Показалось или?..

Судя по тому, что Анна успела узнать о демоне, она понимала: обнаружив в её комнате мужчину — пусть и мальчишку, которого она лично мужчиной не считала, — он бы пришёл в ярость.

В конце концов, она сама сказала ему, что хочет начать с дружбы и предложила сперва узнать друг друга получше. Тем самым она дала ему понять, что у него есть шанс. А небольшие знаки расположения, которые она давала ему в последнее время, могли убедить его, что шанс этот весьма велик.

И вот, в разгар надежд, он вдруг обнаруживает, что она тайно прячет у себя дома «мужчину»... Разве он не подумает, что всё, что она говорила раньше, было ложью?

Убить её или убить Эйпа — или обоих сразу — зависит от того, насколько ценной для него окажется её душа…

Разумеется, Анна не собиралась сидеть сложа руки. Она украдкой взглянула на демона: он смотрел в сторону чердака, явно расслышав шум, который поднял Эйп. Надежда на то, что он ничего не заметил, рассеялась без следа.

Впрочем, выражение его лица сейчас не было гневным — только настороженным, с лёгким оттенком недоумения.

Кстати, раньше он, кажется, не следил за ней до самого дома — иначе бы уже давно обнаружил Эйпа. Значит, адрес он узнал, скорее всего, из анкеты, которую она заполняла при вступлении в Гильдию, — наверняка видел её, вселившись в кого-то из сотрудников.

Она прекрасно помнила, что в анкете указала только адрес Гивины. Про чердак не было ни слова. Так почему бы просто не притвориться, что она там не живёт?

Анна почувствовала, что её мозг никогда ещё не работал так быстро. Не глядя по сторонам, она направилась прямиком к парадной двери и постучала. Через мгновение дверь приоткрылась; увидев Анну, Гивина распахнула её настежь и уже открыла рот, чтобы поприветствовать, но Анна опередила её:

— Гивина, у нас найдётся что-нибудь поесть? Сегодня вечером я была на банкете, но всё пошло наперекосяк, так что нормально поесть не вышло. Я умираю с голоду.

Гивина собиралась спросить, что привело Анну так поздно, но, услышав её слова, тут же заулыбалась:

— Я сегодня пекла блинчики. Если мага Анну не смущает такая простая еда — могу разогреть.

— Чудесно, чему тут смущаться! — засмеялась Анна. — Я закрою дверь.

Гивина не придала этому особого значения и пошла на кухню доставать блинчики. Анна обернулась, помахала рукой демону, который по-прежнему стоял у кареты, и закрыла дверь без тени вины.

Она тихо выдохнула.

На улице было темно и Эйп прятался достаточно хорошо — она и сама разглядела только тень.

Обычный квартирант, живущий на чердаке, услышав шум, высовывается посмотреть, не видит ничего подозрительного и тут же уходит обратно спать. Вполне логично, разве нет?

Анна немного опасалась, что демон всё же применит заклинание обнаружения, поэтому задерживаться у порога не стала и, как ни в чём не бывало, прошла вслед за Гивиной на кухню.

— Прости, что заставила тебя снова разжигать огонь, — смущённо сказала она и сама шагнула к очагу; кончики пальцев вспыхнули, и в топке затрещало пламя.

Гивина засуетилась, смеясь:

— Что вы, какие хлопоты. Вы же сами помогаете, маг Анна!

Анна просидела с Гивиной на кухне какое-то время, слушая рассказы о городских сплетнях. Тело было здесь, но мысли давно блуждали за пределами дома.

«Столько времени прошло. Он, наверное, уже ушёл?»

Блинчики разогрелись быстро. Анна взяла с собой пару штук и уже выходила из кухни, когда навстречу, протирая глаза, вышел внук Гивины — Гор.

— Добрый вечер, маг Анна! — сонно произнёс он.

Анна свободной рукой потрепала его по голове:

— Прости, что разбудила.

Гор помотал головой, его речь была немного невнятной от дремоты:

— Маг Анна не разбудила. Я сам проснулся.

Анна улыбнулась, потом кое-что вспомнила, достала серебряную монету и протянула её Гивине:

— Это за следующий месяц.

Они почти не встречались. Анна часто уходила рано и возвращалась поздно, однако нескольких встреч Гивине хватило, чтобы составить мнение о её характере. Поэтому она взяла деньги без лишних церемоний и проводила Анну с тёплым приглашением заходить на обед почаще.

