Разрыв (1)

Церковь Небесной богини.

Религиозная организация, которая с какого-то момента начала распространять своё влияние по всему миру.

Те, кто состоял в ней, были сильными людьми, прославившими свои имена как охотники или претенденты.

Выглядело так, будто эти сильные люди с самого начала должны были стать верующими Церкви Небесной богини.

Однако, вопреки тому, что было известно миру, прихожане Церкви Небесной богини, не имевшие между собой ничего общего, кроме силы, вступили туда вовсе не по собственной воле.

И неудивительно...

[Ты пришёл, апостол.]

Ведь перед чудовищем, достигшим места божества, любой был вынужден склониться.

— ...Да. О глава церкви. Апостол Церкви Небесной богини, Акиёси Юта, явился.

Акиёси Юта.

Претендент Башни и многообещающий гений, которого когда-то называли будущей сильнейшей звездой Японии.

Но сейчас, когда он распластался ниц в небесно-голубом халате, словно сектант, в нём не осталось и следа прежней уверенности.

— ...Как вы и приказали, я разобрался со всем, что связано с Хан Сон Юном.

Подземный алтарь, куда не проникало даже горсти света.

Акиёси Юта, выражавший почтение той, кто сидела за ним, был насквозь пропитан благоговением и отчаянием.

Но сам Акиёси Юта не считал это унизительным.

Нет.

Если говорить точнее, он лишь радовался тому, что сможет выжить, даже если для этого придётся поклоняться чудовищу перед глазами.

«...Как я и думал, она — существо, подобное самому небу, которое не сможет победить никто».

И это было естественно.

В отличие от таких идиотов, как Эрик или Чжан Вэй, Акиёси Юта смог хотя бы поверхностно оценить силу главы церкви.

Может, потому, что он не только получил божественную силу от главы Церкви Небесной богини, но ещё и был избран апостолом?

Незаметно для себя Акиёси Юта сумел в какой-то мере распознать истинный потенциал чудовища перед глазами.

Сила главы Церкви Небесной богини, отражавшаяся в его глазах, уже была не просто силой какой-то женщины, а чем-то вроде живого стихийного бедствия, соприкасающегося с самим порядком мира.

Всё, что он накопил до сих пор, могло исчезнуть от одного взмаха её руки.

И это живое бедствие посмотрело на Акиёси Юту сверху вниз с милосердной улыбкой, словно осталось довольно.

[Ху-ху. Хорошо справился, Юта. И правда, здесь ты самый полезный. Я уже разочаровалась, решив, что на Земле есть только никуда не годные ничтожества.]

— ...Это слишком высокая похвала.

[Теперь, когда Хан Сон Юн вернётся, уже никто не станет считать его объектом веры.]

— ...Скорее всего, так и будет.

В ответ глава Церкви Небесной богини кивнула, и её глаза вспыхнули.

В её зрачках, словно звёзды в ночном небе, заискрился блеск божественности.

Это было благородное сияние, будто в её глазах целиком запечатлелся звёздный свет за пределами мира.

Но в отличие от этого благородного блеска божественности, губы главы Церкви Небесной богини растянулись в бесконечно мерзкой улыбке.

[Вся сила божества рождается из веры.]

Причём в улыбке, наполненной до предела густой злобой.

[В любом случае Хан Сон Юн — всего лишь божество какого-то малого измерения. Если уничтожить всю земную веру, он не сможет пользоваться силой.]

*тук-тук.*

[Говорят, он только и занят тем, что взбирается по Башне? Жалкий. Хан Сон Юн. Этот тип непременно почувствует, как теряет силу, и запоздало вернётся на Землю.]

Глава Церкви Небесной богини, словно воодушевившись, постукивала пальцами по подлокотнику и продолжила:

[Да. А когда он запоздало вернётся, то будет подчинён мне, как пёс. Ху-ху. Как же я жду этого момента.]

На её лице было выражение ребёнка, взволнованного мыслью о подарке на день рождения.

[Пусть это и жалкий божок, не проживший даже нескольких сотен лет, но... думаю, он будет стоить того, чтобы сделать его моим любимым апостолом...]

Однако этот восторг был очень далёк от детской чистоты.

В её истинных намерениях было лишь желание схватить Хан Сон Юна, запугать его и сделать собственным слугой.

