Профилактика несчастных случаев

Проснувшись от глубокого сна, Анна обнаружила, что от боли в левом плече не осталось и следа. Потом заметила, что лежит на сиденье кареты, а напротив неё сидит демон, погружённый в медитацию. 

Она ощупала место ранения, убедилась, что боль действительно прошла, и лишь тогда поднялась.

Ротгарр открыл глаза. На лице Анны всё ещё лежала тень усталости.

Хотя она только что проснулась, сонливость всё ещё не отпускала её. Анна не удержалась, прикрыла рот ладонью и сладко зевнула; аккуратно промокнула выступившие слёзы и почувствовала, что голова слегка гудит.

Короткий сон не мог восстановить духовную силу полностью, ей всё ещё требовалась медитация.

— Спасибо, что спас меня. Я хочу найти Натали. 

Она уже потянулась к дверце, но демон поднял руку, преградив путь.

— С Натали всё в порядке, — бросил он с недовольным видом.

— Я не сомневаюсь. Но мне пора возвращаться. 

Анна посмотрела в окно: уже стемнело. Она и не подозревала, что проспала так долго — наверное, часов пять-шесть. 

Ротгарр бросил взгляд на маленький столик и холодно, почти приказным тоном, произнёс: 

— Сначала поешь, потом пойдёшь.

Проследив за его взглядом, Анна увидела на маленьком столике большое количество еды. Её желудок тут же напомнил о себе. 

«Священное исцеление» ускоряет заживление ран, однако стихия света не могла обеспечить ресурсы для восстановления клеток. В конечном счёте она забирает небольшую часть ресурсов и энергии из самого тела. Вот почему сейчас желудок Анны сводило от голода.

— Спасибо. 

Анна ополоснула руки чистой водой, вытерла их и тут же принялась хватать со стола еду и запихивать её в рот.

Опустошив примерно половину запасов, она почувствовала, что желудок наконец наполнился, и ей стало намного лучше.

Лишь теперь она взглянула на демона:

— А ты не собираешься есть?

— Я уже поел, — ответил Ротгарр.

Словно желая в чём-то убедиться, он произнёс: 

— Когда тебя схватил орёл, ты звала меня.

Отпираться было глупо, и Анна кивнула:

— Да. Ты же обещал защищать меня.

— Хорошо, что ты помнишь.

Уголки губ Ротгарра чуть дёрнулись вверх, и он добавил с нажимом: 

— Не ищи помощи у других. 

— Не буду.

Анна не стала спорить. В опасных ситуациях она предпочитала справляться своими силами, а если это было невозможно, то не видела ничего зазорного в том, чтобы обратиться к нему. Она знала, насколько он силён, и потому не испытывала ни капли вины за то, что втянет его в неприятности. 

В конце концов, именно его присутствие постоянно подстёгивало в ней чувство срочности. Если бы не это, она бы не торопилась с тренировками и не оказалась бы сейчас у Черты жизни и смерти, едва став ученицей. 

Она знала, что её время на исходе, но понятия не имела, сколько его осталось. И была готова эксплуатировать демона без малейших угрызений совести. 

Видя, что Анна легко и охотно согласилась, Ротгарр неожиданно для себя повеселел. Когда она снова заговорила, что хочет к Натали, он не стал её удерживать.

* * *

Едва увидев Анну, Натали бросилась к ней, чтобы осмотреть рану. Анна еле уговорила её успокоиться и сесть.

На ней по-прежнему была мантия демона. Анна прикоснулась к ней: ткань была такая же, но эта была инкрустирована множеством полых кристаллов. По сравнению с её собственной мантией за один золотой, защищавшей лишь от воды и масла, эта выглядела куда более дорогой и продвинутой.

Анна сняла мантию, и Натали, увидев огромную прореху на левом плече, невольно зажала рот рукой. Раны уже не было, но по размерам дыры было нетрудно догадаться, насколько серьёзным оказалось ранение.

Увидев полный ужаса и сочувствия взгляд Натали, а затем посмотрев на действительно большую дыру на левом плече, Анна поспешно начала объяснять:

— На самом деле рана была не такой большой. Это Раймонд разорвал одежду, чтобы добраться до неё и вылечить меня.

Не успела она договорить, как заметила, что выражение лица Натали изменилось. Она порозовела и отвела взгляд, бормоча:

— Н-неужели…

— …

Анна взглянула на полуобнаженную часть своей груди, пожала плечами и перестала пытаться объяснить.

К счастью, у неё был запасной комплект одежды. Выбросив безнадёжно испорченный костюм для верховой езды, она переоделась в новый.

