Новый этап обучения

Дни сменяли дни, недели сменяли недели, и вот уже закончился сезон экзаменов. Суета, переживания и бессонные ночи остались позади, уступив место кратковременному спокойствию. На удивление Адама, Фубуки, получил высшие баллы почти по всем предметам. Исключением стало лишь фехтование — предмет, который оказался непосильным даже для лучших студентов. Профессор Альдрик, известный своей суровостью, вновь доказал, что его предмет — не просто дисциплина, а настоящая проверка характера. Он составил экзамен столь сложным, что ни один студент не смог набрать максимального балла. "Это не провал," — как всегда говорил Альдрик, — "а возможность понять, как далеко вы на самом деле от мастерства."

Адам, радуясь своему освобождению от экзаменов, совсем не беспокоился за свои оценки. Весь месяц он ничего не делал, позволяя себе утонуть в лени. Подниматься с кровати казалось ему лишним усилием, и дни текли в однообразии. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь шторы, словно насмехались, подчёркивая его апатию. "Каникулы для того и нужны, чтобы отдыхать," — успокаивал он себя, погружаясь в очередную дремоту.

Когда начались каникулы, студентов седьмого курса вызвали в главный зал академии. Это было величественное место, с высокими сводчатыми потолками и витражами, отбрасывающими разноцветные отблески на мраморный пол. Сегодня зал был особенно заполнен — все ученики седьмого курса стояли в ровных шеренгах, ожидая распределения в команды для предстоящей практики.

На возвышении перед студентами стояли профессора, каждый из которых излучал свою уникальную ауру. В центре находился профессор Адриан, временно исполняющий обязанности директора в отсутствие Вильяма. Его фигура, словно выточенная из камня, излучала спокойствие и уверенность. Глаза Адриана, темные и проницательные, скользнули по залу, заставив учащихся постепенно замолкать. Даже самые разговорчивые перестали перешептываться, почувствовав его молчаливый авторитет. Мягкий шепот, словно ветер, стих, оставив лишь гулкое эхо тишины.

— Сегодня мы начнем новый этап вашего обучения, — начал Адриан, его голос, глубокий и четкий, разнесся по залу. — Вас ждут непростые испытания. Но помните, что всё, что вы пройдёте здесь, станет основой для ваших будущих достижений. Сейчас мы распределим вас по командам так, чтобы они учитывали ваши сильные и слабые стороны. Каждый будет дополнять друг друга в чём-то. В команде будут: три ученика седьмого курса и один командир — ученик девятого курса.

Студенты, пытаясь подавить тревогу, обменивались быстрыми взглядами. Адам лениво потянулся, украдкой зевая. Ему казалось, что церемония тянется бесконечно. Но когда взгляд Адриана случайно пересёкся с его, внутри что-то ёкнуло. Было ли это предчувствие или просто страх перед неизвестным, он не знал.

Вскоре начался процесс распределения. Один за другим профессора вызывали имена студентов, определяя их команды. Для многих это был момент истины, способный определить их дальнейшую судьбу в академии. Когда наконец прозвучало имя Фубуки, тот уверенно вышел вперёд, его спина прямая, а взгляд непоколебимый. Следом за ним, прозвучало имя Лиз. Она робко подошла к команде Фубуки и встала рядом. Их команда была сформирована.

Адам расстроился, когда не услышал своё имя. Они обменялись взглядами с Лиз, и Адам заметил, что она расстроена не меньше его.

Имена продолжали перечисляться в строгом порядке. Гулкий голос профессора Адриана разносился по залу, заставляя учащихся нервничать. Как вдруг прозвучало имя:

— Шун Нохара.

Шун, молча вышел из толпы и уверенно направился вперёд. Едва он оказался в центре зала, как оставшиеся девушки, ещё не распределённые по командам, взорвались восторгом. Их крики слились в какофонию:

— Можно мне к нему в команду?! — Я хочу быть с ним! Возьмите нас!

Однако их воодушевление быстро прервалось.

— ТИХО! — голос Адриана, громоподобный и полный авторитета, эхом разнёсся по залу.

