Пророчевство

— Мой король…

Все в тронном зале, который принадлежит Графу Миньяру, в почтении склонили головы. Правда, сейчас помещение вовсе не отдаёт какой-либо роскошью: почерневшие от взрывов стены, дыры то тут, то там, а также высокородные, которые выглядят как бедняки в разорванной одежде. И всё дело в том, что они тушили пожары, лечили раненых, разбирали руины и готовили планы на будущее. И всё это в непрерывном марафоне в течение двух дней.

Артём со злорадной довольной улыбкой смотрел, как Джон, поклонившись, держит перед собой кристальный голубой шар, внутри которого показалось изображение Генриха III, который является Королём Юга. Охотник представлял его значительно старше или хотя бы огромным мужчиной, а на деле это молодой щуплый парень с короной на голове.

— Встаньте… — лениво сказал Король.

Селина, вся перемотанная, стояла вместе с колдунами. Впереди них расположились Вильям и Элизабет, а дальше — Миньяр и Артём. И последняя пара подошла к шару, при этом вновь поклонившись.

Граф с довольной весёлой улыбкой начал диалог:

— Здравствуй, Генрих! Вот, смотри, спаситель наш!

— Артём Феникс?.. — в недоумении уставился король на парня, — Ты должен быть мёртв! Джон, почему я вижу его живым?

Джон, пав перед своим господином на колени, уже хотел было ответить, но Граф его перебил:

— Король! Я знаю причину, но прошу вас о помилование. Я верю, что этот человек принесёт в наше королевство небывалую мощь. Он уже стал победителем моего турнира. И я бы хотел, чтобы вы сделали его Бароном первой ступени.

Король лишь усмехнулся, а после и вовсе рассмеялся во всех голос.

— Миньяр, а ты, однако любишь пошутить!

— Это не шутка, мой Король! — встал на одно колено Миньяр и покорно склонил голову.

Артём сделал так же, поскольку красноречивый взгляд, который послал ему Миньяр и который едва ли в ярости не прожёг в парне дыру, просто заставил его это сделать.

— Помните, вы обещали мне любое желание?

— Помню-помню… ты уверен, Миньяр? Если он что-то натворит — ответственность на тебе. Ты готов на это пойти?

— Да! — не раздумывая, ответил Миньяр.

— Так тому и быть, — король перевёл свой взгляд на Охотника. — Встань, Барон «первой ступени» - Артём Феникс! — парень тут же вскочил, не поднимая головы. — Я внесу тебя в реестр знати, а дальше с тобой свяжутся мои люди. Они скажут, какие земли теперь твои.

— Это… — вдруг усмехнулся Артём. — Я хочу стать независимым Бароном. То есть без земель и людей. Эдакий «Барон-Кочевник».

Король поперхнулся, приподняв правую бровь, и вновь засмеялся во весь голос.

— Барон-кочевник?! Что ж, интересно, давай попробуем! Какой знак своего рода ты выбираешь?

Артём задумался. И правда, какой знак рода ему выбрать? Ведь он есть у всей знати. Нужно что-то угрожающее. Такое, что бы к нему точно не лезли.

— Чёрное Солнце!

— Так тому и быть, — король с ярым любопытством оглядел парня, а потом резко устремил свой взор за его спину, — Но также тебе нужно вернуть Селину Серую в Бенезет!

На весь зал было слышно, как Кошка в буквальном смысле запищала от радости, при этом подпрыгивая на месте. Она прекрасно понимала, что вместе с этим теперь будет свободна от власти своего «хозяина-тирана».

«Да плевать! Пусть шурует, куда хочет!» - сдался Артём, понимая, что у него и так теперь хватает забот. Не когда ему тратить время на безнадёжную чертовку. Он старался её исправить, но вышло так себе.

— Не волнуйтесь, я отвезу её. В конце концов, мне и самому нужно в «Бенезет». Есть одно незаконченные дело!...

