Земля (5)
Изначально я давал Ли Хаён одно простое обещание.
Всё-таки на Земле она для меня почти ничем не отличалась от партнёра.
По крайней мере, поднимаясь по Башне или возвращаясь на Землю, я буду хотя бы связываться с ней.
Но до сих пор я так и не исполнял это обещание как следует.
До такой степени, что это и правда могло показаться бессердечным.
— Вопреки тому, что вы мне обещали, вы без единого слова поднимались по Башне и ни разу нормально со мной не связались...
Может, мне только показалось, что затылок вдруг похолодел?
— Похоже, в Башне у вас есть настолько близкая знакомая?
Слова, которые Ли Хаён прошептала с лёгкой улыбкой, кружили у меня в голове.
«Э-э...»
И одновременно, увидев, как она всё так же мило улыбается, я намертво сомкнул губы.
...Что вообще говорят в такой ситуации?
Честно говоря, мне хотелось кое-как замять тему, но из-за чувств, накопившихся у Ли Хаён, я не мог поступить и так.
Почему-то в ней проступали эмоции, похожие на тревогу или нетерпение.
Я за короткое мгновение прокрутил в голове варианты, а затем, притворившись невозмутимым, сказал:
— Мы познакомились случайно. Да. А то, что я не смог с вами связаться...
Но.
— У вас, должно быть, были непреодолимые обстоятельства. Конечно. Поэтому, когда вы вышли из Лабиринта гигантского дерева, вы тоже ни слова мне не сказали, верно...?
Это можно было назвать контрударом, последовавшим так же плавно, как течёт вода.
После её ответа, прозвучавшего сразу следом, мне оставалось лишь замолчать, словно я воды в рот набрал.
И на то были причины.
Ведь тогда я и правда мог сказать ей хотя бы пару слов, а уже потом подниматься по Башне.
Тем более если речь шла о партнёре, который всякий раз, когда я появлялся в измерении Земли, брал на себя всю надоедливую бумажную работу.
«...Просто я отложил это, решив, что даже на такое время тратиться жалко».
И вот в тот момент, когда я уже собирался придумать ещё одно оправдание...
— Я понимаю. У господина Сонюна ведь наверняка есть другие важные дела. Просто мне было немного обидно.
Ли Хаён, сама не заметив как, поскребла щёку и сказала это так, будто её прежние слова были не всерьёз.
— Поэтому давайте для начала сядем. Похоже, многие ещё не прибыли.
Будто всё это было всего лишь озорной шуткой.
— А, да...
Глядя на её непринуждённые движения, я невольно кивнул и пошёл следом.
А затем сел на место, которое она указала жестом.
Однако...
— Давно не виделись!.. Вы! После Лабиринта гигантского дерева мы впервые встречаемся, да?
...Почему место, к которому она меня подвела, оказалось именно здесь?
Сам того не заметив, я оказался будто зажат между Ли Хаён и Кэтрин Беннетт.
Кэтрин Беннетт с яркой улыбкой, хихикнув, посмотрела на меня, но возможности ответить ей мне не дали.
— Кстати...
И на то были причины.
— А женщина, сидящая там, это ещё кто?
Потому что Кэтрин Беннетт мгновенно убрала улыбку из глаз и задала этот вопрос.
Конечно, уголки её губ всё ещё были изогнуты дугой...
Но я не мог назвать это такой же безоблачной улыбкой, как прежде.
Словно собака, насторожившаяся при виде незнакомца и напряжённо виляющая хвостом.
Она тоже улыбалась улыбкой, пропитанной настороженностью.
— Здравствуйте.
На этот настороженный вопрос Ли Хаён повернула голову и, мягко улыбнувшись, сказала:
— Очень приятно, госпожа Кэтрин Беннетт. Я Ли Хаён, новая глава Гильдии Белого Серебра.
И...
— А ещё я претендентка из верхушки, девятое место в рейтинге семнадцатого этажа.
В следующее мгновение.
— Скорее всего, всю поддержку господина Сонюна буду вести именно я...
Она легко положила руку мне на плечо и подарила Кэтрин Беннетт широкую улыбку.
— Я постараюсь как следует поддерживать господина Сонюна, чтобы он по возможности вообще не впутывался в хлопотные дела с госпожой Кэтрин Беннетт.
...Почему-то у меня закружилась голова.
***
От этого представления веяло непонятным холодком.
