Давайте есть!
Прогулявшись по общежитию в компании Гу Паньпань, Су Ци вернулась в свою новую комнату и обнаружила, что её «добродетельная» женушка Цзыцзинь уже закинула её простыни и пододеяльник в стиральную машину. — Ты так давно ими не пользовалась, они все покрылись пылью. Поспишь сегодня со мной, Муженечек~ — с этими словами она игриво подмигнула Су Ци.
По телу Су Ци пробежал электрический разряд, в то время как стоявшая рядом Гу Паньпань промолчала. Она лишь сочувствующе посмотрела на Су Ци, которую эта безжалостная дьяволица вертела в своих руках, как игрушку, а та этого даже не осознавала. Гу Паньпань твердо решила, что однажды обязательно откроет этой наивной девочке глаза на всю жестокость их методов. Чего Гу Паньпань не знала, так это того, что «игры», в которые играла эта троица, были куда более горячими и захватывающими, чем она могла себе представить.
Су Ци села на стул, посмотрела на свою голую кровать и только сейчас вспомнила, что забыла забрать свой матрас из мужского корпуса! Ей стало немного обидно: на первом курсе она отвалила за него целых 200 юаней — тогда это была огромная сумма. Но, немного поразмыслив, она решила забить. Оставить его бывшим соседям — тоже неплохой вариант. В конце концов, матрас У Вэя был уже настолько продавлен, что в нем образовалась гигантская вмятина.
Выкинув эти мысли из головы, Су Ци открыла шкаф, собираясь развесить свою немногочисленную одежду. Однако в тот самый момент, когда она открыла коробку со своими вещами... её взгляд наткнулся на ту самую упаковку с весьма откровенными картинками.
«Ах, это...», — Су Ци ошарашенно уставилась на коробку. «Значит, то, что произошло там в мужской общаге... не было сном. Это РЕАЛЬНО не было сном!».
Ван Цзыцзинь, заметив вещи в коробке своего «мужа», на самом деле ещё тогда сгорала от любопытства. Как девушка, она впервые в жизни видела эту легендарную штуковину вживую. Просто тогда вокруг было слишком много парней, и доставать её для детального изучения было как-то не с руки. Но теперь, когда они были в своей собственной комнате, она просто обязана была удовлетворить свое любопытство!
Движимая непреодолимым интересом, она вытащила коробку наружу. Гу Паньпань, увидев новую и весьма необычно упакованную коробку, тоже подошла поближе. — Что это такое, А-Ци?
К слову, «А-Ци» — это новое прозвище, которое Гу Паньпань только что дала Су Ци. Изначально, будучи 20-летней студенткой, она хотела называть ее «Сяо Ци», но Су Ци категорически это отвергла. В итоге пришлось сойтись на «А-Ци».
Лицо Су Ци уже залилось такой краской, что на ней можно было жарить яичницу. Увидев игрушку в руках женушки Цзыцзинь, она бросилась вперед, чтобы вырвать её, но из-за своей катастрофической физической слабости потерпела сокрушительное фиаско и была легко обезврежена.
Поверженной Су Ци оставалось лишь беспомощно наблюдать, как её жена медленно открывает коробку. А затем достает оттуда упругий, телесного цвета объект, завернутый в прозрачную пленку.
Внимание Гу Паньпань тоже было приковано к этому странному предмету. В её глазах читалось искреннее любопытство, но когда она заметила то самое отверстие... её лицо мгновенно покраснело до самых кончиков ушей. Тем не менее, подгоняемая жаждой познания, она, сгорая от стыда, медленно протянула руку и потыкала в упругий силикон пальцем. Как и Гу Паньпань, Ван Цзыцзинь тоже было до жути интересно, каково это на ощупь. Вот только действовала она куда смелее.
Наблюдая, как две её соседки по комнате увлеченно тискают предмет, который когда-то принадлежал и предназначался для парня, Су Ци хотелось просто найти дыру в полу и заползти туда навсегда. Воспоминания о недавней социальной смерти в мужском корпусе нахлынули с новой силой.
И в этот момент она услышала голос женушки Цзыцзинь: — Муженечек... а как именно ты этим пользовалась?
Услышав этот вопрос, Су Ци просто не выдержала. Вырвавшись из захвата, она закрыла пылающее лицо руками и, громко стуча своими маленькими кожаными туфельками, с топотом убежала в ванную, захлопнув за собой дверь. Прямо сейчас ей жизненно необходимо было побыть одной!
Глядя на эту сцену, Ван Цзыцзинь и Гу Паньпань нашли это невероятно забавным. Хоть они обе и были чистыми, невинными девами, на дворе стоял двадцать первый век. Как говорится: «даже если сам не ел свинину, неужели не видел, как свинья бегает?». Уж в теории применения этой штуки они разбирались прекрасно.
Наблюдая за тем, как Су Ци в панике спасается бегством, Ван Цзыцзинь поняла: дразнить свою Госпожу — это просто слишком весело. Гу Паньпань, поймав взгляд на вздернутые в дьявольской усмешке уголки губ Ван Цзыцзинь, мысленно перекрестилась. «Дьяволица навсегда останется дьяволицей! С ней лучше не связываться».
