Разрушитель (1)

Доверие.

На самом деле от администратора, Владычицы Железной Крови, я уже почти что получил его.

Она одна из тех, кто лучше прочих знает мою ценность.

Именно поэтому до сих пор она не жалела поддержки, и в результате отправила меня сюда.

Но Владычица Железной Крови передо мной была не такой.

«Раз она воссоздана Башней, она никак не может мне доверять».

И это было естественно.

Ведь я был существом вроде иррегуляра, внезапно свалившегося с неба.

Да ещё и обладал такой силой, хотя командовал всего-то отрядом меньше чем из десяти солдат?

Пожалуй, если мыслить здраво, стало бы понятно не только то, что я подозрителен, но и что здесь что-то перекошено.

Значит, доверять мне она никак не могла.

«Награда заветного желания определяется эмоциональным состоянием Владычицы Железной Крови».

Но отказаться от того, чтобы заслужить доверие, я не мог.

«Тогда нужно добиться хотя бы какого-то доверия».

Именно поэтому я так открыто предложил сделку.

Сказал, что награды особенно не хочу, а хочу доверия.

Владычица Железной Крови решила поставить меня, откровенно подозрительное существо, себе на службу.

Причём в форме признания военных заслуг и выдачи высокой должности.

Значит, вероятность, что она примет такую сделку, была высока.

И действительно……

— ……Доверия, значит. Неожиданные слова. Ты ничего не желаешь?

Владычица Железной Крови сказала это так, будто никак не могла понять.

Реакция не была отрицательной.

Просто, с точки зрения её здравого смысла, она не могла понять нынешнюю ситуацию.

Наверное, на её месте я бы тоже отреагировал так же.

Поэтому я добавил хотя бы минимальное объяснение.

— Не то чтобы я ничего не желаю. На самом деле мне нужно только ваше доверие.

— Трудно понять такие слова.

— Вот как.

— Да. Более того, они совершенно непонятны. Я тысячник империи.

— Знаю.

— К тому же за многочисленные заслуги в этой войне я скоро поднимусь даже до должности десятитысячника.

— Иными словами, вы можете дать мне многое.

— Именно. Я могу дать многое, а не какое-то там моё доверие. Деньги, власть и даже обеспеченное будущее. И всё же……

— Но наград такого рода я даже не желаю, — не дав Владычице Железной Крови продолжить, я покачал головой. — Ведь всё это мне всё равно ни к чему.

Причём с предельно серьёзным видом.

— Что это ещё значит……

— Я не говорю иносказательно. Это действительно мне ни к чему.

— Тогда понять ещё труднее……

— Что ж. Боюсь, больше я вам рассказать не смогу. Есть обстоятельства.

— Вот как……

— Но если дать ответ, который вы хоть как-то сможете принять, считайте, что я возвращаю долг из прошлого.

В любом случае, если даже кое-как не выкрутиться, доверия я не добьюсь.

Тогда лучше уж наполовину смешать правду с ложью.

К тому же то, что во время подъёма по Башне у меня накопился определённый долг перед Владычицей Железной Крови, тоже не было неправдой.

Владычица Железной Крови прищурилась и повела себя так, будто всё стало ещё непонятнее.

— ……Что ещё значит «возвращаешь долг передо мной»? Мы где-то встречались раньше?

— В прошлом я получил от вас многое.

— Нет. У меня таких воспоминаний нет. Тем более если речь о таком, как ты.

— Разумеется. Вы не сможете этого помнить. Именно поэтому я и хочу заслужить ваше доверие.

Лишь тогда Владычица Железной Крови кивнула, словно поняла.

— По крайней мере, теперь я точно поняла о тебе одну вещь……

— Вот как.

— Да. Ты тот, кого невозможно понять в рамках обычного. Поэтому понять тебя и будет трудно.

— Это верно.

— Но я в некоторой степени понимаю, что твои слова не ложь.

Владычица Железной Крови спокойно опустила взгляд и сказала:

— Если твоя цель — моё искреннее доверие, я дам его.

И, услышав эти слова, я сразу почувствовал её эмоции силой божества.

Пусть ощущалась эмоция, близкая к искренности, глубины в ней было мало.

