Судьбоносная из романтических встреч

Перед отъездом "ласка" (Ху Цин) тысячу раз предупредил его, чтобы он не капризничал в дороге, не устраивал сцен, чтобы он не доставлял хлопот местным чиновникам, поскольку почтовые станции просты, и он может останавливаться в более комфортных гостиницах.

Через пять дней после отъезда, когда караван прибыл в Цзяннань, Ся Юйцзинь постепенно осознал реальность. Отправляя его в Цзянбэй, "ласка" не дал ему ни единой монеты на дорожные расходы. Ему не только нужно было работать на службе, но и все расходы он должен был оплачивать из своего кармана. Более того, он должен был оплачивать еду, жилье и транспорт для всех сопровождающих чиновников и охраны!

Ся Юйцзинь гневно ударил по столу:

"Это просто возмутительно!"

Мэйнян в испуге вздрогнула, палочки для еды дрогнули, и тушеная свинина, которую она хотела положить Е Чжао, упала на пол. Она тайком взглянула на мрачное лицо принца-консорта, быстро исправила свою ошибку, положив ему в миску жирный кусок мяса.

Ся Юйцзинь негодовал:

"Дядя-Император не выделил мне средства на расследование!"

Цю Хуа, не обращая внимания, набивала рот рисом:

"Казна бедна, ничего не поделать. Эта рыба в уксусе хороша."

Цю Шуй с улыбкой закатала рукава, положила Генералу рыбу в уксусе и неторопливо сказала:

"Принц-консорт Наньпин — человек высоких моральных качеств. Вы, должно быть, единственный во всей Великой Цинь, кто работает на одном жаловании."

Е Чжао переложила рыбу в уксусе из своей миски обратно к Ся Юйцзиню. Ся Юйцзинь по-прежнему был полон недовольства, но не осмеливался вернуться и просить денег у "ласки". Ему оставалось только смириться с потерями, и он стал вращать глазами, рассеянно разглядывая пейзажи вокруг, чтобы хоть как-то утешить свою маленькую, раненую душу.

Издавна Цзяннань славился своими красавицами. Хотя они не обладали такой царственной красотой, как столичные дамы, в них была природная нежность, подобная воде. Он, привыкший к роскошным красавицам, находил в местных, деревенских девушках особое очарование.

Вот хозяйка трактира рядом с постоялым двором: миниатюрная фигура, лицо, как у лотоса. Когда она наливала вино, обнажалась её нефритовая рука, похожая на корень лотоса, на которой позвякивали два витых серебряных браслета. Он так и хотел потрогать её, средний балл. Вон та молодая замужняя женщина, продающая цветы: её глаза томны, талия тонкая, а бедра широкие. Она виляет, когда ходит, а подвеска в виде цветка персика на тонкой серебряной шпильке покачивается — истинная прелесть, средне-высокий балл. А вот прошла миловидная вдова: пышная грудь, красивое лицо, неописуемые ощущения, средний балл.**

Ся Юйцзинь внимательно наблюдал, а про себя тайком выставлял красавицам оценки.

— Эх, не пишу любовных стихов и од, просто отправляю платочек дорогому другу. Друг мой, возьми его и рассмотри, поперечные нити и продольные нити, кто знает, что творится в моем сердце! — Раздалась громкая песня с воды. Голос был мягким, нежным и протяжным.

В лучах заходящего солнца со стороны окна подплыли несколько маленьких лодок. На них стояли девушки, собирающие лотос, которые весело шутили. Их бедная одежда не могла скрыть юной, сияющей красоты. Девушка, которая пела, была особенно прекрасна, выделяясь среди других: глаза цвета миндаля полны чувств, зубы белы, как снег, а волосы черны, как облако. В косу ей была воткнута веточка жасмина. На ней было простое, синее в мелкий цветочек, платье из домотканой ткани, которое плотно облегало талию, подчеркивая её высокий, стройный стан. Это заставляло всех парней на берегу вытягивать шеи, чтобы посмотреть на неё.

Ся Юйцзинь смотрел, как зачарованный, и ему не терпелось свистнуть, чтобы подразнить маленькую красавицу. Мэйнян слегка ткнула его:

"Принц-консорт, Генерал смотрит..."

Ся Юйцзинь вздрогнул, вспомнив, что рядом жена. Почувствовав, что ведет себя неподобающе, он поспешно отвел свой "повеснический" взгляд, выпрямился, принял позу порядочного джентльмена, а затем нежно посмотрел на жену, готовясь прочесть ей нравоучительные изречения Лю Сяхуэя (образец добродетели).

Лучше бы он не смотрел. Его чуть не свела с ума картина: Черт возьми! Его жена смотрела на красавицу ещё более сосредоточенно и похотливо, чем он! Ее глаза почти приклеились к этой юной девушке! Ся Юйцзинь решил не сдавать позиций и продолжал изо всех сил смотреть на маленькую красавицу.

Медный колокольчик за дверью задребезжал от ветра. К обочине медленно подъехала синяя карета. Из неё вышел богато одетый, красивый молодой господин в сопровождении изящного слуги и охранников. Он слегка нахмурился, но с улыбкой сказал своим сопровождающим:

"Дикий холм, простой трактир, придется довольствоваться тем, что есть."

Маленький слуга трактира подбежал к двери, вытирая пот со лба, и с трудом объяснил им:

"Господин, извините, но сегодня наша харчевня полностью зарезервирована джентльменом из столицы."

