Смотри, не пожалей

Анна подумала: вот так, наверное, ощущается падение с небес в ад.

Ей до смерти хотелось найти какой-нибудь укромный угол, чтобы в одиночестве выплеснуть всё это — горечь, ярость, страх… Но демон стоял прямо перед ней, и она не могла позволить себе выдать хоть какую-нибудь из этих эмоций.

Анне удавалось водить его за нос лишь потому, что он не знал о её способности видеть его настоящую сущность. Стоило только демона понять, что она давно раскусила его и больше не поддастся ни на какие уловки — и он тут же перестанет считаться с правилами.

Именно эти правила, которым он обязан был подчиняться, и оставались её единственной защитой, её шансом выжить.

Анна заставила ужас превратиться в восторг. Она прекрасно понимала, что получается неестественно, но это был предел её возможностей.

— Приветствую вас, господин!

Ротгарр заметил мимолётный испуг, мелькнувший в глазах Анны при виде его, но не придал этому значения и решил, что она просто растерялась из-за его внезапного появления.

Прошлой ночью он захватил контроль над этим сосудом. Тело было полно силы стихий природы — совсем не то, что хлипкая оболочка Пэриша. Настроение у него было отменное.

Уилисс Расселл — маг четвёртой звезды и второй сын герцога — был совершенно другим человеком, не в пример Пэришу. Он обладал исключительным сродством со стихией огня, однако характер его был полной противоположностью тому, что символизирует огонь: ни жара, ни страсти — лишь высокомерная холодность. Он всецело посвящал себя совершенствованию духовной силы и оттачиванию магии, и с женщинами почти не общался.

Поэтому в памяти Уилисса Ротгарр не нашёл никаких подсказок, как угодить женщине. Впрочем, он полагал, что раз Анна сама избрала Уилисса своей целью, так что много слов ему не понадобится.

Предвкушая, что сегодня он наконец-то покончит с упрямством Анны, Ротгарр пребывал в превосходном расположении духа. Даже выражение его лица слегка смягчилось, когда он смотрел на неё:

— Ты хочешь стать моей ученицей?

«Я хочу стать ученицей великого гениального мага, а не твоей, демон с гнилой душой!»

Анна проглотила возмущение и с сияющим видом ответила:

— Да!

Вчера она думала, что этот демон просто боялся мага четвёртой звезды и потому не вышел к ней. Теперь она знала, как сильно ошиблась. Он не только не боялся — он мог запросто вселиться в него. Одно это уже говорило о том, что демон несравнимо сильнее.

Раньше она принимала его за мелкого беса. Теперь стало ясно: дело обстоит совсем иначе. Вчера вечером он, конечно же, был где-то поблизости, слышал её разговор с настоящим Уилиссом — и после этого забрал его тело.

Анна оборвала разбегавшиеся мысли.

Как бы могуществен ни был этот демон, он всё равно скован правилами. Это лишний раз доказывало их силу. Ей следовало бы чувствовать себя спокойнее, а не наоборот.

— Я могу взять тебя в ученицы, — произнёс Ротгарр. — Но при одном условии: ты согласишься выйти за меня замуж. Это твой единственный шанс. Завтра я уезжаю.

Он замолчал и уставился на неё, ожидая, что она радостно бросится к нему с согласием.

В отличие от Пэриша, Уилисс покинет поместье, когда выздоровеет. Этой женщине больше не представится такой возможности — ей следует сейчас же принять решение. Кроме согласия, какой у неё может быть ответ?

Пэриш — ловелас, ради него ей приходилось ухищряться, чтобы завоевать его сердце. Но Улисс не был таким. Если она упустит свой шанс, это будет безвозвратная потеря. Ротгарр знал, что Анна — умная женщина и не упустит свой шанс.

Слова, которые демон произносил устами Уилисса, нисколько Анну не удивили.

Он твёрдо намерен завладеть её душой.

Анна понимала, что открыто отказывать демону слишком было опасно. Выслушав его, она разыграла целую сцену — то радость, то сомнение, долго «колебалась» и наконец сказала:

— Господин маг, я очень хочу стать вашей ученицей… Но выйти за вас замуж я не могу. Я всего лишь обычная служанка и недостойна вашего высокого положения.

