Кровавый Небесный Демонический меч своим новым сосудом, выглядел он каким-то ошеломлённым. И говорил тоже невнятно.

— Хан Сон Юн…? Как ты… здесь… Нет. Прежде всего, где это? Память…

И вдруг Дам Чхон У, будто что-то вспомнив, резко втянул воздух и продолжил бормотать так, словно осознал потрясающий факт.

— А… Вот как. Значит, это преисподняя. Я ведь умер ради тебя. Теперь всё вспомнил.

На лице Дам Чхон У почему-то проступила сильная горечь, и он продолжил:

— Вот как. Ты потерпел неудачу? Похоже, ты тоже умер. …В конце концов, преодолеть горизонт сильного оказалось невозможным───

Он только очнулся и сразу начал говорить, исходя из того, будто я проиграл. Раздражение вспыхнуло мгновенно.

*топ, топ.*

Не меняясь в лице, я широким шагом подошёл прямо к Дам Чхон У, а затем с чуть большей силой щёлкнул его по лбу.

*щёлк.*

— Кха-а-ак?!

От этого Дам Чхон У, похоже, почувствовал сильную боль, почти в судорогах повалился назад, а затем покатился по полу.

— Голова! Голова! А-а-а-а-а-а-а! Хан Со-о-он Ю-у-у-ун! Ах ты, невоспитанный щено-о-о-ок!!

— Дам Чхон У. Простите, но… нет, на самом деле я вовсе не извиняюсь. Так бывает, когда говоришь вещи, которые выводят человека из себя.

— Что?

— До чего же вы бестактны.

Я тяжело вздохнул, словно это было просто нелепо, а затем горько улыбнулся.

— Научи меня.

— О конце, который рисуют жизнь, разум и сила.

— Посмотри на то, что находится в конечной точке, и дай ответ. О нашей свободе и о самом этом существовании.

— Разве не понимаете?

В тот миг я вспомнил последнюю волю, которую оставил Дам Чхон У. И продолжил:

— Что теперь я и есть ответ, которого вы жаждали всю жизнь.

Я передал Дам Чхон У ответ, который, как мне казалось, был ему сейчас нужнее всего.

— Я…

А именно…

— Трансцендент.

Ответ как существо, достигшее конца, который рисуют жизнь, разум и сила.

***

Тишина.

В Области явлений <Миниатюрный сад> на краткий миг воцарилось безмолвие. Мы стояли молча, глядя друг другу в глаза.

И вдруг Дам Чхон У, будто не мог поверить, задал вопрос дрожащим телом и яростно колеблющимся голосом:

— Трансцендент… Ты стал вознесённым? Хан Сон Юн… Ты? Разве это было возможно? Как? Бог Отчаяния, Падения и Безумия───

— Если точнее, он не Бог Отчаяния, Падения и Безумия, а Бог Хаоса. Оказалось, он всё это время скрывал своё божественное имя.

— Что это… значит…

— Последняя битва. Разве не очевидно, кто выжил и одержал победу в той худшей войне за всю историю? Дам Чхон У.

— Ты…

— Я победил.

С лёгкой улыбкой в глазах и голосом, полным уверенности, я отчётливо объявил себя окончательным победителем.

— Бог Хаоса. Я сумел превзойти это сильнейшее за всю историю древнее божество. И стать Трансцендентом — тоже.

— Ха, хахах… Правда? Бог Отчаяния, Падения и Безумия… Нет. Не так. Не так. Ты сказал, Бог Хаоса? Значит, ты победил этого чудовищного ублюдка? Тогда───

— Башню испытаний. Этого ублюдка я собственноручно уничтожил. Не оставив ни единого следа. Дотла.

— …

Дам Чхон У несколько раз моргнул, округлив глаза, а затем вдруг издал сухой смешок, словно не мог поверить.

— Это шутка? …Сей великий, что ли, видит сон? Иначе такая история просто невозможна.

— Я говорю серьёзно. Это не сон и не иллюзия. Это сам факт. Дам Чхон У.

— …

— Трансцендент. Воображаемый абсолют, обладающий знаниями и способностями всех концепций, существующих во Вселенной. Это я.

— Хахах…

Дам Чхон У издал пустой смешок, сел прямо на пол и низко опустил голову. А затем произнёс с примесью колебания:

— Я… считал, что будет достаточно, даже если достигну конца пути и дам ответ не я сам. Я подумал, что тебе… именно тебе я непременно могу доверить свой идеал.

— …

— И всё же. Мне было страшно. Вдруг даже моя смерть ничем тебе не поможет? Вдруг всё окажется лишь бессмысленным делом, а всё, что мы сделали, обратится в пустоту? Поэтому…

— Это не было бессмысленным.

