Встреча с элитой

Казалось, время замерло, когда их взгляды встретились.

Ну, одна пара глаз и одна единственная темно-синяя мармеладка, но, по правде говоря, кто это отслеживал? Определенно не он.

Его ненависть была осязаемой. Кипящей. Давящей на него, как физический вес. Волны светло-розовой маны, клубящиеся над горой засахаренной шерсти и мышц, были объемными, словно сахарная вата, превращенная в жидкий пар. Губчатые облака сахарной ваты клубились вокруг него волнами. Стекая по его бокам, чтобы заполнить поляну ползучим розоватым туманом.

Быстро пронизывая скрытую поляну, настолько полно, что оставляла приторно-сладкий привкус в воздухе. Его кожа становилась более липкой от ее изобилия. Воздух почему-то был липким на ощупь.

Мышцы напряглись, двигаясь с жидкой грацией, когда элита поднялась во весь свой внушительный рост. Оно фыркнуло, скребло землю, взгляд не ослабевал в своей интенсивности. Каждый возбужденный выдох выпускал облака сахарной пудры. Белые крупинки, которые оседали на его лице и лысой макушке, как заблудшие снежинки. Прошла секунда. Его глаза сверкнули из-под тонкого надбровья.

Красный отблеск, который не предвещал ничего приятного.

К счастью, Ричард уже хорошо понимал, насколько глубоко он влез в этот раз, и поэтому в настоящее время принимал меры по смягчению худшего из этой потенциальной катастрофы.

Его мысли обратились к самодельному патронташу, который он прикрепил к своей груди с помощью грубого применения оттяжек — украденных из базового походного набора — и руководства по завязыванию узлов, найденного в его удобном дворце души.

К его патронташу и двум длинным кинжалам, надежно закрепленным там — светящимся синим кристаллам маны, грубо прикрепленным к их рукоятям. Он потянулся к этим камням маны. К ментальной связи, которую он тщательно выгравировал на каждом. Несовершенная структура кристалла F-ранга годилась для одной команды. Неважно, какой вид или какую руну он использовал, так как в тот момент, когда он попытался сдвинуть ману внутри кристаллической структуры, мог быть только один результат.

Трещина, сквозь которую мана хлынула бы, как из бедренной артерии, чтобы слиться с окружающей их со всех сторон маной.

Или же питать серию рун, которые он тщательно выгравировал на клинках своего короткого оружия.

Кинжалы, прикрепленные к его груди, засветились лазурным светом. В следующий момент несколько вещей произошли очень быстро. Мышцы элиты напряглись. Ноги Ричарда сделали почти то же самое. Ползучая розовая мана забурлила, сошлась, окутывая кабана слоем кружащегося тумана, прежде чем вспыхнуть в рудиментарной активации способности. Ричард, со своей стороны, уже отпрыгивал назад. Руны ускорения, которые он выгравировал на своих ножах, приняли импульс его прыжка и ускорили его в несколько раз.

В следующий момент два кулака в форме кинжалов врезались ему в грудную клетку с силой, оставляющей синяки, он был отброшен назад, как из ствола пушки. В аналогичном подвиге внезапного движения элита бросилась за ним. Взорвав скалу, с ее массивным выступом. Большая воронка осталась в камне там, где она когда-то была.

Ноги Ричарда отчаянно цеплялись за землю, когда его тело отталкивалось назад острыми инструментами его собственного изобретения. Двигаясь со скоростью, близкой к самоубийственной. Не то чтобы он хотел замедлить свой импровизированный полет, заметьте. Фыркающий, пыхтящий вагон-поезд элиты-кабана, мчащийся за ним с убийством в глазах, полностью в этом убеждал. Косоглазый, взгляд Ричарда метался вверх и вниз.

Завороженный острым концом бивня из леденца, который колебался в нескольких дюймах от его носа.

Потоки горячего дыхания постоянно обдували его лицо и ноздри, хотя, где он мог бы ожидать зловонного дыхания дикого животного, на самом деле оно было… довольно приятным. Мятным, освежающим, лишь с легким оттенком чего-то неприятного. Как автомобильный освежитель воздуха, который на пару дней просрочил свой срок. Конечно, это не означало, что он особенно хотел рассмотреть его поближе.

