Искусство побеждать лёжа
В провинции Чжэцзян всё ещё шел дождь, но по сравнению со вчерашними громом и молниями он заметно ослабел. Су Ци, которая долгое время прожила в этих краях, прекрасно знала: это означало, что эпицентр тайфуна уже миновал их провинцию.
Включив свет в гостиной, она увидела, что стрелки настенных часов показывают пять утра. Су Ци показалось это немного странным. Только что она чувствовала себя невероятно бодрой, но, осознав, что сейчас всего лишь пять часов утра, рефлекторно сладко зевнула.
По пути в ванную комнату её взгляд внезапно зацепился за одну деталь. Разве это не её ханьфу висит на вешалке в гостиной? Су Ци быстро подошла и пощупала ткань. Да, этот материал абсолютно точно был произведением Системы. Приблизившись, она даже уловила легкий аромат лаванды, исходящий от платья. Она знала, что мама всегда пользовалась стиральным порошком именно этого бренда. «Ну и мама дает: сама же забрала платье, отстирала его, а мне соврала, что выбросила!».
Су Ци мысленно поворчала на нее, но уголки ее губ все равно поползли вверх. Это чувство, когда всё вокруг постепенно налаживается и наполняется заботой, было по-настоящему прекрасным.
Система, наблюдавшая за тем, как очки симпатии Хозяина к Лу Жань стремительно растут, была слегка удивлена. Её Хозяйка действительно повелась на эту простую уловку! Впрочем, ладно, после бессонной ночи в Genshin Impact Системе давно пора было на боковую.
Су Ци зашла в туалет и привычно сменила прокладку, с облегчением заметив, что объем «кровопролития» явно уменьшился. Внимательная Су Ци уже успела подметить закономерность: с каждой кровопотерей её показатель Выносливости падал на несколько пунктов. Если бы кровотечение продолжалось в том же темпе, что и в первый день, Су Ци была уверена, что просто не пережила бы эти 7 дней. Мысль о том, чтобы буквально истечь кровью насмерть, казалась ей слишком уж нелепой и обидной. Однако теперь, когда состояние её организма начало медленно стабилизироваться, Выносливость уже перевалила за 71 очко.
Взяв зубную щетку, которую приготовила для нее мама... стоп, а как Су Ци узнала, что она именно для нее? Да потому что Лу Жань налепила на стаканчик стикер с надписью: «Для моей дорогой доченьки».
Су Ци слегка покраснела. Не слишком ли по-девчачьи ведет себя мама? Сначала эта пижама, теперь эта смущающая надпись~ Да и эти розовый стаканчик с розовой щеткой были просто до абсурда девчачьими! Но в глазах бывшего парня Су Ци это было просто... просто... эх, ладно, это было немного мило.
Почистив зубы, Су Ци по привычке оскалилась своему отражению в зеркале. Два ряда ровных, острых, как маленькие мечи, зубов в её изящном ротике сияли безупречной чистотой. Единственным, что слегка выбивалось из этой идеальной симметрии, был маленький клычок в правом уголке рта. Он выглядывал, словно любопытный тигренок, придавая всему лицу Су Ци нотку озорной живости. Только убедившись, что кариеса нет, Су Ци успокоилась.
К слову о кариесе: однажды Су Ци уже «посчастливилось» его заработать. Одно лишь воспоминание о том, как стоматолог тянется к её больному зубу длинным острым сверлом, заставляло её содрогаться. Так что, учитывая те 3 года, которые она в бытность парнем проносила брекеты, сейчас она понимала: все эти мучения определенно того стоили.
Вернувшись в комнату, она снова надежно спрятала том «Троецарствия», который читала вчера вечером, обратно на книжную полку. Вспомнив, как после вспышки молнии её собственное отражение в окне на мгновение превратилось в Дяочань, Су Ци снова поежилась. Она сложила руки в молитвенном жесте, закрыла глаза и мысленно взмолилась: «Сестрица Дяочань, я была неправа! Я больше не буду рисовать на тебя такие фан-арты, так что, пожалуйста, не приходи за мной!»
Мысль о том, чтобы в одиночестве сидеть в своей комнате и зубрить секреты торговли акциями, всё ещё пугала её до чертиков. Поэтому Су Ци, шаркая тапочками, быстро прошмыгнула в рабочий кабинет.
Утром эффективность обучения оказалась на высоте. Чуть больше чем за два часа Су Ци одолела более 20 страниц — это было в 3 раза быстрее, чем вчерашние потуги в больнице. Увидев, что она наконец-то добралась до 100-й страницы справочника инвестора, Су Ци с облегчением выдохнула. Наконец-то она осилила 1/16 часть этой глыбы!
/-/
Тем временем Лу Жань только-только неспешно проснулась. Открыв глаза, она по привычке пошарила рукой по кровати. Обнаружив, что на огромном матрасе она совершенно одна, Лу Жань слегка покраснела. Как она могла проспать дольше собственной дочери?! Она поспешно стянула с себя смущающую пижаму-лягушку и спрятала её подальше.
