Студия йоги

— Почему, Система?! — вопрошала Су Ци с нотками отчаяния в голосе.

Она чувствовала себя обманутой. Она добросовестно «танцевала» с мечом последние 30 минут, пытаясь освоить последнюю страницу Руководства. Но прогресс застыл на мертвой точке. Меч казался тяжелым, движения — неуклюжими, а чувство потока исчезло.

Система, которая всё это время молча наблюдала за мучениями своей Хозяйки, решила, что пора вмешаться. Она мягко остановила принудительную практику.

[Хозяйка, не паникуйте. Последняя страница — это не просто набор движений. Это квинтэссенция всего стиля «Цветочного Фехтования». Это экзамен. Он требует времени и осознания]

Система сделала паузу, словно подбирая слова для нерадивого ученика.

[Кроме того, вы, Хозяйка, пока не уловили саму суть. Вы просто копируете картинки. Система предлагает сменить обстановку. Найдите танцевальную студию с большими зеркалами. Вам нужно видеть себя со стороны, корректировать ошибки. И запомните: Система — это лишь помощник, «костыль» для главной героини. Но идти вы должны сами. Превзойти себя — это ваша задача!]

Слова Системы подействовали как ушат холодной воды. Су Ци с горечью осознала: она действительно стала слишком зависимой. «Я превратилась в паразита», — подумала она. «Чуть что — «Система, помоги!», «Система, спаси!». Раньше, когда я была парнем, я сначала пыталась решить проблему сама. Куда делась моя гордость?».

Напоминание Системы прозвучало как тревожный звонок. «Ладно. Соберись, тряпка. Нужно найти решение». Совет про студию был дельным. Ей нужны зеркала. Много зеркал. Пространство. «Но где найти танцевальную студию?» — в памяти Су Ци всплыли образы огромных залов с балетными станками, но она понятия не имела, где они находятся и как туда попасть. Её маршруты ограничивались университетом и магазином.

И тут её осенило. Йога. Ван Юнь занималась йогой. В сериалах студии йоги всегда выглядели просторными, светлыми и с зеркалами во всю стену. Это то, что нужно! Су Ци схватила телефон. «Сестра Ван Юнь, спасай!»

/-/

Обычно понедельник — день тяжелый. Но для Ван Юнь этот понедельник был окрашен в розовые тона. Причина? Вчерашняя ночь с «маленькой грелкой» Су Ци. Воспоминания о мягком, теплом теле в её объятиях заставляли Ван Юнь улыбаться даже глядя на отчеты.

Даже возвращение Босса, которого она же и сдала полиции пару дней назад не могло испортить ей настроение. Босс стоял перед сотрудниками и толкал очередную «мотивирующую» речь.

— ...кто-то тянет нашу компанию на дно! Прогресс упал! Но мы не сдадимся! — Ван Юнь слушала его вполуха, сохраняя на лице выражение вежливого интереса. «Болтай, болтай», — думала она. «Я уже подготовила новый отчет в налоговую».

— И последнее! — провозгласил Босс. — Чтобы наверстать упущенное на прошлой неделе, в эту пятницу мы все остаемся работать сверхурочно! Собрание окончено!

10:00 утра. Понедельник.

Услышать новость об овертайме в пятницу утром в понедельник — это особый вид пытки. «У него мозг совсем атрофировался в изоляторе?», — подумала Ван Юнь. «Такие новости говорят в пятницу вечером, чтобы испортить выходные, а не в начале недели, чтобы убить мотивацию!»

Коллеги приуныли. Но Ван Юнь была спокойна. Она заметила, как один из сотрудников тихо записывал речь Босса на диктофон. «Чувствую, к пятнице здесь будет проверка трудовой инспекции. Никаких сверхурочных не будет».

После собрания наступило время святой офисной традиции: «Моюй» (имитация бурной деятельности). Первым пунктом программы был поход в туалет. Но Ван Юнь была умной женщиной. После того как её «спалили» в туалете на родном 14-м этаже, она сменила тактику. Она вызвала лифт и поехала на 18-й этаж. Там располагалась медиа-компания. Тишина, покой, чистые зеркала и никакой очереди.

