Истинные последствия, ч.2

Анна узнала о ночном бегстве семьи Лили лишь на следующий вечер, вернувшись домой. Соседи, водившие дружбу с той семьёй, попытались выяснить, куда они переехали, — но Лили и её родные не сказали ни слова.

Анна подумала, что и правда изрядно напугала Лили. А что до её матери, Рене… поверит она её словам или нет, скорее всего всё равно переедет.

Лёгкое вино слишком слабое, чтобы заняться огнём от свечи — всё равно что плеснуть водой. Жители Гранатового переулка, в общем-то, и сами понимали, что дело нечисто, только копаться в этом никто не хотел. Бобби — и Бобби. Нет больше — туда и дорога. Зачем лишние хлопоты? Поворчали, переглянулись — и забыли.

Если Рене поверила поверила словам Анны, не удивительно, что она испугалась и сбежала. Даже если не поверила — всё равно она должна была понять, что смерть Бобби с Анной связана. Если кто-то мог так безжалостно сжечь Бобби заживо, разве она и её семья не окажутся в опасности?

Поэтому Анна нисколько не удивилась тому, семья Лили в страхе переехала. Главное сейчас — чтобы они не путались под ногами. Противостояние с демоном требует полной сосредоточенности, любые посторонние помехи тут лишние. Если в будущем она добьётся успеха или обретёт силу и снова встретит их, она не прочь будет доставить им немного неприятностей.

Анна перестала думать о Лили. В эти дни у неё прибавилось работы: помимо утреннего завтрака для Пэриша, она теперь носила еду и занявшему тело мага Уилисса демону — завтрак, обед, полдник и ужин.

Странное дело: когда она приносила завтрак Пэришу, демон неизменно оказывался там же — и тем не менее не ел с ним вместе. Он почему-то ждал, пока Пэриш закончит, она уйдёт на кухню, и лишь тогда требовал еду отдельно.

Анна была кухонной служанкой. Мысленно назвав его чудаком, она безропотно выполняла указания.

С тех пор демон действительно не вспоминал о Бобби и не предпринимал никаких дальнейших действий. И всё же Анну не оставляло ощущение, что он замышляет что-то недоброе.

Из-за доставки демону ужинов Анна стала возвращаться домой заметно позже, каждый раз уже в темноте. Зато с гибелью Бобби и переездом Лили Гранатовый переулок стал для неё куда безопаснее.

В тот вечер она шла домой в лунном свете. Переулок был тих и пуст. Развлечений в этом мире было немного, масло и свечи люди берегли, и по ночам большинство либо спали, либо занимались тем, что не требовало света. Разве что в тавернах по-прежнему было шумно и людно.

После смерти Бобби отец Анны — Эван — снова вышел на работу в таверне. Тот пострадавший, что требовал с него денег, после гибели Бобби поумерил аппетиты и в конце концов согласился на три серебряные монеты — сумму, которую семья вполне могла себе позволить.

Анна только вошла в Гранатовый переулок, как сзади её внезапно схватили чьи-то руки: зажали рот и втащили в обугленные руины бывшего дома Бобби.

Прежде чем Анна успела отреагировать, незнакомец заговорил. Голос был красивый, но очень слабый:

— Я не причиню вам вреда. Мне нужна ваша помощь, и я заплачу. Если вы поняли меня и не собираетесь кричать — кивните, и я сразу отпущу вас.

Анна мгновенно выбросила из головы все тревожные картины, которые успели промелькнуть в воображении, и торопливо кивнула.

Незнакомец и правда медленно убрал руки.

Анна не стала сразу бежать. По тому, как он говорил, было ясно, что незнакомец не был грубияном и не собирался причинять ей вред.

Когда она обернулась и увидела его, рука сама собой прикрыла рот.

Молодой мужчина с красивыми чертами лица. Короткие каштановые волосы прикрывали один глаз; взгляд карих глаз того же оттенка был добрым — но на коже, открытой взгляду, на лице и на руках, тянулись тёмные узоры.

