Что-то не так

Все зрители подошли ближе к краю арены, чтобы получше рассмотреть огромную льдину. Директора, судьи и Архимаг, все с интересом наблюдали, что произошло во время боя. На лице у профессора Адриана и директора Вильяма, легко читался шок.

Хоть Фубуки и победил, однако никто не радовался. У всех в голове была только одна мысль: — «Он убил его.»

Фубуки стоял довольный собой. Он вытер кровь с нижней губы, своей рукой и сказал:

— Всё кончено. Ты проиграл, а я выиграл. А это значит, я был прав. Ты такое же ничтожество, как и все. — говоря последние слова, Фубуки рассмеялся.

Он уже собирался уходить, как вдруг…

Льдина начала идти трещинами. Фубуки, услышав характерный звук, развернулся и на лице у него появилось негодование. И чем больше трещин появлялось во льду, тем сильнее его негодование, превращалась в злобу, смешанную с шоком.

— Нет! Нет! Нет! Этого просто не может быть. — схватившись за голову, прокричал Фубуки.

В этот момент, ледяная глыба, взрывается на части. Куски льда разлетаются по всей арене с невероятной скоростью. От ударной волны, даже зрители отшатнулись назад. После, пошёл сильный жар, который почти сразу растопил весь лёд на арене, поднимая столпы пара, высоко к небу. Все зрители тоже ощутили этот жар.

— Вот это перепады температур, то холодно, а сейчас жарко. — сказал один из болельщиков.

«Что это за манна? Никогда такой, жуткой манны не чувствовал». — подумал Шун, смотря на арену.

От взрыва, Фубуки защитил себя ледяной стеной в виде щита. Когда он убедился, что всё закончилось, лёд расплавился от жара, потому что Фубуки перестал в него вливать манну.

— Что за херня? — Фубуки нахмурился, чтобы разглядеть Адама сквозь этот пар.

Спустя несколько секунд, силуэт Адама показался. Он стоял на одном месте, сгорбившись, и не двигался. На его теле виднелись очень чёткие линии и узоры чёрного цвета. Ногти тоже стали чёрными и заострёнными.

Когда пар полностью рассеялся, все наконец увидели Адама, но никак реагировать не стали. Никакого звука не последовало. Что-то с Адамом было не так.

В один момент, он выпрямился, раздвинул руки в стороны и вдохнул полной грудью. Поправил волосы и открыл глаза. Они светились ярко-красным оттенком.

— Ах, как же долго я этого ждал! — голос Адама, был совершенно другим. — Как же много манны чувствую здесь, ха-ха-ха-ха! — его лицо исказилось от удовольствия и читалась даже нотка, безумия. — Я чувствую здесь, столько женщин, детей! А ещё чувствую очень сильную манну. — Адам перевёл свой взгляд на Архимага, который стоял на своей трибуне и с негодованием смотрел на происходящее, а Адам тем временем, безумно и злобно улыбался.

— Эй ты! — донёсся голос Фубуки. — Не поворачивайся ко мне спиной! Сейчас я твой противник!

Адам повернул только голову и сказал:

— Не смей свой рот открывать, пока я не разрешу, жалкая псина. — грозным тоном произнёс Адам, и вид был не менее грозным.

— Ублюдок, ты кого «жалкой псиной» назвал?!

Фубуки собрал оставшиеся силы. Он буквально исчез со своего места, и на невероятной скорости, летел в сторону Адама. Однако тому было достаточно просто с разворота ударить Фубуки в голову обратной частью кулака, что Фубуки с той же скоростью, как направлялся к Адаму, улетел в направление стены и влетел в неё, да с такой силой, что трещины пошли по всей стене, и начала рушиться. Зрители начали отходить от трибуны, ибо она могла вот-вот окончательно рухнуть.

— Знай своё место, ничтожество. — высокомерно сказал Адам.

Фубуки начал кашлять кровью, да так обильно, что лужа образовалась под ним.

— Жив ещё? Надо же. А я хотел тебе голову снести этим ударом. — «Видно, в последний момент, сконцентрировал всю ману в шее. Что ж… От этого он точно не спасётся.»

Адам выставил руку вперёд и перед ладонью начал формировать, ярко-красное пламя, готовясь к атаке.

— Он убьёт его! — громко крикнул Архимаг.

Фубуки уже почти был без сознания. С него стекала кровь. Изо рта текла кровь, он только поднял голову. В глазах всё плыло, но увидел свечение из руки Адама, и на лице Фубуки выступил страх. Он почувствовал холодное дыхание смерти.

Адам выпускает поток огня из руки, невероятной силы и скорости. Такой силы огня, Адам ещё никогда не показывал. Когда поток пламени достиг цели, огонь начал окутывать половину всей арены. Красное пламя свои светом затмило даже свет солнца. Зрители в страхе начали разбегаться, ибо жар от огня был адским, что даже кожу обжигал.

Адам прекратил выпускать огонь и опустил руку. Когда огонь рассеялся, Адам был приятно удивлен. Перед Фубуки стоял Архимаг, который выставил руку и защитил его своей магией.

— Вот ты то, мне как раз и интересен. — Адам улыбнулся, злобной улыбкой.

Адам начал медленным шагом идти в сторону Архимага, как вдруг резко остановился. С его лица пропала улыбка, а глаза расширились так, будто сейчас вылетят из орбит. Он ухватился за сердце, и Архимаг услышал громкий одиночный стук.

«Понятно, слишком много энергии для первого раза, тело сопляка ещё не готово к таким перегрузкам.». — пронеслось в голове юноши.

— Дождись меня. Мы с тобой ещё потанцуем. — показывая пальцем на Архимага, смеясь и кашляя, сказал он.

Отметены начали пропадать с кожи Адама. Глаза снова приобрели зелёный оттенок. Адам взялся за голову одной рукой, а после хриплым голосом спросил: 

— Что произо…шло?

Адам упал в обморок, еле успев произнести вопрос. Профессор Адриан мгновенно появился возле него и проверил пульс.

— Живой! — крикнул он, смотря на Архимага.

Вильям повернулся к Фубуки, и тоже проверил его пульс. Оба были живы, но без сознания. Директор вытащил Фубуки из стены, взял его на руки и понёс в лазарет. То же самое сделал Адриан с Адамом.

Один из судий вышел в центр и сказал, что полуфинальные поединки на сегодня окончены, и что зрители могут расходиться. На этот раз болельщики покидали трибуны в полной тишине. Каждый из них думал о том, что сейчас увидел.

Директор Вильям и Адриан принесли Адама и Фубуки в лазарет, и Тереза сразу кинулась к ним.

— Вот сюда, кладите их сюда. — показывая на две кровати рядом, говорила Тереза.

Они положили мальчиков на кровати, а Тереза сразу начала обрабатывать раны. Закончив с ранами на теле Фубуки, она перешла к Адаму, однако на его теле не было ни единой царапины. Архимаг это заметил и был, в какой-то степени напуган.

— Пойдём, поговорим. — сказал на ухо директор, Адриану.

Тот кивнул, и они молча удалились из лазарета.

Открыв дверь своего кабинета, директор впустил Адриана, после закрыл за собой дверь на ключ. И не отходя от двери, начинает разговор:

— Ты вообще понял, что это сейчас было?

— Нет, сэр.

— Я вот, честно говоря, тоже. — Вильям подошёл к своему столу и облокотился на него.

— Сэр, вы ведь что-то почувствовали, так? — встревоженно спросил Адриан.

— Да, почувствовал, сомнений быть не может… Это мог быть только он. Лицертис. — Архимаг с серьёзным видом посмотрел на Адриана.