Словно никто не смотрит

Благодаря непристойному количеству экспериментов, он пришел к нескольким очень интересным выводам. Как о природе жизненной энергии, так и о том, как она взаимодействовала с его талисманным искусством. Самым актуальным из его открытий было то, что в сочетании они были чрезвычайно нестабильными, смертельно опасными и решительно враждебными по отношению к его бровям. В самый первый раз, когда он запитал обжигающий талисман горящей жизненной энергией, взрывная волна перегретого воздуха чуть не расплавила ему лицо.

Та конкретная пара бровей была лишь первой в длинной череде жертв...

По сути, жизненная энергия позволяла его малым рунам подниматься на ступень выше по уровню силы. Малые руны несли в себе столько же разрушительной силы, сколько и их базовые рунические аналоги. Хотя, учитывая природу алой энергии, не было ни задержки реакции, ни порядка операций, о котором можно было бы говорить.

Фактически превращая его талисманы в гранаты, которые взрывались в ту секунду, когда он выдергивал чеку. Хотя на практике это больше походило на кратковременное поле аспектированной маны, которое вспыхивало ярко, мощно, прежде чем погаснуть все сразу. Что фактически делало его чем-то вроде обоюдоострого меча.

Потому что, с одной стороны, в ту секунду, когда он зажигал жизненную энергию, все руны, нарисованные на талисмане, срабатывали одновременно. С другой стороны, в ту секунду, когда он зажигал жизненную энергию, все руны, нарисованные на талисмане, срабатывали одновременно! Независимо от того, где и как они были ориентированы. Чтобы создать аналогичный эффект без короткого замыкания всего этого, потребовалась бы настолько запутанная последовательность рун, что она едва ли стоила бы времени или усилий, не говоря уже о всей бумаге и чернилах.

И если бы не одно обстоятельство, это осталось бы не более чем праздным любопытством.

Руна импульса всегда была чем-то вроде исключения, насколько это касалось других. Это не была сила, по сути. Это не было и ускорение. На самом деле это даже не было движением, а скорее переходом из одного состояния движения в другое. Будь то остановка на месте или движение с хорошей скоростью. Импульс, во всех смыслах и целях, был тем самым пинком под зад, который грубо нарушал статус-кво.

Невидимая сила, которая разжигала огонь под тяжелой поступью движения вперед.

В ретроспективе сходства были почти неприличными, настолько они были очевидны. В сочетании с ускорением импульс превращал эти неконтролируемые извержения силы в ракетные снаряды. В то время как сжигание самого импульса фактически оказывало мультипликативный эффект на последствия воспламененной жизненной силы.

Конец угольно-черного талисмана трепетал на ветру. Кровавое свечение его магических каракуль окрашивало кончики его пальцев в красный цвет там, где они его держали. На кратчайший миг показалось, что сам мир затаил дыхание. Прежде чем, с резким...

ТРЕСК!

Похожий на демонический талисман исчез во вспышке малинового огня.

Говоря языком дилетанта, импульс плюс жизненная энергия, плюс целая куча рун, равняется прыгающей стихийной волне силы, которая делает бум.

Талисман был поглощен, его пальцы были изувечены, а сфокусированный конус рунического столпотворения устремился вперед, как самонаводящаяся ракета.

Что на бумаге, конечно! Звучит здорово! В общем-то, отлично! Конечно, это только при условии, что я на самом деле смогу во что-то попасть!

Его искрящееся, потрескивающее и в остальном катастрофическое детище рассекало воздух, как самонаводящаяся ракета, только для того, чтобы полностью промахнуться, когда этот проклятый богами Жрец-попрошайка был отброшен прочь — снова! — как раз вовремя.

Волна силы продолжала бить в стену ущелья с мощным взрывом камня и лишайника.

Ричард зарычал. Жалкий лекарь, тем временем, появился где-то в другом месте через несколько мгновений. После чего лысеющий теневой призрак — с его изъеденным молью мешком вместо одеяния священнослужителя — немедленно начал лечить тех из своих трусливых спутников, которые отступили на заднюю линию.

Это почти горько-сладкое чувство...

Тот факт, что у него, наконец, появились волосы, которые он мог рвать от разочарования, и все же обстоятельства, эта мстительная девка, все еще продолжали усложнять ситуацию.

Вправляя кости своей руки зубами, он увидел вспышку клинка еще до того, как атака была полностью осознана. Ричард выхватил случайный меч из своего левого пространственного кольца. Сверкающее, инкрустированное драгоценными камнями чудовище перехватило нисходящий удар длинного меча с отдающимся эхом...