И если страшный кабан-убийца может перестать меня догонять, пожалуйста, это было бы очень кстати!

Нет, замедление темпа определенно не входило в его планы. Однако, некоторая степень контроля сейчас была бы очень кстати. Копыта зверя топали, прорывая глубокие борозды в мягкой земле, и заставляли саму землю дрожать и трястись от его прохода. Или, по крайней мере, он так предполагал. В любом случае, его ноги уже довольно давно не касались земли. А тот бивень, о котором он упоминал ранее? К этому моменту его острие опасно флиртовало с деликатным внешним слоем его левой роговицы.

Слишком, слишком, слишком, слишком, СЛИШКОМ близко!

Очевидно, элита была ненамного быстрее его, и это притом, что ее способность к атаке работала на полную мощность. Это означало, что его смерть будет мучительно медленной, а не быстрой и безболезненной.

Или… может быть, нет.

Ричард оглянулся назад, только чтобы обнаружить нависающую массу поросшей мхом скалы, которая с каждой секундой становилась все больше и быстро приближалась.

Что ж, попал между молотом и наковальней.

Быстро сообразив, Ричард втянул ману в рот, конденсируя ее в большой сгусток, составлявший почти половину его запасов. С мастерской точностью он затем сформировал лазурную бусину в шестидюймовый мана-дротик — толстую иглу, конец которой торчал между сжатыми губами. Потребовалась лишь мысль, чтобы нанести на дротик все руны, которые он использовал бы для прыгающего взрывного талисмана. Дротик был заряжен и готов к использованию, он засомневался. Глядя в полные ненависти глаза-мармеладки элиты, он передумал стрелять в упор в лицо существа.

В конце концов, он был неудобно близко к этому лицу.

Вместо этого он переключил свое внимание на другое. На левую переднюю ногу зверя. Он позволил струйке своей маны проникнуть в взаимосвязанные руны, и в следующее мгновение дротик был стремительно вырван из его рта. Стремительное синее пятно ударило по покрытой сладостями шкуре зверя и…! Тут же отскочило с легким звоном.

Ричард скривился. Конечно, он знал, что с его чистотой маны и ядром на таком низком уровне его мана не будет обладать той же мощью, к которой он привык, но это было просто жалко. Тем не менее, в конечном итоге, она отлично справилась со своей задачей.

ТРЕСК!

Дротик взорвался менее чем в сантиметре от его передней ноги, проделав кратер в земле и заставив большие трещины пронестись по псевдо-броне зверя. Радужная кровь сочилась между трещинами. Зверь споткнулся, упал. Его нога под ним подогнулась. Его падение превратилось в кувырок. Теперь вместо атакующего зверя, мчащегося за ним, у него был катящийся шар волосатого кабаньего мяса, грохочущий за его пятками.

Очень похожая сцена с особенно подвижным Абоминабаллом промелькнула перед его глазами. Ричард непроизвольно вздрогнул.

По крайней мере, это дает мне немного места для дыхания.

Абоминаба- кхм, то есть большой свин-элита заметно замедлила свое наступление. Каждый куст, валун или корень дерева, попадавшие на его пути, беспощадно перекатывались без особого сопротивления. Конечно, все эти препятствия в конечном итоге накапливались. И в совокупности они значительно уменьшали его скорость. Ричард, теперь освобожденный от этой непосредственной заботы, перевел взгляд с катящегося шара свиньи на быстро приближающуюся скалу.

Это нехорошо.

Быстро теряя время, Ричард сделал единственное, что мог придумать. Он перевернул конец своего копья так, чтобы острие было направлено вниз. Затем, максимально подготовившись, он вонзил наконечник в быстро отступающую землю. Какое-то время ничего не происходило.

Его темп немного замедлился, но совсем недостаточно. Каменная стена быстро приближалась. Копье отчаянно цеплялось за что-то, сотрясая все его тело внезапностью каждого отскока и рывка.