Глава Церкви Небесной богини улыбнулась, полная низменного ожидания, и опустила вниз взгляд, затуманенный желанием.

[...Ах да, кстати. Как идёт сбор претендентов со всего мира?]

— ...Место уже подготовлено. Вокруг великого мага Дэвида Тейлора из Лондона соберутся многочисленные сильные люди со всех сторон.

[Тогда подготовка к великому плану на этом тоже закончена.]

— Именно так.

И в тот миг, когда глава Церкви Небесной богини подняла руку, будто поняла, и велела ему удалиться,

[Хорошо. Когда подготовка места закончится, я лично явлюсь и сделаю этих отбросов своими слугами. Так что без лишних тревог продолжай подготовку к великому плану.]

в её глазах уже клубилась красная энергия, сотканная из жажды убийства.

「Богиня Неба улыбается в предвкушении, думая о завоевании Земли.」

[В любом случае заполучить всё здесь для меня до смешного легко.]

***

Пусть и возник небольшой шум, отношения с Церковью Небесной богини быстро уладились.

— ...С-следы Церкви Небесной богини, связанные с претендентом Хан Сон Юном, мы устраним сами, так что вам не нужно беспокоиться.

И это было естественно.

Потому что, когда разговор с Эриком незаметно подошёл к концу, представитель Сеульской ассоциации охотников Ким Икчхоль обратился ко мне именно с такими словами.

Может, из-за подавляющей разницы в ранге, которую я показал, когда разбирался с Чжан Вэем?

От него ощущались лёгкое благоговение, тревога и беспокойство.

Причём на очень сильном уровне.

«Похоже, он практически открыто считает меня чудовищем».

В этом не было ничего странного.

В отличие от магической силы, которая и раньше существовала, божественность была способностью за пределами здравого смысла.

А раз я довёл эту выходящую за рамки здравого смысла силу до уровня древнего божества, даже обычному претенденту я вряд ли показался бы таким же человеком.

«Ну, раз они сами сделают то, что всё равно нужно было сделать, причин отказываться нет».

Но теперь я уже привык к такому отношению, так что особого внимания на это не обратил.

Я лишь подумал, что это удобно, раз кто-то другой сделает работу, которой должен был заняться я.

Фактически дело завершилось предельно аккуратно.

Но, может, в глазах других всё выглядело иначе?

— ...Господин Сонюн.

Ли Хаён, которая наконец добралась до конференц-зала, спросила так, словно потеряла дар речи:

— Что это вообще такое...?

Она посмотрела на полностью разбитый мраморный пол, а затем перевела взгляд туда, где лежал Чжан Вэй.

Неужели тогда мой лёгкий удар ногой по его голове оказался сильнее, чем я думал?

Чжан Вэй всё ещё пускал слюни и не приходил в себя.

— ...Кх, кххх...

Он лишь тихо стонал, как бы показывая, что всё ещё жив.

Но достаточно было одного взгляда, чтобы понять: состояние у него далеко не хорошее.

Увидев это, Ли Хаён побледнела и тревожно спросила:

— В-вы ведь не пытались убить человека прямо в таком месте...?

— Конечно нет. Я всего лишь слегка его вырубил. Наверное.

— Наверное...?

— По крайней мере, он не умер.

Если ему не повезло, у мозга, конечно, могут остаться постоянные функциональные нарушения...

Но разве это не довольно чистая расплата за то, что он явился сюда и устроил мутные делишки, называя себя сильнейшим в мире и всё такое?

Уже то, что я не оборвал ему жизнь, можно считать достаточной поблажкой.

И когда я коротко объяснил ей этот факт, Ли Хаён тоже, кажется, в какой-то мере поняла: она кивнула и горько улыбнулась.

— Но всё же... как бы то ни было, с делом Церкви Небесной богини теперь разобрались.

— ...

— Теперь Церковь Небесной богини больше не сможет произвольно использовать имя господина Сонюна.

— Это-то верно, но нельзя сказать, что всё закончено.

Однако я был вынужден покачать головой и возразить Ли Хаён.

— Скорее всего, Церковь Небесной богини будет доставлять неприятности до самого конца.

И это было естественно.

Если глава Церкви Небесной богини и правда, как я думаю, поднялась на место полноправного божества, ситуация наверняка станет куда сложнее.