«Надо будет зайти в тот магазин одежды, как только вернёмся в город, и купить сразу штук пять-шесть платьев».

— Натали, ты не ранена? — спросила Анна, переодеваясь.

Та немного смутилась от такой непосредственности подруги и отвела взгляд:

— Нет. Маг Леон защитил меня и проводил сюда.

Помолчав, она поникла:

— Хорошо, что с тобой ничего не случилось. Иначе я бы возненавидела себя за то, что стала такой обузой!

Анна на мгновение замерла, и рассмеялась:

— По твоей логике, я тоже только мешаю Раймонду. Бывают вещи, которые нельзя предугадать, так что не вини себя. Вот я, например, совсем не виню себя за то, что позвала Раймонда на помощь. Так что бери пример!

Натали невольно улыбнулась от притворного самодовольства подруги, и её чувство вины немного отступило.

* * *

Анна переоделась и погрузилась в медитацию, восстанавливая духовную силу.

Примерно через полчаса в дверцу кареты постучали. Снаружи послышался голос кучера:

— Леди Натали, маг Леон просит вас и мага Анну подойти — ему нужно кое-что обсудить.

Натали отозвалась и, обернувшись к подруге, увидела, что та уже открыла глаза.

Полчаса медитации почти полностью восстановили духовные силы Анны. Она взяла в руки мантию демона: благодаря защите от воды и масла кровь не оставила на ней следов. Осмотрев её, Анна убедилась, что мантия чистая и без запаха, и, прижав её к себе, решила заодно вернуть хозяину. 

Выйдя из кареты, она обнаружила кое-что неожиданное: несмотря на слова кучера, демон тоже оказался здесь. Он стоял, прислонившись к стволу дерева, Леон стоял рядом с ним. Заслышав шаги, оба обернулись.

Когда Анна подошла, Леон с беспокойством спросил:

— Ты в порядке?

— Да, всё хорошо. Спасибо, что не забыли о Натали. — Анна улыбнулась и, уловив краем глаза недовольную мину демона, быстро перешла к делу: — Вы хотели что-то обсудить?

Леон улыбнулся в ответ, но, заговорив, стал серьёзнее:

— Возле Черты жизни и смерти что-то неладно. Трёхголовые демонические орлы по силе равны как минимум магу третьей звезды, они не должны появляться так близко к границе. Анна, ты не заметила ничего странного в поведении того зверя?

Анна бросила взгляд на демона, догадавшись, что он не рассказал Леону о произошедшем. Она изложила всё сама:

— Меня утащили на вершину скалы. Там было семь трёхголовых орлов. Один, по всей видимости, был вожаком — остальные подчинялись ему. И, кажется, он понимал человеческую речь.

Леон кивнул:

— По оценкам, интеллект трёхголового орла примерно соответствует ребёнку четырёх-пяти лет. Он вполне способен понимать речь.

— Когда Раймонд пришёл меня спасать, я как раз столкнулась с ним, — продолжила Анна. — Потом они просто все разом улетели, и я не знаю почему.

Трёхголовые орлы обычно не появляются вблизи Черты жизни и смерти, а тут — сразу семь. Это действительно вызывало тревогу.

Черта жизни и смерти всегда была границей двух миров: за ней магические звери пожирали друг друга, а по эту сторону люди жили в относительном покое. Звери почти никогда не переходили Черту, а с единичными нарушителями маги справлялись без труда.

Но что будет, если равновесие, державшееся сотни, а то и тысячи лет, будет нарушено?

Если несметные полчища магических зверей ринутся за Черту, это обернётся гибелью всего континента.

Анна уже не была тем неопытным новичком, какой оказалась в первые дни после попадания в этот мир. Как только Леон намекнул на возможные перемены внутри Черты, она сразу поняла всю серьёзность положения.

— Когда я приходил в прошлый раз, там уже наблюдались волнения, — сказал Леон. — Поэтому завтра я намерен вместе с Раймондом углубиться за Черту и разведать обстановку. Вы с Натали возвращайтесь пока в город.

Анна возразила не раздумывая:

— Я не согласна.

Леон явно не ожидал, что Анна выразит несогласие. Он слегка растерялся:

— Почему?

«Да потому что ты рискуешь своей жизнью!»

Вслух, разумеется, такое говорить было нельзя. Анна взглянула на демона — тот тоже испытующе смотрел на неё.

