Субботняя рутина
Плюх! Су Ци погрузилась в теплую воду с головой, а затем вынырнула, блаженно выдыхая. Пар поднимался к потолку, наполняя ванную запахом ванили, спасибо Ань Нин за её выбор соли для ванн. Две резиновые уточки, плавающие на поверхности, весело покачивались от волн.
Су Ци ткнула пальцем в желтый клюв одной из них. Кря! Су Ци хихикнула. «Боже, это для детей», — подумала она. «Я видела такое только в аниме про «Син-тяна». Какой взрослый человек будет с ними играть?»
Через полчаса Су Ци поймала себя на том, что уже десять минут разыгрывает драму между двумя уточками, где одна из них — злодейка, а вторая — герой. «Ладно», — признала она. «Это весело».
Спустя час. Су Ци стояла перед зеркалом, вытирая волосы пушистым полотенцем. Её кожа после ванны была розовой и сияющей, как у младенца. Капельки воды скатывались по белоснежным плечам, оставляя влажные дорожки. Но Су Ци смотрела не на это. Она смотрела на свои волосы. «Они растут слишком быстро», — заметила она. «Это ненормально».
Раньше, в облике парня, у неё была прическа «хикки», закрывающая шею. Но теперь волосы сзади уже касались плеч. «Может, подстричься?», — подумала она. «Хотя... жалко», — она провела рукой по шелковистым прядям. Они были мягкими и блестящими. И, что скрывать, ей нравилось, как они обрамляют её лицо. «Оставлю. Длинные волосы — это плюс к Шарму».
Высушить их оказалось той еще задачей. Фен гудел, рука устала. «Быть девушкой — это тяжелый труд», — вздохнула Су Ци, наконец справившись с укладкой.
/-/
Она вернулась в комнату и открыла интерфейс Системы. Новая миссия: «Танцуй!». Система рекомендовала песню «Kimi Iro ni Somaru». Су Ци не стала спорить. Песня была классикой вокалоидов, ритмичной и милой. Движения — активные, но не пошлые. Идеально для её образа «невинной школьницы».
«Ну что ж, попробуем».
Она включила музыку. Перед глазами появилась голограмма-зеркало. Су Ци попыталась повторить движения. Раз-два, поворот, наклон... Ей казалось, что у неё неплохо получается. Она чувствовала ритм, её тело, спасибо «Секретному руководству по фехтованию» было гибким.
Но когда музыка стихла, Система вылила на неё ушат холодной воды. [Дзинь! Оценка: 18%]
[Комментарий: Движения деревянные. Мимика — как у рыбы на льду. Вы опаздываете на полтакта. Это не танец, это судороги]
Су Ци надулась. «Эй! Я старалась! И что значит «как у рыбы»?», — но без зеркала она не видела своих ошибок. «Ладно. Это сложнее, чем кажется».
Су Ци, несмотря на лень, была перфекционисткой в учебе, когда хотела. Она применила свой старый метод «разделяй и властвуй», который помог ей перепрыгнуть два класса в школе. «Сначала база», — решила она. «Ритм. Потом движения. Потом мимика».
Система одобрительно хмыкнула. [Верно, Хозяйка. Рекомендую сначала просто слушать песню. Много раз. Чтобы ритм въелся в подкорку. Ваше тело должно двигаться само, на рефлексах. И не забывайте про артикуляцию. Лучше всего — подпевать. Это добавит +10% к оценке]
Су Ци кивнула. Она провела вечер в наушниках, слушая песню на повторе, пока мелодия не начала ей сниться.
В 3 часа дня, после короткого сна она попыталась потанцевать снова. Через три минуты ноги начали дрожать. «Слабость», — констатировала Су Ци, падая на кровать. «Мои 3 очка Силы дают о себе знать. Завтра отдохну».
/-/
Вечером позвонила Ван Цзыцзинь. Её голос был мягким, заботливым, как теплый плед. — Как ты, Госпожа? Ты поела? Ноги не болят?
Су Ци почувствовала тепло в груди. — Всё хорошо, Жена. Спасибо, — они обсудили ситуацию с форумом. Ван Цзыцзинь сообщила, что группа хейтеров распущена не без помощи связей студсовета, а самые активные «тролли» получили предупреждения. Су Ци выдохнула с облегчением.
Как только она повесила трубку, позвонила Ань Нин. Это было похоже на смену погоды: после мягкого солнца налетел шторм. — Ты почему не отвечаешь в WeChat? — спросила Ань Нин с ноткой угрозы. — Я писала тебе три раза.
