Сюрприз!

Пуррсефона из Дома Песков всегда был в некотором роде белой вороной среди своих. В то время как его многочисленные братья и сестры почти во всем шли в патриарха дома — черпая силу из аспектов космической пыли и снов — по причинам, которые он даже не мог начать понимать, его крестная мать, сама всемогущая система, благословила его деяниями не Песочного Человека, лорда-патриарха Дома Песков, а одного из старейших предков в мироздании.

Самого Отца Бездны.

Там, где регалии его братьев и сестер — каждый член главной ветви семьи обладал как минимум титулом Лорда — склонялись больше к смеси снов и песка, его Регалия, Колокол Безмолвного Страдания, сильно опиралась на аспекты мучений и изоляции. Очевидное сходство с легендарными аспектами Отца Бездны проявлялось и в его внешности — куда более сильные деяния Отца Бездны практически подавили обычную генетику его матери и отца.

И хотя все они черпали некоторое вдохновение в совершенной форме Пурренткеска, Пуррсефона больше всех своих братьев и сестер походил на его древние изображения. Прошедшие тысячелетия значительно ослабили влияние деяний Отца Бездны.

Таким образом, выросший в роскоши благодаря своему высокому положению и сходству с предком, он всегда считал себя благословленным самим Отцом Бездны. И только получив свое настоящее благословение, он понял, что его прежние заблуждения были далеки от истины. Судя по всему, его рождение было случайностью, но это благословение было настоящим.

╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮

Полутеневая Прогулка по Равнинам [Редкий]

╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮

Вне теневого царства этот навык действовал в первую очередь как улучшенная версия теневого шага. Позволяя ему сливаться с тенями и перемещаться сквозь них. Однако внутри теневого царства он фактически позволял ему беспрепятственно пересекать это смертоносное измерение. До тех пор, пока у него хватало маны для зарядки навыка. А учитывая, что теневое царство по сути было одной большой тенью, с помощью одного применения он мог безопасно путешествовать по нему практически бесконечно.

╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮

Полутеневой Легион [Эпический]

╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮

Полутеневой легион позволял пользователю призывать определенное количество полутеневых призраков ценой до восьмидесяти процентов очков атрибутов пользователя. Естественно, это не было необратимым явлением. У пользователя всегда была возможность отозвать легион и вернуть свои атрибуты. Однако пока они были призваны, они фактически делили пул потерянных атрибутов между собой.

Обычно эти призраки были довольно стандартными — безликими, безмозглыми марионетками, которыми пользователю приходилось управлять вручную. Однако при использовании в сочетании со второй и последней из именованных способностей его регалии, Отпечатком Мучений, он мог частично обойти это ограничение. По сути, это позволяло ему брать часть боевого опыта тех, кого он замучил до смерти, и переносить его на своих теневых призраков. Это значительно повышало их автономность и расширяло их индивидуальный арсенал оружия.

В конечном итоге это освобождало его разум, позволяя охватить поле боя в целом и действовать соответственно.

╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮

Полутеневое Отражение [Древний]

╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮

Полутеневое отражение позволяло проникнуть в само теневое царство. Оно даже позволяло ему брать с собой других, хотя, по какой-то возмутительной причине, они должны были быть добровольными участниками, иначе навык не срабатывал. К счастью, его полутеневые призраки, будучи продолжением его класса, были единственным исключением.

Все это вместе взятое рисовало довольно четкую картину того, на какой стиль боя изначально был ориентирован его класс Полутеневого Проводника. В честь своего великого прародителя Пуррсефона изо всех сил старался оставаться как можно более верным духу класса. Что фактически сводилось к буквальному управлению событиями из тени.

И все же, несмотря на свои принципы, он находил жалкое зрелище перед собой слишком приятным, чтобы его игнорировать. Ему просто необходимо было понаблюдать за этим лично. Панорама чернильных силуэтов, похожих на бумажные вырезки в натуральную величину — именно так обычно выглядели обитатели естественного царства внутри теневого — была далеко не такой приятной, какой должна была быть. В первую очередь потому, что ни вкус печали, ни вкус отчаяния не могли преодолеть разрыв между мирами.

Пуррсефона наблюдал, как плечи стоящего на коленях силуэта вздрагивают от тихих рыданий. Голова была опущена, так что Пуррсефона не мог точно разглядеть его выражение лица. Тем временем его призраки нависли над крошечной фигуркой, блокируя все пути к отступлению. Теневые колючки удерживали его на месте, а заточенное лезвие длинного топора замерло над обнаженным затылком.

