Самоирония Су Сыяна

Су Ци впервые оказалась на настоящей съемочной площадке. Честно говоря, она понятия не имела, где находится. За два года учебы в университете её ареал обитания ограничивался маршрутом «Общага — Столовая — Учебный корпус». Она была истинным хикикомори, для которого поездка за пределы кампуса приравнивалась к экспедиции на Марс. Сейчас они выехали далеко за пределы центра города Су. Пейзаж за окном сменился с небоскребов на какие-то пустыри и ангары. «Где мы?», — паниковала Су Ци. «Это какой район? Или мы уже в другой провинции?»

Оставалось доснять всего пару сцен с участием Су Сыяна. Вся съемочная группа ждала только его. Поэтому, когда роскошный минивэн звезды показался на горизонте, десятки пар глаз впились в него с надеждой. Ведь чем раньше закончит звезда, тем быстрее все пойдут домой! Люди, мечтающие пораньше свалить с работы — самая мотивированная сила во вселенной.

Первой из машины вышла Лю Ци, менеджер. Она была опытным игроком. Зная, что задержка Сыяна вызвала недовольство, она сделала ход конем: по дороге они остановились и купили 100 стаканов бабл-ти для всей команды. Су Ци наблюдала за разгрузкой багажника с отвисшей челюстью. «Сто стаканов?», — в её голове защелкал калькулятор. «Если один стакан стоит минимум 10 юаней... Это же 1000 юаней! За один раз! Богатые люди — сумасшедшие».

— Простите за ожидание! — громко объявила Лю Ци, профессионально улыбаясь. — У нас возникло неотложное дело. Угощайтесь! Чай для всех! — атмосфера на площадке мгновенно потеплела. Народ потянулся к багажнику. «Взятка» сработала.

— Пойдем, выходи, — сказал Су Сыян, открывая дверь и протягивая руку сестре.

Су Ци вжалась в кожаное сиденье. — Нет! — она замотала головой так быстро, что та превратилась в размытое пятно. — Я не пойду. Брат, ты иди работай. Я подожду здесь, в машине. Снаружи было слишком много людей. Незнакомых, шумных людей, — социофобия Су Ци включила сигнал тревоги.

Су Сыян нахмурился. «Оставить её одну в машине? На окраине? А если какой-нибудь незнакомец подойдет? Или фанат-сталкер? Или вор?», — он посмотрел на тонкие ручки и ножки Су Ци. «Она же даже отбиться не сможет. Её унесут вместе с машиной».

Лю Ци, заметив колебания своего артиста, тут же вызвалась: — Не волнуйся, Сыян. Иди снимайся. Я останусь и присмотрю за сестренкой! В её глазах горел хищный огонек: «Останусь и промою ей мозги, чтобы она подписала контракт».

Су Ци перехватила этот взгляд. «Остаться наедине с этой странной тетенькой, которая говорит со мной как с младенцем и хочет затащить в шоу-бизнес? Нет уж!», — угроза внутри машины казалась страшнее, чем толпа снаружи.

— Я иду! — пискнула Су Ци и пулей выскочила из салона.

/-/

Появление незнакомки вызвало фурор. Все на площадке знали: Су Сыян — «вегетарианец» шоу-бизнеса. Никаких скандалов, никаких интрижек, никаких девушек. Идеальный, но скучный идол. И вдруг он привозит кого-то на съемки? В своей машине? Из-за кого он опоздал? Толпа с чаем в руках замерла в позе сплетников.

— Кто это? Девушка?

— Любимая жена? Тайная любовница?

— Ого, какая она... маленькая.

Су Ци почувствовала на себе сотни оценивающих взглядов. Ей стало физически неуютно. Она инстинктивно юркнула за широкую спину брата, используя его как живой щит. Она вцепилась в край его плаща и выглядывала оттуда одним глазом.

Су Сыян почувствовал, как маленькая рука теребит его одежду. Он обернулся и увидел испуганную макушку сестры. Вместо того чтобы рассердиться «Ты мне мешаешь!», он почувствовал волну тепла. «Она ищет у меня защиты. Она полагается на меня», — уголки его губ сами собой поползли вверх, превращаясь в нежнейшую, полную обожания улыбку.

Толпа ахнула. Этот ледяной принц умеет так улыбаться? Интерес к «тайной девушке» вырос в геометрической прогрессии.

Су Ци семенила за братом, наступая ему на пятки. Су Сыяну это напомнило детство. Когда Су Ци было 5-6 лет, он тогда ещё «младший брат» точно так же ходил за ним хвостиком, когда ему было страшно или скучно. Тогда Сыяна это бесило. «Отстань, мелочь, не мешай играть с пацанами!» Но теперь... теперь он думал: «Если бы я знал тогда, что это сестренка... я бы носил её на руках. Странно, как меняется восприятие».