И затем, наконец, его копье зацепилось за что-то твердое. Застряло намертво.

В следующий момент его руки чуть не вырвались из суставов, когда он завертелся вокруг импровизированной оси. Копье застряло, Ричард крутился — внезапное трение обжигало ладони — и вдруг он изменил свою траекторию на 90 градусов. Его импульс сильно замедлился от идиотского маневра.

Фух! В безопасности!

Его ноги оставляли легкие борозды в земле, когда его медленно толкало по воздуху. Ричард собирался вырвать кинжалы из своего патронташа, освободив себя от этой веселой поездки, когда очередная взрывная волна приторной маны заставила его резко повернуть голову. Глаза вытаращились, когда зверь поднялся на своей раненой ноге, маленькие глазки следили за ним, пока он медленно отступал.

Едва замедленный ранением, зверь снова бросился в атаку. Вырвался вперед с резким отчетом и взрывом земли. А Ричард тем временем бесцельно плыл. По сути, он был легкой добычей. Отчаянно Ричард начал втыкать приклад копья в землю. Отталкиваясь от него в тщетной надежде восстановить свой прежний импульс. И, клянусь богами, это действительно, казалось, работало.

Руны ускорения на его кинжалах начинали светиться ярче, когда он отгребал назад. Его скорость начинала расти, ветер свистел в его несуществующих волосах. Зверь быстро сокращал расстояние, ускоряясь слишком быстро, чтобы это было естественно.

Что ж, в эту игру могут играть двое.

Последним толчком Ричард отбросил себя назад. Руны ускорения усиливали его импульс в несколько раз. Элита, не ожидавшая этого, рванула вперед, так быстро, что по ее следу поднялся вихрь ветров. Облака пыли и обломков грозили ослепить его, даже активно преуспевая в том, чтобы перекрыть воздух в его легких. Кашляя и задыхаясь, вытирая слезы с глаз, Ричард наблюдал, как способность кабана несла его все дальше.

Самодовольная ухмылка растянула его щеки, когда его смертоносные клыки и неуступчивая скала приближались с каждой секундой, хотя он ускорялся все дальше и дальше.

Но как раз когда он подумал, что эти двое столкнутся — неостановимая сила встречается с неподвижным объектом — разрешив проблему упрямой элиты раз и навсегда, альфа-кабан сделал нечто немыслимое. Нечто, чего он искренне не ожидал.

Оно повернулось.

Полукруглая волна песка и взрытой земли высоко взмыла в небо, когда оно остановило свой импульс. Скользя. Вращаясь. Впиваясь передними копытами в землю, размахивая задними ногами, пока эти свирепые бивни снова не оказались направлены на него. Розоватая мана взорвалась наружу, распространившись на широкий радиус, прежде чем сократилась, окутав его огромное тело туманом — прилипнув к его засахаренной шкуре, почти как вторая кожа.

Предыдущее покрытие было исчерпано с отменой его последнего рывка.

Итак, как я и подозревал, какая-то активная усиливающая способность. И довольно базовая, судя по всему. Безрассудный Рывок, или, может быть, Бросок Вперед? Что-то обычное, во всяком случае. И, учитывая откровенно ужасный уровень эффективности маны, явно демонстрируемый, довольно низкоуровневая.

Раздался звук, похожий на выстрел, — земля под ногами кабана раскололась вслед за его наступлением. В течение одной секунды далекая фигура значительно увеличилась. Пожирая расстояние, разделяющее их, с жадной скоростью. Мгновение ока, и расстояние между ними сократилось вдвое. Еще одно, и его возвышающаяся фигура обрушилась на него с удвоенной силой.

Он ускоряется?!

Его нависающая громада отбрасывала на него тень, клубы пыли осыпали его кожу, как горячие искры. Голова опущена, красно-белые клыки готовы пронзить и изуродовать. Глаза Ричарда расширились. Его руки мелькали, когда он отчаянно отгребал в безопасное место.

