Дитя северной звезды VS Созвездие волка Часть II Безумие

— Убить его!!!

Волчица властно махнула рукой, и стая вожаков, повинуясь ей, стремительной волной с рыками ринулась вперёд. Они запрыгивали на деревья, цепляясь когтями, перепрыгивая на другие. Они пытались взять Артема в клещи, окружить и напасть с высоты, двигались одновременно, коллективно, словно один организм. Значит, они могли мыслить как человек. Зверь внутри них ещё не до конца поглотил остатки разума. И это было не совсем хорошо, ведь если с диким зверем легко бороться, так как им движут инстинкты, то с тем, кто обладает разумом, куда сложнее. И в то же время это значит, что их можно запугать!

Артём выставил револьверы и сразу же, не теряя драгоценные секунды, выстрелил, размолотив головы двум бежавшим на него вожакам. Используя скачок, парень отпрыгнул в сторону и неожиданно для одного из вожаков, переползающих с дерева на дерево, встал на его плечо. Выстрел в голову, прыжок, скачок, и вот ещё несколько волков, издав предсмертный вой, безвольными тушами свалились на землю. Стрельба его была точной, пули попадали ровно в мозг или сердце. Вожаки одним за другим падали вниз мёртвыми телами. Охотник в очередной раз использовал скачок, уворачиваясь от смертоносный когтей ещё пары псов, что, гневно рыча, прыгнули на него. Оказавшись на земле, Артём начал крутиться в разные стороны, попутно стреляя и не давая монстрам подобраться к нему. Волки лезли один за другим, выли, скалились, желая растерзать тело своего противника, но подобраться не могли из-за шквала, коим их одаривал парень. Выстрелы стали неточными, целиться было некогда. Но спустя время они постепенно начали приближаться, видимо, выработали тактику. При новой очереди выстрелов задний строй тут же выдвигался, защищая передний и закрывая союзников своими телами и быстро регенирируя.

— Умные уродцы!

Первый строй волков окружил Охотника, приближаясь и с земли, и с деревьев. Они угрожающе рычали, встав на четвереньки, готовились к атаке. Главная волчица наблюдала за всем, вальяжно расположившись на одной из веток, способных удержать её вес. Взгляд её источал предвкушение, ибо зрелище обещало быть интересным. Сзади подбежало ещё несколько волков, которым Артём не попал ни в сердце, ни в голову. Тела их отрегенерировали, и сейчас белые оборотни были готовы к новой битве. Парень открыл барабаны, быстро перезарядил орудия. В последнее время, он всё более задавался вопросом, интересуясь, сможет ли теперь с новообретённой скоростью использовать техники Скитальцев в бою?

— Артем, выстрел и траектория пули очень легко читаемы…

Возле парня возник яркий образ Евы, её звонкий голос… Длинные, отливающие златом волосы прикрывали узкие худоватые плечи; один глаз был цвета сигаретного пепла, другой — лазурной синевы чистого неба; на щеке красовался шрам в виде маленькой звезды. На спине — плащ с эмблемой пули, обёрнутой в шипастую длинную лозу. Она вытащила алый револьвер и вытянула руку.

— Ты научился рикошетить, но сможешь ли ты поймать пулю? — мило улыбнулась женщина Артёму, будто бы провоцируя его ответить на вопрос. — Выпустив две пули, ты можешь убить двоих. Рикошетом — троих или даже четверых. Но поймав пули, ты сможешь убить десять, а то и двадцать человек.

Женщина снова мило и мягко улыбнулась, выжидающе смотря на парня. Момент, и вот её улыбка растворилась, словно дым на ветру, а сама девушка исчезла. Артём, слабо улыбаясь, проговорил эхом отдающиеся слова:

— Сможешь ли ты поймать пулю?