Открывая дверь, Анна быстрым взглядом окинула улицу — в голове уже были приготовлены несколько запасных планов. Никого. Она облегчённо вздохнула, попрощалась с Гивиной и пошла домой с блинчиками в руках.

Всё, чего ей хотелось, это поскорее добраться до чердака. Она даже использовала заклинание призыва ветра, чтобы быстрее взлететь по лестнице; и только когда дверь закрылась, скрыв за собой темноту ночи, сердцебиение начало постепенно успокаиваться.

Учитывая характер демона, если бы он нашёл кого-то в её комнате, он не стал бы ждать до сих пор и действовал бы сразу. Раз всё тихо — значит, обошлось.

Анна обвела комнату взглядом, но Эйпа на его обычном коврике для медитации не было. В голове тут же промелькнула тысяча ужасных сцен.

— Есть кто? — тихо позвала она.

Что, если демон прячется у неё дома? Тогда этой фразой она просто покажет, что незнакома с Эйпом… 

Из-за двери туалета донеслось шуршание, потом она распахнулась, и вышел Эйп.

Анна внимательно осмотрела его, убедилась, что демона в нём нет, и вздохнула с облегчением.

Прежде чем она успела сказать хоть слово, Эйп принялся возмущаться:

— Ну и где ты была? Я уж думал, что-то случилось!

Все заготовленные упрёки застряли у Анны в горле. Он что, волновался за неё?..

— Если что-нибудь с тобой случится, кто мне еду принесёт? — Эйп втянул носом воздух, и глаза его загорелись. — Чем это так пахнет? Это мне?

«…И всё-то я зря разволновалась. Я для него просто хозяйка».

Анна не стала спорить и протянула ему горячие блинчики:

— Ешь. Ненасытная утроба.

Эйп взял блинчики и немедленно вгрызся в них, совершенно не обращая внимания на её слова.

Пока он ел, Анна присела рядом и разглядывала тёмные отметины на его лице. За эти дни не появилось ни малейшего намёка на то, что они сходят.

— Тебе следует больше медитировать, чтобы скорее восстановиться! — не выдержала она. — Я не говорю, что сразу тебя выгоню, просто пока отметины не исчезнут, нельзя даже дать Гивине знать о твоём существовании. В таком виде ты в опасности.

Эйп как раз доедал первый блинчик. Он взял второй, но не стал сразу есть и посмотрел на Анну со странным выражением лица:

— Говоря про опасность, ты имеешь в виду того, кто только что приходил?

— Ты видел?

— Краем глаза. — Эйп лукаво улыбнулся. — Он за тобой ухаживает?

Анна пожала плечами:

— Что-то вроде того.

— Тогда я советую тебе либо побыстрее согласиться, либо как можно скорее отказаться. Этот человек опасен, — сказал Эйп, и как ни в чём не бывало вернулся к блинчику.

Ну ещё бы, это же демон! Как он может быть не опасен?

Анна мысленно удивилась. Она не ожидала, что у этого мальчика такое острое чутьё.

— А почему ты решил, что он опасен? — с любопытством спросила Анна.

Эйп набил рот и невнятно ответил:

— Профто чуффую.

— У тебя слабое чутьё. Он недавно повредил духовную силу, до сих пор восстанавливается и почти не может использовать магию.

Эйп жевал, его щёки раздувались, как у хомяка. В чёрных зрачках, которые отражали лицо Анны, виднелось что-то похожее на насмешку.

— Не хочешь — не верь.

Он помолчал и добавил:

— Нет, пока я не оправлюсь, не смей не верить. Думаю, тебе следует отказать ему как можно скорее!

«Если бы это было так просто, я бы не тянула столько времени», — подумала Анна.

Она хлопнула Эйпа по плечу:

— Лучше скажи спасибо. Если бы я не сообразила сделать вид, что тут не живу, ты бы уже был покойником.

Эйп отмахнулся:

— Сказала бы, что я твой младший брат, и всё. 

— Он прекрасно знает, что у меня нет брата твоего возраста, — произнесла Анна с угрозой. — К тому же, он испытывает враждебность к любому существу мужского пола рядом со мной. Если он узнает о твоём существовании, тебе конец.

Эйп, казалось, совсем не боялся. Он немного помолчал, глядя на неё, и наконец произнёс:

— Мне показалось, или он тебе нравится?

Анна опешила. Как он вообще пришёл к такому выводу? Она смотрела на него с выражением полного непонимания.