Услышав отказ, Ротгарр нахмурился.

Где же её хвалёная хитрость? Неужели она не расслышала, что он уезжает завтра?

— Ты действительно так думаешь? — Он не стал рыться в памяти Уилисса: в подобный момент его ничтожный опыт был бесполезен. Ротгарр сверлил Анну взглядом, его тон стал серьёзнее: — Завтра я уйду. Такого шанса у тебя больше никогда не будет.

Анна подумала: если бы он действительно ушёл завтра, она ежедневно возносила бы молитвы за него, благодаря за то, что он сохранил ей жизнь. Но сейчас ей оставалось только вложить в игру всё своё мастерство и изобразить сожаление. В конце концов она твёрдо сказала:

— Господин, невозможность стать вашей ученицей — это большая потеря для меня. Но я не могу согласиться и бросить тень на ваше доброе имя.

Лишь теперь Ротгарр окончательно убедился: Анна всё понимает правильно. Он был уверен, что достаточно хорошо изучил эту женщину — но её ответ снова превзошёл все его ожидания.

Чего же она добивается?

Он собственными глазами видел, как она бросила Пэриша и стала заигрывать с Уилиссом. Но когда он сам стал Уилиссом и предложил ей именно то, чего она, казалось бы, хотела, — получил не тот ответ.

Неужели она и вправду хочет стать лишь ученицей мага? Только и всего?

Ротгарр не желал этого признавать, но факт оставался фактом — он не понимал Анну. Он смотрел на неё в мрачном молчании, потом усмехнулся:

— Смотри, не пожалей.

После этих слов он развернулся и ушёл, оставив её в одиночестве.

Когда демон скрылся, Анна почувствовала, как окаменевшее тело начинает понемногу расслабляться. Она шла обратно с корзиной в руках, чувствуя, как внутри неё нарастает разочарование.

Зря радовалась. Ей по-прежнему придётся водить этого демона за нос.

Что же касается его слов про «завтра уеду» и «не пожалей» — она пропустила их мимо ушей. Как будто он уйдёт! Так она и поверила!

Обед молодому господину Пэришу, как обычно, принесла Анна. В этот раз он чувствовал себя лучше, чем за завтраком: теперь он мог сидеть. И, судя по всему, совершенно забыл Анну — потому что наконец заметил её и даже спросил имя.

Анна со всей учтивостью представилась. Пэриш растянул слабую, но ослепительную улыбку и воскликнул:

— Какое прекрасное имя, дорогая. Ваша улыбка — как сияние Богини Света: непорочна и прекрасна. Она мне очень нравится.

— Благодарю вас, молодой господин Пэриш. Это для меня большая честь, — улыбнулась Анна.

Она заметила: хоть слова и были те же самые, но из уст Пэриша они звучали куда искреннее и приятнее. Когда же их произносил тот демон — за ними всегда чудился яд, словно он готов был вонзить клинок в спину именно в тот миг, когда расточал похвалы.

Пэриш больше ничего не говорил. Покончив с едой, он велел Анне прибраться и уходить.

О том, что происходило, пока в его теле жил демон, он не помнил ровным счётом ничего. Вадо рассказал ему, что два дня назад он болел и святой отец Луи его вылечил. Пэриш решил, что болезнь нарушила память о последних днях, тем более Вадо сказал ему, что ничего особенного не случилось. Беспокоиться было не о чем.

На обратном пути Анна думала о поведении Пэриша и понемногу успокаивалась.

Убедившись, что демон покинул тело Пэриша, она очень боялась последствий: вдруг Пэриш запомнил что-нибудь из того времени? Вдруг запомнил, как демон выделял её, и сдаст её в церковь?

Святой отец Луи не мог справиться с демоном, но с ней — запросто. Если в церкви узнают, что демон проявлял к ней особый интерес, даже десять ртов* её не спасут. Её могут объявить ведьмой и отправить на костёр.

[*«И десятью ртами не объяснишь» (十张嘴也说不清) — китайская идиома, означающая невозможность оправдаться, даже если очень стараться.]

Теперь, однако, стало ясно: Пэриш не помнит того, что происходило, пока в нём жил демон, и у него не было намерения её выгнать. Она наконец-то могла расслабиться.