Парень усмехнулся. Это было одно из самых ярких, светлых воспоминаний, запомнившихся ему именно из-за неё. Тогда женщина, что заменила ему мать, став второй, настоящей, родной, учила его стрелять, а также обучала техникам Скитальцев.
Артём глубоко вдохнул, выдохнул и закрыл глаза, концентрируясь на этих словах. Волки в один момент, одним организмом прыгнули на Охотника… Вместе с этим время будто бы на мгновение замерло. Резко открыв глаза, Артём выстрелил в камень в метре от него и одновременно в волков. Пуля, глухо отрекошетив, отпрыгнула назад, врезалась в грани своей второй подруги. Словно в замедленной съёмке, парень видел, как два смертоносных снаряда, рассекая воздух, пошли кругом, насквозь пробивая головы вожаков и проливая литры их крови. Брызги замирали так же, как и всё вокруг, позволяя парню уследить за происходящим во всей красе. Как только пули пробили головы последних волков в первом строе и, со звоном столкнувшись, деформировались, Артём, подловив этот самый момент, мгновенно выстрелил. Новый снаряд, срикошетив от деформированных пуль, вновь полетела по кругу, убивая очередной ряд псов.

— Что это такое?!

Созвездие, наблюдающее за всем сверху, смотрела с широко распахнутыми, искрящимися шоком глазами. С каждым новым попаданием земля вновь и вновь орошалась ещё тёплой кровью, покрываясь телами бывших оборотней, что при смерти сбрасывали свою волчью суть, являя человеческую. Охотник стоял на месте и иногда с лёгкой ленцой выстреливал рикошетящими друг от друга пулями, замыкая их в новый круг. От стаи Волчицы, которая когда-то начисляла двадцать, а может, и тридцать особей, осталась лишь жалкая тройня. Они не переставали рычать, скалиться, по их клыкам стекала слюна, говоря о явной жажде плоти, но видя полный разгром своих товарищей, лезть на рожон не решались. Артем с хищной улыбкой обернулся к Волчице, намекая, что она будет следующей, как только он разберётся с трио везунчиков.

Парень использовал скачок, и, в крюк загнув два пальца, ударил кистью одному в волку в грудь, при этом закрутив руку при ударе. Волк в недоумении раскрыл пасть, изливаясь хриплым кашлем, упал колени. На его груди, слабо покрытой белой, подобно снегу, шерстью, кожа закрутилась в спираль, образовав некую вмятину. Свет жизни, последний раз блеснув непониманием и страхом, вскоре потух в его глазах, а из пасти потекла густая кровь. Артем ударом разорвал ему сердце, вмиг оборвав жизнь оборотня. Теперь парень понимал, что не будь Вожак в деревне Эхо с аномальной кровью, закончил бы он так же плачевно, как и его собратья сейчас. Парень сжал руку, понимая, что техника очень даже хорошо работает, теперь её можно использовать на полную. Махнув револьверами и раскрутив их на пальцах, Артём выстрелил почти в унисон. Пули полетели друг за другом, поочерёдно пробивая в груди очередного вожака дыру, лишая сердца.
Последний из этой дикой стаи теперь не с злобой, но ужасом, страхом, недоумением смотрел по сторонам, пока Артем шёл к нему медленно, неспешно, слабо улыбаясь и сверля холодным взглядом. Волк же лишь стоял в растерянности, ведь один, как говорится, в поле не воин…

— Жил маленький волчонок! — Артем открыл барабан на револьвере и начал засовывать новые патроны. — Не слушал он маму, не слушал он папу, — с щелчком закрыл барабан парень, — и тут он встретил охотника… И сказочке конец!

Выстрел. Последний волчок безвольно упал, под конец сбросив обличае монстра и повторив историю сказки.

— БАМ! Шах и мат, тварь! — победоносно рассмеялся Артём, с холодным презрением смотря на Волчицу, что до сих пор висела на дереве. — Ну-ка скажи, кто папочка в этом лесу?!

Волчица, рыкнув, спрыгнула с дерева. На её клыкастой безобразной морде теперь не было той улыбки, что насмешливо и безумно сияла в начале. Сейчас она была совершенно серьезной, даже немного разозлённой. Парень помнил, что выстрел от винтовки в упор её даже не поцарапал, и шурку не опалив. Значит, нужно использовать магию.

— Повелителем молний меня называют. Безымянный Бог, что дал сию силу. Преврати в прах, испепели врага моего. Ведь он слаб… Слаб передо мной! Ведь он знает, истинная сила в моих руках! Пули Божьи!

Все револьверы и винтовки заискрились лазурью разрядов, а в барабанах возникло ярко-голубое сияние, исходящее от пуль. Новое заклинание и очередная трата сил отразились на Охотнике потемнением в глазах, головокружением и ощутимым уколом слабости. Вместе с этим он понял одно — этот бой нужно уже заканчивать.
Парень достал всё оружие, что у него было, а Созвездие, до этого стоявшая в явном непонимании происходящего, лишь широко раскрыла глаза и в панике начала убегать быстрыми рывками. Сработал инстинкт? Артём злорадно оскалился, наблюдая за бросившейся наутёк и поджавшей хвост, словно собака, Волчице.