***

Пограничье.

Массивный чёрный замок, устрашающий своими размерами и тёмным величием, а так же не менее огромный тронный зал, что сплошь усеян густой тьмой. И только огромная плита обливалась светом от круглого отверстия на крыше, что робко пропускает сквозь себя лунное сияние, а возле неё стоит мужчина в чёрном классическом костюме и катаной на бедре. Поправив очки, он продолжил рассматривать плиту, отмечая своеобразный рисунок. Десять пляшущих человечков окружили двух воинов, которые скрестили мечи, а всё вокруг них – это горящие сооружения, алое небо и множество нарисованных трупов.

— Зачем ты пришел, Рудольф?…

Во тьме показались жёлтые, отливающие янтарём глаза.

— Он пришёл, потому что пришлый снова выжил…

Во мраке возникли огоньки фиолетовых очей.

— Нет, он пришёл узнать о пророчестве.

Теперь же тьму разрезало пламя голубого взгляда.

Рудольф, проведя по плите рукой и смахнув вековую пыль, холодно усмехнулся. Эти люди — пророки «пограничья». Здесь они хранят все самые страшные тайны мира и самые жуткие из предсказаний, которые ещё не произошли. Добраться до этого места способен далеко не каждый.

— Я пришел кое-что узнать. Если Пришлый не исполнит пророчество, он не умрёт?

— Ты всё боишься… — усмехнулся голубой взор.

— Нет, он остерегается его, — хмыкнул желтый взор.

— Не бойся, он может умереть. Он же не бессмертный, да и судьба — штука запутанная, — тихо засмеялся фиолетовый взор.

Рудольф, потерев переносицу, тяжело вздохнул. Пророки всегда говорят одно и то же. Ничего нового и ничего не меняется. Поэтому он вновь положил руку на плиту:

— Расскажите мне снова…

— Два «пришлых», две «истинные звезды», — начали хором говорить голоса. — Один должен убить другого. Кровное родство, кровная ненависть, что породила голод в их сердцах. Десять фальшивок, что будут всегда подле них, раскроют их потенциал. И когда их битва начнётся, небеса окрасятся кровью, а люди будут умирать городами. Две звезды! Одна погаснет, другая воссияет над всеми и ознаменует новую эру, новый мир!…

Голоса стихли, а глаза исчезли во тьме. Рудольф всё так же смотрел на рисунок и всё так же не понимал… что за новая Эра должна прейти со смертью одной из звезды?

***

Королевство Севера.

Заснеженные холмы, чьи белые верхушки стремились к небесным чертогам и буран, сметающий всё на своём пути и окутывавший окружение белоснежным снегом, который не даст тебе увидеть дальше вытянутой руки.

И в этом ледяном аду находится одинокая хижина, где теплиться единственный маленький огонёк. Внутри было скудно, даже немного пусто: разожжённый камин, три человека в меховых куртках и капюшонах, в которых они скрывают свои лица, и один стул, на котором сидит связанный парень в пышной шубе.

Герман снял капюшон, и провёл ладонью по лицу, явно показывая во взгляде усталось и тревогу. Ведь ему опять снился тот сон: чёрная лужа, шкатулка и чёрная тень, что и по сей день уродует его лицо. День, когда он стал родоначальником вампиров отнюдь не по своей воле. Это был подарок от его создательницы, что больше нет в этом мире. Он даже позабыл её лицо, как и лицо того, кто за ней пришёл.

— Давайте уже начнём!

Второй снял капюшон. У него пышная борода, ковбойская шляпа, но взгляд его более не пылал той уверенностью и готовность, что была когда-то ранее. Только печаль и тоскливая подавленность.

Герман положил руку на плечо друга.

— Яр, мы найдем его! Я обещаю, тот, кто убил твою дочь, поплатиться!

— Ага…

Мужчина лишь кратко кивнул. В душе Яра тлела неугасаемая жажда мести, но её жара, у-вы, не хватало, чтобы зажечь в нём настоящее пламя.