— О-о... Похоже, тут почему-то назревает кое-что забавное?
— И правда. *хм*. До начала совещания ещё довольно много времени, скучать не придётся.
— Это ещё что такое?.. Чёрт. Дожил, теперь и такое вижу. ...Завидую, ублюдку.
Несколько взглядов в зале совещаний устремились в нашу сторону.
Эти взгляды будто наблюдали за пожаром в чужом доме.
Но среди тех, кто внезапно обратил на нас внимание, был и человек, воспринявший происходящее не как чужой пожар, а как пожар в собственном доме.
— Вот как...
Именно...
— Забавно звучит.
Такой была Кэтрин Беннетт.
Она слегка дрожащей рукой накрутила на палец прядь рыжих волос и изогнула губы дугой.
При этом её глаза ни капли не улыбались.
Синие глаза Кэтрин Беннетт сузились, и она продолжила:
— Не думала, что встречу здесь настолько известную претендентку-разведчицу.
Что это вообще значит?
«Она широко известна как претендент-разведчик?..»
Когда непонятные мне слова звучали так, словно были чем-то само собой разумеющимся, во мне поднялось любопытство.
И на то были причины.
Меня и без того озадачивало, что Ли Хаён, недавно занимавшая должность руководителя команды, вдруг стала главой Гильдии Белого Серебра...
А услышав, что за какие-то несколько месяцев она ещё и прославилась, я ощутил резкое несоответствие.
«Ли Хаён действительно настолько выдающаяся претендентка?..»
Конечно, если судить по магической силе, которую я сейчас чувствовал в её теле, это можно было примерно понять.
Но всё равно было трудно сразу принять изменения, произошедшие за столь короткое время.
Тем более если это был неожиданный рост знакомого человека.
Однако странное чувство, всплывшее у меня в голове, вскоре будто отделилось от мыслей и исчезло.
— Правда?
Ведь...
— Я тоже и подумать не могла, что увижу здесь госпожу Кэтрин Беннетт.
Лицо Ли Хаён незаметно стало ещё холоднее.
— Ах да, и уж точно не представляла, что увижу, как вы ведёте себя подобно несмышлёному щенку.
Холодное выражение лица совершенно не вязалось с голосом, будто она говорила комплимент.
Поэтому я сразу понял.
На самом деле это был изощрённый косвенный выпад, словно меч, скрывающий жажду убийства.
Я не понимал, почему она вдруг начала так язвить.
Но и сидеть сложа руки было нельзя.
«Не знаю, почему они вдруг так себя ведут, но мне нужно хотя бы вмешаться...»
И вот в момент, когда я, сидя между ними, уже собирался их остановить...
— Несмышлёному щенку, говорите...?
Внезапно слева донёсся до крайности холодный голос.
Глаза Кэтрин Беннетт уже были лишены эмоций, и в них остался только мёртвый чёрный блеск.
К тому же чрезвычайно ледяной.
Но это длилось лишь миг.
Она стиснула зубы, бросила на меня взгляд и тут же издала презрительный смешок.
— *хм*...
Это был...
— А-а, если вы не знаете, в каких отношениях товарищества мы с Сонюном, то, наверное, действительно могли увидеть всё именно так.
Смешок такого рода я уже слышал несколько раз.
— Право же...
Иными словами...
— Бедняжка.
Это была насмешка, которую победители часто бросают проигравшим.
***
Когда Кэтрин Беннетт тихо усмехнулась, последовала реакция.
Иначе говоря, дуга на губах Ли Хаён, которую та едва удерживала, исказилась.
Причём очень быстро.
Увидев это, Кэтрин Беннетт придвинулась ко мне, мягко улыбнулась и невинно произнесла:
— Эм, кстати. Я ведь от Сонюна ничего не слышала о госпоже претендентке Ли Хаён. Наверное, мне просто кажется?
Причём голос у неё был очень яркий и ясный.
— Похоже, вы с Сонюном и не близки, так что с поддержкой можно не особенно усердствовать.
До сих пор она обращалась ко мне как-то обобщённо, а теперь вдруг стала называть по имени, Сонюн...
Похоже, она резко пыталась сократить дистанцию.
Но почему-то мне не хватило смелости прямо спросить её об этом.
И на то были причины.
Сейчас чувства этих двоих, сидевших слева и справа от меня, всё сильнее сгущались, смешивая нетерпение, тревогу и враждебность.