Я посмотрел на Дам Чхон У сверху вниз и ответил с мягкой улыбкой на губах:

— Стать сильнее. Я достиг конца, который рисуют жизнь, разум и, более того, сила… Я.

— …

— Дам Чхон У. Если бы вы не были рядом со мной, дойти сюда было бы трудно. Это факт, который не изменится.

— Я…

— …

Дам Чхон У опустил голову и сжал обе руки в кулаки. То ли колеблясь, то ли виня себя. Я тихо усмехнулся и сказал:

*хмык.*

— Разве вы не называли меня близким другом?

— …Что?

— Вы ведь говорили, что думаете обо мне как о близком друге и товарище. Тогда и настройте себя соответственно.

— …Что это значит?

— Это значит, не надо строить из-за такой мелочи трагедию.

Я повернулся спиной, подошёл к огромному трону, стоявшему в центре Области явлений <Миниатюрный сад>, и сел.

*плюх.*

А затем. На мгновение я мягко прикрыл глаза, снова открыл их и продолжил отвечать с холодной улыбкой.

— Дам Чхон У. Вы говорили, что доверяете мне ответ. Я уже дал ответ. Тот ответ, который для меня самого является самым правильным.

Память о том дне всё ещё оставалась яркой. Дам Чхон У. Я вспомнил вопросы и ответы, которыми мы обменялись в разговоре с ним.

— Тоска по силе.

— Если стремиться к силе и обрести её плод — грех, то является ли это наказанием, которое получают обретшие силу?

— Это проклятие, дарованное сильным?

— Стать сильнее. Быть захваченным жаждой силы — это не проклятие и не наказание. Ручаюсь.

Я положил локоть правой руки на подлокотник огромного трона и подпер подбородок. А затем сказал:

— Из-за Башни испытаний я был вынужден цепляться за силу. Я не мог сам решить ничего по собственной воле. Это была крайняя степень несвободы.

Я говорил о том, что из-за Башни испытаний потерял семью, а мой врождённый талант был подавлен, и всю жизнь мной играли в её руках.

— Ничего. От начала и до конца всё лишь плясало на чьей-то ладони. Не было ни свободы, ни права выбора.

Но.

— И всё же. По крайней мере финал этой истории я сам обдумал, сам решил и сам завершил. В конце пути, где я стремился стать сильнее, я наконец вернул себе свободу.

Башня испытаний. Даже Бог-Творец этой истории не смог управлять мной до самого конца. Я вернул себе свободу.

Потому что сам, своей волей, выбрал самый правильный финал, даже если мне предстояло сожалеть или страдать.

Я был вынужден, погрузившись в стремление стать сильнее, бросить всё и бежать сюда, сжигая самого себя, но от этого я не считал всё проклятием.

Ведь придать этому смысл и ценность — свобода не чья-то, а моя.

— Тоска по силе — не бессмысленное кольцо проклятия. Всё зависит от того, как решит сам человек.

*шурх.*

— Стать сильнее. Куда прийти в конце жажды силы — решаешь ты сам. Как я.

Я протянул левую руку, вытянул указательный палец и, указывая в пустое пространство, продолжил:

— Даже если в конце стремления стать сильнее ты ничего не добьёшься и умрёшь впустую, это не значит, что в этом нет смысла или ценности.

— …

— Дам Чхон У. Так же, как вы пожертвовали собой ради меня по воле не кого-то другого, а своей собственной. Для меня это было делом со смыслом и ценностью.

— Я…

— Есть претензии?

*хмык.*

— Дам Чхон У. Если вы хотите сказать, что в сделанном вами не было ни смысла, ни ценности, разве есть нечто, что вам следует сделать? Разумеется.

Я убрал левую руку, большим пальцем указал на самого себя и рассмеялся так легкомысленно, что это почти казалось высокомерием.

— Победите. Меня. …Если хотите сказать, что мой ответ неверен, разве вам не следует поступить именно так? Дам Чхон У.

Услышав это, Дам Чхон У широко распахнул глаза, раскрыл рот от изумления, а затем выплеснул недовольство:

— Что? Что за… Не неси чушь. Я ведь только недавно стал древним божеством. А ты… трансцендент Вселенной, разве нет?

— Верно.

— Ах ты, безумец! И как ты можешь так бесстыдно это подтверждать…!! Такое вообще возможно по здравому смыслу───

— Если невозможно.

В ответ я холодным голосом и с предельно серьёзным выражением произнёс:

— Если вы не можете опровергнуть логикой силы то, что мой ответ неверен, больше не добавляйте лишних слов.

— Что?