— Простите, я напугал вас? — он чуть улыбнулся, и тёмные отметины вспыхнули сильнее, сделав улыбку ещё более пугающей. — Не волнуйтесь, я тоже человек. Просто ранен, поэтому так выгляжу. Я не причиню вам вреда.

Ещё секунду назад Анна, пожалуй, могла бы убежать. Но увидев его, она поняла, что должна остаться.

Тёмные узоры на его коже — это же магия стихии, вырвавшаяся наружу. А значит, перед ней маг!

Анна страстно хотела стать магом, но единственный маг, которого она знала, оказался одержим демоном — и тот даже учить читать её не собирался. А этот человек перед ней был шансом, о котором она мечтала!

— Всё в порядке, я не испугалась, — улыбнулась она, — уважаемый господин маг.

Мужчина удивлённо взглянул на неё и с горькой усмешкой покачал головой:

— Какой из меня уважаемый маг. По определению Святого Престола — я падший маг.

Анна слышала это словосочетание впервые. Она с любопытством спросила:

— А кто такой падший маг?

Мужчина уже приготовился к тому, что она завизжит и убежит, — и снова удивился.

Она выглядела ещё совсем юной. Наверное, родители не рассказывали ей об этом.

Тёмные узоры вдруг с силой заплескались по всему телу. Он торопливо опустился на пол и долго сидел неподвижно, пока не совладал с собой. Когда наконец открыл глаза — девушка всё ещё стояла перед ним и никуда не ушла.

— Служители Престола — маги света. А противоположность света — тьма. Тот, кто использует тёмную магию, и есть падший маг.

У Анны был огромный интерес ко всему, что касалось магии и магов. Видя, что собеседник охотно говорит, она, не обращая внимания на грязный пол, уселась, подогнув ноги.

— Можете рассказать подробнее?

Мужчина посмотрел на девушку, подперевшую подбородок рукой, словно слушающую рассказ, и не смог удержаться от смеха. Она и правда не боится его?

Однако он был действительно слаб.

— Позже я расскажу всё, что захотите. Но я не ел уже три дня. Не могли бы вы найти что-нибудь поесть? Я не дам вам трудиться зря.

Он достал из-под мантии кошелёк, порылся в нём и протянул ей золотую монету.

Анна подумала немного и, сдерживая волнение, приняла монету.

— Время позднее, пекарня закрыта. У меня дома есть только ржаной хлеб и светлое пиво. Это вас устроит?

— Лишь бы утолить голод, — с благодарностью ответил мужчина.

Анна поднялась и отряхнула одежду. После гибели Бобби здесь никто не прибирался, всё оставалось таким, каким было после пожара — грязь и копоть.

Но прежде чем уйти, она не удержалась и спросила:

— Вы не боитесь, что я донесу… то есть — что я сообщу церковным священникам?

Мужчина сверкнул белозубой улыбкой — на удивление открытой:

— Я наблюдал за вами два дня, и не думаю, что вы это сделаете

Её поведение только что подтвердило правильность его суждения.

Конечно, он ошибался не раз — учитель всегда говорил ему быть осторожнее. Но он всё ещё верил, что хороших людей в мире больше.

Анна, казалось, заразилась его улыбкой и тоже улыбнулась:

— Меня зовут Анна. Как мне называть вас?

— Дебиан Флейг, — ответил мужчина. — Можешь звать меня просто Дебиан, Анна.

Она кивнула, не сказав больше ни слова, развернулась и вышла из руин, направившись к своему дому.

В кулаке она сжимала золотую монету, голова у неё шла кругом от возбуждения.

Она неожиданно встретила скромного и щедрого мага! Её мечта стать магом, кажется, вот-вот исполнится!

Она приняла золотую монету совершенно без колебаний: это плата не только за еду, но и за риск, который она на себя берёт.

Поскольку она не была уроженкой этого мира, её мало интересовало противостояние света и тьмы. Дебиан производил впечатление хорошего человека. Возможно, была причина, по которой он стал падшим магом, но даже если её не было, это не имело для неё значения.