Слуга молодого господина возмутился:

"Да кто он такой? Какое высокомерие! Наш Молодой Господин Чжан..."

Молодой господин Чжан остановил его невежливый выпад. Слуга трактира подобострастно улыбнулся:

"Говорят, это купец, который едет за рисом в Цзянбэй. Он очень щедр, привез много повозок и лошадей. Он зарезервировал не только наше заведение, но и соседнее, и то, что через одно. Если хотите поесть, придется подождать, или вы, господа, пока сходите и съешьте миску вонтончиков у уличного торговца?"

Стоило ему сказать, что он принц-консорт, как все не видевшие света простолюдины тут же теряли дар речи, а местные чиновники спешили подлизаться. Ся Юйцзинь устал от общения с чиновниками. Едва он проехал два уезда, как его это уже утомило до чертиков. Он решил, что истории о тайных инспекциях в инкогнито, чтобы избавлять людей от зла, звучат очень внушительно, поэтому скрыл свою личность и переоделся.

Благодаря своему опыту жизни среди простого народа, он в совершенстве овладел искусством притворства и актёрской игрой. Не проявляя аристократических замашек, он притворился богатым купцом, направляющимся за реку для закупки зерна, и в своих речах и манерах не выдавал себя ни единым изъяном. Е Чжао, видя его радость, пошла ему навстречу: стража переоделась в охранников, сопровождающие чиновники притворились управляющими, а кучеры и слуги остались как есть. В обозе, помимо личных вещей Ся Юйцзиня, было тридцать повозок с зерном, срочно направленных на север для оказания помощи, и с первого взгляда было трудно разгадать истину.

«Наш молодой господин нежен и избалован, если бы не сломанное колесо в пути, которое задержало нас, разве стали бы мы мириться с этим грязным захолустьем?» — За дверью сопровождающий, видя, что какой-то купец занял так много места, возмущался и хотел поспорить.

Молодой господин Чжан вздохнул, лениво помахивая веером, и с улыбкой сказал:

«Ладно, мы здесь не за рекой, нужно быть доброжелательными, не стоит спорить. Пойдём».

Сопровождающий скривил губы и неохотно пробормотал:

«Если бы мы были за рекой, я бы прибил этого пса-слугу!»

Ся Юйцзинь, услышав шум у входа, с любопытством посмотрел и встретился взглядом с молодым господином Чжаном. Тот оказался обычным молодым человеком из зажиточной семьи, приятной внешности, с изысканными манерами, не вызывающим неприязни, а вот его наглый сопровождающий покраснел от злости. Ся Юйцзинь понимал, что из-за того, что он занял весь ресторан, те остались голодными, и ему стало немного неловко. Он улыбнулся им и повернулся обратно.

Улыбка красавца рождает персиковые цветы. Веер молодого господина Чжана выпал из рук, и он застыл, глядя на него. Тот был худощав, на нём был просторный белый конфуцианский халат, на поясе висела зелёная нефритовая подвеска. Лёгкий ветерок поднял несколько прядей растрёпанных чёрных волос, которые коснулись нежной, будто бы готовой порваться кожи, изящных и прекрасных черт лица. Под длинными ресницами сверкали глаза ярче звёзд, с улыбкой они слегка сузились, и на фоне бескрайней бирюзовой воды за окном и озера, полного лотосов, все красавицы, которых он видел прежде, показались ему прахом под ногами. А тот исполненный чувств взгляд, брошенный при повороте головы, и вовсе заставил его сердце трепетать от волнения. Только неизвестно...

Молодой господин Чжан быстрым шагом подошёл к Ся Юйцзиню, сдерживая бушующие в душе порывы, с самой мягкой улыбкой в своей жизни почтительно попросил:

«Этот недостойный носит фамилию Чжан, является сюцаем. Господин, как к вам обращаться?»

Ся Юйцзинь подумал и ответил:

«Фамилия Юй».

Молодой господин Чжан:

«Господин Юй, мы, хозяин и слуга, опоздали к обеденному времени, а в городе нет приличных ресторанов, где можно поесть. Желудки пусты, и терпеть очень тяжело. Не могли бы вы пойти навстречу, сделать доброе дело и позволить нам поставить столик рядом?»

Ся Юйцзинь был человеком сговорчивым, если оказывали должное уважение. Увидев мягкую просьбу другого, он, придерживаясь образа купца, с улыбкой вежливо ответил парой любезных фраз, затем указал на единственный незанятый стол рядом и пригласил хозяина со слугой пройти туда. Молодого господина Чжана его улыбка заставила учащённо забиться сердце, он почти забыл, где находится, но, не смея выдать себя, поспешил сесть рядом и начал внимательно наблюдать краем глаза.

Рядом с господином Юем сидела молодая женщина, украшенная золотом и серебром, с цветущей внешностью, похоже, его жена или наложница, которая робко пыталась ему угодить, но была грубо оттолкнута с явным отвращением. Ещё были две служанки с густыми бровями и большими глазами, которых в лучшем случае можно было назвать приемлемыми, на них он даже смотреть не желал. Вместо этого он всё внимание уделял холодному и статному мужчине рядом, постоянно заигрывая с ним и препираясь, атмосфера была двусмысленной, и в конце концов он даже тихонько схватил того за руку, сжал пару раз и прошептал:

«Сегодня вечером веди себя прилично».

Мужчина снисходительно кивнул:

«Хм».

Оказывается, господин Юй тоже из наших! Молодой господин Чжан обрадовался, ему не терпелось поскорее его завоевать и хорошенько понежиться.