— Танец Скитальцев — Шива!

Охотник подкинул все орудия и обдал руки всплеском манны, которая вмиг обращалась в молнии, плавно перетекая в искрящиеся разряды. Его руки, теряясь в лазури молний будто бы и вовсе начали исчезать. Выстреливая одновременно из всех пушек, он обрушил на лес мощный шквал магических зарядов, уничтожающих всё и вся на своём пути. Несчётное число синих сгустков творили настоящий хаос, всё собою заполоняя вокруг. Деревья валились наземь с разнесёнными в щепки стволами, верхний слов травы сгорал, едва ли ощутив молниеносное касание. Парень безумно смеялся, как-то делала Волчица перед боем, и выстреливал, осыпая окружение нескончаемым градом пуль. Заметив, что его цель отбежала достаточно, он ринулся вперёд, успевая перехватывать орудия:

— Кто не спрятался, я не виноват!

Деревья, огромные исполины, простоявшие здесь не одно людское поколение, с грохотом валились, покоряясь натиску Артёма. Волчица перепрыгивала от ствола к стволу, то передвигаясь по деревьям, то падая на землю и на четырёх лапах убегая от преследующей её по пятам смерти. Но несмотря на природную ловкость, ото всех атак уклониться она не могла, и, в конце концов, один из снарядов попал ей в спину, откинув монстра вперёд, с силой прибив к огромному, наверное, самому старому древу в этом лесу. Его ствол по размерам напоминал целый город, а то и больше, настолько гигантским оно казалось.
Парень, не переставая улыбаться, подобно настоящему маньяку, что наконец догнал свою жертву, остановился. Не сбавляя темпа, он не переставал вливать манну в барабаны, превращая обычные пули в Божьи, что с каждой минутой более неприятно сказывалось на теле. Головокружение стало ощутимее, а в глазах всё чаще рябило чернотой. Выпустив очередной залп, парень заставил Волчицу безвольно принимать удары на собственную шкуру. Пули пробивали ствол с хрустом, а Созвездие лишь беспомощно дёргалась от попаданий, проминаясь в древо глубже. Вскоре Охотник решил остановиться и, поймав все орудия, вернул их на законное место. Он устремил свой взгляд в пролом, проделанный телом Созвездия.

— Ха-ха-ха!!! — донеслось из ствола.

Из «пещеры», образовавшейся в дереве, с широким самодовольным оскалом на морде вышла Волчица. На теле её были окровавленные порезы, ссадины, но не более того, о серьёзных ранах не шло и речи. От такого залпа от неё вообще не должно были остаться и потрохов, однако Охотник не удивился, ведь знал, что подобное могло случиться, а потому, по пути, пока бежал за ней, установил некую ловушку.

— Есть несколько танцев Скитальцев… а также масса приёмов рукопашного боя ордена. В драке на руках ты плох, так что эти танцы помогут тебе.

Перед парнем вновь возник образ златовласой девушки. Ева предстала перед ним всё с той же улыбкой, тёплой, мягкой, излучающей родное спокойствие, словно она встречала сына.

— Есть всего лишь два танца. К сожалению или же к радости, человечеству ещё есть куда расти, — девушка вытащила белый револьвер и направила на Волчицу. — Первый танец называется — Молот!

Парень зарядил алый револьвер очередной порцией патронов и пропитал их молниями, наскоро зачитав заклинание пуль Божих.

— В нашем мире монстры намного крепче людей, — продолжила меж тем Ева. — Их шкура прочнее, а кости толще. Пули просто-напросто могут не пробить их. Но что будет, если направить все пули в одну точку и усилить их скорость и мощность рикошетами? Получиться один мощный сконцентрированный удар в конкретное место, что сможет даже толстый пласт металла разорвать, как бумагу, — женщина резко развернулась, взмахнув пшеничными кудрями. Её образ снова начал исчезать, обращаясь в слабый дымок, но перед этим она с довольным блеском в пристальном взгляде договорила: — Это и есть Первый танец Скитальцев — Молот!