Будь он враждебен — она бы умерла ещё в ту секунду, когда он затащил её в руины. А если он притворяется добрым, чтобы вытянуть еду, — ну и пожалуйста: она получит от него золото и редкие знания о мире сверхъестественного. Оба в выигрыше.

Во всяком случае, пока он не поправится — с ней точно ничего не случится.

И потом, может, маг тьмы как раз и способен справиться с демоном? Разве не говорят, что магию побеждает только магия? Тот демон довольно зловещий. Возможно, тёмная магия — как раз то, что нужно.

Вернувшись домой, Анна поздоровалась с матерью и заглянула в спальню: Адель и малыш Эван уже спали. Рука Адель нежно лежала на животе брата, их схожие маленькие мордашки лежали рядом — очаровательное зрелище.

Анна тихонько взяла два куска ржаного хлеба и немного пива, сложила всё в плетёную корзинку и так же бесшумно выскользнула из дома. Дойдя до руин, она огляделась, чтобы убедиться, что поблизости никого нет, и юркнула внутрь.

Дебиан, похоже, дошёл до предела. Войдя, Анна обнаружила его без сознания, лежащего в углу. Тёмные узоры на лице пульсировали с пугающей силой — она даже не осмелилась подойти.

Прошло немало времени, прежде чем Дебиан слабо застонал и открыл глаза. Заметив Анну, терпеливо ожидавшую рядом, он объяснил:

—Сейчас моя духовная сила почти истощена, и я с трудом удерживаю стихию тьмы внутри себя.

— Понимаю, — кивнула Анна. — Сначала поешьте, чтобы набраться сил — так будет легче справляться.

К счастью, что он не настолько ослаб, чтобы его пришлось кормить с рук, — это было бы неловко для них обоих.

Анна устроилась рядом, наблюдая за тем, как он ест, и молча его изучала.

Некоторые люди очень искусно притворяются — но за обычным общением большинство всё же не могут полностью скрыть свою натуру.

Взять к примеру того же демона. В чьём бы теле он ни был — Пэриша или Уилисса — он выглядел убедительно. И всё же у него было слишком много недостатков. Будь в Царстве Демонов академия с отдельным курсом «Искусство одержимости», он, пожалуй, провалил бы экзамен.

Когда Дебиан съел примерно четверть и остановился, Анна заговорила:

— Мне нужно вернуть корзину, иначе моя мать может заподозрить неладное. 

Дебиан кивнул. Она помогла ему сложить оставшееся, чтобы сохранить до завтра. Глиняный кувшин из-под пива она решила оставить: таких дома было много, так что Гай вряд ли заметит отсутствие одного из них.

Задерживаться дольше не стоило — мать знала, что она уже вернулась с работы. Анна подавила волнение и всё-таки спросила напоследок:

— Дебиан, сколько времени тебе понадобится на восстановление?

Дебиан подумал и горько усмехнулся:

— Нарушения в духовной силе довольно серьёзные. Думаю, это займет около двух месяцев.

Глаза у Анны загорелись. Два месяца для неё было вполне достаточно.

Она серьёзно сказала:

— Пока ты будешь здесь, я обеспечу тебя едой и помогу скрывать твою личность. Взамен прошу об одном: помоги мне стать магом.

Дебиан опешил. Встретив её взгляд — полный ожидания, почти умоляющий — кивнул, не успев подумать.

Придя в себя, он не пожалел об этом.

Анна не была похожа ни на кого из тех, кого ему доводилось встречать. Два дня наблюдений привели его к предварительному выводу, что она — заслуживающий доверия человек, и теперь, после разговора с ней, он был в этом совершенно уверен.

— Правда? — Анна не смогла скрыть радость.

— Конечно, — засмеялся Дебиан, заражаясь её энтузиазмом. — Как ты и сказала — это очень выгодная сделка для нас обоих.

