Проводник Мирового Корня

Я с улыбкой наблюдал за тем, как подопытный образец старейшины Молрика под номером 210 – его последний эксперимент – начал высекать руну прямо на собственных листьях. Лоза на моей шее слегка напряглась: очевидно, она не доверяла этому новшеству.

Рунический узор растения оказался на удивление замысловатым для существа, которое, по сути, только что обрело самосознание. Это была серия переплетающихся огненных орнаментов, образующих идеальный круг с крошечными символами пламени, спиралью уходящими к центру. Всё это пульсировало яростным алым свечением, заставляя меня инстинктивно желать отступить на шаг.

— Поразительно! — Воскликнул старейшина Молрик, наклоняясь ближе. — Симметрия почти безупречна! И посмотрите, как оно вплело символы терморегуляции!

Ответом растения стала активация свежесозданной руны и мощная струя огня, выпущенная прямо в лицо старейшине.

Моя лоза тут же дернулась, чтобы создать щит, но я не особо беспокоился. Если фэнтезийные миры чему-то меня и научили, так это тому, что старейшины не доживают до своих лет, будучи неосторожными.

И действительно: пламя просто рассеялось, едва коснувшись старейшины Молрика, словно вода, ударившаяся в невидимую стену. Он лишь рассмеялся, выглядя по-настоящему довольным.

— Превосходная выходная мощность! — Сказал он. — Хотя над точностью наведения нам еще придется поработать.

Растение, похоже, приняло эту критику на свой счет. Его листья снова засветились, когда оно принялось вычерчивать другую, более сложную руну.

— Ну-ну, — старейшина Молрик погрозил ему пальцем. — Давай не будем спешить.

Он небрежно начертил в воздухе несколько символов, оставляя за пальцем шлейфы багрового света. Руны на мгновение зависли, а затем стремительно расширились, превращаясь в твердую кристаллическую клетку, которая полностью заперла разгневанное растение. Вокруг его верхушки материализовалась формация поменьше, эффективно сработав как намордник.

Я невольно вскинул брови. Техники Царства Манифестации – значит, старейшина был как минимум шестого ранга. Это многое объясняло в его беспечном отношении к потенциально смертельным экспериментам.

Лоза на моей шее неодобрительно сжалась, явно не впечатленная поведением сородича. Я погладил её:

— Не все растения могут вести себя так же хорошо, как ты.

— На чем мы остановились? — Старейшина Молрик повернулся ко мне, совершенно игнорируя приглушенные звуки ярости, доносившиеся из клетки. — Ах да, элементальные руны!

Он подошел к верстаку, отодвигая в сторону несколько зловеще светящихся результатов своих опытов.

— Знаешь, твой метод прямого управления растениями при помощи энергии весьма впечатляет. Многие пользователи стихии дерева убили бы за такой природный контроль.

— Но? — Подсказал я, чувствуя, что это не всё.

— Но, — он кивнул, — опора исключительно на манипуляцию энергией имеет свои недостатки. Те несколько микросекунд, что ты тратишь на передачу своего намерения растениям… в реальном бою такая задержка может стать фатальной. — Он указал на мою лозу. — И я заметил, что это потребляет значительно больше ресурсов по сравнению с активацией надлежащей рунической формации.

Я кивнул. Он был прав: хотя мой контроль и был точным, он требовал постоянных затрат энергии и занимал время.

— И каково же решение?

— Что ж, для Небожителя первого ранга есть два пути развития до второго, — начал он, доставая несколько запыленных томов. — Самый распространенный метод – успешное нанесение элементальной руны на свое тело.

— А как быть с такими практиками, как я? — Спросил я. — Моя Фундаментальная Руна уже основана на дереве.

Старейшина Молрик покачал головой:

— Распространенное заблуждение. Основная цель твоей Фундаментальной Руны – поглощать и очищать энергию красного солнца, превращая её в нечто пригодное для использования. Да, её структура может повысить твое сродство с определенными стихиями, но это лишь вторичный эффект.

Он взял кусок мела и начал рисовать диаграммы на стоящей рядом грифельной доске.

— Элементальные руны служат иной цели: они активно преобразуют эту очищенную энергию в силу стихии. На твоем нынешнем уровне я настоятельно рекомендую придерживаться рун дерева. Любой другой элемент может дестабилизировать энергетический поток твоей Фундаментальной Руны.

— А второй метод? — Спросил я с искренним любопытством.

— О! — Его глаза загорелись. — Второй путь подразумевает достижение такого мастерства в манипулировании энергией красного солнца, при котором ты сможешь чертить руны прямо в воздухе, как это только что сделал я. — Он указал на клетку с растением, которое всё еще пыталось что-нибудь поджечь сквозь намордник. — Разумеется, большинство практиков не сосредотачиваются на этом до более высоких рангов – в конце концов, места на коже для рун не так много. Однако, — он бросил на меня многозначительный взгляд, — на твоем уровне тебе потребуется значительно больше практики в управлении энергией, прежде чем ты сможешь это попробовать.

Он подошел к заваленной хламом полке и принялся рыться в свитках, что-то бормоча себе под нос.

— Куда же я его… а, вот он! — Он вытащил довольно потертый свиток.

— Здесь, — произнес он, держа его почти благоговейно, — описан метод улучшения контроля над энергией. Это одна из немногих техник обучения, которую в академии действительно сделали правильно. — Он частично развернул его, открывая столбцы четкой каллиграфии.

«Первый этап, судя по всему, сосредоточен на медитации», – заметил Лазурь, когда мы мельком увидели начальные инструкции.