ЛЯЗГ!

Их короткое столкновение вызвало сноп искр. Клинки скрестились, двое напряглись, чтобы получить преимущество. Пока они это делали, Ричард поймал себя на том, что смотрит в тусклые черные глаза человекоподобного призрака. Длинные волосы парня, выбивавшиеся из его свободного хвоста, ласкали щетину, оттеняющую его квадратную челюсть. Мышцы этой самой челюсти сейчас были сжаты от напряжения. Руки дрожали от напряжения.

Ричард, со своей стороны, извлек из своего хранилища еще один кристалл маны, прикусил его, нарушив его структурную целостность, прежде чем бросить его на землю, где он выпустил ману, как из-под давления.

Они разошлись. Бросились друг на друга. Серия ударов, которыми они обменялись в быстрой последовательности, причем Ричард оказался в невыгодном положении с самого начала. Он отступил. Парировал. Хороший рычаг добавлял тяжести ударам Парня с мечом, в то время как работа ног призрака была безупречной. Если бы он позволил ему, Ричард был уверен, что призрак мог бы водить вокруг него хороводы. Не то чтобы он это сделал, заметьте. Вы понимаете, если бы ему когда-нибудь дали возможность вздохнуть.

— Эй, учитель? Как там продвигается операция "танец"?! Есть что доложить?!

— Ответ примерно такой же, как и в прошлый раз, когда ты спрашивал. Я работаю над этим. Это не так-то просто, знаешь ли. Особенно когда ты в основном состоишь из духовной материи. О, чер-! Двойной удар на шесть часов! — выкрикнул его мастер.

Используя импульс своего следующего парирования, Ричард развернулся. С помощью барьерного мела, зажатого между двумя пальцами его обуви в стиле ниндзя, он нарисовал полукруг. Следующий удар мечника соскользнул с импровизированного барьера. Повернувшись спиной к мечнику, он увидел два шара жидкой тени, стремительно приближающихся. А позади них — полностью черный силуэт настоящего отбивающего. Шлем, культовый наряд и все такое.

Даже пока он смотрел, Малыш-отбивающий Бейб Рут подбросил в воздух еще один теневой бейсбольный мяч, его бита была наготове, прежде чем он отбил его с хрустящим...

ТРЕСК!

— Сделай это тройным. Разрушительный шар на девять часов.

Ричард взглянул налево, заметив прикованный цепью разрушительный шар, который развернулся низко к земле.

Ричард перевел взгляд обратно на приближающиеся снаряды, вытащил из своего хранилища три обычных старых прыгающих талисмана силы и отправил их на прямой курс перехвата. Пока талисманы и тень сталкивались, разлетаясь на куски, Ричард убрал свой меч, а затем вытащил пистолет из своего пространственного кольца — который оказался крошечной старой пневматической винтовкой. Прицелившись в отбивающего, он успел сделать несколько выстрелов, прежде чем эта дурацкая штука заклинила. И хотя он не попал ни во что, кроме грязи и камней, появление винтовки действительно заставило существо убрать призрака.

Облегчение, хотя и временное.

Ричард развернулся как раз в тот момент, когда третий удар мечника разбил его наспех нарисованный барьер. Его четвертый удар был нацелен разрубить его посередине. На периферии его зрения быстро приближался двухтонный разрушительный шар. Ричард швырнул пистолет в красивое лицо призрака, сделал небольшой шаг назад и исчез в облачке серого дыма.

Клинок Парня с мечом чисто разрубил как заклинивший пистолет, так и дымовую шашку, рассеяв последнюю и разделив первую надвое. Раздраженный, мечник попытался сделать шаг назад, подальше от массивной комбинации шара и цепи, которая в настоящее время неслась по воздуху.

Только для того, чтобы несколько прыгающих талисманов привязки приклеили его ноги к земле, после чего они прочно удержались. Мечник сначала дернулся, затем отчаянно забился, прежде чем окончательно повернулся, чтобы поприветствовать прибытие разрушительного шара с покорным видом. Меч поднят в бесполезном жесте.

Вскоре после этого призрак исчез, но не раньше, чем Ричард подумал, что услышал отчетливый звук удара. Хотя был ли это результат его меча или треска черепа, можно было только догадываться. Тем не менее, он был уверен, что док быстро поставит его на ноги.

Ричард отправил еще одну свою Модель 1 в сторону Жреца-попрошайки. Он промахнулся. Потому что, конечно, промахнулся. Когда существо могло телепортировать своих миньонов в Лала-лэнд по щелчку пальцев, было довольно трудно этого не сделать.