Глядя на этот лягушачий наряд, Лу Жань всё ещё чувствовала легкую неловкость. Не выглядит ли она слишком инфантильной, наряжаясь в такое почти в 50 лет? На самом деле во всем был виноват Су Луцзюнь. Лу Жань поручила ему купить пижаму для Су Ци, но этот старый болван, не зная точного размера дочери, скупил разом пять комплектов разного размера с подобным нелепым дизайном. Чтобы добро не пропадало, Лу Жань стала носить оставшиеся комплекты сама.
Честно говоря, она всегда свысока смотрела на прямолинейную эстетику своего мужа. В конце концов, кто в здравом уме купит такие странные, кричащие пижамы? Но, вспомнив, как очаровательно выглядела Су Ци в костюме кролика прошлой ночью, Лу Жань подумала, что в этом что-то есть. «Может, купить такой же кигуруми и для Су Луцзюня, когда он вернется? И они будут носить одинаковые семейные наряды втроем? Ах да, и двух сыновей тоже нельзя обделять!».
Переодевшись в нормальную домашнюю одежду, Лу Жань в мягких хлопковых тапочках на цыпочках вышла из спальни. Ей не терпелось узнать, чем занимается её маленькое сокровище в такую рань. Она быстро нашла Су Ци в кабинете, ориентируясь на полоску света из-под двери. В кабинете стоял высокий барный стул, который Лу Жань купила специально для себя. Ей очень нравилось сидеть на нем по вечерам, попивая кофе и разбираясь с делами компании.
На этом моменте многие могли бы задаться вопросом: а чем вообще занимается Лу Жань? На самом деле даже сама Су Ци этого не знала, потому что со стороны казалось, что Лу Жань всегда была абсолютно свободна и нигде не работала.
Здесь мы подходим к вопросу о роли случая в жизни. Лу Жань была коренной жительницей Шанхая и выпускницей престижного Шанхайского университета Цзяотун. Двадцать лет назад на встрече выпускников она услышала, что её однокурсник Цзи Ци вынашивает планы по созданию собственного бизнеса.
В то время она уже была замужем за Су Луцзюнем. Поскольку её муж служил в армии, будучи женой командира бригады, ей совершенно не нужно было беспокоиться о еде, жилье, одежде или транспорте. Будучи шанхайской девушкой, живущей на полном обеспечении Су Луцзюня, она, как бы это сказать... чувствовала, что ей просто некуда тратить свои деньги, даже если бы она захотела.
И как раз на той самой встрече выпускников, выслушав инвестиционный план Цзи Ци, Лу Жань — памятуя о его выдающихся способностях еще со студенческой скамьи — решила рискнуть. Она взяла все свои личные сбережения, которые копила с самой юности — около 6 миллионов юаней — и вложила их все до копейки в его проект. 6 миллионов юаней по тем временам были астрономической суммой, которая буквально спасла Цзи Ци и закрыла его острую потребность в капитале.
Поскольку Лу Жань никогда не нуждалась в деньгах для жизни, всю получаемую прибыль она продолжала реинвестировать в бизнес Цзи Ци. Так она стала «боссом, который ни во что не вмешивается». И не успела она оглянуться, как компания вышла на IPO (стала публичной).
Теперь Лу Жань владела скромными 5% акций Huazhu Hotel Group. Возможно, название Huazhu Hotel Group вам ни о чем не говорит, и это совершенно нормально. Но именно этой группе принадлежат такие известные сети отелей, как Hanting, Ji Hotel, Orange Crystal и All Seasons, которые знакомы буквально каждому в Китае.
И хотя доля Лу Жань составляла всего 5%, сам Цзи Ци ещё в прошлом году успешно вошел в список мировых миллиардеров Forbes, так что можете сами представить, насколько колоссальными были дивиденды с этих пяти процентов. Вот почему Лу Жань даже не моргнула, когда перевела Су Ци «карманный миллион» в качестве награды.
Зарплата Су Луцзюня, хоть и была немного выше средней, после вычета налогов составляла чуть больше 10 000 юаней. Честно говоря, по сравнению с ежемесячным доходом Лу Жань, эти деньги можно было назвать разве что жалкими слезами.
Так в чем же тогда заключалась повседневная работа Лу Жань? Она открывала ноутбук и немного болтала в чате акционеров. А в конце каждого месяца секретарь присылал ей финансовый отчет, на котором нужно было просто поставить подпись.
Иногда Лу Жань и сама задумывалась: не слишком ли легко ей достаются эти деньги? В конце концов, она никогда ничем не управляла и даже в глаза не видела большинство этих отелей. Но, пережив чувство вины в первые несколько лет, нынешняя Лу Жань с удивлением обнаружила, что уже совершенно к этому привыкла! Пожалуй, ситуацию Лу Жань можно было смело назвать искусством побеждать, просто лежа на диване!