Вампир и Полу-вампир подошли к пленнику, а третий их компаньон, что так и не показал лица, сидит за столом.

Первородный и Ковбой приблизились к северянину и, не мешкая, положили на его голову корону белоснежного цвета, украшенную набросками ветви, что перетекали на шесть самоцветов. Следом они застыли в ожидание того, что этот парень окажется ещё одним королём. Но их ожидания оказались тщетными — парень начал кричать, мычать и дёргаться, а сапфир на короне так и не загорелся. Через пару секунд глаза северянина взорвались, оставив лишь пустые глазницы, а сам он, последний раз вздохнув, испустил дух.

— Опять мимо, — угрюмо прошептал Яр.

— Это уже десятый, — невесело хмыкнул вампир. — У нас есть ещё зацепки о чудо-людях. Так что просто пойдем дальше.

Яр кратко кивнул и накинул капюшон. Вьюга за окном наконец-то начала утихать, так что вскоре они вновь должны будут отправиться в путь. Время сейчас для них — недопустимая роскошь. Ковбой открыл дверь и вышел, Вампир же, видя, как их третий компаньон всё ещё сидит, остановился в проходе.

— Тебе приглашение какое-то надо?

Парень резко встал, отчего стул за ним едва ли удержался на месте, а из-за порыва ветра его капюшон содрало. Теперь на Вампира смотрел тот, кого все считают мёртвым. Его короткие серые волосы уже отрасли до ушей, у него тяжёлый взгляд голубых глаз, а на щеке находиться шрам в виде «Х», будто это клеймо ему вырезали кинжалом.

Герман усмехнулся, оголяя клыки:

— Давай, быстрее! У нас мало времени, Жанкон!

***

— Ещё увидимся!!!

Артём махал рукой, широко улыбаясь, а Граф и его подданные махали в ответ, расставаясь со своим спасителем.

Охотник сидит в карете вместе с Вильямом, Селиной и Элизабет, которая крепко обхватила его руку.

– Наконец-то мы едим домой! – тяжело вздохнул Вильям.

Единственный в карете, кто радовался больше всех, была Кошка. Она просто не могла дождаться момента, когда уже вернётся в родные хоромы.

Элизабет положила голову на плечо Артёма и закрыла глаза. Пусть поспит. Ведь путь до «Бенезата» будет не быстрым. Да и парню нужно кое о чём подумать.

Глянув на свою руку, Артём увидел на тыльной стороне ладони «LV3». Безымянный даровал ему новую силу. Но какая она, покажет лишь время.

— Может, тебе не надо в «Бенезет»? — спросил Вильям.

— Это почему же?

— Во-первых – мой отец, Во-вторых – отец Селины. Я уверен, что встретят тебя подобающе. И я не в хорошем смысле.

— Эй! — спокойно улыбнулся Артём. — Теперь Я «Барон»! Меня нельзя трогать!

— Как знаешь… — пожал плечами Вильям.

Элизабет тихо заулыбалась, но глаза так и не открыла. И она прекрасно понимает, как и Артём, что с Бором всё же придётся поговорить. И с Жаком Серым то же. Но больше Охотника интересовало, как там поживают Мишель, Жанна и Сил?

Сжав кулаки, Артём отчетливо понимал, что он возвращается в «Бенезет» отнюдь не слабаком. Теперь у него есть оружие и сила!... Это значит, что пора упокоить Георга!...

Но одно остаётся для парня и посейчас непонятным. То воспоминание о Плеяде явно принадлежит Вампиру. Значит, он был тем, кому отдали шкатулку, и она же его прокляла. Самого первого!

Артём перевёл взгляд на свои руки. Чёрных вен больше нет, они испарились и пропали вместе с голосом «Иного», который больше не шептал свои тёмные капризы. Однако Артём знал точно:

…ОН ВЕРНЁТСЯ…