Еще одна игла сконденсировалась у него во рту, на этот раз составляя последнюю половину его запасов маны. На этот раз он не колебался. Он бросил иглу прямо в морду зверя. В одну из его маленьких глазок-мармеладок, на самом деле. Как и ожидалось, она не проникла глубоко. Пронзив всего несколько сантиметров, прежде чем немедленно остановиться, хотя этого было достаточно.

БУМ!

Голова элиты откинулась назад от взрыва, радужная кровь брызнула в воздух, когда левая сторона ее лица была изуродована. Зверь взвизгнул. Отшатнулся. Отвернулся. Промахнувшись на пару дюймов.

Однако он не закончил, как бы он ни хотел, чтобы оно уже просто умерло. Мана, окутывавшая его форму, внезапно рассеялась, уменьшив его предыдущую инерцию вдвое. Он крутанулся, скользнул, поднял волну земли. Одинокий глаз, пылающий ненавистью, нацелился на его траекторию, снова окутал себя маной, затем атаковал.

ТРЕСК!

Ричард скривился. Меньше от своего нынешнего затруднительного положения, чем от откровенно дилетантского уровня контроля маны, проявленного его противником.

Я имею в виду, выбрасывать всю эту ману, чтобы использовать лишь малую ее часть для питания самой способности? Это не просто расточительно, это откровенно преступно! Неважно, сколько у тебя маны, если ты не можешь ее использовать. В какой момент халатность превращается в откровенное самосаботаж? Соберись и вернись к основам, говорю я. Это единственный путь. Иначе ты просто стреляешь себе в ногу.

Пока зверь дико метался в сторону Ричарда, он продолжал отгребать, сохраняя позицию в слепой зоне существа. Так что каждый раз, когда оно приближалось, легкий толчок был всем, что требовалось, чтобы уклониться от его безрассудного рывка. После чего он разворачивался с помощью хорошо зафиксированного наконечника копья и повторял все снова.

ТРЕСК!

На самом деле, с такой скоростью, Ричард прикинул, что полностью исчерпает запас маны зверя за несколько следующих проходов. Возможно, даже меньше. Затем, когда безмозглое существо будет шататься от острого истощения маны, будет проще простого вонзить что-то длинное и острое в его оставшийся глаз и, наконец, перейти к тому, что действительно имело значение.

Конечно, именно тогда его возлюбленные, проверенные временем спутники начали подводить его. Кристаллы маны, привязанные к рукоятям его клинков, тускнели — последние капли маны уходили в атмосферу. При этом руны его ножей медленно следовали за ними. И, по мере того как руны отключались, его ускорение также уменьшалось. Независимо от того, как быстро он греб, его импульс продолжал значительно падать, а затем внезапно кабан оказался гораздо ближе к тому, чтобы пронзить его, чем когда-либо прежде.

Почему я…?

Действуя быстро, Ричард потянулся к одному из обнаженных кинжалов, схватил его за рукоять и дернул. Благодаря руне остроты, которую он выгравировал на лезвии, он мгновенно разрезал связывающие его узлы. Приложив всю силу, на которую был способен, Ричард дернул смертоносную вещь в сторону, отводя ее как можно дальше от своего тела.

Внезапно освободившись от пут, нож выпрыгнул из его руки, словно одержимый собственным разумом, оставив длинный порез на его боку, когда пролетел мимо — прорезая воздух и исчезая где-то позади него в кустах.

Ричард поморщился.

К сожалению, ему не дали времени залечить порез на ребрах. Он даже не смог определить серьезность травмы, прежде чем семена его плана начали приносить плоды. Внезапная потеря уравновешивающей силы сделала давление на его грудь отчетливо несбалансированным.

Первым последствием этого был внезапный рывок в сторону, когда кинжал, лежавший над его сердцем, напрягся, пытаясь компенсировать. Отброшенный вправо в самый последний момент, он резко откинул голову назад, избегая зазубренного кончика бивня на считанные сантиметры. Затем последовал бок кабана, неумолимо движущийся вперед — щетинистые волоски, как острые шипы, цепляли его при прохождении.

