Соблюдай дистанцию

Анна прекрасно знала, что демону нужна её душа, а не тело, и была уверена, что ему не нравится прикасаться к ней. Но теперь, кажется, с тех самых пор, как она предложила «узнать друг друга поближе», он стал не так резко относиться к физическим контактам — и, возможно, даже начал проявлять к этому некоторый интерес.

«Неужели он неправильно меня понял? Узнавать друг друга — значит понять характер, привычки, взгляды на жизнь. О теле разговора не было!»

Анна торопливо перехватила руку демона и оттолкнула его. Он не стал упираться, и спокойно позволил ей отстраниться.

Разбираться с проблемой личных границ сейчас было не очень уместно. Анна подошла к Докинсу, который разыгрывал смущение у лабораторного стола, и спокойно произнесла:

— Маг Докинс, что случилось с вашим зельем? Совет мага Раймонда не помог?

Докинс раздвинул пальцы, которыми прикрывал глаза, и, увидев Анну прямо перед собой, торопливо опустил руку. Некоторое время его многозначительный взгляд метался между ней и «магом Раймондом», затем он кашлянул и принял серьёзный вид:

— Всё отлично! Нет, даже лучше — всё замечательно! Знаешь, бывает такое чувство: даже если результат вышел никудышным, ты понимаешь, что всё сделал правильно. Вот именно это я сейчас и ощущаю! Ещё немного практики — и я обязательно добьюсь успеха! 

Докинс развернулся и с усилием открыл взрывозащитный контейнер. Внутри царил полный разгром: добрая половина магических контуров вышла из строя; придётся идти в канцелярию за новым.

— Один такой котёл стоит десять золотых, — сокрушённо пробормотал он. — Деньги утекают как вода… 

Старый маг вздохнул и поспешно обернулся к Анне: 

— Но ты не беспокойся, я буду платить вовремя!

Два года работы над новым зельем дали Докинсу полное понимание одного факта: экстракт из глицинии, который делает Анна, заметно повышает его шансы на успех. А впереди ещё тонкая настройка рецептуры по советам Раймонда, и неизвестно, сколько ещё котлов взлетит на воздух и сколько порций экстракта потребуется. Значит, Анну надо держать поближе.

Он достал из кармана пять золотых монет и насильно вложил их в её ладонь:

— Это аванс! Сначала выполни все мои заказы, а уж потом берись за другие задания!

Анна уже получила от Докинса пять золотых, и ещё не успела их отработать — из ста заказанных экстрактов она сделала только сорок пять порций. И теперь, получив заказ на вторую сотню экстрактов, она чувствовала себя немного подавленно.

— Маг Докинс, я ещё не отработала прошлый аванс. Я не могу принять новый.

— Нет, оставь деньги себе. — Докинс, разумеется, и не думал отступать. — Послушай, я очень спешу. Не могла бы ты сделать пятьдесят порций за три дня?

Если с утра заниматься в библиотеке, а после обеда делать экстракты — это было бы утомительно, но вполне реально. Видя, как Докинс горит желанием как можно скорее проверить усовершенствованный рецепт, Анна кивнула:

— Хорошо, постараюсь. Готовые экстракты я буду оставлять в канцелярии, можете забрать их там, когда потребуется.

— Отлично, договорились! — просиял Докинс. Если бы не Раймонд, наблюдавший за ним, он, возможно, обнял бы Анну в порыве чувств. 

Какая удача встретить её! И экстракт делает превосходный, и привела с собой помощника, который разом решил проблему, мучившую его два года!

Лабораторию теперь ждал осмотр и приведение в порядок, а сам Докинс согласно технике безопасности не мог продолжать эксперименты — так что наблюдение за экспериментом на этом завершилось.

Анна покинула лабораторию вместе с демоном. Время было раннее, и она намеревалась вернуться в библиотеку, чтобы ещё немного почитать.

За порогом лаборатории Анна замолчала. Ротгарр чувствовал, что она хочет что-то сказать, но по какой-то причине сдерживается. 

Он схватил её запястье и, когда она остановилась, посмотрел ей в глаза:

— Что ты хочешь мне сказать?

Анна покосилась на его руку.

«Мне точно не кажется. Сейчас не было никакой необходимости меня трогать…»

Она решила, что нельзя поощрять подобное поведение. Ей предстоит ещё долго водить его за нос, и если сейчас позволить ему объятия, то до поцелуев и постели будет рукой подать!