Анне очень хотелось немедленно усадить его рядом и засыпать вопросами — но время было неподходящее. Она с трудом удержалась:

— Тогда решено. Сейчас мне пора домой, но завтра вечером я приду снова.

Она тихо вернулась домой и легла в постель, но была слишком взволнована, чтобы уснуть.

В общем-то, она была почти уверена, что Дебиан согласится. И всё же, когда он действительно сказал «да», — удержать себя в руках оказалось решительно невозможно.

Это была честная сделка: она получает возможность учиться магии, он чувствовал себя в безопасности, зная, что Анна не предаст его благодаря обучению. Взаимная выгода налицо.

Несмотря на беспокойную ночь, наутро Анна встала бодрой и свежей.

Проходя мимо руин, она мельком заглянула внутрь. Там было темно, тихо и достаточно жутко, чтобы никто не захотел соваться просто так.

Ротгарр заметил, что сегодня Анна выглядела необычайно счастливой.

Обычно, принося ему еду, она стояла в стороне тихо, словно старалась раствориться в воздухе. Сегодня она была такой же молчаливой — но что-то в ней едва заметно искрилось.

Чему же она так радовалась?

Ротгарр не хотел, чтобы между Анной и Пэришем что-то происходило без его ведома, поэтому всякий раз, когда она приносила завтрак, он заставлял себя терпеть присутствие ненавистного Пэриша и приходил заранее, чтобы дождаться её. А как только Анна уходила, он немедленно покидал особняк Пэриша .

Так что он был уверен: под его пристальным надзором между Анной и Пэришем ничего больше не произошло.

— Ты нашла кого-то, кто научит тебя читать?

Ротгарр бросил вопрос неожиданно.

Анну мгновенно прошиб холодный пот. Он знает о Дебиане?

Она вспомнила, что раньше он знал о Бобби. Значит, узнать о Дебиане для него вполне реально.

— Пока нет, — Анна взяла себя в руки. До последнего нельзя выдавать себя. Покачала головой и, глядя на него, прибавила: — А что, вы передумали и готовы учить меня сами?

Она могла поклясться, что спросила это лишь для вида — чтобы скрыть своё напряжение и отвлечь демона. И она не могла поверить свои ушам, когда услышала от него:

— Именно так.

Анна застыла и уставилась на него с нескрываемым изумлением.

Как это понимать? Она уже нашла учителя, почему демон вдруг передумал? Когда ей нужна была помощь — никто не соглашался. Теперь, когда она сама всё устроила, — пожалуйста, появился ещё один желающий!

Ротгарр приподнял бровь. Он произнёс это снисходительным тоном благодетеля — и ждал соответствующей реакции: благодарности и восхищения.

Анна его не разочаровала. После первого изумления её лицо озарилось радостью. Она торопливо поклонилась и взволнованно воскликнула:

— Большое вам спасибо, уважаемый господин Уилисс! Вы такой добрый человек!

Однако, с ракурса, недоступного для Ротгарра, на лице Анны читалось полная беспомощность.

А что ей оставалось? Она не могла выдать существование Дебиана. Нужно задобрить демона, чтобы он не мешал ей учиться у настоящего мага.

Она будет заниматься с Дебианом по-настоящему, а с демоном только для вида. Она не верила, что демон, который казался неграмотным, сможет научить её лучше, чем настоящий маг.

Ротгарр остался доволен её реакцией.

Когда он смутно почувствовал, что Анна не совсем такая, какой он её представлял, ему захотелось разобраться. Но наблюдать издалека было недостаточно — нужно было подойти ближе, чтобы увидеть сквозь все её притворства.

Прошло много дней с тех пор, как он отказался учить её читать — она наверняка успела вдоволь насладиться отказами. Теперь самое время сменить тактику.

— С завтрашнего дня приходи сюда утром, — сказал Ротгарр.

Анна изобразила глубочайшую признательность и, уходя, специально сделала шаг чуть легче обычного.

Иметь дела с демоном — тяжёлый труд.

До чего же она устала.