Будучи уверенным в собственной неуязвимости для любых фокусов мальчишки — в худшем случае он просто убьет его и покончит с этим — Пуррсефона вызвал туманное ощущение своего навыка Полутеневого Отражения и приготовился выскользнуть обратно в естественное царство.

Кто знает? Возможно, к концу дня он пополнит свою коллекцию новым призраком. Это меньшее, что сопляк мог сделать, чтобы компенсировать ему тех, кого он безвозвратно уничтожил.

По мере того как он выныривал из унылого монохрома в полный цвет, он почти сразу понял, что что-то не так. Ему даже не нужно было пробовать на вкус вспышку триумфа, чтобы понять это. Вместо того чтобы содрогаться от рыданий, как он предполагал, по всем признакам казалось, что мальчик... неужели он...!? Нет, не может быть... он что, сдерживал смех?!

Инстинктивно Пуррсефона потянулся к своему Полутеневому Отражению, и все же мальчишка каким-то образом оказался быстрее. Кожа покраснела до ярко-вишневого цвета, его голова вскинулась так резко, что сниженные атрибуты Пуррсефоны едва успели это зафиксировать. В зубах он держал зловещего вида свиток цвета смолы. Волны неправильности, исходящие от этой штуки, были настолько ощутимы, что оставляли в воздухе видимое тепловое марево. Глаза существа расширились от внезапного понимания.

Это было-!

Прежде чем он успел что-либо предпринять для своего спасения, малолетний еретик уже прокусил испорченный свиток, высвобождая поток нечестивой маны под давлением, который окатил все в их ближайшем окружении — Пуррсефону в том числе.

Мерзкая жижа шлепалась на поверхности и намертво прилипала, как черная смола, на которую она так походила. После чего она начала исследовать. Углубляться. Зарываться. Проскальзывая сквозь мех, просачиваясь через поры и полностью игнорируя врожденную защиту, которую обычно обеспечивала ему мана более высокой чистоты. Мана, по крайней мере ранга и чистоты его ядра, была малополезна против злокачественной энергии, единственной целью которой было поглощение другой маны.

Она лишь слегка замедляла ее, поскольку, как правило, чем выше чистота, тем больше времени требовалось на переваривание.

Тело содрогалось от ужасающей агонии, но Пуррсефона все еще обладал достаточным присутствием духа, чтобы отозвать большинство своих призрачных аватаров. Поскольку их тела состояли в основном из маны с аспектом тени, их в буквальном смысле поедали заживо. Черная жижа, покрывавшая их формы, тут же шлепнулась на землю. И там начала тошнотворно извиваться в направлении ребенка. Все больше и больше упавшей жижи делали то же самое, прежде чем их подхватывали невидимые руки и переносили по воздуху к его вытянутым пальцам.

Проникая через ладони и затем полностью исчезая, как будто их никогда и не было.

Осталась только марионетка с топором. И в отсутствие своих собратьев все ее атрибуты внезапно взлетели до небес. Усиление продлило оставшееся у нее время ровно настолько, чтобы выполнить самый последний приказ Пуррсефоны.

Одарив мальчика последним взглядом, полным злобы и возмущения, существо отдало приказ. С расстояния в считанные дюймы обрушилось массивное лезвие топора. А высоко над ними закричал неслышный голос.

+++

Его мастер небрежно наклонился и поднял плоский камень из нескольких сотен, усеивающих пустынное плато. Его голос разносился далеко по невероятно огромному подземному пространству. И все же, несмотря на это, его слова оставались едва слышными из-за рева бурлящей реки далеко внизу.

— Отлично! Скажем, чисто для примера, ты на один день стал всемогущим первородным божеством. Способным искривлять саму ткань реальности в угоду любой своей прихоти.

— Определенно могу придумать и худшие способы проснуться, — вмешался Ричард.

— И в этом гипотетическом сценарии ты случайным образом решаешь, что великий вселенский гобелен и все его негласные законы — его многочисленные небеса, ады, аспекты и тому подобное — на самом деле не более чем тихий пруд.

— Иии тут ты меня потерял. Я имею в виду, может быть, в качестве моего сто первого указа ради быстрой шутки, но переходить прямо к реализации заумных сравнений с самого начала? Лично я этого просто не вижу. На самом деле, знаешь что? Я бы, наверное, первым делом отрастил бороду. Всегда думал, что мне пойдет борода. Все, что мне когда-либо удавалось — это клочковатая эспаньолка, которая всегда была слишком в стиле "серийного убийцы из Милуоки" на мой вкус. Ненавижу быть критиком, но просто... сделай так, чтобы в этом был смысл, понимаешь?