/-/

— О, вернулся наконец! — к ним подошел мужчина в очках, держа в одной руке сценарий, а в другой — стакан с чаем. Это был Режиссер Чжан. — Почему так долго? Мы теряем свет!

— Простите, Режиссер Чжан, — искренне извинился Су Сыян. — Возникли семейные обстоятельства. Ездил забирать сестру.

— Сестру? — удивился режиссер. — У тебя есть сестра? Я думал, ты единственный... кхм... красавчик в семье. Он с любопытством посмотрел за спину актера. — Ну-ка, покажи. Если у Су Сыяна есть сестра, она не может быть обычной.

Су Ци, услышав, что о ней говорят, попыталась вжаться в спину брата ещё сильнее, превратившись в ежика. Но Режиссер Чжан был старым лисом. Он ловко обошел Су Сыяна с фланга.

Его глаза расширились. Перед ним стояло чудо. Короткая стрижка «под мальчика», мешковатый худи... но лицо! Это лицо было создано для камеры. Идеальные пропорции, фарфоровая кожа и, главное, глаза. В них была глубина и какая-то уникальная, щемящая беззащитность. Она была даже красивее брата. В ней была загадка.

«Бомба!», — профессионально оценил режиссер. «Если поставить её в кадр, зрители сойдут с ума. Этот андрогинный стиль, эта невинность... Это тренд!»

Режиссер Чжан которому было уже 47 лет, и лицо которого напоминало печеное яблоко расплылся в самой обаятельной улыбке, на которую был способен, что сделало его похожим на доброго гоблина. — Девочка, — вкрадчиво начал он. — А ты не хочешь сняться в кино? У меня как раз есть роль...

Су Ци отшатнулась. У неё возникло дежавю. Этот взгляд... точно такой же, как у Лю Ци в машине. Взгляд хищника на добычу.

Но тут на сцену ворвалась Лю Ци. Стук её каблуков звучал как пулеметная очередь. — Режиссер Чжан! — завопила она, вклиниваясь между ним и Су Ци. — Имейте совесть! Вы режиссер, а не скаут! Не воруйте мой хлеб! Вы хотите, чтобы я умерла с голоду?!

Она оттеснила режиссера бедром. — Она моя! Я первая её увидела!

Режиссер Чжан не обиделся. Он знал правила игры. — Ладно, ладно, Лю. Просто спросил. Но типаж редкий, согласись.

Пока они препирались, деля шкуру неубитого медведя, то есть Су Ци, вмешался Су Сыян. Он встал перед сестрой, закрывая её от обоих. — Хватит. Моя сестра не будет сниматься. Ни в кино, ни в рекламе. Давайте работать, чтобы закончить пораньше.

Режиссер вздохнул с сожалением. — Жаль. Такой талант пропадает. Но работа есть работа. Он пошел к камерам, крича команды.

Лю Ци тоже не сдавалась. «Ничего», — думала она. «Вода камень точит. Я её еще обработаю». Она повернулась к Су Ци и начала расписывать прелести звездной жизни, уже представляя, как Су Ци получает награду «Золотой Экран». Её глаза затуманились мечтами о миллионах.

Су Ци смотрела на менеджера с опаской. Эта женщина явно потеряла связь с реальностью. Она дернула брата за рукав. — Брат... — прошептала она. — А эта тетя... с ней всё в порядке? У неё глаза стеклянные.

Су Сыян посмотрел на своего менеджера, которая бормотала что-то про контракты и красные дорожки. Потом посмотрел на сестру. Его лицо стало серьезным. Он постучал пальцем по своему виску. — Сяо Ци, запомни. Не думай, что шоу-бизнес — это гламур и блеск. На самом деле... люди здесь немного «того». Ненормальные. Все до единого.

Су Ци округлила глаза. «Брат только что... оскорбил себя? Чтобы защитить меня?».

Это была тактика «Убить тысячу врагов, потеряв восемьсот своих». Самоуничижение 80-го уровня. «Не ходи в шоу-бизнес, мы тут все психи, включая твоего любимого брата».

— Поэтому никогда, слышишь, никогда не вступай в эту индустрию, — заключил Су Сыян. — Поняла?

Су Ци медленно кивнула. — Поняла, брат. «Если даже мой идеальный, всемогущий брат признает, что они тут все с придурью... мне тут точно делать нечего. Я хочу домой. К своим играм и супу».