Ты? Мне? «Спасибо», пришёл сказать?

Зрители радовались тому, что Шун по сути является, уже победителем турнира. Их ликование, буквально оглушало всех. Когда Закариуса унесли, Шун продолжал сидеть на булыжнике. Профессор Адриан вышел в центр, полностью разрушенной арены. Зрители поняли, что ещё не всё и понемногу начали замолкать. Наконец, шум трибун прекратился.

— Ну что ж. Второй полуфинальный поединок, закончился. И вы наверно все ждёте, что я озвучу Шуна победителем турнира? Но, нет. Всё же финалу, быть.

После этих слов, у зрителей появилось некоторое волнение, но пака ещё, не недовольство.

— В связи с тем, что судьи долго пересматривали решение по поводу первого полуфинального поединка, они всё же вынесли вердикт. В первом, поединке мы признали, что победителем вышел Адам Лансер.

Вот сейчас публика взорвалась недовольством. Они явно были не рады тому, что в том поединке вывели победителя.

— Тишина! — крикнул на всю арену профессор. — Я сейчас объясню, почему мы посчитали, что в том бою, победителем вышел Адам. В связи с тем, что Фубуки Сато, применил свою способность, с силой способной убить Лансера, уже в этот момент, Фубуки был дисквалифицирован. Бой по сути был уже закончен на этом моменте, а то, что произошло после этого, за бой уже не считался. Так что в финал автоматически, по всем правилам, проходит Адам. Поэтому финал пройдёт через три дня, между: Адамом Лансером и Шуном Нохарой.

Адам даже встал со своего места, отказываясь верить в то, что сейчас сказал профессора Адриан. Он и так прошёл дальше, чем планировал, и вот наконец-то появилась возможность отдохнуть от всего этого, но он опять должен сражаться. Адам был недоволен решением судий точно так же, как и зрители. Однако ничего уже поделать нельзя было. Адам в тот же момент смирился.

Он повернулся в сторону выхода, как вдруг он поднял голову на трибуны, где сидел Архимаг с другими директорами. Адам понял, что это его шанс — застать Вильяма врасплох и получить ответы на все его вопросы, касательно прошедшего боя с Фубуки.

В момент, когда профессор Адриан закончил свою речь, все зрители начали уходить с трибун. Адам сразу же направился к выходу, чтоб поймать директора. Однако людей было настолько много, что Адам начал пробираться через них, расталкивая их в разные стороны, чтоб протиснуться между ними. И тут он замечает Архимага.

— Директор Вильям! — крикнул он, через всю толпу. — Директор Вильям!

Но Архимаг, как будто не слышал, как его зовёт Адам или не хотел слышать. Адам прибавил шагу, всё сильнее проталкиваясь сквозь людей, но директор уже бесследно скрылся.

— Да что за? — взмахнув руками, возмущённо прокричал Адам.

Адам сразу же направился к нему в кабинет. Придя туда, он снова был закрыт. Адам ударил кулаком дверь и ушёл. В кабинете, в этот момент сидел директор Вильям и с подавленным видом смотрел на дверь. Он откинулся в кресле, посмотрел в потолок и на выдохе промолвил:

— Прости меня, Адам. Прости если сможешь, но пока что, я не могу тебе помочь.

Он повернул голову в сторону окна, и ещё очень долго наблюдал за тем, как ветер гонит тучи по небу и развивает последнюю листву, что осталась на деревьях.

Адам открывает дверь своей комнаты со словами:

— Ну хоть эта дверь открывается.

Он скидывает сумку и падает на кровать, лицом в подушку. Он готов был пролежать так всю вечность, не двигаться и даже не дышать. Адам начал расслабляться и понемногу засыпать. Сон надвигался, как буря в штиле. В конце концов, Адам уснул.