— По крайней мере для меня дни, которые вы прожили как сильный, вовсе не были лишены смысла и ценности.

— …

— Так и должно быть.

*широкая усмешка.*

— Ведь я…

С приятной улыбкой я произнёс факт таким, каким он был.

— Сильнейший.

Разве Дам Чхон У не слишком слаб, чтобы рассуждать о смысле и ценности жизни как сильный?

— И даже если не это, вы уже доверили мне собственный ответ. Значит, этого достаточно, нет? Я скажу прямо.

И затем…

— Бог Крови. Дам Чхон У, ваша жизнь обладает большим смыслом, а более того, великой ценностью как жизнь сильного. Несите гордость.

Следом.

— Всегда.

В следующий миг.

— Спасибо.

…

— Мой клинок.

Миниатюрный сад. За куполообразным стеклянным потолком пролился алый метеорный дождь… и в глазах Дам Чхон У появился особый блеск.

— Дам Чхон У.

Это были глаза того, кто получил ответ на вопрос, которого жаждал всю жизнь.

***

Звук деревянного гонга.

*тук-тук-тук.*

— Ну что, вы получили ответ?

Знакомый голос.

Разговор, который когда-то состоялся с настоятелем монастыря Шаолинь Хесыном, зазвучал у него в ушах.

Теперь и для Дам Чхон У этот вопрос был до невозможности знакомым.

«Нет».

Но…

«Я получил не ответ».

Почему? Теперь всё было иначе, чем в прошлом. Каждый раз, когда вопрос Хесына звучал в ушах, он прежде чувствовал тяжёлую духоту. Теперь её не было.

«Я…»

Не ответ.

«Я получил всё».

Он получил всё.

«Свободу».

Там, впереди, было существо, которое дало ответ на вопрос, которого он жаждал всю жизнь, и утвердило саму жизнь Дам Чхон У.

Дерзкий мальчишка, заявивший, что смысл и ценность жизни человек решает сам, и более того, что он сам определит это за него.

Но это был единственный во всей Вселенной Трансцендент, Бог-Творец и Ответивший Небу. Повелитель великого измерения, возвысившийся до самой Вселенной, утвердил всё его существование.

— Спасибо тебе всегда. …Мой клинок. Дам Чхон У.

Дам Чхон У мягко прикрыл глаза и в Миниатюрном саду, где ливнем сыпались звёзды, тихо ответил про себя:

«И мне всегда было радостно быть твоим клинком. Хан Сон Юн».

Словно в молитве.

***

Дам Чхон У.

Воскрешение прежнего претендента тоже было завершено, и настройка резонанса абсолютной функции Трансцендента с Кровавым Небесным Демоническим мечом тоже была закончена.

*раз.*

Теперь настало время отправляться в Пантеон. Хотя бы ради того, чтобы передать трём древним божествам то, что им полагается передать.

【 Сворачивающийся вихрь 】

И.

───.

В следующий миг.

*го-о-о-о.*

Пантеон.

Стоило мне войти в мир богов, как за пределами взгляда развернулось воображаемое пространство-время с бесчисленными храмами, выстроившимися рядами.

И именно тогда. …Я увидел, как бесчисленные боги, принадлежащие Пантеону, склоняют головы и возносят молитвы.

*плюх, плюх, плюх.*

Все до единого распластались всем телом на полу, источая веру, полную благоговения и волнения.

— …

И затем.

*топ, топ.*

В тот миг, когда знакомая женщина с серыми волосами подошла к месту, где стоял я, а затем тоже медленно распростёрлась на полу и, выказывая почтение, вознесла молитву.

[Богиня Темного Аромата возносит молитву Трансценденту, более того, Богу-Творцу, выражая почтение.]

— …О Трансцендент. От всего сердца поздравляю вас с тем, что вы как Бог-Творец, а более того, как Ответивший Небу достигли верховного предела.

Бесчисленные боги, распростёршиеся в Пантеоне и возносившие молитвы, в один голос подхватили её слова.

— Возносим почтение Трансценденту.

Это были те, кто искренне благоговел перед тем, что он как Трансцендент, Бог-Творец и, более того, Ответивший Небу достиг верховного предела.

*тук.*

Увидев это, я прищурился, а затем негромко продолжил. Потому что мне нужно было идти туда, куда следовало.

— На этом достаточно. Я не придаю значения пустым церемониям. Заканчивайте с этим и… просто проводите меня.

А именно…

— Я должен встретиться с тремя древними божествами. С верховными богами Пантеона. У меня есть довольно много вещей, о которых нужно с ними поговорить.

Три древних божества. Приближалось время встретиться лицом к лицу с Богиней тьмы, Драконьим богом и Демоническим богом.