Её пределом были поцелуи, и то с натяжкой. Всё, что выходило за эти рамки, было совершенно неприемлемо.

Боясь, что демон не поймёт или истолкует её слова превратно, Анна подняла руку и указала на его пальцы у своего запястья:

— По-моему, это неуместно. Как и то, что произошло в лаборатории. Мы с тобой друзья, и я думаю, нам следует соблюдать дистанцию. То, как ты меня обнял, заставило меня почувствовать себя очень некомфортно.

Неуместно? Некомфортно?

Лицо Ротгарра мгновенно потемнело. Он разжал руку и холодно усмехнулся:

— А кто вчера вечером сам бросился ко мне в объятия?

В этот момент мимо проходили несколько человек. Услышав, что Ротгарр не удосужился понизить голос, и в его речи мелькнули двусмысленные слова, они с любопытством обернулись. Узнав, что «герой сплетен» — знаменитый Раймонд, они тут же замедлили шаг, явно желая услышать побольше. 

Анна слегка покраснела. Что ж, с его точки зрения, она действительно была лицемеркой.

Заметив любопытные взгляды окружающих, она не захотела радовать их увлекательным зрелищем:

— Давай отойдём.

Сказав это, она повернулась и пошла прочь.

Ротгарр две секунды смотрел ей в спину, а затем последовал за ней с недовольным выражением лица.

Прохожие не решились идти следом и с сожалением разошлись.

В укромном месте Анна остановилась и повернулась к нему. Лицо у демона, разумеется, было далеко не приветливым.

Анна понимала, что отчасти была неправа. Да, она не имела в виду ничего такого, но именно её поведение дало ему повод, и теперь эту ошибку нужно исправить.

— Вчера на банкете я сделала это специально, чтобы позлить Магнолию. Признаю, я действительно немного погорячилась, — сказала она прямо и без увиливаний. — Прости, что ввела тебя в заблуждение. Больше такого не повторится.

Ротгарр слушал, не меняя выражения лица.

«Ввела в заблуждение». Значит, та ревность была лишь притворством, и он до сих пор не добился никакого прогресса?

Он почувствовал себя одураченным. Возможно, она водила его за нос с самого начала, что, разумеется, было в её духе.

Гнев захлестнул его, но он сумел подавить его.

Он вдруг понял, что только что позволил телесному импульсу управлять собой и, подчиняясь инстинктам этого хрупкого человеческого тела, даже испытывал удовольствие от прикосновений к ней. 

Его лицо помрачнело ещё больше; он не мог позволить этому продолжаться.

Наблюдая, как настроение демона портится на глазах, Анна уже приготовилась сказать что-нибудь умиротворяющее, как вдруг он с угрюмым лицом произнёс:

— Хорошо.

Анна опешила. Вот так, без боя?

Затем она увидела, как он разворачивается и уходит в сторону комнат для медитации.

Анна замерла на месте немного растерянная.

Она думала, что переговоры с демоном будут долгими и сложными, но он неожиданно быстро согласился — и, кажется, даже пошёл ей навстречу. 

«Ради моей души он и правда готов на всё».

В ближайшие несколько дней ей предстоит заниматься приготовлением экстрактов, поэтому нужно использовать каждую свободную минуту для чтения. По плану, в следующем месяце они с Натали будут использовать лишь короткие промежутки времени для повторения теории, а всё остальное время посвятят практике.

* * *

Ротгарр занял первую попавшуюся комнату для медитации, сел, скрестив ноги, и погрузился в медитацию.

Что для людей, что для демонов, медитация — лучший способ быстро успокоиться.

Когда он закончил, состояние духовной силы тела ощутимо улучшилось; до полного восстановления оставалось не больше двух дней.

Что касается вопроса, который мучил его до медитации, теперь у него был определённый ответ.

Анна говорит, что в тот момент сознательно хотела позлить Магнолию. Но зачем ей вообще было это нужно — и откуда взялось такое желание? Это лишь подтверждало одно — как бы она ни отрицала это, он уже давно занял место в её сердце.

Что касается его, он должен продолжать добиваться любви Анны в облике Раймонда, и, несмотря на влияние этого человеческого тела, он пока не может покинуть его. Но он действительно не должен был позволять себе заходить так далеко, и даже должен поблагодарить Анну за то, что она вовремя подняла этот вопрос.

Он — Великий Лорд Бездны. Подавить ничтожное влияние человеческого тела для него — сущий пустяк. 