Однако сон был не из приятных. Он видел себя, но не так, как привык себя видеть, он был другим. Узоры на теле, красные, зловещие глаза и истеричный смех, что отдавался эхом, что аж уши закладывались. Адам во сне понял, что это не он, а кто-то другой. Этот кто-то смотрел на него так, будто Адам обычная игрушка, которой он будет забавляться. Его губы шевелятся, кажется он что-то говорит, но Адам не может разобрать. Адам пытается подойти ближе, чтоб услышать, что он говорит, но как бы он не старался, расстояние между ними оставалось тем же. Как вдруг незнакомец появляется сбоку и говорит Адаму на ухо, шёпотом:

— Ты мой.

Адам отшатывается от него в сторону и в этот момент просыпается, вскочив с кровати. Делая глубокие вдохи, он осматривает комнату и понимает, что это был сон, а сам он проснулся. Адам вытирает пот со лба рукавом, делает глоток воды из стакана, который стоял на тумбочке рядом с кроватью и ложится обратно.

Он крутился по постели, пытаясь найти удобное положение, чтоб сон снова пришёл, однако ничего не получалось. Желание спать, куда-то пропало.

Через какое-то время, послышался стук в дверь. Открыв глаза, Адам немного привстал, чтоб убедиться, что ему не показалось. Спустя несколько секунд, стук повторился.

— Фубуки выписали что ли? — вставая с кровати, пробубнил Адам. — Эй, Фубуки, у тебя же ключи есть, нафига стучишься?

Адам открывает дверь, а за ней стоит Шун с пластырем на щеке, где у него был порез. Адам явно растерялся, уж кого-кого, но Шуна увидеть за дверью, он точно не ожидал. Он стоял, как вкопанный и ничего не говорил, но потом здравый смысл всё же взял вверх над его растерянностью, и он наконец задал вопрос: 

— Чего тебе, Нохара?

— Эм… Можно войти? — указывая рукой на комнату, спросил Шун.

— Нет. Тут говори, что хотел.

— Ладно. Я пришёл «спасибо» сказать.

После этих слов Адам непросто растерялся, он охренел, мягко говоря.

— Ты? Мне? «Спасибо», пришёл сказать? — показав пальцем сначала на Шуна, потом на себя, с удивлением спросил Адам.

— Ну, что-то вроде того.

— Т-а-а-а-к. Ну давай. Я слушаю. — на лице Адама появилась приятно-довольная улыбка, а сам он положил руки на бёдра и встал в соответствующую стойку.

Шун поднял одну бровь и оценивающим взглядом осмотрел Адама, а после сказал:

— Хочу поблагодарить тебя за то, что предупредил меня по поводу того, что Закариус будет использовать отравленный клинок.

— Так погоди. Ты ж мне не поверил.

— Это правда. Но я решил перестраховаться. Мне ничего не будет от того, что я выпью противоядие, даже если бы оно мне не пригодилось. Ну так произошло, что оно мне ой как пригодилось. Поэтому я и говорю тебе, «спасибо». — после этих слов, Шун в привычной манере Восточной Империи, поклонился.

— Не могу сказать, что рад был помочь. Ведь никогда бы не подумал, что меня могут избить, когда хочу искренне помочь. Но всё равно, пожалуйста. — Адам улыбаясь, кивнул. — А что на счёт Закариуса?

— Ну, хоть он и проиграл, но его дисквалифицировали за то, что использовал отравленный клинок. Грубо говоря, твой сосед, без боя стал третьим среди нас. Я упомянул, что был заговор между ним и директором его академии, но Элфиас отнекивался и говорил, что впервые слышит о так называемом «заговоре». Так что, обычной дисквалификацией, дело в общем-то и закончилось.

— Понятно. — Адам просто покивал головой и не стал больше ничего говорить.

— Что ж, в таком случае, увидимся в финале, Адам Лансер. — сказав это, Шун протянул руку Адаму.

Адам долго смотрел на неё, но в итоге решил всё же её пожать. Нохара, впервые на памяти Адама, не выглядел высокомерным болваном, а вполне обычным и нормальным подростком. Таким же, каким является сам Адам.