БАМ!

Земля, которую благословенный лысик только что покинул, быстро превратилась в дымящийся, искрящийся, покрытый инеем кратер.

Ричард раскусил еще один кристалл маны, прежде чем выплюнуть испускающие пар остатки.

— А теперь смотри в оба! — крикнул его учитель. — Похоже, Леди Элизаберд только что покинула лазарет, так что ожидай пернатый сюрприз в любую секунду. А еще похоже, что твой самый большой фанат на подходе, так что это интересно. На три часа.

И самое худшее было то, что он даже не мог попробовать еще раз! Нет, он был слишком занят тем, что на него напали эльфийский лучник, толстая жертва ожога и женщина-птица, которая могла бы быть у себя дома в элегантном бальном зале восьмого века.

Красная Шапочка? Большие Кости? Леди Элегантность?! О боже! Разве это не сюрприз! Действительно, чем я обязан такому удовольствию?!

Большие Кости сократил дистанцию слишком быстро для парня его размера. Он не столько бежал, сколько катился. Округлый живот действовал как массивное колесо своего рода. Как и Человек с топором, он тоже напоминал расплавленную куклу Кена. Только вместо топориков вместо рук у него были боевые молоты. Как два массивных бетонных блока на концах его запястий. И хотя можно было ожидать, что весь этот лишний вес немного замедлит его, для большого парня он был на удивление ловким.

С тем, что он мог поклясться, было настоящим «боинг», призрак высоко подпрыгнул в воздух, прежде чем с силой обрушить свои массивные боевые молоты вниз во вращающейся нисходящей дуге. Вдалеке и сбоку что-то пошевелилось за большим валуном. Острые глаза эльфийского лучника сверлили его из-под ее маленького красного капюшона.

Или, ну, ему хотелось думать, что когда-то он все равно был красным.

Ричард сделал шаг — Дзика-Таби Странствующего Ронина отнесли его на дюжину шагов назад ценой изрядной доли его быстро истощающегося запаса маны.

— Осталось около пятидесяти пяти процентов, — размышлял Ричард, на ходу раскусывая и отбрасывая еще один кристалл маны. Его мана-каналы жаждали поглотить высвободившуюся ману, но он их сдерживал.

— Не перед вежливой компанией! — упрекнул он себя. — Что подумают соседи? А еще несколько миллиардов пришельцев, которые могут заклеймить тебя еретиком. Что бы это ни значило.

Два молота ударились о землю со всей силой метеора.

БУМ!

Земля заметно пошла волнами от удара. Осколки камня разлетелись во все стороны. Летя со скоростью, которая легко могла ослепить, если не покалечить. Ричарду пришлось телепортироваться короткими рывками, его передвижение сопровождалось дымовыми шашками, пока он метался из стороны в сторону. И все это в попытке проскользнуть между самыми густыми облаками летящих обломков. Его быстрое мышление и способность "Одолженный пробег" спасли его от худшего, даже если от него и не пахло розами.

Он резко остановился, желая сохранить свою ману, мелкие порезы затягивались в реальном времени. Даже не глядя, он тут же нарисовал пару параллельных линий своим барьерным мелом. За этим последовал характерный скрип-свист, когда его эльфийская поклонница натянула лук и выстрелила. Первый барьер разлетелся вдребезги мгновенно. К счастью, второй устоял. Зазубренный наконечник стрелы из тени торчал из треснувшего стекловидного барьера.

Ричард нарисовал еще несколько линий на всякий случай. Предосторожность, которая быстро оправдалась, когда она начала стрелять частыми залпами.

Ричард переключил свое внимание на призрака с молотами, когда тот вытащил себя из кратера, выудил еще один Марк 1 из своего хранилища — блеснула жизненная энергия. Однако в ту же секунду Большие Кости растворился в воздухе. Ричард цокнул языком. Направил талисман на Красную Шапочку и не удивился, когда она тоже исчезла.

Ричард сделал шаг и телепортировался прочь как раз перед тем, как залп стрел пробил дымовую завесу, которую он оставил после себя. Там, где он появился — окруженный широкими кратерами, расколотыми валунами и открытыми ущельями — так же появились Парень с мечом, Большие Кости и Леди Элегантность. Фактически окружив его со всех сторон. Парень с мечом обрушился шквалом ударов клинка, Большие Кости — дикой серией размашистых ударов, а Леди Элегантность со своими боевыми веерами — полумесяцы режущего ветра рассекали воздух, пока она махала ими в каком-то сложном танце.