* * *

Вернувшись в библиотеку, Анна провела за книгами около часа, прежде чем наступило время обеда. Они с Натали отправились в столовую вместе. 

Натали с восторгом рассказала Анне о подарках, которые получила накануне и даже тайно спрятала некоторые из них в свой маленький тайник.

— Когда я получу баронетство, придётся съехать из дома. Нужно успеть накопить денег.

С тех пор как она начала заниматься с Анной, уверенность Натали в том, что она сдаст экзамен, только крепла. Анна считала это хорошим знаком.

— Верно, — улыбнулась она. — Как только ты станешь магом первой звезды, стоит подумать о стабильном доходе. Финансовая независимость — основа личной независимости.

Натали с пониманием закивала. Она примерно поняла, что имела в виду Анна: одного титула недостаточно, нужны ещё и деньги, иначе он бесполезен — годового жалования от лорда-градоначальника может просто не хватить.

После обеда каждая отправилась по своим делам: Натали — в комнату для медитации, тренировать духовную силу и закладывать основу для будущего зельеварения; Анна — в лабораторию, делать экстракты из глицинии. Раз уж взяла деньги — надо отработать.

Ей досталась самая обычная лаборатория, без взрывозащитного котла — при приготовлении экстракта он и ни к чему. За этот день, с одним небольшим перерывом, Анна сделала двадцать две порции — на две больше, чем в прошлый раз, и примерно за то же время. Бесконечные повторения давали плоды: расход духовной силы снизился, а скорость немного увеличилась.

Убедившись, что все двадцать две порции в порядке, она сдала их в канцелярию и сообщила сотруднику, что маг Докинс может забирать их в любое время.

Вечером, придя домой, Анна наконец обнаружила, что Эйп не просто лениво валяется на коврике для медитации, а действительно медитирует. Она немного обрадовалась.

«Наконец-то он взялся за ум. Быстрее восстановится — быстрее уйдёт».

* * *

На следующий день в библиотеке она встретила демона. Увидев, что он выглядит спокойным, Анна почувствовала облегчение.

Услышал он её или нет — не имело значения. Раз он не устроил скандал, значит, это уже победа.

В течение следующих нескольких дней по утрам Анна занималась, а после обеда готовила экстракты. Неделя интенсивной работы с глицинией принесла неожиданный бонус: тонкое управление духовной силой у Анны заметно выросло. Теперь ей не требовалось постоянно удерживать концентрацию во время процесса — достаточно было начать, а дальше она могла позволить себе отвлечься. Называть её экспертом по экстрактам больше не было преувеличением.

Всю эту неделю Докинс сосредоточенно работал над улучшением рецепта нового зелья. Оценив его действие, он заранее назвал его «Ария Света». «Вздох Света» — всего лишь вздох, а у него — целая ария, и уже по названию была очевидна разница в уровне эффективности.

Из-за необходимости тонкой настройки рецепта Докинс расходовал сырьё довольно медленно, поэтому, получая каждые два дня по пятьдесят порций экстракта, он был более чем доволен. Когда наконец «Ария Света» перестала взрываться, он в тот же день нашёл в канцелярии записку от Анны: все сто порций готовы, нужно ли ещё?

Докинс изменился в лице. Он так увлёкся зельем, что совсем забыл о ней. Испугавшись, что Анна исчезнет, он кинулся к Триссе. Узнав, что по утрам Анна работает в библиотеке, он помчался туда, сжимая в руках горсть золотых.

Анна уже накопила пять золотых, необходимых для экзамена на повышение ранга, и больше не испытывала острой нужды в деньгах. Но когда Докинс, солидный мужчина в возрасте, стоял перед ней с монетами в руках и смотрел на неё глазами брошенного щенка, она лишь вздохнула, взяла десять золотых и сказала: 

— Маг Докинс, я сейчас готовлюсь к экзамену на звание мага первой звезды. У меня не так много свободного времени для приготовления экстрактов.

Докинс мысленно вздохнул и понимающе кивнул. Затем он услышал:

— Я могу гарантировать только восемьдесят порций в неделю.

Мрачное настроение Докинса мгновенно рассеялось. Он думал, что речь идёт о двадцати, максимум о тридцати экстрактах. Но восемьдесят — это больше, чем он способен был изготовить сам; он едва не прослезился от радости.

Что касается экзамена, Докинс, успевший в полной мере оценить талант Анны, ничуть не удивился. Он даже подозревал, что скоро ей предстоит сдавать экзамен и на вторую звезду, а значит, времени у него остаётся всё меньше!