Почти дойдя до кухни, Анна обнаружила своих липовых подруг, ожидающих её.

Вид у них был тревожный. Они стояли молча и, случайно встретившись взглядом, тут же отводили глаза.

Завидев Анну, все трое вздрогнули. Фиона закусила губу, и первая шагнула вперед, остальные торопливо двинулись следом.

— Анна, ты не сердишься на нас? — Фиона помедлила, но всё же спросила.

Они провели в этих сомнениях всё утро, прежде чем решились прийти.

— Нет, — Анна улыбнулась и покачала головой. — Вчера я догадалась, что происходит.

Абигейл шумно выдохнула и прижала руку к груди:

— Ух, напугала меня. Я так и знала, что ты умная, Анна, и сама всё поймёшь.

Анна, конечно, не показывала этим троим своё истинное лицо. Однако невозможно всё время играть роль — в её словах и жестах всё равно проскальзывало что-то настоящее. Она быстро соображала, мгновенно схватывала нить разговора, даже строгая Ребекка восхищалась её успехами в обучении. Незаметно для самих себя подруги давно пришли к выводу: Анна очень умна.

Кэйли тоже выглядела так, будто всё ещё не отошла от потрясения:

— Анна, ты даже не представляешь, каким страшным был тогда молодой господин Пэриш…

«Как же не представляю, я знаю об этом лучше всех вас», — подумала Анна.

— Простите, это из-за меня вы пострадали, — сказала она с сожалением.

— Лишь бы ты не винила нас за то, что мы выполняли приказ молодого господина, — Фиона покачала головой. Под глазами у неё залегли тени — судя по всему, она почти не спала ночью. — Ты… видела его потом?

Абигейл и Кэйли уставились на Анну, явно сгорая от желания услышать ответ.

— Видела, — кивнула Анна. — Он уже знает, что у меня есть возлюбленный. Думаю, теперь он оставит меня в покое.

Теперь, когда демон покинул тело Пэриша, ей больше не нужно было беспокоиться, что тот снова начнёт делать предложения. Так что сказанное было вполне правдой.

Три девушки переглянулись. Казалось, они должны были обрадоваться — но бурного восторга не последовало.

Вчерашнее поведение Пэриша так их напугало, что даже симпатия к нему заметно поубавилась.

— Как хорошо, что молодой господин услышал… Анна, мы ведь можем и дальше приходить поболтать с тобой? — осторожно спросила Абигейл.

— Конечно, — улыбнулась Анна.

Все трое заметно расслабились, невольно придвинувшись ближе, хотя секунду назад они боялись подойти.

Анна помирилась с ними и принялась болтать так, словно вчера ничего не произошло.

Пусть подруги и ненастоящие… но в этом не было ничего плохого. Если кого и винить, так только того демона.

Против него у Анны не было никакого оружия, и ей оставалось лишь тайно молиться, чтобы он вдруг утратил интерес к её душе и ушёл. Когда демон появлялся перед ней — ей некуда было деваться.

В один из дней, когда Анна, по обыкновению, принесла молодому господину Пэришу поздний завтрак — почти переходящий в обед, — она вдруг увидела, что за столом, который демон облюбовал несколько дней назад, помимо Пэриша, сидел ещё кто-то — это был демон в теле Уилисса.

Анна на мгновение замерла, притворяясь удивленной.

Она будто сдержала какое-то невысказанное слово, расставила блюда из корзины и с виноватым видом обратилась к демону:

— Господин маг, я не знала, что вы тоже здесь. Я принесла завтрак только для молодого господина Пэриша. Позвольте, я сейчас же принесу и для вас.

— Не нужно, — остановил её Ротгарр.

— Как вам угодно, господин, — отозвалась Анна.

Она отступила в сторону и тихо ждала, пока Пэриш закончит завтрак.

Пэриш слегка улыбнулся Ротгарру:

— В городе Синего Камня развлечься особо негде, но за городскими стенами есть пара интересных мест. Уилисс, раз уж ты всё равно здесь задержишься, пока твоя рана заживает, я свожу тебя куда-нибудь повеселиться, когда мы оба поправимся.

Анна опустила взгляд, но её уши уловили каждое слово, сказанное Пэришем.