— Твоя окладистая борода развевается, она длинная и величественная. Ты только что вычеркнул последний пункт из своего обширного списка. И в данный момент ты находишься в почти коматозном состоянии всемогущей скуки.

— Хм. Да, вот так сойдет.

— Вот и славно! Теперь, когда все детали учтены, в этом вымышленном сценарии второй основной тип энергии, мана, будет существовать не более и не менее как отражение этого пруда. Брось камень в пруд...

В качестве демонстрации его мастер швырнул плоский камень вниз по крутому ущелью в пенящиеся белоснежные пороги драконьей жилы далеко-далеко внизу. После чего он бесследно исчез задолго до того, как достиг бурлящей энергетической реки.

— ...или, другими словами, произведи физическое изменение в естественном мире — большое или малое — и рябь, которая разойдется в результате, естественно, будет ощущаться и в отражении тоже.

— За исключением того, что это не совсем так, верно? — встрял Ричард. — Мана более чем способна влиять на естественный мир, если знать как.

— В этом-то и суть, мой болтливый ученик. А теперь прекрати перебивать, или я сброшу тебя в ущелье.

Ричард заткнулся. Его учитель одобрительно кивнул.

— Именно способность изменять отражение пруда, не касаясь активно самого пруда, отличает новичка, стоящего на пути к мастерству маны. Для достаточно обученного мастера маны именно отражение во многом определяет общее состояние пруда. Фактически делая ману невидимым каркасом, на котором работает все это, — он дико замахал руками в воздухе.

Его мастер закончил широким жестом, и Ричард, уже знакомый с тем, как работает разум его мастера, поспешил поаплодировать.

— А теперь, что ты там говорил о мана-батареях?

Ричард оживился.

— Ну, мана внутри этих пещер настолько смехотворно плотная и чистая, что я подумал, это будет идеально, чтобы одним махом экспоненциально увеличить мою собственную ману и чистоту ядра. И, знаешь, мы же не будем здесь вечно, верно?

— Учитывая, что твои основы маны на лиги опережают основы жизненной энергии, я бы сказал, что мы вполне могли бы управиться с этим уроком за полчасика.

— И просто чтобы убедиться, в этом точно нет места для маневра...?

Его мастер строго посмотрел на него.

— Нужно ли мне напоминать, что это наследие, а не твоя личная игровая площадка. Чем меньше энергии ты здесь потратишь, тем больше времени у тебя будет на завершение более сложных испытаний в дальнейшем.

— Верно. Понял. Абсолютно логично, просто решил спросить. Однако при текущем положении дел я подумал... ну, знаешь. Если бы я мог припрятать немного этой сладкой-сладкой маны сейчас, мне не пришлось бы потом мчаться сломя голову на поиски какого-нибудь щедрого, богатого маной Эльдорадо.

Его мастер не выглядел убежденным.

— Это дало бы мне больше времени, чтобы сосредоточиться на основах, — поспешно добавил Ричард.

— Хм... — его мастер сморщил лицо в раздумьях. — Ну... если это не слишком сильно нарушит план урока... и если я смогу читать лекцию, пока ты этим занимаешься... тогда, полагаю, я не вижу в этом большого вреда. Просто установи заряжающие формации, и мы сможем продолжить наш урок.

— Ахах... да, ну. Насчет этого...

Сговорчивое выражение лица его мастера быстро сменилось подозрительным.

— О чем ты мне не договариваешь?

— Ну, видишь ли, дело в том, что для получения наилучших возможных результатов мне вроде как нужно... ну, не то чтобы нужно, но я бы очень предпочел пропустить ману через мое ядро хотя бы один раз, прежде чем направлять ее в батарею.

— Вручную?! — его учитель был недоверчив.

— Да, ну, у меня пока нет доступа к формациям. Так что подай на меня в суд. Кроме того, если я действительно хочу получить максимальную отдачу от своих затрат, я подумал, что было бы разумно подобраться поближе к драконьей жиле.

Его мастер прищурился.

— Насколько близко?

Ричард уже начал потеть.

— Насколько это возможно...?

Его учитель замер на кратчайший миг, прежде чем расплыться в широкой ухмылке.

— Знаешь что? Я думаю, это замечательная идея. Поистине вдохновенная. И хотя прорицание всегда было сильной стороной моей матери, я искренне не вижу мира, в котором это пошло бы не так. Правда, тебе стоит идти прямо вперед. А я посмотрю.

Ричард моргнул.

— Т-ты не собираешься помогать? Я как бы строил много своих планов на...