/-/
В четыре часа прозвенел звонок об окончании пар. Многие студенты, освободившись, потянулись в общежития, чтобы поиграть в игры, а те, кто готовился к поступлению в магистратуру или на госслужбу, тихо вернулись в библиотеку грызть гранит науки. Но прежде чем заняться делами, большинство по привычке достали телефоны, чтобы полистать ленту в WeChat или на университетском форуме.
В результате о сегодняшнем безумном инциденте в мужском общежитии узнала половина университета. В этот самый момент Су Ци, которая пряталась в ванной и отчаянно боялась показаться людям на глаза, тоже наткнулась на этот пост.
Увидев, что запись собрала уже почти 4000 лайков, Су Ци почувствовала, как весь её мир погружается во тьму. И тут же в ее голове раздался бодрый, радостный голос Системы: [Вау! Хозяйка просто невероятна! Прогресс задания уже достиг 74%! С такими темпами мы закроем его уже сегодня вечером!]
Слушая восторженные возгласы Системы, Су Ци не могла выдавить из себя ни капли радости. Ведь этот прогресс был достигнут исключительно ценой публичного выставления напоказ её самого черного, постыдного прошлого! Какая депрессия... Это просто невыносимая депрессия!
/-/
Вскоре в комнату вернулась Ань Нин, которая весь день крутилась как белка в колесе. Она мечтала поскорее обнять своего мягкого, ароматно пахнущего «мужа», чтобы снять накопившуюся усталость, но, к своему удивлению, обнаружила в комнате только лучшую подругу и Гу Паньпань. Более того, эти двое с крайне загадочным видом крутили в руках какой-то неописуемый предмет.
Заинтересовавшись, Ань Нин подошла поближе. Сначала она брезгливо сморщила носик и выдала: «Фу, какая гадость!», но, выслушав объяснения подруги, тут же присоединилась к рядам исследователей.
Су Ци, которая тем временем немного успокоилась в ванной и решила, что готова снова встретиться с этим миром, приоткрыла дверь... и увидела, что команда «исследователей» выросла с двух человек до трех. Она молча закрыла дверь обратно. Да уж, этот мир всё ещё не был готов её принять.
Спустя ещё двадцать минут должна была приехать доставка еды, которую заказала Ань Нин, поэтому она отправила Гу Паньпань вниз, чтобы та её забрала. Увидев, что Су Ци до сих пор не выходит, Ань Нин подошла к двери ванной и крикнула: — Муженечек, выходи кушать! Обещаю, я не буду смеяться... Пф-ф... ха-ха-ха!
Ван Цзыцзинь тоже очень хотелось рассмеяться, но она прошла профессиональную подготовку и была настоящим экспертом по сдерживанию эмоций. Немного подумав, она тоже подошла к двери: — Муженечек, выходи давай. Мы же девушки, это просто обычное женское любопытство, с кем не бывает? Открою тебе секрет: я вон тоже накупила целую кучу игрушек для взрослых! «Правда, собиралась использовать их исключительно на тебе». — Так что давай, вылезай!
Однако, услышав откровенный смех Ань Нин минуту назад, даже после этих уговоров Су Ци категорически отказывалась покидать свое убежище. Поняв, что уговоры не работают, Ван Цзыцзинь и Ань Нин переглянулись и молча достали из неприметного угла возле двери ключ.
Это был запасной ключ от ванной. В конце концов, Гу Паньпань иногда тоже пыталась искать спасения за этой дверью, поэтому они заранее сделали дубликат.
Су Ци округлила глаза, наблюдая, как две её жены уверенно заходят в ванную и закрывают за собой дверь. — Как вы вообще сюда попали?! — в шоке выпалила она.
Ни одна из них не ответила на вопрос. Они лишь медленно, с хищными улыбками, начали надвигаться на нее. Ань Нин мурлыкнула: — Муженечек, ты ведешь себя очень плохо. Почему ты отказывалась открывать нам дверь? А теперь... время для наказания.
После этого Су Ци была поймана в ловушку своими женами и подверглась «краткому воспитательному сеансу», уникальному для их троицы.
Когда Гу Паньпань вернулась с пакетами еды, она увидела, что Су Ци уже вышла из ванной и послушно сидит на стуле. Вот только её маленькое личико было залито ярким румянцем, розовым и нежным, как спелое яблоко. Гу Паньпань украдкой бросила взгляд на двух дьяволиц, стоящих рядом с ней по обе стороны.
На мгновение у нее мелькнула шальная мысль:» а не возглавить ли ей восстание вместе с Су Ци, чтобы поднять знамя бунта и свергнуть эти злые силы?!». Но, поймав на себе ласковый, улыбающийся и до жути пугающий взгляд Ван Цзыцзинь, она решила, что революцию лучше отложить до лучших времен. Поставив пакеты с едой на стол, она бодро произнесла: — Налетайте, давайте есть!