Словно они ревновали.
— ...Похоже, мы не близки? Что вы имеете в виду?
— Ну-у, просто ведь так и есть. Вы до сих пор зовёте друг друга такими официальными обращениями. М-м. Простите, если ошибаюсь.
— ...Вы ошибаетесь. И вообще, нас изначально связывают деловые отношения, разве можно обращаться друг к другу так легкомысленно?
— Да-да. Значит, у вас с Сонюном именно что деловые отношения, вот я и не слышала отдельно о госпоже претендентке Ли Хаён.
— Н-не может быть... Я ведь так хорошо помогала господину Сонюну... Не может быть.
Ли Хаён, уже слегка уступившая в этом взаимном нервном противостоянии, тревожно повернула ко мне взгляд.
Её глаза сияли отчаянной мольбой.
Причём очень ярко.
— Господин Сонюн... В-ведь так?..
Взгляд был как у маленького зверька, которого вот-вот бросит хозяин.
Поэтому мне ничего не оставалось, кроме как открыть рот.
И.
— ...Просто у нас не было времени поговорить об этом друг с другом.
Когда я ответил так, стало видно, как лицо Ли Хаён заметно просветлело.
Но вслед за этим Кэтрин Беннетт начала тревожно озираться.
Вид у неё был такой, будто она сомневалась, не ошиблась ли в собственной догадке.
Глядя на это, я вдруг услышал у самого уха гудящий голос, полный интереса.
Это был...
— *хо*...
Дам Чхон У.
— Даже личинка, оказывается, умеет кувыркаться...
Он вредно рассмеялся, словно нынешняя ситуация его забавляла.
— С тобой случилось нечто забавное, что тебе совсем не идёт, а?
«...Не говорите лишнего и, пожалуйста, просто помолчите».
— Не хочу. Давненько не случалось ничего настолько забавного. Как, по-твоему, я могу пройти мимо?
«Тогда уж лучше дайте мне какой-нибудь действенный совет для этой ситуации».
— *кхе-кхе*... Глупец. В такое время достаточно просто молчать, и половина дела будет сделана.
«...»
Иными словами, он советовал мне оставаться как есть.
И вскоре мне оставалось лишь тихо и пусто рассмеяться.
И на то были причины.
За всю жизнь я ни разу не сталкивался с подобным поворотом событий.
«Пожалуй, подниматься по Башне было бы проще».
Кто бы мог подумать, что сразу после прибытия на Землю мне придётся наблюдать непонятное нервное противостояние.
Судя по всему, они видят друг друга впервые, и я не понимал, почему в них появляются чувства, похожие на ревность...
Но мне было трудно вмешаться со своей стороны.
Похоже, причина, по которой эти двое испытывали друг к другу непонятную ревность, находилась во мне.
К тому же мне было неловко из-за того, что я не связывался с обеими, хотя мог, просто потому что экономил каждую минуту и секунду.
«Если честно, дело во многом в том, что я нарушил все эти обещания».
Если бы они несколько раз высказали мне всё прямо, в этом не было бы ничего странного.
Поэтому мне и нечего было сказать.
Ведь они многое для меня подстраивали под себя.
Но бесконечно оставаться так было нельзя.
«...И всё же лучше вмешаться, чем сидеть вот так».
И вот в тот миг, когда я уже собирался прекратить их нервное противостояние, в котором они демонстрировали друг другу ревность...
— Теперь это уже прямо какая-то мелодрама, да?
Появилась переменная, подобная чуду.
— Услышал, что здесь претендент номер один рейтинга, вот и хотел посмотреть, что он за ублюдок такой...
Иначе говоря...
— Но увидел лично и вообще не понимаю, как он оказался выше меня, шестого в рейтинге.
Внезапно один из претендентов в зале совещаний сказал это.
В другое время это была бы до крайности ничтожная провокация...
Но, по крайней мере сейчас, она не казалась ни ничтожной, ни раздражающей.
И на то были причины.
— Ничтожество, а строит из себя настоящего мужика и ходит, задрав нос.
В отличие от нынешней ситуации, с которой невозможно было справиться силой...
「Достигнуто достижение «Избежание любовной драмы».」
「Ловкость повышается на 3.」
— Вот как...
Эти придирки, с которыми я до сих пор сталкивался уже до отвращения часто, можно было решить силой.
— Забавные вещи вы говорите.
Причём очень просто.