Далеко вдали едва слышались звуки песнопений. Заклинание заставляло цепляющиеся ежевичные кусты вырываться из земли. После чего они впивались в мясо его икр, чтобы удержать его ноги на месте.

Ах! Банный халат! Он вернулся! Я уж было подумал, куда подевался этот парень. Без тебя было не то, приятель! Бой был почти терпимым на секунду.

— Мне бы очень пригодилось это примерное время прибытия!

— Я работаю над этим!

Даже когда маневр "клещи" был выполнен на отлично, и мат казался неизбежным, звуки гремящих цепей предупредили его о чем-то высоко наверху. Вышеупомянутый двухтонный разрушительный шар отбрасывал тень на тело Ричарда. Звук хоум-рана почти заглушил скрип медленно натягиваемого лука. Как будто для того, чтобы еще раз убедиться в его неизбежной гибели. И вот так вся банда была в сборе и учтена.

Ну, все, кроме их бесстрашного лидера. Он все еще не имел ни малейшего представления, куда запропастился Человек с топором. Ричард боялся не столько за себя, сколько за Пенелопу, маленькую девочку, которая все еще изо всех сил держалась за жизнь.

Однако именно когда смерть казалась неизбежной, а конец — близким, что-то фундаментальное изменилось. Лицо Ричарда стало свекольно-красным, вены вздулись, а кожа стала некомфортно горячей на ощупь. И хотя время не замедлилось в техническом смысле, в те несколько секунд он двигался так невероятно быстро, что это вполне могло быть так. Его Перчатки пресыщенного функционера оказали ему огромную помощь в течение этих трех или около того секунд. Истинной точности было трудно достичь на тех скоростях, на которых он двигался.

Быстрый шквальный запуск нескольких десятков обжигающих талисманов превратил кусты ежевики, пронзающие его икры, в исчезающие клочья тени. Оставив его, в конце концов, с сильными ожогами третьей степени. И все же это было гораздо лучше альтернативы. Ричард крутанулся на подушечках стоп. Линия мела, проложенная с точностью. Барьер ожил, а затем был быстро разрушен. Ричард отступил от замедленной стрелы и теневого шара, одновременно выпустив широкий веер бесчисленных прыгающих талисманов.

Прыгающие талисманы силы встречали неконтролируемые взмахи Больших Костей удар на удар. Прыгающие талисманы-клинки потрошили бесчисленные полумесяцы ветра, нацеленные в его сторону. В то время как град взрывных талисманов мгновенно заставил мечника отступить. Вынудив защищаться. Нарезая каждый из летучих талисманов в воздухе, прежде чем они смогли бы разнести их всех в пух и прах. Тем временем Ричард метнул в разрушительный шар несколько липких взрывных талисманов.

Небольшая горстка прилипла к боку массивной штуковины, прежде чем сработать. Изменив его траекторию вниз лишь немного, но этого было достаточно. Шар раздавил отступающего мечника и наполовину зарылся в землю с тем, что, как он надеялся, было звучным аккордом окончательности. Чувствуя, что он находился в этом усиленном состоянии достаточно долго, Ричард крутнулся в последний раз, выпустив облако липких взрывных талисманов, словно разбрасывая конфетти.

Затем, не оглядываясь, он телепортировался на двадцать шагов, выпустил в них Марк 1 просто на всякий случай, затем бросил дымовую шашку еще на сто шагов дальше и стал ждать...

БУМ!

Ричард потушил свою пылающую жизненную силу. Мгновенно усталость — не похожая ни на что из того, что он когда-либо испытывал до того, как встал на путь мастерства жизни — обрушилась на него, как грузовик. Ему было трудно даже стоять, когда волны усталости нахлынули на него. Дыхание стало прерывистым. Зрение то прояснялось, то расплывалось.

— Как думаешь, сколько из них действительно погибло в той последней атаке?

— Моя догадка? — Ричард тяжело задышал. — Ни один, — еще один вдох. — Существо уже показало себя до бесящего умелым в позиционировании своих фигур, не говоря уже о том, чтобы вытаскивать их за пределы поля, когда это необходимо. Я сильно сомневаюсь, что чего-то подобного будет достаточно, чтобы застать его врасплох.

— Да, я тоже так думаю. Какая жалость.

— Бьюсь об заклад, я их изрядно потрепал. А это значит, может, полторы минуты на перегруппировку, прежде чем мы снова за них возьмемся? О, какая радость...