Все девушки тут же замолкли, прижав ладони к губам. Адриан, не обращая внимания на напряжение в зале, произнёс следующее имя:

— Ханаби Иноэ.

Ханаби, не спеша направилась к Шуну. Девушки, которые не могли удержать своих эмоций, тут же вновь начали возмущаться:

— Ну вот!

— Эй, они и так дни напролёт проводят вместе, дайте и нам с Шуном побыть! — крикнула одна из девиц.

Все остальные, тут же начали её поддерживать: — Да! Да!

— Правильно она говорит!

Шум становился всё громче, пока Адам не заметил, как на виске Адриана набухла вена. “Ой-ой, сейчас что-то произойдёт,” — подумал он, прищурив глаза и слегка присев. И он оказался прав. На губах всех девушек, собравшихся в зале, появились светящиеся барьеры. Они с удивлением схватились за них, но как только касались, барьеры обжигали их руки.

— Я не сниму эти барьеры, пока команда Шуна не будет сформирована, ясно? — твёрдо заявил Адриан.

Сдерживая улыбку, Адам наблюдал, как девушки замолкли, видимо, боясь ещё больших последствий. В зале снова воцарилась тишина.

— И последний участник этой команды... Адам Лансер.

Голоса студентов стихли, когда все разом повернулись к Адаму. Он замер, ошарашенный, пока Адриан не повторил его имя. Тогда, наконец, он заставил себя двигаться. Стараясь не встречаться взглядом с недовольными девушками, которые теперь прожигали его ненавистным взглядом, он обошёл толпу и направился к Шуну и Ханаби. Кажется, каждый его шаг был под пристальным наблюдением, и это заставляло его чувствовать себя крайне неуютно.

Когда он встал рядом с Ханаби, Адриан вновь поднял голос:

— Вашим командиром будет… Пирс Хаггард.

Пирс, стоявший неподалёку, сделал шаг вперёд, его пронзительный взгляд словно сканировал каждого члена команды.

Когда вся команда была в сборе, они вместе отошли на своё место, оставив остальную толпу студентов за спиной. Адам чувствовал, как внимание зала всё ещё приковано к ним, но постепенно шум в зале начал возвращаться. Новые имена продолжали звучать, и церемония распределения продолжалась.

Когда все команды были наконец сформированы, Адриан обвёл зал строгим взглядом, дожидаясь полной тишины. Его голос, глубокий и уверенный, вновь заполнил пространство:

— Ну что ж, все команды готовы к будущим заданиям. Они будут несложными, но не забывайте, что безопасность превыше всего. Слушайтесь во всём своих командиров и не поступайте опрометчиво. Берегите себя. Желаю вам удачи.

Его слова эхом отозвались в тишине зала. Некоторые студенты, особенно новички, нервно переглядывались, словно пытались понять, насколько серьёзны предстоящие испытания. Адам украдкой взглянул на своих товарищей. Шун стоял с неизменным спокойствием, его взгляд был сосредоточен и уверен. Ханаби же слегка покусывала губу, но в её глазах читалось волнение, смешанное с энтузиазмом. И только Адам стоял и кусал свой указательный палец. Так он пытался сбавить стресс.

— Это всё, — завершил Адриан, делая шаг назад.

Когда все начали расходиться, Пирс встал перед участниками команды и сказал:

— Добро пожаловать на вашу первую практику. Не переживайте, вам ничего не грозит. Слушайтесь меня и всё будет отлично. Пока что, у вас каникулы, поэтому можете отдыхать. Через две недели жду вас у главных ворот, в это же время.

Пирс оглядел команду и направился к выходу.

— Я рада, что мы одной команде, Адам! — раздался голос Ханаби.

— Ага… Я тоже. — неуверенно ответил он.

— Расслабься, всё будет хорошо. — сказал Шун и даже улыбнулся.

Адам не стал отвечать и медленно направился к выходу.

— Что это с ним? — удивлённо спросила Ханаби.

Шун лишь молча пожал плечами.

Всего за несколько минут, зал полностью опустел. Остались там только лучи света, что рьяно пробивались сквозь окна.