— Даже если вы пойдёте вдвоём, это очень опасно, — сказала Анна, и её слова звучали убедительно. — Обстановка внутри Черты неизвестна. Там появилось сразу семь демонических орлов! Мы с Раймондом сегодня чудом избежали смерти. Я до сих пор не понимаю, почему они нас отпустили. Если вы снова с ними столкнётесь — второй раз может не повезти.

— Ты можешь недооценивать Леона, но меня — не смей, — холодно произнёс Ротгарр.

— Дело не в том, кто кого недооценивает, дело в реальности! — настаивала Анна. — Вы понятия не имеете, что там происходит. Лезть туда вслепую, чтобы нарваться на что-нибудь непредвиденное? Я категорически против.

Она снова посмотрела на Леона. Демон пусть идёт куда хочет, но Леон — нет. Если он пойдёт туда, ему будут угрожать не только магические звери, но и удар в спину от демона.

Немного помолчав, Леон произнёс:

— Если мы не разберёмся, что там происходит, то окажемся в невыгодном положении.

— Можно сначала вернуться и доложить Гильдии — пусть она примет решение. Это не только наше дело, это вопрос безопасности всего континента, — сказала Анна. — Сейчас не время действовать опрометчиво.

Леон выслушал её и задумался. Что ни говори, в её словах был смысл.

— Трус! — холодно усмехнулся Ротгарр. — Насколько там вообще может быть опасно?

«Этот демон определённо что-то замышляет, — подумала Анна. — Иначе зачем ему задирать Леона? Хочет заманить его, а там использовать магических зверей, чтобы с ним разделаться, а самому остаться ни при чём?»

— Тогда иди сам, — сказала Анна, глядя на демона.

Ротгарр переменился в лице. Он воззрился на неё с едва сдерживаемой яростью.

Хотя идею разведки предложил Леон, Ротгарр немедленно согласился и не без умысла.

Его всё сильнее раздражало, что этот парень притягивает внимание Анны. Так что если этот поход обернётся «несчастным случаем», Ротгарр был бы совсем не прочь подтолкнуть события в нужную сторону.

Но Анна, похоже, разгадала его намерение и теперь пыталась помешать.

— Уж не мечтаешь ли ты, чтобы я там сдох? — холодно усмехнулся Ротгарр. — Тогда ты сможешь быть с другим мужчиной?

«Было бы неплохо, но я тебе об этом не скажу!»

— Что за глупости ты говоришь? — Анна уставилась на него. — Я же сказала: никому из вас не надо туда ходить. Когда Гильдия соберёт достаточно сильный разведывательный отряд, если вы захотите присоединиться — я буду только за. Но я против, чтобы сейчас вы шли туда вдвоём.

Помолчав, она добавила:

— Если только вы не возьмёте меня с собой.

Даже для него и Раймонда, магов второй звезды, эта разведка представляла определённую опасность; о том, чтобы брать с собой Анну, не могло быть и речи.

Он почти окончательно отказался от мысли немедленно отправиться на разведку.

— Жить надоело? — презрительно усмехнулся Ротгарр.

— Как бы то ни было: если вы пойдёте, то я иду с вами. Это не обсуждается, — твёрдо сказала Анна, пропустив насмешку мимо ушей.

Леон тихо вздохнул и кивнул:

— Анна права. Нам следует сначала вернуться и доложить Гильдии.

Видя, как легко Леон поддался на её уговоры, Ротгарр помрачнел.

Если Леон не пойдёт в разведку — Ротгарр тоже не идёт. Зачем оставлять Анну наедине с Леоном? По правде говоря, ему не было никакого дела до того, что происходит за Чертой. Если мир людей рухнет, ему от этого ни горячо, ни холодно.

Ротгарр внезапно поднялся:

— Если уж возвращаться, то во второй половине ночи. 

Он направился к своей карете, сделал пару шагов и обернулся:

— Анна, иди за мной.

Не дожидаясь ответа, он ушёл.

Анна устало вздохнула. Демон и вправду воспринял Леона как соперника — всё это попахивало демонстрацией прав собственности. К сожалению, открыто перечить ему она не могла, иначе подвергла бы Леона опасности.

Поскольку она только что спорила с демоном, теперь, следуя принципу кнута и пряника, следовало немного смягчить ситуацию. Анна не решилась даже взглянуть на выражение лица Леона и поспешила следом.

— Анна, — Леон окликнул её.

Она остановилась, обернулась и приподняла свёрток в руке:

— Я хотела вернуть ему мантию.

* * *

Анна шла за демоном к его карете, намереваясь лишь вернуть ему мантию и сказать несколько слов, чтобы успокоить. Но он быстро влез внутрь, а потом обернулся, схватил её за руку и втащил следом, с грохотом захлопнув дверцу.