Сила удара онемела его правую руку до плеча, выбив копье из руки и заставив все его тело неудержимо вращаться. Давление кинжала, давящего на него только с одной стороны, не помогло делу. Скорее, оно только усугубило ситуацию.

Он вращался на месте.

Двигаясь все быстрее и быстрее с каждой прошедшей секундой. Ноги нигде не касались твердой земли. Его мир превратился в тошнотворный калейдоскоп нечетких пятен. Его слух заглушали ветры его собственных вращений. И все же он все еще чувствовал, когда мана, практически вытекающая из элиты, приближалась.

Конечно, это мерзкое чудовище не могло просто так оставить все как есть, не так ли?!

Скрипя зубами, Ричард лихорадочно искал решение. В конце концов, на ум пришло только одно.

Угх…! Это будет отстой. Видите?! Вот почему я презираю импровизацию!

Его единственное спасение заключалось в том, что у него было довольно много очков в данный момент, после той небольшой зачистки, которую он недавно устроил.

╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮

Потенциальное количество очков

[4280 очков]

╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮

Он чувствовал тяжесть ее удара, давящего на него. Ее быстро приближающаяся мана заставляла волосы на затылке вставать дыбом. Не давая себе шанса переосмыслить свои варианты, Ричард выбросил обе руки — игнорируя приступ агонии в правом плече — и купил два Отколовшихся Меча из каталога очков. Их рукояти шлепнулись ему в ладони с силой, достаточной для появления синяков, хотя в тот момент он мог быть только благодарен, что они действительно появились сначала рукоятями.

Конечно, сначала было немного сложно убедиться, что он сделал все правильно, но немного визуализации, видимо, творило чудеса.

Эта система действительно очень интуитивна.

Представьте, как они появляются в нескольких дюймах от его вытянутых ладоней, и вуаля! Он подозревал, что существует очень узкий диапазон, в котором нечто подобное сработает, но даже в этом случае такая универсальность потребует дальнейшего исследования.

Внезапно один из его мечей чуть не вырвался из его рук, а его рука чуть не вырвалась из сустава.

КЛЯЦ!

Раздался удар — резкий и немедленный — за которым последовали искры и безошибочный пронизывающий боль. Несколько десятков на самом деле, так как злые осколки металла — то, что осталось от только что купленного щербатого клинка — изрешетили его тело, как горящие осколки. Прокалывая мышцы, чтобы перфорировать органы под ними. Он хотел выть, но ему не хватало дыхания. Он уже чувствовал, что по крайней мере один из осколков пробрался в его левое легкое. Дышать становилось все труднее и труднее, а он еще даже не закончил.

Еще сто очков покинули его счет. В следующий момент второе лезвие шлепнулось ему в ладонь. И это было как раз вовремя. Зверь уже развернулся, чтобы сделать еще один проход, но был остановлен тем же самым вращающимся дервишем, который отразил его наступление мгновениями ранее. Явно не тот, кто усвоит урок с первого раза, элита настигла его за секунду.

КЛЯЦ!

На этот раз Ричард отпустил рукоять, прежде чем его плечо было окончательно вывихнуто. Однако это не помешало осколкам осыпать его со всех сторон. Шок бело-горящей боли пронзил его левый глаз в частности — что-то теплое и липкое стекало по его щеке, капая с подбородка. Ричард застонал. Открыл каталог очков. Еще одна рукоять, чтобы шлепнуть ее в ладонь.

КЛЯЦ!

Посыпались искры.

КЛЯЦ!

Оружие разбивалось.

КЛЯЦ!

Весь его мир был охвачен болью.

Тело все больше изрешечивалось с каждым последующим проходом. Хуже того, он даже не мог видеть, как поживает элита. К его чести, этот его маленький трюк удался в одном. Он держал монстра на безопасном расстоянии, по крайней мере, настолько, насколько его не пронзило насквозь. Но тогда возникает вопрос. Как долго он сможет это выдерживать?

По сути, причинял ли он вообще вред существу?

В лучшем случае, он каким-то образом сумел пережить существо. Обменяв свое здоровье и благополучие на истощение его запаса маны. Не тот обмен, который он совершил бы в оптимальных обстоятельствах, но тогда это не совсем то, что он назвал бы оптимальным, не так ли? Нет, это было гораздо хуже, особенно если учесть, что он начинал выдыхаться.