— Ха! — перебил его учитель. — И лишить тебя возможности восторжествовать над трудностями?! Я бы не посмел! Где бы тогда было весе... я имею в виду, каким бы я был учителем, если бы сделал это?! Паршивым, если спросишь меня! Так! Когда мы можем начать?

Ричард, по-прежнему твердо намеренный довести свои планы до конца, тем не менее одарил учителя сомнительным взглядом. Он и не подозревал, что гнилые черные вены, оплетающие внутреннюю поверхность его мана-каналов, пульсировали в предвкушении.

+++

Лезвие топора чисто отделило голову от плеч одним плавным движением. И в момент чистейшего триумфа, лишь слегка омраченного безудержной порчей, распространяющейся по его венам, Пуррсефона уловил всплеск ужаса и замешательства, который выплеснулся в его последние мгновения. Это было восхитительно. Это было восхитительно. Это было... неправильно в том смысле, который он не мог сразу понять.

Что это было?

Осмотрев тело внимательнее, он не был сразу же одарен зрелищем катящейся по грязи головы мальчика. Нет, вместо этого она была слишком большой и... рептильной?! Пуррсефона непонимающе уставился на мертвого гангстера, лежащего у его ног. Его взгляд то и дело возвращался к крошечной маске овцы, приклеенной к боку его отрубленной головы.

В этот самый момент сверху на них опустился сияющий луч прожектора. Как будто солнце наконец вышло поиграть. Выглядывая из-за упрямого облачного покрова. Все это очень безобидные образы, если удобно проигнорировать тот факт, что всего несколько мгновений назад была ночь. Существо потянулось к Полутеневому Отражению как раз в тот момент, когда сверху обрушилась стихийная кара. Среди неприкрытого, катаклизмического проявления ярости императрицы оставалось только гадать, кто оказался быстрее.

+++

Все еще стоя на коленях, Ричард появился прямо там, где изначально оставил своих связанных пленников. Оглядев разрушенный лагерь, он расслабился, когда на него не набросились никакие непосредственные угрозы. Кряхтя, он начал подниматься на ноги. Он был почти у цели, когда оглушительный треск — как будто тысяча молний ударила одновременно — раздался в паре километров от него.

Ричард поднял руку, чтобы защитить глаза. Одобрительно присвистнул, так как дождь из молний все продолжался. Волоски на его руках начали вставать дыбом даже с такого расстояния. Резкий запах озона быстро проник в ноздри.

— Вот, видишь? — пробормотал он себе под нос. — Говорил же, что ты освоишься. Клянусь, этот ребенок — монстр. И знаешь что? Я думаю, меня почти устраивает то, насколько это ужасающе. Вот что я называю прогрессом, народ!

Эти последние слова он адресовал куче связанных тел, прежде чем плюхнуться задом на одно из них. Весело помахав одному парню с дико вращающимися глазами. Затем он нахмурился. Быстро пересчитал своих драгоценных жертвенных агнцев, а затем нахмурился еще больше.

— Мы кого-то потеряли?

Ричард встал, затем покрутился на месте. Беглеца он заметил без особого труда. В конце концов, он полз по земле, как червяк. Такого трудно не заметить. Беглец бросил на него взгляд через плечо, они встретились глазами, и его ползание внезапно приобрело панический характер. Ричард лишь почесал подбородок.

Стоит ли его позвать обратно или...?

Однако пока он наблюдал и лениво размышлял, что делать, произошло нечто очень интересное. Перед беглецом внезапно в воздухе раскрылся квадратный портал, ведущий в грязный, заваленный мусором переулок — грязные лужи отражали яркие неоновые оттенки. Ричард в мгновение ока оказался перед порталом, заставив гусеницу размером с человека истошно завопить сквозь кляп и отчаянно поползти в другую сторону. Однако Ричард не обратил на парня никакого внимания. С громким сглотком Ричард осторожно протянул палец к открытому порталу.

Только для того, чтобы отшатнуться, когда электрический ток пробежал по его руке до самого локтя.

╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮

В ДОСТУПЕ ОТКАЗАНО: ОБНАРУЖЕН НЕАВТОРИЗОВАННЫЙ ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ.

ПОСЛЕДУЮЩИЕ ПОПЫТКИ ПОЛУЧИТЬ ДОСТУП ИЛИ ПОКИНУТЬ ЗАКРЫТЫЙ СЕКТОР БЕЗ СООТВЕТСТВУЮЩИХ РАЗРЕШЕНИЙ ВЫЗОВУТ АВТОМАТИЧЕСКУЮ РЕАКЦИЮ СИСТЕМЫ.

╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮

Ричард цокнул языком. Конечно, это не могло быть так просто. Затем он замер. Оглянулся на оставшиеся тела. Прикусил губу. Всего их было четверо, не считая гусеницы. Наконец приняв решение, он подбежал к гусенице, налепил связывающий талисман ему на глаза, подбежал к одному из тел и швырнул его в портал. Тот шлепнулся на другую сторону со стоном. Портал даже не заискрил.

— Окей, так, я понимаю, почему мне закрыт вход — блокировка недавно интегрированного сектора и все такое — но может кто-нибудь, пожалуйста, сказать мне, в каком мире у этого парня есть привилегии прыжков по секторам?! Сделай так, чтобы в этом был смысл, система.

Удивленно качая головой, Ричард без лишних слов достал из хранилища особенно острый кинжал и провел им по своему горлу. К счастью, он был достаточно качественным, чтобы перерезать его от уха до уха. Однако вместо того, чтобы умереть на месте — и обречь остальное человечество самым нелепым из возможных способов — он внезапно оказался по ту сторону портала. Его нога почти полностью погрузилась в вонючую лужу слизи.

Ричард вытащил ногу, скривился и энергично стряхнул ее. Только после этого он подошел к самому концу переулка и осторожно высунул голову.

И хотя сквозь удушливый смог он мало что мог разглядеть, одного взгляда было достаточно, чтобы понять — ошибки быть не могло.

— Тото...? Мне кажется, мы больше не в Канзасе.

Возвышающиеся научно-фантастические монолиты, которые быстро исчезали в искусственном облачном покрове. Каждый из них был покрыт многолетней грязью и инопланетными граффити. Яркие неоновые рекламы освещали мрак. Отражаясь от зеркальных масок прохожих.

Ричард нырнул обратно в тень, когда несколько безликих фигур в масках начали поворачиваться в его сторону. Сердце бешено колотилось, несмотря на то, что вредные пары заставляли глаза краснеть и щекотали в горле, все, чего Ричард на самом деле хотел — это прыгать от радости. Вместо этого Ричард сделал глубокий вдох, чтобы успокоить нервы, тут же пожалел об этом, а затем перерезал себе горло, прежде чем внезапный приступ кашля мог бы его выдать.

Как он и надеялся, он снова оказался среди выгоревших остатков лагеря. За вычетом еще одного из связанных тел. После того, как приступ кашля наконец прошел, и он снова почувствовал себя самим собой, его взгляд упал сначала на гусеницу, затем метнулся обратно к порталу, в голове созревал план. Этот парень абсолютно точно не должен умереть, он позаботится об этом. Он позаботится о том, чтобы у него была даже завидная жизнь, чтобы остаток своих дней он прожил в роскоши.

Потому что, когда наконец придет время, он докажет, что стоит каждого пенни. Его билет в Неверленд. Они думали, что блокировка сектора была введена для защиты развивающихся миров от таких, как они? О, их ждет большой сюрприз. Не сейчас, очевидно, но когда-нибудь скоро... когда-нибудь скоро.

На этих рептилоидных руководителей будет открыт сезон охоты.

— А пока... полагаю, нам придется довольствоваться Элитой.

Ричард достал из хранилища горсть Марк 3. Каждый из них напоминал маленьких цикад из оригами, все они мерцали тонким слоем серебристой энергии.

— Учитывая, что Марк 2 имел такой оглушительный успех, будучи граничащей с неисправностью батареей маны, должен сказать, я возлагаю на вас большие надежды, ребята.

Бумажные цикады ничего не ответили, лишь экспериментально взмахнули крылышками и мягко завибрировали в его руке. Издавая этот знаковый стрекочущий звук. Ричард высыпал остальных цикад-оригами из хранилища, пока у его ног не образовалась большая куча стрекочущих насекомых. Затем Ричард поднял руку, сконденсировал единственную каплю серебряной энергии на самом кончике пальца, наполнил ее всем намерением, которое только мог в нее вложить, а затем позволил ей упасть на шевелящуюся кучу.

Она ударилась с мягким звоном, после чего быстро распространилась.

Группа бумажных цикад замерла на мгновение, так как их императив был слегка изменен. Теперь вместо самонаводящихся ракет они были просто... самонаводящимися. Он сомневался, что они будут сильно взрываться, так зачем рисковать?

Затем, все разом, они взмыли в воздух как единое целое. После чего они немедленно полетели в направлении грозы, которая совсем недавно утихла.

— Молодец! — Ричард ухмылялся вслед облаку бумажных насекомых, словно провожал своего первенца в колледж. Ему даже пришлось смахнуть непрошеную слезу. — Апорт!