— Превосходно, этого достаточно! — Докинс крепко сжал её руку обеими ладонями. — Анна, ты моя благодетельница!

Восторг от близкого завершения «Арии Света» кружил ему голову, пока боковым зрением он не заметил Раймонда, стоявшего поодаль. Тот смотрел на него взглядом, от которого кровь стыла в жилах. Докинс вздрогнул и немедленно отпустил руку Анны. 

Не все маги второй звезды одинаковы. Вторая звезда — его предел, и он это знает; а маг Раймонд метит на четвёртую. Кроме того, у мага Раймонда ужасный характер — он приходит в ярость от малейшей провокации. Его старые кости годятся разве что для варки зелий — куда ему тягаться с таким талантливым молодым человеком?

Пора уносить ноги!

Наспех попрощавшись, Докинс ретировался.

По реакции Докинса Анна поняла, что произошло. Убрав монеты в карман, она развернулась и пошла к демону, стоявшему у входа в библиотеку.

После того разговора он больше ни разу намеренно не прикасался к ней, и это было приятно.

Однако, стоило Анне подойти к демону, как тут же раздался его холодный голос:

— Значит, мне нельзя к тебе прикасаться, а Докинсу можно?

Анна опешила. Он сейчас серьёзно?..

Как раз в этот момент из библиотеки вышли двое магов и резко обернулись на голос «Раймонда». Гильдия магов была небольшой, и даже если маги не были знакомы, они всё равно слышали друг о друге. 

Предыдущие слова Ротгарра уже обросли подробностями и превратились в пикантную историю. Его сегодняшние слова только подольют масла в огонь: маг Докинс за сорок и маг Раймонд, которому ещё нет и двадцати, не поделили ученицу. И Раймонд проиграл!

По взглядам прохожих Анна поняла, что её репутация вот-вот рухнет.

Хотя демон был прав, из его уст это звучало весьма двусмысленно. Она всерьёз подозревала, что он специально портит ей репутацию, чтобы у неё не осталось вариантов, кроме него.

Перед лицом таких обвинений Анне оставалось лишь оправдываться: 

— Это произошло слишком внезапно, и я не успела отреагировать.

— Значит, если не успела среагировать — трогать можно? — ухмыльнулся Ротгарр.

— …Не передёргивай мои слова! — не выдержала Анна.

Она устало вздохнула: почему у неё ощущение, будто она пытается угодить капризной и вредной подруге…

Ротгарр фыркнул, повернулся и пошёл прочь.

Анна не стала его догонять. Мелкая стычка — не повод переворачивать стол; пусть идёт.

* * *

После обеда Анна и Натали отправились в лабораторию вместе.

С сегодняшнего дня начиналась интенсивная подготовка к экзамену по зельеварению. Параллельно Анна продолжала делать экстракт для Докинса.

Натали уже сбилась со счёта, сколько раз она бывала в лаборатории за эти годы, но никогда ещё она не была так взволнована.

Раньше, готовясь к экзаменам, она металась от одного к другому без всякой системы. На этот раз всё было иначе: сначала долгая тренировка тонкого управления духовной силой, и только потом практика в лаборатории.

Зельеварение невозможно без точного контроля над духовной силой, и Натали чувствовала, что в этот раз всё будет по-другому.

Экзамен на звание мага первой звезды предполагал знание около двадцати различных зелий. Все они были очень простыми, пригодными даже для обычных людей. Но, учитывая стоимость многократных тренировок, Анна понимала, что победить за счёт количества попыток им не удастся.

Анна прикинула, что отработка всех видов зелий по одному разу обойдется примерно в один золотой. Ей обязательно нужно было приготовить каждое из них хотя бы по одному разу. Если уложиться со всеми зельями в три дня, то за месяц будет набегать десять золотых. Если для Натали это не было проблемой, то Анна не могла позволить себе такие траты.

После получения звания мага первой звезды расходы на обучение значительно возрастут, и годовое жалование баронета бесследно растворится в этих тратах. 

Поэтому Анна могла полагаться только на практику. Она планировала осваивать по одному зелью за раз, а затем тщательно повторить материал перед экзаменом, приготовив все зелья по очереди.

Услышав про такой план, Натали пришла в тихий ужас. Она всегда полагалась на догадки, какие зелья будут на экзамене, и учила только их. Из двадцати с лишним зелий некоторые она вообще никогда не делала, например, зелье для роста волос, которое необходимо пить целый месяц.