Ослабленное состояние длилось недолго, к счастью, хотя усталость до костей все еще оставалась. Острое напоминание о том, что он только что срезал недели, если не месяцы своей жизни этим маленьким трюком. Месяцы, которые он, возможно, никогда не вернет. В конце концов, продолжительность жизни и жизненная энергия — это две разные вещи.

Избыток одного не обязательно означал избыток другого.

— Однако ты должен признать, что это увлекательный подход к бою, особенно для такого низкого ранга и уровня. С этими его своеобразными аватарами-призраками и его самопровозглашенной ролью стороннего наблюдателя он действительно похож на дирижера этого поля боя.

— Ты... ты серьезно его сейчас хвалишь?! Буквально через несколько минут после того, как он чуть не надрал мне задницу вдоль и поперек?! Я чуть не умер!

— О, прошу тебя, не будь таким драматичным. Мы оба знаем, что тебе никогда не грозила реальная опасность. И, возможно, если бы ты перестал себя сдерживать-

— Ла-ла-ла! Что это было?! Извини, я тебя не расслышал! — воскликнул Ричард, уставившись на своего мастера свирепым взглядом.

Духовный отпечаток побледнел, глаза округлились, он сделал движение, застегивающее молнию на собственном рту, и выбросил ключ. Ричард закатил глаза. Выпрямился. Достал еще один кристалл маны из хранилища, но остановился на полпути, когда маленькая рука нежно дернула его за рукав.

— Мм? — Ричард повернулся к прелестной императрице. — В чем дело? — затем его глаза расширились. — О! Подожди, это значит, что ты закончила? У тебя есть все, что нужно?

В ответ девочка твердо кивнула, в ее янтарных глазах горела решимость. Ричард ухмыльнулся. Накопив всю окружающую ману, которую он по капле выпускал в атмосферу, используя кристаллы маны, они наконец были готовы осуществить вторую часть плана.

Из своего хранилища Ричард извлек все пять подарков, которые обещал доставить. Это были легендарные предметы, все до единого. И это отнюдь не были низкоуровневые экземпляры. В той своеобразной манере мощных легендарных предметов каждый из них излучал своего рода ауру. То, что Ричард распознавал как их аспекты, просачивающиеся сквозь них и влияющие на ману вокруг.

Обычно это служило небольшой косметической вспышкой и ничем более, но Ричарду во время его годового творческого отпуска пришло в голову, что для их местной императрицы эти жадные до маны предметы могли бы послужить совершенно иной цели. А именно — стать вечной машиной по производству аспектированной маны. Поскольку все, что ей нужно было делать, это «скармливать» им окружающую и неаспектированную ману, и взамен она получала бы всю аспектированную ману, какую только пожелает.

А если бы у нее было достаточно маны, традиционное использование предметов не было бы совершенно невозможным. По сути, это был беспроигрышный вариант, до тех пор, пока у нее была мана, которую можно было вложить в любую из этих перспектив. То, на обеспечение чего, если не в избытке, то хотя бы в достаточном количестве, он потратил последние сколько-то там минут.

— Хорошо, — Ричард велел ей слезть с его спины — ему с самого начала было не по себе от того, что она там была, но она настояла — и быстро накинул ей на плечи свой Плащ Тайного Заговора. — Ты знаешь, что делать. Все, как мы договаривались.

Она показала ему большой палец, улыбнулась беззубой улыбкой, прежде чем взмыть высоко в воздух — легендарные предметы медленно вращались вокруг нее, а его учитель лениво плыл за ней.

— Теперь все зависит от тебя, учитель, — крикнул ему вслед Ричард.

— Да-да. Операция "Танцуй, как будто никто не смотрит" должна начаться. А теперь выходи туда и танцуй от души! Я просто буду наверху, слушать признания четырехмесячного ребенка. Серьезно, что только вы, дети, не придумываете... — его голос затих, когда он взмыл за Пенелопой.

И всего через несколько мгновений после этого парящий младенец исчез. Оставив в небе только своего мастера со скрещенными руками. Периодически кивающего в такт чему-то, что слышал только он.

Ричард шумно выдохнул, не осознавая, что задерживал дыхание. Она была в безопасности, и это было все, что имело значение. Мастер прикроет последствия. Теперь все, что ему нужно было сделать, это блестяще сыграть свою роль.

И вот так, после того как прошла почти минута, и все восемь оставшихся призраков — Парень с мечом, по-видимому, все-таки сыграл в ящик — появились для четвертого раунда, Ричард сделал единственное, чего это адское создание никогда бы не ожидало.

Он опустился на оба колена и сдался.