Улыбка парня ширилась всё более, а Волчица, прижав одну лапу с жутко растопыренными когтями к земле, припала вниз.

— Я снесу твою башку! — зарычала она.

Созвездие, оскалившись, рванула вперед, на спокойно стоящего Охотника. Артём, тихо усмехнувшись, со спокойствием развернулся спиной к врагу и тут же скорыми выстрелами пустил весь барабан божьих пуль. Шесть лучащихся молниями озорниц улетели друг за другом в лес, освещая дремучие заросли. Парень, слегка отступив назад, вновь развернулся. Пасть Волчицы, готовой перекусить своему противнику хребет, уже была почти прямо перед глазами, обещая оборотню скорую победу, как вдруг Артём быстро и злорадно сказал, словно выплюнул:

— Жри!!!

Отклонив голову на правое плечо, он над ухом пропустил, чувствуя слабые разряды, кольнувшие его щёку, бестией летящий хоровод. Шесть патронов, образуя тонкую, но острую, как лезвие, линию, впились в переносицу Волчицы и продавили кость, входя в плоть, будто по маслу. Выплюнув из затылка мозг, а точнее его ошмётки, снаряды влетели в гигантское древо, что стояло сзади, мощно тараня и без того проломанный ствол.
Артём с довольной улыбкой наблюдал за изменением тела Созвездия. На месте монстра вновь возникла та небольшая девчушка, только теперь её взгляд был пустым, не излучал безумного озорства. Когда парень ещё бежал за ней, то успел подхватил ее упавшую броню, а затем поставить к стволу одного из деревьев, в идеале просчитывая угол. Своими залпами он очистил местность, из-за чего пули смогли долететь до брони, срикошетить и полететь обратно.

Перед взглядом Охотника появился образ его самого, стоящего с Евой. Парень улыбался спокойно и умиротворённо, как и сейчас, он жил по-настоящему. Вот только воспоминание неожиданно начало растворяться, даже не начавшись, но Артём успел услышать свой голос собственный голос, только почему-то тихий, отдающийся эхом в ушах парня:

— Я придумаю третий танец Скитальцев… в твою честь!

В его глазах всё ярче и сильнее мерцало, рябило чёрными точками. Ноги подкосились, заставив упасть на колени, а потом и вовсе в траву. Силы тут же покинули тело, которое наконец-то смогло расслабиться после утомительно долгого боя. Его глаза закрылись, он даже не понял, как погрузился в сон…

***

— Пш… хм… пш… аргх… арм…

Шепот, странный и зловещий, внезапно пронзил голову Артема, приводя в сознание. Парень был во тьме, холодной, из-за чего его бил озноб, не позволяющий и зуб на зуб попадать, пугающей своим мраком и неизвестностью. Там он видел глаза, два жёлтых огонька с необычным белоснежно-чистым зрачком. Артем сразу же узнал этот взор, кой-видел всего лишь единожды… В тот самым момент, когда от столкновения сил Безымянного Бога открылся таинственный портал.

— Я жду тебя…

Хриплый голос, рассекающий тьму, будто полотно, резонировал по всему пространству, заполняя до всё краёв. Взор парня начал отдаляться, а может, это неизвестный уходил. Слышались шаги по воде, затхлость неприятно давила на лёгкие…
Артём вновь провалился вглубь самого себя, словно тьма, став зыбучей, как песок, засосала его в свою пучину. И как это бывает во снах, он резко вскочил.

— Очнулся!

— Эх, я так хотела, чтоб он помер…

Артем резко распахнул глаза, увидев небольшой лагерь. Костёр с флегматично трещащими дровами, крупный кусок мяса на огне, впитывающий в себя жар, две девушки, устремившие свои взоры прямо на парня: Элизабет и Селина. Сзади них — одинокий алый портал, а вот голубого не было. Девушки сидели на бревне возле костра и с недоумением поглядывали на парня, почти не моргая. Артём, протерев глаза и смахнув выступившую испарину со лба, встал. Эти странные сны, уже порядком надоели ему, отчего он нахмурился.
Присев на другое бревно, стоящее противоположно девушкам, парень с заметной любовью во взгляде уставился на сочный стейк. После боя он очень хотел есть и точно сейчас не откажется от такого пира. Звучное урчание его желудка лишь подтвердило это желание.