Если я сам не разберусь с происходящим, в девяти случаях из десяти всё обернётся худшим сценарием.

Поэтому я чувствовал необходимость самому решить эту ситуацию, прежде чем положение на Земле покатится к худшему.

— И сама Церковь Небесной богини изначально похожа на своего рода ловушку.

Более того, теперь, когда я прочитал намерения Церкви Небесной богини, отступать было уже невозможно.

Если глава Церкви Небесной богини действительно действует так, как я думаю, это было бы чем-то вроде приманки.

Причём она наверняка собирается заставить меня вернуться на Землю и сломить.

Но даже поняв это, я ни на мгновение не собирался отступать.

Однако, видимо, из-за того, что она не была тесно связана с божествами, Ли Хаён непонимающе наклонила голову и спросила:

— Что это вообще значит...?

Но я не собирался объяснять ей здесь всё.

— ...Пока что, думаю, я не смогу объяснить это на этом месте.

Ведь здесь слишком много глаз, чтобы заводить разговор о божествах.

— А... Да, верно. Понимаю.

И Ли Хаён, кажется, хотя бы примерно это уловила, поэтому кивнула.

— Тогда продолжим разговор снаружи...

— Нет. Лучше будет увидеть всё собственными глазами.

— ...?

— Это лишь предположение, но, если я прав, скоро произойдёт крупный инцидент.

Впрочем, даже так не было нужды объяснять всё сразу.

— Для начала отправимся в Лондон.

Всё равно вскоре она и сама сможет понять, что к чему.

— Скорее всего, там удастся со всем покончить.

Причём очень надёжно.

***

В одном старом заброшенном здании Лондона.

Поздний час, место, куда не проникало ни малейшего света, — именно там собрались претенденты со всего мира.

Хотя эта встреча фактически должна была остаться официально незаписанной, почти никто из приглашённых не отказался прийти.

— Значит, теперь мы наконец увидим лицо этой распрекрасной главы Церкви Небесной богини?

И это было естественно.

Это место было неофициальным сбором, созванным, чтобы предупредить главу Церкви Небесной богини.

Ведь по всему миру злостные верующие Церкви Небесной богини распоясались и провоцировали их.

Фактически можно было считать, что эта встреча, собранная вокруг Дэвида Тейлора, существовала для того, чтобы передать главе Церкви Небесной богини предупреждение: прекратить никчёмную проповедь.

— Я и без того уже хочу всё перевернуть из-за главы Церкви Небесной богини, этой проклятой твари.

Чэнь Сяолин.

Женщина, считавшаяся лучшей среди претендентов из Китая.

Женщина с раздражённым взглядом, уже устроившаяся на одном из брошенных предметов мебели в заброшенном здании, сказала именно так.

И, словно её слова стали отправной точкой, претенденты, стоявшие в разных местах, один за другим заговорили.

— ...Скорее всего, да. Апостол Церкви Небесной богини. Этот тип сказал, что глава Церкви Небесной богини придёт, значит, так оно и будет.

Как только Кэтрин Беннетт произнесла это, поправляя рыжие волосы, Дэвид Тейлор кивнул.

— ...По сути, глава Церкви Небесной богини приходит сюда, чтобы заняться никчёмной проповедью. Так что думать, что она не явится, не стоит.

И претенденты, молча выслушавшие эти слова, один за другим начали выплёскивать недовольство.

— Проклятье! Из-за того, что эти ублюдки распоясались, люди из моей гильдии перешли к Церкви Небесной богини! Вы хоть знаете, какие убытки понесла гильдия?

— Ну, разве с любой стороны не то же самое? Церковь Небесной богини, эти сукины дети, верят в одного Хан Сон Юна и творят какую угодно хрень.

— Нет. С самого начала настоящий Хан Сон Юн ведь не может быть из Церкви Небесной богини. Просто эти безумные ублюдки проворачивают свои фокусы, используя Хан Сон Юна, которого здесь даже нет.

И в тот миг, когда претенденты, скрежеща зубами, выпустили недовольство, подобное лаве...

*топ, топ.*

— Нет, нет. Это не ложь.

Внезапно из тёмной части заброшенного здания появился мужчина с каким-то мрачным лицом.

— В любом случае претендент Хан Сон Юн вскоре тоже войдёт в Церковь Небесной богини...