Анна, случайно повалившись на сиденье, потеряла дар речи.

«Что происходит?!»

Она выпрямилась и положила свёрток рядом:

— Вот твоя мантия. Спасибо, что одолжил.

Услышав это, Ротгарр невольно перевёл взгляд на её левое плечо, но на Анне уже был новый костюм, и смотреть было не на что.

Он резко отвёл глаза и, вспомнив разговор при Леоне, невольно спросил:

— Что ты имела в виду, когда сказала «иди сам»? Ты хочешь, чтобы я там погиб, и ты могла быть с другим мужчиной?

Анна мысленно закатила глаза. Этот демон напрочь игнорировал здравый смысл. 

Кто настаивал на том, чтобы идти? А кто потом мягко его отговаривал? Умения добиваться расположения девушки — ни на грош, зато искажать смысл слов он настоящий мастер! 

Убежать, хлопнув дверью, Анна не могла. В конце концов, этот мужчина за ней вовсе не ухаживает. Какое у неё право на капризы и истерики?

— Ты сам хотел идти. Я не могла тебя остановить, вот и сказала так, — возразила она. — Теперь, когда ты передумал, я очень этому рада.

Очень рада…

Раздражение, тлевшее в груди у Ротгарра, внезапно рассеялось. Он приподнял бровь:

— Ты за меня беспокоилась?

«Нет. Я беспокоилась о Леоне и о теле Раймонда».

— Конечно! — решительно ответила Анна. — Сегодня мы спаслись от тех орлов только благодаря удаче. Кто знает, на что можно наткнуться, если зайти дальше? Разумеется, я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

Приятное ощущение удовольствия разлилось в груди Ротгарра. Он чувствовал, как Анна всё больше заботится о нём.

Он машинально потянулся рукой, но, не коснувшись её, как ни в чём не бывало убрал руку и кивнул на мантию:

— Твоя мантия ведь порвана? Возьми мою.

Анна покачала головой.

— Не нужно. Я, наверное, ещё долго не буду сюда возвращаться — такая защитная мантия мне просто ни к чему.

Она заметила, как улучшилось настроение демона после её слов. Анна мысленно выдохнула с облегчением. И правда, немного беспокойства и уговоров оказалось достаточно. Ему нужна именно такая обратная связь: ощущение, что она постепенно «влюбляется».

Закончив успокаивать демона, Анна открыла дверь кареты, чтобы выйти, затем обернулась и улыбнулась:

— Мы отправляемся во второй половине ночи? Тогда мне надо идти спать. И ты тоже отдыхай!

Дверца за ней закрылась. Ротгарр несколько секунд молча сидел и вдруг внезапно наклонился, чтобы подобрать мантию с сиденья напротив.

Она была сделана из особой ткани, и у Анны не было яркого запаха, поэтому даже после нескольких часов ношения на мантии не осталось ни следа её аромата.

Но эта часть на левом плече, которая так плотно прилегала к её коже... которая даже...

Осознав, о чём думает, и обнаружив, что его пальцы нежно поглаживают уголок ткани, Ротгарр помрачнел и резким движением швырнул мантию прочь.

Он холодно усмехнулся: уже скоро слабое тело Раймонда перестанет на него влиять.

* * *

На ночь городские ворота закрывались, так что возвращаться немедленно не было смысла. Поэтому в первой половине ночи маленький отряд отдыхал, а ближе к рассвету тронулся в путь.

Анна успела выспаться за день и посвятила это время медитации, ощущая, как духовная сила стремительно растёт.

Она давно заметила, что духовная сила подобна росту мышц. От нагрузки мышцы надрываются и снова нарастают, становясь таким образом сильнее; духовная сила, истощённая до предела, после медитации восстанавливается и тоже прибывает.

Анна вспомнила: и отрабатывая заклинания в комнате для медитации, и занимаясь в лаборатории зельеварения, она неизменно работала до полного истощения, потом медитировала, восстанавливалась — и снова тратила все силы. Так продолжалось уже много дней подряд. Вот, наверное, почему её духовная сила растёт так быстро.

Но ведь никто ей не объяснял, что духовная сила после истощения и восстановления становится мощнее?

Видя, что Натали тоже медитирует, Анна дождалась паузы и поделилась наблюдением.

Натали подумала и сказала:

— У меня особого ощущения нет. Каждый раз после восстановления духовная сила примерно такая же, как раньше. Хотя... за последний месяц, кажется, растёт чуть быстрее прежнего.

В словах Натали было много неуверенности, но Анна задумалась.