Эйп дожевал последний кусок блинчика, лизнул пальцы, громко рыгнул и только потом медленно объяснил:

— Он такой ненормальный, а ты говоришь о нём без всякого страха.

Без страха? Пожалуй да, за всё это время, она успела привыкнуть.

Анна щёлкнула Эйпа по лбу:

— Мал ещё рассуждать о любви! Поел — иди умывайся. Пора тебя связать!

Эйп схватился за лоб и свирепо зыркнул на неё, но ничего не сказал. Послушно встал и ушёл в туалет. Вернувшись с чистыми руками, он спокойно позволил себя связать.

Лёжа на коврике, Эйп спросил:

— Долго ещё ты будешь меня связывать? Мне неудобно так спать!

— Пока ты здесь живёшь — всегда, — отрезала Анна.

— Трусиха, — буркнул Эйп.

Анна не удостоила его ответом и после короткой медитации легла спать.

* * *

На следующее утро, едва вспомнив, что сегодня ей предстоит наблюдать новый эксперимент Докинса, Анна затрепетала от предвкушения. Она по привычке приготовила Эйпу еду на день и бодро отправилась в Гильдию магов.

Ротгарр и Натали были уже в библиотеке. Анна сказала им, что скоро пойдёт смотреть эксперимент Докинса с зельем, немного почитала книгу и засобиралась.

Демон, до этого молчавший, тоже поднялся. Перехватив её взгляд, он сказал: 

— И я посмотрю.

Возражать было бесполезно. Анна виновато помахала Натали, которая, казалось, тоже хотела пойти, но слишком стеснялась сказать об этом, и отправилась с демоном к Докинсу.

Раз она сама не может остановить демона, пусть Докинс решает: пускать его или нет. А Натали пока лучше сосредоточиться на экзамене и не впутываться в историю с демоном.

По дороге в лабораторию Ротгарр вдруг спросил:

— Кто живёт на чердаке?

Анна была готова к этому вопросу. Она намеренно сделала паузу, прежде чем ответить:

— А, там, кажется, какой-то родственник Гивины — внучатый племянник или кто-то вроде того. Лет десяти, что ли. Я ни разу его не видела.

Она говорила легко, будто совершенно не интересовалась жильцом чердака, и сразу же перевела разговор сама:

— Гивина, кстати, потрясающе готовит. В следующий раз принесу тебе попробовать что-нибудь из её стряпни.

Ротгарр не успел толком разглядеть человека на чердаке, просто инстинктивно почувствовал к нему неприязнь и потому спросил. Но, видя, что Анна с ним незнакома, он не стал расспрашивать дальше.

— У меня дома есть повар, который делает отличные закуски. Если хочешь — приходи.

Анна искоса взглянула на демона. Хвастается, да?

На проявления ухаживаний от демона, предложившего ей руку и сердце при первой встрече, она давно не рассчитывала. Ей даже начало казаться, что он просто неопытный новичок — иначе как объяснить, что за столько времени он не сумел заполучить ни одной души.

— Я не хочу есть, — сказала Анна.

Ротгарр в последнее время начал улавливать перемены в её настроении. Взглянув на неё, он заметил, что она выглядит немного недовольной. 

Он немного подумал и спросил:

— Тогда что ты хочешь съесть?

— Ничего. — Анна покачала головой. 

Дело было не в еде — она просто не хотела идти в нынешний дом демона. В этом было что-то тревожное, словно она собиралась ступить в логово врага. К тому же, то, что тело Раймонда было захвачено демоном, отчасти было её виной, и ей было стыдно встречаться с семьей Раймонда.

Ротгарр ещё раз посмотрел на Анну. Её мысли по-прежнему оставались для него загадкой.

Впрочем, последние несколько дней всё же не прошли без результата, так что маленькая неудача не могла испортить ему настроение.

Дальше они шли молча. У входа в лабораторию уже торчал Докинс — он высовывался из-за двери, выглядывая в коридор. Завидев силуэт Анны, он тут же юркнул обратно, оглядел лабораторию — всё ли прибрано, — вернулся к рабочему столу и принял вид человека, поглощённого серьёзной подготовкой.

Когда Анна показалась на пороге, Докинс всё же не удержался и с напускной небрежностью произнёс:

— Пришла?

— Доброе утро, маг Докинс. — Анна остановилась в дверях. — Маг Раймонд тоже хотел бы понаблюдать за вашим экспериментом, если вы не против.