— В следующий раз хотя бы крикни об атаке такой мощности! — включила Элиз режим снежной королевы. — Я чуть не попала под этот шквал магии!

Парень тихо усмехнулся и виновато глянул на девушку. И в правду он что-то забыл про Элиз, излишне увлекшись боем. Но, слава богам, обошлось.

— Вы связались с остальными семьями?

— Они уже всё знают и готовятся, — помассировала плечи Кошка.

— Отец готовит людей.

— Понятно…

Парень оглядел свой плащ и всего себя, ища самое главное.

— Где моё оружие?

— Сзади, — лениво кивнула Кошка, морщась от массирования плеч и шеи.

Парень обернулся на её указание, сразу же заметив большой рюкзак с провиантом. Встав и подойдя к сумке, парень обнаружил возле неё свои револьверы и винтовки. Потянувшись к ним, он же хотел было их взять да вернуть в кобуру, но его тело странно и нежиданно зависло на одном месте.

— Пш… хм… хрг…

В голове возник неразборчивый, усиливающийся с каждой секундой шёпот. Было сложно вдохнуть, лёгкие спёрло, а внутренности будто кто-то сжал в один тугой ком и не отпускал. Лицо его, как и тело, налилось кровью, покраснело от напряжения, но Артём мог видеть. И он увидел… На его руке, что будто в стоп-кадре зависла, так и не взяв оружие, начали появляться чёрные вены. Они бугрились, живя, как отдельный организм-паразит, становились больше, обвивали руку. И тут, сам того не желая, Охотник взял чёрный револьвер, нажал на кнопку, сделав клинок. Он вовсе не управлял своим телом, рукой, поднеся меч к лицу. Там Артём увидел в отражение свои чёрные, заполненные бездонной пустотой тьмы глаза.

— Еда готова. Ты будешь? — окрикнула парня Элиз.

Артём, холодно улыбнувшись встал. Сам он хотел кричать и умолять, но рот был закрыт словно на замок. Улыбка своевольно становилась шире, тело не слушалась его, как-то бывает при онемении.

— Да пофиг на нег…

«Бегите!!!» — закричал про себя парень, взглядом выражая ужас.

Резко развернувшись, Артём метнул клинок, попав Кошке прямо в горло и не дав той договорить. Селина, захрипев и схватившись за окровавленное горло, ничего не понимая, начала падать, а Элизабет привстала от шока, глазами спрашивая, как, зачем, что происходит. Парень даже не попытался дать ей шанс, воспользовался скачком, оказавшись возле девушек. Резко выдернул кинжал из горла хрипящей Кошки, он за долю секунды вонзил сталь в живот Элиз, поднял ее за грудки и, использовав скачок, прибил к дереву. Её тело пронзилось насквозь, прибившись к стволу, а лицо застыло в ужасе. Изо рта мелкой струйкой текла кровь, взгляд пропитался страхом, недоумением, она кричала от боли.
Артем начал шумно выдыхать, всецело наслаждаясь этим моментом. Охотник нежно провёл подушечками пальцев по белым локонам Элиз, устремив свой взор к её глазам. Она увидела во взгляде охотника холод, упоение болью, маниакальная безумная радость… И в то же время страх, нежелание повиноваться тому, что он сейчас делает, отчаянные попытки сопротивления. Всё это безумным коктейлем смешалось в одном лишь его взгляде.

— Посмотри, как она прекрасна, — Артём впился томительным ласковым поцелуем в окровавленные губы Элиз, прижимаясь к её умирающему телу. Отпустив её из плена поцелуя, он чувствовал, как его губы были в крови Алой. — Как же это будоражит… убивать тех, кого мы любим…

Из глаз парня полились горькие слезы отчаяния… Вид безжизненного опустевшего взгляда любимой девушки заставил его закричать, подобно раненному зверю, но крик его эхом разносился лишь в разуме, только там выражая всю боль, пронзившую душу в этот момент. Он не мог ничего сделать, так как Иной взял под контроль его тело… Но вдруг, вновь заглянув в лицо девушки, парень вспомнил слова Генриха II, или просто Лангинуса, когда они ещё не так давно сражались на стене перед горящим городом Крайвен:
«Ты, наверное, не знаешь, но Алую невозможно убить, пока на её теле проклятие. Ты, друг мой, ходил с бомбой позади. Она в любой момент могла получить смертельный урон и высвободить проклятие. Ты — настоящий везунчик».