Может быть, дело в природных способностях? У неё самой способности сильные — поэтому прирост заметнее. Натали же с её более скромными способностями тоже получает прирост — но разница невелика, почти не ощущается. Зато со временем маленькие приросты накапливаются, и тогда даже Натали может почувствовать разницу.

Набросав для себя первоначальную теорию, Анна не стала думать об этом дальше.

Эту закономерность было легко обнаружить; талантливых магов немало, она лишь заново пришла к уже известному наблюдению.

Анна продолжала медитировать до самого въезда в город.

* * *

Небо едва начинало светлеть. Городские ворота только открылись, и три кареты, ожидавшие снаружи, въехали внутрь.

Группа сразу направилась в Гильдию магов, чтоб сразу доложить о своём открытии. Дело такого масштаба требовало внимания главы Гильдии.

Главой Гильдии магов Чёрного Облака была Белла Брейсен, маг четвёртой звезды. Анна лишь однажды видела её издали и никогда прежде не разговаривала с ней. Глава была занята серьёзными делами и редко появлялась в общих помещениях, но сегодня им повезло: едва четверо вошли в административный зал, как из глубины навстречу им вышла она — по всей видимости, только завершившая ночные эксперименты.

— Глава Белла, у нас важное дело! — Леон поспешил её остановить.

Из четырёх человек Анна и Натали были ещё только ученицами; Ротгарр говорить не желал, так что докладывать пришлось Леону.

Белле Брейсен было пятьдесят два года, но маги стареют медленнее обычных людей, так что выглядела она лет на сорок. Длинные каштановые волосы были собраны на затылке, открывая широкий лоб и густые брови. Прямая спина и приталенная мантия мага подчёркивали высокий рост. Тёмные глаза с фиолетовым отливом излучали властность. 

Узнав Леона, обычно серьёзное лицо Беллы смягчилось лёгкой улыбкой.

— Что случилось?

Потом она перевела взгляд на «Раймонда» и двух незнакомых учениц — запылённых, явно только что с дороги. Белла немного удивилась, что Леон и Раймонд, обычно державшиеся порознь, были вместе, но задавать вопросов не стала.

— Пройдёмте сюда. 

Леон отвёл Беллу в угол зала и тихо изложил всё, что произошло.

Белла слушала, и её лицо становилось серьёзнее. Происшествие на Черте жизни и смерти не было рядовым. Она велела Леону пока не распространяться и быстро ушла.

Леон вернулся к ожидавшим его спутникам:

— Глава Белла в курсе. Она займётся этим. Нам пока остаётся лишь ждать и не рассказывать об этом посторонним.

Анна кивнула. Необъяснимые явления легко могли вызвать панику, поэтому лучше держать язык за зубами.

«Интересно, — мельком подумала она, — заметила ли Белла что-нибудь странное в Раймонде?» 

Когда глава Гильдии смотрела на него, Ротгарр и бровью не повёл. Анна давно знала, что маг четвёртой звезды для него не угроза. И всё же, может, молодой Уилисс просто слишком неопытен? Может, опытная Белла разглядит демона, занявшего чужое тело?

Разумеется, не разглядела. Ну и ладно, особых надежд она не питала.

Понимая, что помочь с разведкой она всё равно не может, Анна отбросила мысли о Черте жизни и смерти. Сначала она зашла в хозяйственный отдел и купила новую мантию, потом обсудила с Натали план тренировочных боёв.

Арена в тренировочном зале была дороговата. Посовещавшись, они решили поехать к Натали домой — места там вполне хватит, а две ученицы не могли наделать много шума.

К общему удивлению, Ротгарр, которого до этого игнорировали, после их разговора неожиданно сказал:

— У меня дома есть арена для магических поединков.

Анна посмотрела на демона и обнаружила, что он пристально смотрит на неё. Намёк был очевиден: он хочет, чтобы она сама предложила тренироваться у него.

Но ей не очень хотелось... При встрече с семьёй Раймонда она будет чувствовать себя неловко — в конце концов, именно из-за неё тело Раймонда было осквернено демоном.

Прежде чем она успела отказаться, Леон, который почему-то не уходил, вдруг заговорил:

— На севере города есть место, очень подходящее для магических поединков. Я могу отвести вас туда.

Ротгарр, которого вот-вот могли переиграть, холодно взглянул на Леона и с сожалением подумал, что напрасно не воспользовался суматохой на Черте, чтобы убить его.

Он снова метнул на Анну испепеляющий взгляд, смысл которого был очевиден: только попробуй согласиться.

— …

«Я что, дура? Согласиться — значит умереть!»