Призрак

Каменная лестница уводила команду всё ниже в темноту. Шаги гулко отдавались в холодных стенах, воздух становился тяжёлым и спертым. Но едва они спустились ниже уровня пола, как отвратительный смрад ударил в ноздри.

Адам первым почувствовал это – густой, тошнотворный запах гниения, от которого лёгкие словно слипались. Это было не просто зловоние, а настоящий натиск разложения – как будто сам воздух разлагался, насыщенный сладковатым, тянучим ароматом смерти. Желудок Адама тут же скрутило, и он едва удержался, чтобы не согнуться пополам от рвотных спазмов.

Ханаби тут же закрыла нос плотком, её глаза расширились от ужаса. Пирс и Шун, морщась, зажимали носы руками, но даже это не помогало. Запах был повсюду, пробираясь в носоглотку, оседая на языке.

— Стойте! — вдруг сказал Шун, остановившись на ступеньке. — Пусть один останется снаружи.

— Отличная идея! Я пошёл! — тут же выпалил Адам, разворачиваясь на месте и бросаясь вверх по лестнице.

Но Шун мгновенно схватил его за воротник и развернул обратно.

— Нам нужен твой огонь здесь, — твёрдо сказал он. — Пусть наверх идёт Ханаби.

Он взглянул на девушку, и она, молча кивнув, развернулась и быстрыми шагами поднялась обратно. Адам же, превозмогая отвращение, сделал глубокий вдох (о чём тут же пожалел) и нехотя пошёл вниз. В его ладони вспыхнул огонь, освещая лишь три ближайшие ступеньки, дальше простиралась вязкая, плотная тьма.

С каждым шагом воздух становился тяжелее. И наконец, когда они добрались до подножия лестницы, им открылась чудовищная картина.

Четыре тела, раздувшиеся от разложения, лежали на холодном каменном полу. Их плоть уже начала разъедаться временем и тварями, сочась тёмной жижей. На лицах ещё угадывались гримасы смерти – застывшие в крике, с провалившимися глазницами.

Адам только бросил один взгляд – и тут же согнулся пополам, не выдержав. Рвотный спазм скрутил его, и он не сдержался, вывернув всё, что было в желудке. Однако даже в таком состоянии он поднял руку с огнём, чтобы Пирс и Шун могли всё видеть.

— Что это за место?.. — с трудом выговорил Пирс, осматривая стены. Они были древними, сырость пробралась в камень, создавая ощущение запертого гроба.

— Похоже на старый винный погреб, — пробормотал Шун, всматриваясь в потолок. — Кто-то так тщательно прятал своё вино, что даже сделал секретный механизм для лестницы.

Адам наконец взял себя в руки, провёл запястьем по губам и шагнул ближе.

— Что здесь вообще происходит? — спросил он.

— Теперь понятно, откуда тут призрак, — задумчиво произнёс Пирс. — Это место проклято.

— Проклято?! — возмутился Адам. — Мы теперь ещё и проклятие снимать должны?

Шун хмыкнул.

— Когда святое место оскверняется кровью, это вызывает проклятие. Кто-то из этих бедолаг, похоже, и есть тот самый неспокойный дух.

— Если он здесь, почему он до сих пор не появился? — нахмурился Шун, оглядываясь.

— Не знаю… — ответил Пирс. — Надо осмотреть тела. Возможно, что-то узнаем.

Адам стоял, держа пылающий огонь в руке, пока двое других осторожно осматривали разложившиеся останки.

— Это… девушка? — вдруг воскликнул Пирс, указывая на одно из тел.

Шун тут же присел рядом, внимательно рассматривая останки.

— Судя по всему, да. Остальные трое — мужчины.

Адам шумно выдохнул.

— Отлично. У нас тут четыре жмурика, один из них девушка. Почему кости разбросаны так, будто их пинали по всему помещению?

— Один скелет, целый.

— Судя по всему, тут была битва за выживание, — сказал Шун. — А вон тот, победил. — Шун показал, на целый скелет.

— Нужно похоронить тела, — предложил Пирс. — Возможно, тогда призрак исчезнет.

— Нет, — покачал головой Шун. — Их нельзя трогать. Сначала мы должны победить призрака.

Адам посмотрел на него с недоумением.

— И как нам его вызвать?

Шун поднял глаза и спокойно ответил:

— Будем ждать.

— Здесь?! — возмутился Адам, оглядывая жуткую картину вокруг.

— А где ещё? Именно тут случилось то, что пробудило призрака, — спокойно ответил Шун.

Адам сглотнул. Вокруг царила зловещая тишина. Запах смерти не исчезал, казалось, он въелся в сам воздух. Тьма погреба сгущалась, огонь в его руке потрескивал, отбрасывая дрожащие тени.