Артем, вдохновившись этой надеждой, смог сжать кулак и наконец-то почувствовать контроль над собственным телом. Трепетно прикоснувшись к ещё тёплой щеке Элиз, он замер. Девушка начала исчезать, прямо на глазах превращаясь в пепел, кой-тут же уносился прочь слабыми порывами ветра… как в принципе и весь мир вокруг, что распадался на мелкие песчинки, превращаясь в ничто. Артём услышал у себя в голове, как Иной в удивлении цыкнул. Всё закрутилось в вихре, голова закружилась, а взор на мгновение застлала тьма. И когда Артём открыл глаза, то просто опешил. Теперь же он стоял на коленях, под ним, лёжа на земле, Элизабет, пытающаяся голыми руками над своим глазом остановить кинжал, кой Охотник с силой сжимал в руке и давил вниз. Её руки кровоточили, лезвие впивалось в плоть, а кровь скатывалась, капая на её лицо. Другой рукой парень направил револьвер на Кошку.

— Отпусти её!!!

В трёх шагах от него стояла Селина с винтовкой Артёма. Она, держа палец на курке, стояла и в панике кричала, как ненормальная.

— Не стреляй, Селина! — выкрикнула ей Элиз, а посмотрев на чёрные, подобно ночному мраку, вены, оплетающие руки Артёма, догадалась в чём причина безумия парня. — Это не он!

— Так это он или не он?!

— Он, только в нём сидит не он! Ты видишь его глаза или нет?!

Девушки начали перекрикивать друг друга, пытаясь найти выход из ситуации, не убивая Артёма. А он лишь завис на месте.

«Убей её!!! Скинь оковы… Ну же, давай! Тебе НИКТО не нужен!» — зарычал Иной.

«Ублюдок! Взял моё тело под контроль, пока я спал!!! — огрызнулся в ответ Артем, борясь со своим вторым «я». — Я не дам тебе творить всё, что вздумается! Один раз я смог тебя прогнать, смогу и ещё раз!»

«Ха! Смог, но лишь на время, — холодно усмехнулся Иной, а затем игриво добавил полушепотом. — К тому же вспомни, ты еле выжил… Как думаешь, если ты снова выстрелишь себе в голову, выживешь ли снова?! Мне даже интересно это узнать…»

Охотник почувствовал, как медленно и верно, но чёрные вены начинают сползать с его рук, оголяя кожу. Перенаправив рукой револьвер от Селины на свою голову, парень резко замер, обхватив пальцем курок.

«Уходи!!!»

«Стреляй! Давай же, зачем медлить? Покончи с этим, избавься от меня! Ха-ха-ха!!!»

«Убирайся!!!»

«Покажи мне, кто ты есть на самом деле, Артём Ван-хельсинг! Вышиби себе мозги… Вот забава будет… Яви себя настоящего!»

Весь диалог с Иным, как и его действия, слова и вообще поведение, казались абсурдом, бредом ненормального человека, который давным-давно попрощался со своей крышей. Словно в парне жил безумец, желающий убить всех до единого, даже самого Артёма. И себя тоже…

— Стой!!! — закричала Элизабет, всё также пытаясь оттолкнуть кинжал голыми руками.

Парень оглянулся и увидел за своей спиной одинокий алый портал. Видимо, голубого портала на перевалочном этаже нет, только ниже в подземелье. Но и этого достаточно. Парень, медленно повернув голову к Кошке, уставился на неё, и, стиснув зубы, смог выговорить:

— Стреляй… только в тело!

На парне был застегнут плащ, он должен был выдержать удар пули.
Кошка, вовсе не раздумывая, выстрелила в тело Охотника. Момент, и вспышка дикой боли, застилающая взор чёрно-красным полотном. Парень почувствовал, как его ребра сломались, а его тело снесло от Элизабет. Так он залетел ровно в алый портал, где его разум в мгновение пожрала тьма… Напоследок он услышал весьма недовольную, но не менее безумную реплику от Иного:

«Грх… Ладно, так уж и быть. Ты победил… Пусть Элизабет Алая живёт… Но поверь мне, ты ещё ОЧЕНЬ пожалеешь, что она осталась в живых! Да, пусть будет так!» — его мерзкий смешок, леденящий душу, застыл удаляющимся эхом.