Докинс с самого начала заметил Раймонда рядом с Анной и не удивился её словам. Он сдержанно ответил:

— Он может наблюдать… но у меня есть одно условие.

— Какое? — спросила Анна.

Ротгарр наблюдал за этим со стороны с таким видом, словно Анна была его агентом и могла говорить от его имени.

— Ничего сложного, — сказал Докинс. — Если маг Раймонд заметит какие-либо проблемы во время наблюдения — прошу, говорите сразу.

Он возился с этим экспериментом уже два года, и всё без толку — в чём проблема, он так и не понял. Это зелье почти свело его с ума, поэтому помощь такого талантливого человека, как маг Раймонд, была огромной удачей.

Анна повернулась к демону. Тот слегка кивнул:

— Хорошо.

Докинс просиял, и всякая напускная сдержанность разлетелась вдребезги. Он с улыбкой пригласил их войти и закрыл за ними дверь.

Убедившись, что оба стоят на безопасном расстоянии, Докинс принялся объяснять по ходу подготовки:

— Это моё новое зелье. За основу я взял существующее зелье «Вздох Света» — оно тоже помогает восстановить духовную силу, но работает по другому принципу. Моя цель — зелье, которое мгновенно восполнит истощённую духовную силу мага второй звезды. Но сейчас эффект даже не дотягивает до «Вздоха Света».

Духовная сила восстанавливается прежде всего медитацией — это самый безопасный способ. Но в по-настоящему опасных ситуациях, например, в столкновении со смертоносным магическим зверем, можно прибегнуть и к зелью. Жизнь важнее.

В настоящее время лучшим зельем для восстановления духовной силы является «Вздох Света». По имеющимся сведениям, если выпить его в бою, оно восполняет около десятой части духовной силы среднего мага второй звезды. После этого, правда, придётся потратить значительно больше усилий на медитацию, чтобы уровень стабилизировался, — иначе возможны непредсказуемые последствия.

Для магов высокого ранга это зелье бесполезно. К тому же срок хранения у него ограничен, что делает его непригодным для длительного хранения и переноски. Разве что маги низкого ранга, отправляясь на короткую вылазку к Черте жизни и смерти, могут прихватить на всякий случай один-два флакона.

Анна вспомнила, что в городе Синего Камня Уилисс, маг четвёртой звезды, восстанавливал повреждённую духовную силу исключительно медитацией, без всяких зелий. Теперь было понятно почему: они бы ничего ему не дали. Кроме того, там не было условий для приготовления зелий.

Она также никогда не видела, чтобы демон использовал зелья. В своей истинной форме он был столь могущественен, что, наверное, и в теле мага второй звезды о подобных вещах даже не задумывался.

В итоге, больше всего от зельеварения выигрывают обычные люди, но представить, чтобы маги массово производили зелья от головной боли, простуды, бессонницы и тревожных снов ради простолюдинов, было просто немыслимо. 

Даже Анна, которой катастрофически не хватало денег, после задания от Докинса решила, что продавать зелья обычным людям слишком невыгодно.

— Я использую экстракт из глицинии в качестве растворителя и добавляю восемнадцать компонентов, насыщенных различными стихиями. Обрабатываю сначала стихией металла, затем стихией воды.

Говоря это, Докинс начал первый эксперимент. Добавляя ингредиент за ингредиентом, он называл каждый и объяснял его роль.

И вот тут Анна наконец поняла, что Трисса имела в виду под «ограниченными средствами». За один эксперимент уходило десять порций экстракта из глицинии — пятьдесят серебряных монет — и на фоне прочих ингредиентов это была сущая мелочь.

Анна наблюдала и вела мысленный счёт. Одни ингредиенты она знала и примерно представляла их цену, о других слышала впервые — оставалось только угадывать. В итоге выходило, что за один эксперимент Докинс сжигал материалов на пять-шесть золотых монет.

А поскольку он накапливал по пятьдесят порций экстракта за раз — значит, проводил пять экспериментов подряд. Итого за день — около тридцати золотых монет.

Подсчитав это, Анна почувствовала невольное уважение к финансовым возможностям Докинса. Раньше он ставил эксперименты раз в неделю, тратя каждый раз по тридцать золотых. И так — почти два года.

«Маги умеют зарабатывать, — невольно вздохнула она. — Но тратить умеют куда лучше».

Пока Анна предавалась этим размышлениям, Докинс уже заканчивал первый эксперимент. После нескольких циклов выпаривания и концентрации в колбе осталась ровно одна стандартная доза зелья.