— Я... я спала, — соврала Су Ци.
— Смотри мне, муженек. Если будешь игнорировать жену, наказание будет суровым.
Несмотря на агрессивный тон, Су Ци слышала в голосе Ань Нин скрытую нежность. Это было то, что называют цундэре. Повесив трубку, Су Ци задумалась. «У меня теперь... две девушки?», — осознала она. «И обе — королевы университета. И обе знают мой секрет. Моя жизнь превратилась в аниме».
/-/
Суббота. Утро.
Воздух в субботу всегда кажется чище и слаще. Люди спят дольше, машин на улицах меньше. Но в мужском общежитии Университета Су жизнь кипела.
8:00 утра. В комнате 305 царила тишина. Ван Дунсю и У Вэй уже проснулись, но лежали в кроватях, уткнувшись в телефоны. Никто не издавал ни звука. Это была психологическая дуэль под названием «Кто первый встанет — тот и бежит за завтраком». На первом курсе они еще пытались быть активными: вставали рано, играли в баскетбол. Но быстро поняли, что сон слаще спорта, а тот, кто встал последним, — король. Су Ци, если бы видела это, вздохнула бы. «Это как притча о трех монахах, которым некому было принести воды».
Ван Дунсю рассуждал философски: «Через три года я стану офисным планктоном. Буду пахать по графику 996 (с 9 утра до 9 вечера, 6 дней в неделю). Сейчас — мое золотое время лени. Я не сдамся».
Он не знал, что в стране как раз началась кампания против переработок 996. И пока студенты спали, в мире взрослых кипели страсти.
Ван Юнь сидела в кафе и с удовольствием жевала блинчик. Вчера её босс произнес пафосную речь о «семье» и «общем деле», намекая на сверхурочные. Но сегодня вышел новый закон. «Ха-ха», — думала Ван Юнь. «Съел, босс? Теперь ты обязан платить двойную ставку за выходные. Или дать отгул. Я люблю свою страну», — она чувствовала себя победительницей.
А вот Бай Чаншань, председатель «Green City Group» был в трауре. Он сидел в своем кабинете и рвал на себе волосы. «Нет переработок?» — стонал он. «А как же прибыль? Как же эффективность?» Его дочь, Бай Мяо, смотрела на него с подозрением.
«Папа, не лысей», — думала она. «Тебе ещё меня замуж выдавать», — в этот момент она поймала себя на мысли, что предпочла бы видеть рядом с собой ту милую девочку Су Ци, а не лысеющего отца в депрессии.
Ань Нин же, несмотря на юный возраст, была боссом новой формации. В 8 утра она уже была на ногах, в безупречном деловом костюме и на шпильках, инспектируя свои магазины. Для неё реформа 996 не была проблемой. «Работа должна быть эффективной, а не долгой», — считала она. «Я рождена в 2000-х. Я ценю свободу. И мои сотрудники тоже», — она была жесткой, но справедливой. И её бизнес процветал.
А что же Ван Цзыцзинь? У неё сегодня было плохое настроение. Причиной был её старший брат — Ван Цзычэн. Утром она открыла WeChat и увидела комментарий под своим фото где она рисует брови Су Ци.
Ван Цзычэн (Брат-Понторез): «Цзыцзинь, твоя маленькая подружка такая милая. Привези её домой, познакомь с братиком».
Цзицзинь нахмурилась. «Только этого не хватало». Но через пару часов пришло личное сообщение.
Ван Цзычэн: «Хорошая сестренка, кажется, я влюбился с первого взгляда в твоего... кхм... парня или кто это? Познакомь нас»
Ван Цзыцзинь чуть не разбила телефон. «Он совсем свихнулся в своем меде?», — подумала она. «Влюбился в Су Ци? В МОЕГО Су Ци?!»
Гнев сменился холодной решимостью. «Ах так? Тебе скучно, братик? Ладно», — она открыла список контактов. Там было несколько девушек, которые давно просили её познакомить их с Ван Цзычэном, он был красив, богат и умен, хоть и придурок.
Ван Цзыцзинь создала групповой чат. «Операция: Захват Брата». Она добавила туда пять самых настойчивых поклонниц. «Развлекайся, братик. Тебе будет не до Су Ци».
Она улыбнулась улыбкой доброй сестры и ревнивой яндэрэ. — Никто не тронет мою Госпожу.