И это было естественно.

Ведь трудно по-настоящему поверить тому, кто внезапно появился перед тобой.

Но это не имело значения.

— Тогда этого достаточно.

Времени пока оставалось много.

Ничего страшного, если процесс накопления доверия продолжится с этого момента.

Когда я, думая так, кивнул, Владычица Железной Крови вдруг сказала так, будто что-то вспомнила:

— ……Кстати говоря, мы ведь даже имён друг друга толком не знаем. Твоё имя действительно Рон?

В её тоне чувствовался допрос, словно она спрашивала, не выдуманное ли это имя.

В ответ я покачал головой и признал, что имя фальшивое.

Потому что скрывать это не было нужды.

Ведь, в любом случае, само имя особого значения не имело.

— Нет. Моё настоящее имя — Хан Сон Юн. Запомните так.

Услышав это, Владычица Железной Крови с видом человека, у которого разболелась голова, с силой помассировала виски.

— Я подозревала, но это и правда было вымышленное имя? Обмануть глаза империи и скрыть имя… Голова болит.

— Это такая уж серьёзная проблема?

— ……Нет. Твоя сила слишком велика, чтобы делать из этого проблему. Поэтому, на правах тысячника, я не стану тебя допрашивать.

— Тогда достаточно.

Как я и думал, у нынешней имперской армии не было особой свободы действий.

Настолько, что строго наказать меня, внезапно появившегося мастера, было трудно.

Поэтому даже то, что я солгал об имени, она вот так легко пропустила.

Ведь дальше ещё будет множество мест, где мне придётся приложить силу.

— Хан Сон Юн, значит. ……Странное имя. Надеюсь, оно не тоже вымышленное?

— Нет.

— Тогда хорошо.

Владычица Железной Крови кивнула, словно приняла это, и сказала:

— Теперь настала моя очередь представиться.

Она встряхнула серебряными волосами и протянула руку, будто предлагая рукопожатие.

— Представлюсь официально. Хан Сон Юн. Меня зовут Канария Лугфельт.

А затем:

— Надеюсь на твою помощь в дальнейшем.

Я пожал руку, протянутую Владычицей Железной Крови, и тоже кивнул.

— Понял.

Только теперь была подготовлена основа, необходимая для получения награды испытания.

***

Едва сделка с Владычицей Железной Крови закончилась, она прищурилась.

— Ты сказал, что хочешь моего доверия, но твоя сила действительно выходит за рамки.

И, сказав это, она тут же продолжила, словно так и должно быть:

— Хан Сон Юн. Твоя должность будет повышена до сотника. И я дам тебе соответствующие полномочия.

— Но я не собираюсь нести обязанности сотника.

— Ничего страшного. Даже пустую должность лучше иметь при себе. Так тебе будет удобнее действовать.

— Тогда не возражаю.

В любом случае, если не приходилось нести ответственность, должность была мне безразлична.

— Значит, со званием мы определились.

Владычица Железной Крови кивнула и вскоре продолжила:

— Теперь ты будешь помогать мне. Но перед этим нужно кое-что прояснить.

— Прояснить……

— Изначально твоя должность была десятником. Значит, ты ведь не знаешь истины империи.

— Истины?

Я нахмурился и переспросил, а Владычица Железной Крови кивнула так, будто ожидала этого.

— Да. Истины. О том, насколько далеко Злой бог уже загнал империю. Ты ведь не знаешь.

Честно говоря, я уже знал хотя бы то, что дело дошло до уровня гибели мира……

«Но всё же лучше хотя бы немного разобраться в ситуации».

На самом деле подробностей я тоже не знал, поэтому молча выслушал объяснение Владычицы Железной Крови.

— Нынешняя империя загнана на грань гибели.

— Примерно догадываюсь.

— ……Догадываешься?

— Да. Из-за Злого бога конец вот-вот придёт не только империи, но и всему миру. Насколько мне известно, так оно и есть.

— ……Ты. Поистине удивителен. О конце мира не знают даже многие тысячники.

— Вот как.

Владычица Железной Крови на миг восхитилась, а затем сказала так, будто с её плеч сняли часть забот:

— Тогда объяснять долго не придётся. Хан Сон Юн. Сейчас империя пытается предотвратить конец мира.