Шун молча развернулся и ушёл своей дорогой. Адам же закрыл дверь и облокотился на неё, задрав подбородок.

Спустя несколько минут, Адам отошёл от двери и снова лёг на кровать. Он не мог поверить в то, что зазнавшийся выскочка, сам пришёл к нему и поблагодарил его. В голове это явно не уложится никогда. Адам даже посмеялся с этой ситуации.

Адам, лежа на кровати, улыбался, вспоминая выражение лица Шуна. Этот момент был настолько неожиданным, что ему казалось, будто это сон. Он еще раз пересказал в голове весь диалог и невольно фыркнул.

"Шун Нохара. Благодарит меня. Это уже что-то из разряда фантастики," – пробормотал он, качая головой.

Но спустя мгновение его мысли приняли другое направление.

— Значит, он был честным. Не думал, что Шун способен на такое. – признался он самому себе.

Размышления прервал звук дождя за окном. Мелкие капли барабанили по стеклу, создавая приятный ритм. Этот шум всегда помогал ему расслабиться. Через какое-то время он понял, что сидеть без дела невыносимо, и, решив навестить Фубуки, быстро собрался.

Фубуки лежал на кровати, его правая рука все еще была в перевязке, а лицо выражало усталость, но он явно выглядел бодрее. Увидев входящего Адама, он слегка приподнялся и широко улыбнулся.

— Ты живой! – шутливо воскликнул Адам, подходя ближе. – Как самочувствие, герой?

— Вполне неплохо для того, кого чуть не выбросили с арены, – отозвался Фубуки, приятно улыбнувшись. – Тереза сказала, что скоро меня выпишут. А как там обстановка? Как второй полуфинал?

Адам ненадолго замялся, будто взвешивая, как преподнести новости.

— Ну… Шун победил. Но бой был не из лёгких, даже для нашего Шуна. – начал он, наблюдая за реакцией Фубуки. – А ещё, судьи приняли сразу два решения, первое: ты безоговорочно занял третье место без боя, потому что Закариуса за нарушение правил дисквалифицировали, а я прохожу в финал. Так что, да... буду сражаться.

Фубуки удивленно поднял брови, но его лицо сразу же озарилось радостью.

— Да ладно! Это же здорово, Адам! Поздравляю! Ты это заслужил, – он протянул левую руку для рукопожатия, и Адам тут же пожал её, ощутив искренность слов друга. – Уверен, ты покажешь достойный бой.

— Спасибо, – скромно отозвался Адам, садясь на край кровати. – Но, честно говоря, я до сих пор не могу поверить. Особенно после всего, что произошло.

Они обменялись взглядами, и в этот момент дверь в лазарет приоткрылась. На пороге появилась Лиз с небольшой корзиной в руках.

— Простите, что отвлекаю. – сказала она с мягкой улыбкой. – Я увидела, как Адам идёт сюда, и решила навестить.

— Лиз! Присоединяйся! – оживился Фубуки, указав ей на стул рядом. – Нам как раз нужна компания, чтобы обсудить, как этот парень собирается победить Шуна.

— Эй, я еще не решил, что это вообще возможно, – фыркнул Адам, но на его лице играла довольная улыбка. – Но слушать ваши идеи готов.

Лиз села и протянула корзину Адаму и Фубуки.

— Здесь фрукты и немного сладкого.

— Ух ты! Это всё для меня? Спасибо! — сразу стало заметно, как Фубуки воодушевился.

Беседа потекла в непринужденном тоне. Они шутили, обсуждали тактики, вспоминали эпизоды прошедших боев. Лиз дразнила Адама, а Фубуки вставлял язвительные комментарии, от которых они все трое смеялись до слез.

Этот момент наполнил помещение теплом. Даже Адам, привыкший держать дистанцию, почувствовал, что эти двое стали для него больше, чем просто товарищами. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что они — его настоящие друзья.