Докинс взял колбу, внимательно изучил содержимое, понюхал — и вздохнул:

— Чуть лучше, чем раньше. Но до цели всё равно далеко.

Затем с нескрываемым ожиданием обернулся к Ротгарру:

— Маг Раймонд, вы наблюдали — что скажете?

Если честно, Ротгарр отвлёкся ещё на середине и стал следить за Анной: та беззвучно что-то считала в уме, и выражение её лица менялось от удивления до отчаяния. Он едва удержался от смеха.

Услышав вопрос Докинса, он восстановил в памяти первую половину увиденного и произнёс как бы невзначай:

— Поменяйте местами нитяник и хвост оленезайца. И сократите обработку стихией металла вдвое.

Докинс слушал очень внимательно, стараясь понять логику. Он ещё не разобрался в причинах, но руки уже начали второй эксперимент, следуя советам Ротгарра.

Едва Докинс принялся добавлять ингредиенты и запустил обработку стихией металла, Ротгарр вдруг взял Анну за руку и вытащил её из лаборатории.

Анна, полностью погруженная в расчеты, была застигнута врасплох. Она пришла в себя только за дверью.

— Что случилось?

— Сейчас взорвётся, — коротко сказал Ротгарр.

— ???

Значит, так называемый совет, который он дал Докинсу, был всего лишь уловкой, чтобы убить его?!

Анна немедленно сунулась обратно в лабораторию, но тут её обхватили две руки: одна легла на талию и рывком прижала её к крепкому телу Раймонда, другая закрыла рот.

У её уха прозвучал низкий, слегка ехидный голос демона:

— Помешаешь ему сейчас — рванёт быстрее.

Анна не могла ни вырваться, ни сказать хоть слово. В душе она отчаянно сожалела, что не была достаточно решительна, чтобы сразу выгнать демона — он оказался совершенно беспринципным и подсунул вредный совет под видом помощи!

Но она понимала, что магам при работе с зельями требуются полная концентрация. Если она вдруг закричит и отвлечёт Докинса — вероятность взрыва только возрастёт.

Анна похлопала по руке, зажимавшей ей рот, и выразительно посмотрела на него, давая понять, чтобы он её отпустил — она не станет беспокоить Докинса. 

Ротгарр приподнял бровь и убрал руку от её рта, оставив руку на талии.

Стоило рту освободиться, как Анна торопливым шёпотом выпалила:

— Ты что творишь?! Если с Докинсом что-нибудь случится, нам обоим несдобровать!

Она не хотела снова пускаться в бегство.

Ротгарр с лёгким презрением хмыкнул:

— Если он умрет из-за своей некомпетентности, это его проблемы.

Анна нахмурилась:

— Что ты имеешь в виду?

Чувствуя в своей ладони движение её тела, когда Анна говорила, Ротгарр с удивительным терпением начал неторопливо объяснять:

— Мой совет был верным. Но если он ошибётся в действиях — будет взрыв.

Едва последнее слово слетело с его губ, из лаборатории донёсся возбуждённый возглас Докинса:

— Получается! Получается!

Эхо ещё не стихло, когда зелье в его руке вдруг забурлило. Лицо Докинса мгновенно изменилось — он схватил колбу, вместе с содержимым бросил в большой контейнер у края стола и захлопнул крышку. Контейнер был оснащён магическим контуром — взрывоустойчивая ёмкость для тех, у кого было время среагировать. Сама лаборатория тоже была защищена магическим контуром: если взрыв происходит слишком быстро, взрывная волна остаётся в пределах комнаты.

С оглушительным грохотом контейнер деформировался. Часть ударной волны взметнула волосы и одежду Докинса — он и не думал испугаться, напротив, торжествующе захохотал:

— Получилось! Ещё чуть-чуть — ещё совсем чуть-чуть — и у меня всё получится!

В этот момент он внезапно вспомнил о виновниках почти-успеха и обернулся к Анне и Ротгарру. Увидев их, Докинс застыл и с преувеличенным смущением прикрыл лицо ладонью:

— Я ничего не видел, совершенно ничего!

Анна, всё ещё напряжённая от надвигающегося взрыва, только сейчас заметила руку демона, которая по-прежнему лежала у неё на талии, прижимая её вплотную к нему.

Она вдруг вспомнила вчерашний танец.

Ей показалось, или демон, прежде никогда особо не стремившийся к телесному контакту с ней, за последние два дня и правда немного изменился?..