Но, войдя в уборную, она обнаружила, что не одна такая хитрая. У раковины стояла знакомая фигура. Сунь Лицзин. На ней был комплект для йоги, который заставил бы покраснеть даже статую. Лосины были натянуты высоко, закрывая пупок и подчеркивая округлые бедра. Топ был, наоборот, экстремально коротким, едва прикрывая грудь. Полоска нежной кожи между ними была влажной и слегка розовой после тренировки. Именно Сунь Лицзин когда-то подсадила Ван Юнь на йогу.

— О! — Сунь Лицзин обернулась, поправляя макияж. — Опять сбежала с галеры прохлаждаться?

Ван Юнь улыбнулась ей через зеркало. — А ты чего тут? Тоже «рыбачишь»?

— Какое там, — махнула рукой Лицзин. — Наша компания — это черная дыра. Босса забрали в пятницу, и он до сих пор не вернулся. Полный хаос. — Завидую, — искренне вздохнула Ван Юнь. — Нашего уже выпустили. Живучий, гад.

— Не завидуй, — поморщилась Сунь Лицзин. — У нас нет оклада, живем на донаты. А без босса и его накруток...

Она была стримером йоги. Тема популярная, но конкуренция бешеная. Без поддержки медиа-компании, которая нагоняла трафик, её утренний стрим смотрело всего 100 человек. — Считай, работала бесплатно всё утро. Просто зарядку сделала.

Ван Юнь сочувственно кивнула. В каждой избушке свои погремушки.

Вдруг телефон Ван Юнь завибрировал. Она вздрогнула. «Босс? Заметил, что меня нет?» — она с опаской достала смартфон. И тут же её лицо преобразилось. Напряжение сменилось сияющей, нежной улыбкой, как будто в туалете расцвела сакура.

Сунь Лицзин, заметив эту метаморфозу, хихикнула: — Парень звонит?

Ван Юнь покачала головой, не отрывая взгляда от экрана: — Девушка!

Она приняла вызов, и её голос стал сладким, как мед: — Алло? Моя маленькая грелочка уже поела завтрак, который приготовила сестренка?

На другом конце провода Су Ци покраснела до корней волос. «Сестра Юнь, ты можешь не флиртовать хотя бы минуту?», — но дело не терпело отлагательств. — Сестра Ван Юнь, мне нужна помощь. Мне нужно место для... тренировок. С зеркалами.

Ван Юнь посмотрела на Сунь Лицзин. «Какое совпадение», — она прикрыла трубку рукой: — Лицзин, слушай, моя... кхм... сестренка хочет одолжить твой зал для йоги. Как думаешь, можно?

Сунь Лицзин пожала плечами. — Без проблем. Всё равно никого нет, компания пустая. Пусть приходит. В её голове созрел план: Ван Юнь — красотка. Если она придет заниматься, можно запустить совместный стрим. «Йога с горячей подругой из офиса» — это точно поднимет охваты! Она и не подозревала, что «сестренка» — это совсем другой человек.

/-/

Это здание знал каждый в городе Су, даже такая домоседка, как Су Ци. Оно выделялось своим безумным дизайном: словно гигантский ребенок небрежно набросал друг на друга огромные стеклянные кубики. Неправильные формы, выступы, террасы.

Такси остановилось у входа. — Приехали, — сказал водитель, добродушный дядька лет сорока. Су Ци расплатилась и вышла. Водитель проводил её взглядом. «Какая хорошая девочка», — подумал он. «Вежливая, тихая. Наверное, отличница. Вот бы моя дочь была такой же послушной, а не красила волосы в зеленый», — он умиленно смотрел, как Су Ци послушно ждет зеленый свет на переходе, хотя машин не было. «Ангел во плоти».

Су Ци подошла к подножию башни Тяньюй. 32 этажа стекла и бетона. Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы увидеть вершину. «Раз, два, три...», — начала она считать этажи, задрав голову. «Высоко. Надеюсь, лифт работает».

Она стояла у входа, одетая в свой мешковатый худи с капюшоном несмотря на лето, и смотрела в небо. Внезапно путь ей преградила тень. К ней подошел охранник с суровым лицом.

— Эй, ты! — рявкнул он. — Что ты тут высматриваешь? — он смерил её подозрительным взглядом. — Капюшон натянула, лицо прячешь, смотришь на крышу... Его лицо стало серьезным. — Ты что, прыгать собралась? Или воровать? Говори быстро, зачем пришла в таком подозрительном виде?!

Су Ци: «Я просто хотела потанцевать с мечом! Почему меня всегда принимают за преступника или самоубийцу?!»