Его обороты начали замедляться, его кинжал полностью иссяк в самый неподходящий момент. К счастью, похоже, он был не единственным, кто работал на пустом баке. Например, его довольно долго не удостаивали безрассудного рывка. С последним мерцанием, как угасающий свет умирающих углей, руны, питающие его кинжал, наконец погасли. Без церемоний Ричард тут же безвольно упал на землю.

Головокружение, кровотечение и, возможно, сотрясение мозга — прошли секунды, прежде чем он достаточно убедительно подавил рвотный позыв, чтобы снова начать двигаться. Он тут же попытался встать. Когда это оказалось невозможным, он решил медленно ползти. Хотя ему все еще казалось, что мир кружится, его зрение более или менее прояснилось.

Таким образом, сверкающая гора красных лакричных лиан и радужных внутренностей была достаточно легко различима.

Лежа на боку, не в десяти шагах, сразу стало очевидно, что он нанес элите гораздо больше урона, чем изначально опасался. По крайней мере, один из его нескоординированных атак, похоже, пришелся низко. Быстро выпотрошив существо и оставив за собой след из радужных кишок. И это был не весь ущерб. По-видимому, вопреки всему, он отплатил той же монетой. За каждую рану, которую он получил лично, у кабана была соответствующая травма.

Это было почти трогательно. Действительно, он мог бы улыбнуться, если бы не было так чертовски больно.

Потянувшись за спину за целебными шприцами, которые он там закрепил на всякий случай, он нахмурился, поняв, что только один из четырех пережил испытание. Не то чтобы это имело значение. Ричард вонзил иглу в руку, впрыснув ровно столько, чтобы остановить худшее кровотечение, не запечатывая раны полностью.

Затем оставалось только разобраться с проклятой элитой.

В конце концов, он не смог бы сказать, сколько времени ему потребовалось, чтобы добраться до умирающего зверя. Время пролетело как во сне. Насколько он помнил, он моргнул, и внезапно оказался на расстоянии плевка. Он протянул руку и ухватился за пучок травы, подтягиваясь ближе к ее истерзанной голове. Элита не отреагировала. Ее грудь поднималась и опускалась с поверхностным, прерывистым повторением, но кроме этого признаков жизни не было.

Оба глаза отсутствовали, как и клыки. Ее лицо было сильно изрыто глубокими до костей ранами и кровоточащими оспинами, сверкающими осколками. По крайней мере, он был не единственным. Приготовившись, Ричард перевернулся на спину. Придя в себя через пятнадцать секунд, он потянулся к своему патронташу. Обхватив окровавленными пальцами рукоять, он начал отпиливать кинжал от его креплений. Прошло еще немного времени. В конце концов, он преуспел.

С еще одним стоном он сумел подняться в сидячее положение. Измученный и окровавленный, он стоял перед элитой. Даже лежащая тварь все еще была огромна по сравнению с ним — каждый прерывистый вздох наполнял воздух запахами мяты и сосны.

Ричард уперся здоровой рукой в больную, сделав несколько глубоких вдохов, чтобы стабилизировать прицел. Прошли секунды. Его дрожь утихла. Ричард прищурил глаза и бросил кинжал, вливая в лезвие каждую последнюю каплю маны, которой он обладал. Это было немного, но достаточно.

Кинжал размылся. Мигнул, пересекая пространство, чтобы вонзиться в левую глазницу кабана. Там он встретил минимальное сопротивление, легко пробившись в мозг. Элита содрогнулась, дернулась, затем, благословенно, замерла.

╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮

ДЗЫНЬ!

(Вы убили врага: АЛЬФА ЛЕДЕНЦОВЫЙ КАБАН [Ур. 30 ЭЛИТА])

Получен опыт. Получен бонусный опыт за убийство монстра-элиты. Получены очки участия. Получены бонусные очки участия за убийство монстра-элиты.

[+600 Очков участия]

╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