Я едва заметно кивнул. Некоторые вещи были универсальны для любых магических систем: очищаешь ли ты ци или манипулируешь энергией солнца – всё начинается с медитации.

— Упражнения становятся прогрессивно сложнее, — пояснил старейшина Молрик, сворачивая свиток и протягивая его мне. — Работай над ними в свободное время. Если возникнут вопросы – моя дверь всегда открыта. — Он замолчал, взглянув на свое огнедышащее растение. — Ну, обычно открыта.

Я осторожно убрал свиток, пока он переходил к главной теме.

— Итак, элементальная руна, которую ты будешь изучать, называется Проводник Мирового Корня. — Он достал еще один свиток, на этот раз испещренный детальными схемами.

Узор был прекрасен в своей сложности: переплетение корней, образующих бесконечный узел, с более мелкими ветвящимися паттернами, заполняющими пространство между основными линиями. Каждый изгиб, казалось, естественно перетекал в следующий, создавая ощущение постоянного движения даже в статичном рисунке.

— Тебе нужно будет соединить это со своей Фундаментальной Руной, — объяснил старейшина Молрик. — Как именно ты их объединишь – решать тебе, ведь энергия каждого практика течет по-своему. — Его глаза заблестели от энтузиазма. — Как только освоишь это, мы сможем перейти к действительно интересным боевым рунам!

С этими словами он побрел обратно к своему запертому эксперименту и принялся нежно ворковать над ним, совершенно не обращая внимания на продолжающиеся попытки растения его испепелить.

Я нашел тихий уголок, чтобы внимательнее изучить диаграммы.

— Что думаешь, Лазурь?

— Дизайн завораживает, — ответил он. — Видишь, как узоры корней перекликаются с формулами естественного роста, которые мы использовали в твоей Фундаментальной Руне? Полагаю, мы сможем интегрировать их довольно эффективно.

Я провёл пальцем по узорам, прослеживая поток энергии, который они должны были создать.

— Вопрос в том, где их разместить. Нам нужно сохранить текущий баланс, добавив эти новые пути.

— Ветви на правой стороне твоей Фундаментальной Руны развиты меньше, — предложил Лазурь. — Мы могли бы расширить их, включив паттерн Мирового Корня, используя существующие точки роста в качестве опорных локаций.

Я медленно кивнул, видя такую возможность:

— Это сохранит гармонию спирали и добавит новые функции. Но нам придется подкорректировать лиственные мотивы, чтобы справиться с возросшим потоком энергии.

— Возможно, стоит изменить их так, чтобы они напоминали вторичные корневые узоры? — Размышлял Лазурь. — Это создаст естественный переход между двумя дизайнами.

Лоза на моей шее слегка шевельнулась, словно следя за нашей дискуссией. Она вытянула побег и провела им по свитку, внося свое предложение в разговор.

— Интересно, — сказал Лазурь. — Похоже, лоза предлагает альтернативную точку соединения у основания спирали.

Я изучил место, на которое она указывала.

— Это… на самом деле может сработать лучше. Нагрузка на существующие ветви будет меньше, а энергетический путь станет более прямым. — Я взглянул на лозу. — И с каких это пор ты эксперт в теории рун?

Лоза просто свернулась в свое обычное положение, излучая нечто, подозрительно похожее на самодовольство.

— Полагаю, экспериментальные модификации старейшины Молрика могли дать ей некоторые неожиданные идеи, — прокомментировал Лазурь.

Я собирался ответить, когда со стороны старейшины Молрика донесся громкий взрыв, за которым последовал отчетливый звук чего-то загоревшегося.

— Чудесный прогресс! — Донесся сквозь дым голос старейшины. — Хотя, возможно, энтузиазма в производстве пламени было чуть больше, чем нужно…

Я отвернулся к свитку, решив, что некоторые вещи лучше оставить без расследования.

— Давай сосредоточимся на разметке этих точек интеграции, пока не взорвалось что-нибудь еще.

— Мудрое решение, Мастер, — согласился Лазурь. — Теперь, если мы изменим угол этих вторичных корней примерно на пятнадцать градусов…

Следующий час мы провели, прорабатывая детали, изредка прерываясь на звуки хаоса, сопровождавшие продолжающийся эксперимент старейшины Молрика. Лоза внесла еще несколько удивительно полезных предложений, хотя я начал подозревать, что ей просто нравится участвовать в процессе планирования.

Наконец у меня сложилось четкое видение того, как объединить узоры. Проводник Мирового Корня будет брать начало у основания спирали моей Фундаментальной Руны, его паттерны естественным образом вольются в существующую структуру, создавая новые пути для преобразования стихийной энергии.

— Думаю, мы готовы попробовать нанесение, — сказал Лазурь. — Хотя, возможно, нам стоит сначала перейти в другой конец лаборатории.

Я взглянул на старейшину Молрика, который теперь вел, судя по всему, серьезный философский спор со своим огнедышащим растением о правильном применении техник горения. Даже отсюда я чувствовал жар, исходящий от их «дискуссии».

— Хорошая мысль.

Мы перебрались на противоположный край массивной лаборатории, где под стеной с окнами стояло несколько неиспользуемых верстаков. Расстояние и многочисленные полки с оборудованием, разделявшие нас и эксперимент старейшины Молрика, обеспечивали хоть какую-то защиту от шальных огненных шаров.

Лоза одобрительно сжалась, когда я раскладывал материалы. Очевидно, она уже усвоила важный урок выживания в этой лаборатории: держаться на безопасном расстоянии от наиболее вдохновенных опытов старейшины Молрика было просто здравым смыслом.

— Ну что ж, — сказал я, беря резонансный стилус, — посмотрим, сколько попыток потребуется на этот раз.