Ну вот. Она же говорила, что этот демон никуда не уйдёт — он использовал свои раны как предлог, чтобы остаться.

— Нет, — холодно бросил Ротгарр.

Чрезмерная фамильярность Пэриша его раздражала. По воспоминаниям обоих — и Пэриша, и Уилисса — между ними не было почти никакого общения. Он просто нарочно проходил мимо, а когда Пэриш радушно пригласил его присесть, не стал отказывать. И теперь этот раздражающий человек ведёт себя так, будто они закадычные друзья.

Ещё несноснее, чем Балан.

— Ха-ха-ха, ну и ладно! 

Отказ Ротгарра нисколько не задел Пэриша. Этот ловелас давно привык к отказам: за годы бесчисленных попыток познакомиться он уже получал отказы от нескольких сильных девушек. Давно научившись не принимать такие ситуации близко к сердцу, он слегла рассмеялся и продолжил: 

— Точно не хочешь позавтракать? Я думаю, дорогая Анна с превеликим удовольствием выполнит для тебя поручение.

Ротгарр даже не удостоил его ответом, просто пропустив слова Пэриша мимо ушей.

Пэриш не обиделся, и во время завтрака вид у него был вполне довольный.

Анна молча наблюдала за этой сценой и вдруг подумала: если бы она не могла видеть, что перед ней демон, — это было бы настоящим кошмаром. Оба ведь делали ей предложение…

Анна стояла тихо, Ротгарр тоже молчал. Лишь лёгкий стук столовых приборов нарушал тишину. Как только Пэриш отложил нож и вилку, Анна шагнула вперёд, чтобы прибирать посуду.

Внезапно она почувствовала, как кто-то нежно схватил её волосы. С удивлением повернув голову, она увидела как Пэриш с упоением вдохая аромат её волос, посмотрел на неё с улыбкой и сказал:

— Дорогая, у вас восхитительные волосы. Такой дивный каштановый оттенок, и этот нежный запах мяты — как цветок, распустившийся у ног богини. Невозможно устоять.

Анна уставилась в пространство.

«Богиня Света! Молю тебя, покарай этого извращенца!»

Она сдержала порыв швырнуть в Пэриша посуду, которую держала в руках, и краем глаза заметила, что демон глядит на происходящее с нескрываемым любопытством, словно что-то изучая.

…Ах, да. Пока демон жил в Пэрише, она вела себя с ним в духе «и хочется, и колется». Немного кокетничала, но всё же держалась на расстоянии.

Потом она обратилась к Уилиссу с просьбой взять её в ученицы — и демон сменил тело, решив использовать её страстное желание стать магом в качестве приманки для договора.

Если сейчас она резко изменится — он заподозрит неладное. Если продолжит кокетничать — он, пожалуй, вернётся в тело Пэриша и снова начнёт искушать её через него.

Незавидное положение.

Анна, опустив голову, продолжала убирать со стола, складывая вещи обратно в корзину. Потом, зардевшись, выдернула волосы из рук Пэриша. Она уже готовилась что-нибудь смущённо пробормотать, но Пэриш не дал ей опомниться: он поймал её руку и сжал, обворожительно улыбаясь:

— Дорогая, вы покраснели? Прошу вас, не смущайтесь. Моё восхищение вами — искреннее и от всего сердца. И вы его заслуживаете.

«…Псих!»

Анна рывком выдернула руку, сжала зубы и улыбнулась:

— Благодарю вас, молодой господин Пэриш. Ваши похвалы заставляют меня сгореть со стыда.

Анна подумала, что этот ловелас Пэриш куда хуже того демона, которому нужна только её душа. По крайней мере, демон не распускает руки!

Она торопливо поклонилась и вышла. За её спиной Пэриш громко рассмеялся.

Когда Анна ушла, он с наслаждением понюхал ладонь, касавшуюся её волос, и мечтательно произнёс:

— Прелестная девушка, не правда ли, Уилисс?

Ротгарр всё это время молча наблюдал за Анной: за её смущением, за вспышкой раздражения, едва не вырвавшейся наружу. Всё это было притворством — он был уверен.

Эта умная и хитрая женщина — совсем не та покорная белая овечка, которой прикидывается.

Он тихо фыркнул, и из его горла вырвался невнятный звук.