Она нахмурилась так, словно одно воспоминание об этом было неприятным.

— Все жрецы империи в один голос сказали одно: со временем Злой бог опустится на эту землю. Поэтому до этого нужно подготовиться.

— Вот как.

— Да. Пусть с другими странами неясно, но, по крайней мере, империя готовится к этому основательно. Однако слуги, поклоняющиеся Злому богу, мешают этому.

— Разумеется.

Честно говоря, с точки зрения Злого бога, империя занималась крайне раздражающим делом.

Наверняка он ненавидел уже сам факт, что империя что-то делает, и всячески вставлял палки в колёса.

По крайней мере, прежний Злой бог, которого я видел, был бы именно таким.

Ведь он был существом, похожим на нетерпеливого ребёнка.

— Значит, прежнее нападение было из той же серии.

— Именно. Сейчас солдаты здесь направляются к Чёрному дракону на западе. Это существо, охраняющее племя тёмных эльфов.

— Дракон способен что-то сделать?

— По крайней мере, жрецы империи сказали так. Убедить семь драконов, хранящих мир, и получить их признание. Это минимальный путь к защите мира.

— Хм.

Я на миг коснулся подбородка и задумался о драконах.

«О драконах я знаю не так уж много».

И это было естественно.

До сих пор единственным драконом, которого я встречал, была марионетка, когда-то бывшая местным божеством, но воскрешённая некромантией.

И вдруг мне говорят, что нужно убедить дракона и получить его признание?

Поскольку о драконах я не знал почти ничего, это слегка давило.

Поэтому я сразу задал Владычице Железной Крови вопрос:

— Тогда есть способ получить признание дракона?

— Нет. Жрецы империи сказали, что каждый дракон может желать разного. Кто-то может захотеть богатств, кто-то — людей. А кто-то, возможно, вообще не признает нас.

— ……

— Но кроме драконов, которые уже сотни лет охраняют мир, вряд ли есть кто-то ещё, способный остановить вторжение Злого бога.

— Иными словами, вы собираетесь добиться признания драконов любыми средствами.

— Верно. Ради этого империя тоже подготовила переговорные карты. Причём очень много.

Только теперь я смог как следует понять контекст испытания.

«Иными словами, это история о том, как нужно следовать за Владычицей Железной Крови и убеждать семь драконов».

Сейчас это особое контрактное испытание требует от меня убедить драконов и спасти мир.

«Теперь понятно и то, почему оставшееся время испытания составляет целый год».

Мало того что верующие, служащие Злому богу, всякий раз вторгаются, так ещё и существует отдельная цепочка заданий.

Поэтому в обычных условиях не было бы странно, если бы испытание длилось больше года.

Но, хорошенько подумав, я понял, что такой необходимости вроде бы нет.

Ведь, в любом случае, достаточно получить признание драконов.

«Тогда, если драконы останутся живы, всё остальное неважно, разве нет?»

И пока я незаметно пришёл к этому рациональному выводу, Владычица Железной Крови сказала:

— Поэтому я хотела бы, чтобы ты защищал имперскую армию, пока мы не доберёмся до Чёрного дракона.

— ……

— Тогда я по-настоящему дарую тебе своё доверие……

— Нет. В этом нет необходимости. Я сам смогу добиться признания дракона, — сказал я, словно обрывая слова Владычицы Железной Крови, и её глаза блеснули.

— Правда……!?

А затем:

— Неужели у тебя есть способ убедить даже того дракона!

В следующий миг.

— Да, — ответил я и сам не заметил, как широко улыбнулся. — Ведь если дракона один раз как следует ударить, мысли у него изменятся.

Причём предельно ясной улыбкой.

— ……А?

Взгляд Владычицы Железной Крови от этого застыл, но, в отличие от неё, моя улыбка стала ещё глубже.

— Не волнуйтесь.

И это было естественно.

— Думаю, убеждение драконов закончится быстрее, чем кажется.

Неважно, чего каждый из драконов желает.

У любого есть вполне благовидные желания.

До тех пор, пока он не получит удар и хотя бы немного не вкусит смерть.