Анна составила список всех зелий, и они принялись за работу — каждая за своим столом. Не прошло и четверти часа, как Анна закончила первое зелье — снотворное. Натали же стояла вся в испарине и всё ещё сражалась с ингредиентами.

Воспользовавшись паузой, Анна занялась экстрактом из глицинии. Теперь ей хватало получаса, чтобы одновременно готовить две порции — это был её предел, быстрее не выходило.

Полчаса спустя Анна вытерла лоб. Натали уже шла к третьей попытке — первые две не удались.

Они купили ингредиенты по отдельности: Анна — одну порцию, Натали — сразу десять. И судя по всему, это было оправдано.

Анна не стала начинать новый экстракт, встала рядом с подругой и молча наблюдала. Когда и третья попытка провалилась, она сказала:

— Стихия воды подключилась чуть раньше, чем нужно. Попробуй подождать ещё минуту — и держи дольше, где-то полторы минуты.

Натали кивала, записывая в блокнот, и, несмотря на три неудачи, улыбнулась:

— Анна, тренировка в комнате для медитации и правда работает! Раньше, когда я работала со стихией воды, мне казалось, что она живёт своей жизнью — я не могла понять, где начинается и заканчивается процесс. Теперь же я чувствую, что стихия полностью под моим контролем!

Она сжала кулачок, глаза у неё блестели — Натали сияла от собственного прогресса.

— Это значит, что ты на верном пути, — сказала Анна. — Продолжай практиковаться, практика ведёт к совершенству!

Весь остаток дня они провели в лаборатории.

За счёт своего таланта и опыта Анна успела приготовить четыре вида зелий, сделать десять порций экстракта — и заодно помочь Натали с несколькими трудными моментами. К семи вечера обе выбились из сил и не могли больше ничего приготовить. Зато появился и повод для радости: Натали, почти исчерпав запас ингредиентов, приготовила своё первое в жизни снотворное зелье.

— Отец в последние дни плохо спит, так что оно как раз кстати, — устало улыбнулась Натали, говоря об отце без малейшей обиды в голосе.

Анна не удержалась и потрепала её по голове, отдав ей своё снотворное зелье.

Если бы отец Анны захотел выдать её замуж против её воли, она бы, вероятно, затаила обиду и даже поссорилась с ним. Но Натали не такая — она изо всех сил пытается выжить в рамках, установленных отцом, и в ней нет ни капли ненависти.

Даже если Анна не разделяла её взглядов, она уважала их и делала всё возможное, чтобы помочь подруге.

* * *

Выходя из лаборатории, они обнаружили, что их кто-то ждёт. Вернее — ждёт Анну.

Ротгарр взглянул на Натали, и та мгновенно всё поняла:

— Ну, я пойду! Увидимся завтра, Анна!

Затем она быстро испарилась.

Анна, вспомнив недавнюю размолвку, подошла к нему с улыбкой:

— Ты меня ждал?

— Я восстановился, — сказал Ротгарр.

— Что? — Анна выглядела озадаченной, а затем вдруг поняла. — Твоя духовная сила полностью восстановилась?

Он холодно кивнул и посмотрел на неё, словно ожидая, что она заговорит первой.

Анна знала, чего он хочет услышать… Но можно ли сослаться на то, что планы изменились? Она сама сказала, что как только он восстановится, они отправятся к Черте жизни и смерти. Но сейчас у неё появился стабильный заработок, а впереди — интенсивная подготовка к экзамену. Рисковать совсем не хотелось.

Она уже собралась деликатно предложить иной способ «сближения», как вдруг заметила вдалеке знакомое лицо. Чуть вздрогнув, она приблизилась к демону, указала на приближающуюся фигуру и прошептала:

— Мне кажется или это Хансен Йорк?

Ротгарр посмотрел в ту сторону, и его глаза вспыхнули жаждой убийства. Он уже почти шагнул вперёд, но Анна удержала его за рукав.

Он обернулся с ледяным взглядом.

— Хочешь меня остановить?

— Нет, — покачала головой Анна. — Если бы я хотела тебя остановить, то ничего бы не показывала. Я просто считаю, что нельзя оставлять зацепки. 

Она лукаво улыбнулась:

— Разве не лучше хорошенько его проучить, чтобы он понял, кто его побил, но не смог ничего доказать? 

Ротгарр смотрел на её улыбку, и что-то внутри него шевельнулось. Он с трудом подавил желание прикоснуться к ней, и на его лице заиграла злобная улыбка:

— Хорошо.