Время тянулось мучительно долго. За пределами склепа ночь уже полностью вступила в свои права, укутывая мир холодной темнотой. Внутри же всё оставалось неизменным — только тишина, разложившиеся тела и затхлый воздух, от которого хотелось зажать нос и никогда больше не дышать.

Они сменяли друг друга каждые полчаса, чтобы не терять бдительность и не сойти с ума от мерзкого запаха. Теперь пришла очередь Адама.

Спустившись вниз, он опустился на последнюю ступеньку лестницы, крепче сжимая в ладони огненный шар. Его пальцы побелели от напряжения. Он чувствовал, как страх сковывает тело, как сердце бешено колотится, готовое вырваться из груди. Обычно призраки были лишь темой лекций, но увидеть одного воочию... Это совсем другое.

Каждую минуту он оглядывался по сторонам, не смея моргать слишком долго. Каменные стены погреба давили, вокруг висела мёртвая тишина.

И вдруг — он заметил это.

Слабое, едва уловимое свечение... Бледное, почти невесомое свечение, исходящее от одного из тел. Оно постепенно становилось ярче, заливая всё вокруг зловещим светло-зелёным сиянием.

Адам замер.

И тут призрак проявился полностью.

Это была она.

Левитируя над полом, она выглядела ужасающе. Длинные, спутанные волосы висели, словно тяжёлые водоросли, капая чем-то чёрным. Кожа её была бледной, почти прозрачной, но вся усыпана зловещими трещинами, словно старый фарфор. Там, где когда-то были глаза, зияли тёмные провалы, а из них медленно стекала густая, мутная жидкость. Губы безжизненно приоткрылись, издавая слабый, еле слышный плач — высокий, тянущийся, будто тонкие когти скребли по стеклу.

Адам не мог пошевелиться.

Его разум словно завис, погружённый в жуткий транс. Тело отказывалось подчиняться.

Он пытался закричать, но едва его голосовые связки напряглись, призрак рывком оказался прямо перед ним.

Раздался оглушающий визг, сводящий зубы и пробирающий до костей. Прежде чем Адам успел хоть как-то среагировать, холодные, костлявые пальцы сомкнулись у него на горле, сдавливая, как железные клещи. Адам ничего не мог сделать, он был скован страхом, но одно заметить он успел, вязанный браслет на руке у призрака, точно такой же, как у Алисы.

Затем — резкий удар.

Адам с грохотом влетел в стену, ударившись так сильно, что воздух вышибло из лёгких. Камень содрогнулся, подняв в воздух пыль.

Грохот разнёсся по всей часовне, и все, кто был наверху, услышали его.

Призрак, взвизгнув, метнулся наверх с нечеловеческой скоростью, оставляя за собой шлейф ледяного ветра.

В часовне разом погасли все свечи.

Температура упала мгновенно, будто зима ворвалась в помещение. Воздух стал ледяным, и каждый вдох обжигал лёгкие.

Но едва призрак вылетел на улицу, вспышка молнии прорезала ночное небо. Силой небесного разряда Шун пронзил сердце существа, заставив его истошно закричать. Призрак сотрясся, словно под током, а затем, разлетаясь на миллионы светящихся частиц, исчез в облаке праха, оставив после себя едва заметную пыльцу маны.

Они подбежали к месту, где ещё мгновение назад парил дух.

— Это всё? — тяжело дыша, спросила Ханаби.

— Возможно… — ответил Шун.

Но прежде чем он успел сказать что-то ещё, земля под их ногами содрогнулась.

Из-под неё вдруг вырвался тот же самый призрак, но теперь его форма была искажена, искривлена от гнева.

С разъярённым воплем он бросил обратно ту самую молнию, что пронзила его!

Разряд угодил прямо в Шуна.

Тот, не успев даже вскрикнуть, отлетел в сторону, врезавшись спиной в стену часовни. Раздался глухой удар, и тело парня безвольно осело на землю.

Ханаби мгновенно выхватила меч из ножен и, ускорившись, бросилась на призрака, но лезвие прошло сквозь его нематериальное тело, не причинив вреда.

Призрак вскинул руку, и в его ладони вспыхнул зелёный огонь. С жутким визгом он метнул его в Ханаби, но та, демонстрируя невероятную реакцию, отбила огненный шар своим клинком.

Всё произошло за считанные секунды.

Пирс не колебался.

Он резко раскрыл свой гримуар, и, подняв руку вверх, властно опустил её.

С неба начали падать массивные магические мечи. Они пронзали тело призрака, приковывая его к земле, не давая вырваться.

Раздался истошный визг, от которого дрожали стены.

— Барьер! — громко крикнул Пирс.

Призрак больше не мог исчезнуть. Он был пойман в магическую ловушку.