Так, произнося эти слова, появился Акиёси Юта, которого называли официальным апостолом Церкви Небесной богини.

— Претендент Хан Сон Юн, без сомнения, станет нашим слугой, принадлежащим Церкви Небесной богини...

Но одновременно с тем, как продолжались его слова, Чэнь Сяолин язвительно и зло сказала:

— Не неси чушь. Даже если у Хан Сон Юна нет головы на плечах, думаешь, его затянет такая секта, как ваша? Насекомые...

И Кэтрин Беннетт думала так же.

— ...Что вы вообще знаете о Сонюне, чтобы говорить такое? Будь этот человек здесь, такие, как вы, даже пискнуть бы не смогли.

Когда Кэтрин Беннетт произнесла это с полным гнева взглядом, остальные тоже добавили по слову.

— Вы зазнались только потому, что заполучили несколько претендентов ранкерского уровня?

— Ха! Эту главу, дрянь такую, я и без Хан Сон Юна смогу размазать!

— У вас что, мозги повреждены? Если да, я могу расколоть вам головы и починить.

И тогда...

— Как глупо.

В тот миг, когда Акиёси Юта презрительно растянул уголки губ,

— Но хорошо.

за его спиной заколыхался небесный свет, и пространство там с треском раскрылось.

— ...Вам будет полезно увидеть всё собственными глазами. Какой силой обладает глава Церкви Небесной богини, Богиня Неба.

И вслед за этим за спиной Акиёси Юты появилась красавица с небесно-голубыми волосами.

Её глаза сияли так, будто в них сжали все звёзды, взошедшие на ночном небе.

Мало того, претенденты один за другим вскрикнули от потрясения из-за божественности, исходившей от неё.

Однако...

— Что это...

[Мерзость.]

Это продлилось лишь мгновение.

「Богиня Неба испытывает отвращение оттого, что отбросы стоят на ногах.」

*ква-а-а-а-а-а-а-анг...*

— Кхек─!

— Кха-а-а-а-а-а!

— Кх, кхх! Ч-что это такое!

В одно мгновение подавляющая сила смяла пространство, и претендентов вдавило прямо в пол.

[Всего лишь такой уровень?]

Как только Богиня Неба, глава Церкви Небесной богини, увидела это зрелище, на её губах появилась неприятная улыбка.

[Как же вы глупы.]

*др-р-р-р-р-р...*

Вскоре вслед за этим сила, давившая на пространство, стала ещё мощнее, и когда уже никто не мог издать ни звука...

[Да, так смотреть куда приятнее.]

только тогда Богиня Неба начала говорить, словно осталась довольна.

[Вы, до сих пор отвергавшие мою милость, должны знать, что получили благословение.]

Она продолжила, словно пастух, ведущий своих агнцев.

[Вы не смогли подчиниться даже великой милости, но я лично сломила вас ради этого, разве нет?]

И затем...

[Вам не стоит быть столь недовольными. Даже если сейчас вы не можете понять, со временем вы поймёте порядок вещей. Ваше подчинение однажды будет вознаграждено.]

В тот миг, когда Богиня Неба, будто произнося великую речь, широко раскинула руки и продолжила,

[Я... стану единственной и неповторимой, бессмертной владычицей этой Земли. А затем, став древним божеством, вознагражу даже таких агнцев, как вы─.]

внезапно откуда-то раздался голос с примесью неприятного смеха.

[Древним божеством?]

И затем.

[Такая, как ты?]

Когда Богиня Неба подняла глаза, следуя к источнику этого голоса,

[А?..]

её зрачки яростно задрожали, словно в них началось землетрясение.

[Что это...]

И неудивительно...

[Д-древнее божество?..]

Потому что пространство под потолком уже было разорвано, и сквозь эту щель кто-то смотрел на неё сверху вниз.

[Кстати, раз уж речь зашла...]

Мужчина, устроившийся по ту сторону, широко улыбнулся и сказал:

[Ты всё это время проделала на Земле немало забавных вещей.]

Это был не кто иной, как...

「Бог Превосхождения и Смерти смотрит на Богиню Неба сверху вниз, словно на нечто нелепое.」

[Раз ты проворачивала такие грязные фокусы, то ведь уверена, что справишься с последствиями? Богиня Неба.]

Хан Сон Юн.