Светлые и тёмные стороны детективного дела

Салатница чудаков Том 1.0 Глава 7.0

24 октября 14:03

День катился к закату, но в агентстве «Кабурая» время неслось вскачь. Соскэ и Сара плечом к плечу вдавливали кнопки геймпадов, загоняя в угол гигантское чудище на экране.

— Попался! Слил ему полшкалы здоровья! — рявкнул Соскэ.

— Красава! А я сейчас «Заряженным ударом» третьего уровня ему хвост отчекрыжу!

— Сара хищно прищурилась, целясь в уязвимую точку оглушенного монстра.
— Ура! Хвост чик-чик — и нету!

— Отлично. Лутаем шкуру и вперёд, добивать гада!

Пальцы Соскэ летали по контроллеру, пока разум где-то витал.

— Слушай, странно выходит. Ты сама будто из фэнтези выпала, а мы режемся в игру про фэнтези.

Сара отвлеклась на секунду и покрутила пальцем у виска:

— Ты серьезно? А парни из твоего мира разве не бегают в «стрелялки», хотя война — дело поганое?

— Хм-м… С такого ракурса я не смотрел. Твоя правда.

— К тому же в моём мире огнедышащих тварей днём с огнём не сыщешь.

— Да ладно?!

— Ага. Наш мир от вашего — всего на волосок. Просто люди умеют колдовать.

— По-моему, «волосок» величиной с пропасть.

Но если здраво рассудить: нечисть на родине Сары не водилась, прогресс не особо отставал от здешнего, и никто там не тыкал пальцем в воздух, вызывая «окно параметров». Выходит, её родной мир — совсем не та лакированная сказочка, где «героя» вычурно кличут «юся», а не простым «эйю».

Вскоре виртуального беглеца нагнали и эффектно прикончили. Но на этом охота не закончилась — они гоняли цифровую живность ещё битый час, пока не выключили приставку.

— Шикарный замес! Чую носом, скоро я тебя обставлю, — пропела Сара, за обе щеки уплетая слоёный пирог «Люмонд» и щедро запивая его какао.

— Обставишь, размечталась. Двести часов наигрыша, крошка, — парировал Соскэ, с отвращением глотнув бурую жижу, которую стыдно звать растворимым кофе.

— Двести?! Да это ж не хобби, а диагноз!

— Для этой серии — норма. И вообще, видеоигры — неотъемлемая часть моей профпригодности.

— Чего-о?!

Сара вскинула бровь, всем видом изображая: «Ну-ну, заливай больше». Соскэ напустил на физиономию начальственную важность и выдал:

— Для детектива трепаться с кем попало — основа выживания. Клиент бывает разный, и чтобы ко всякому ключик подобрать, я обязан быть в теме всего на свете. Игры, сериалы, аниме, книги, кино, этот ваш ютуб, музыка, сёги, политика… Короче, зоопарк.

— А-а, вон оно что…

— Именно.

— То есть ты дни напролёт пялишься в телевизор, тонешь в манге и лупишь монстров — и это у тебя «работа»? А я, наивная, думала, просто клиентов нет и заняться нечем. Прости, что не разглядела в тебе такого трудоголика.

— Э-э… Ага.

Сара извинялась, глядя в упор с ангельской улыбкой. Соскэ стушевался и отвел взгляд. Сара хмыкнула.

— Эх, вот бы и настоящие дела так же лихо закрывались, как эта охота.

— И не говори…

Соскэ поник. С того странного дела Бранды Айсаки минула неделя — телефон молчал, как партизан в тылу врага.

— Да-а, до лозунга «Каждый день лопаем говядину Хида» нам пока как до луны пешком…

— Угу…

Он и не грезил о мраморной Хида-гю. Просто хотелось жрать не одну траву. Овощи в магазинах кусались ценами, Соскэ давился проростками сои, экономя йены, а Сара зудела над ухом. Пару дней назад он соврал, будто разорился на ту самую вожделенную говядину, а сам притащил дешёвый гюдон из забегаловки. Принцесса, с детства избалованная изысканной едой, куснула разок, и лицо её затвердело: «Соврёшь ещё раз — будешь жалеть». Впрочем, миску риса с мясом она умяла так, что за ушами трещало.

— Слышь, а ты вообще рекламу где-то крутишь? — вдруг спросила Сара.

— Рекламу?.. Ну, сайт у меня есть.

— Да ну?

Сара мигом выудила свой чудо-телефон и открыла страницу агентства «Кабурая». На экране красовались адрес, номер и цены. Всё. Зрелище вызывало желание немедленно закрыть вкладку и забыть этот адрес.

— Это что за дно?! Ты вообще не парился?

— А чё такого? — взвился Соскэ. — Денег на дизайнера нет, я сам в HTML накидал.

Зато всё по делу, в одной куче, не промахнёшься.

— Издеваешься? Всё в одной куче и выглядит так убого, что у нормального человека глаз вытекает. Такой сайт хуже, чем его отсутствие. Отпугивает клиентов вернее сторожевой овчарки.

— М-м-да…

Сара из иного мира разнесла его творение в пух и прах. Соскэ задето за живое, но в глубине души понимал: истина глаголет устами малолетней попаданки.
— Раз красивые сайты лепить не умеешь, заведи страничку в Instagram или Facebook, и дело в шляпе.

— Ты в интернетах шаришь лучше меня?

— Я — дитя цифрового века, дедуля.

— По возрасту разве что, — буркнул Соскэ. — Инстаграм или Фейсбук, значит… А Твиттер не катит?

— Твиттер для шума хорош, когда срочно инфу разнести надо. А для сути — дрянь. Да и представь, вдруг ломанутся к тебе толпой, ты же захлебнёшься. Нам клиент нужен вдумчивый, кто специально «Детективное агентство Кабурая» искать будет.
— Жуть, до чего ты подкованная, — скривился Соскэ. — Ладно. Сварганю учётку на Фейсбуке.

— Ага. И фотку конторы сделай, чтоб дух захватывало. В фотошопе подшамань, не стесняйся.

— Уговорила.

В этот самый миг звякнул дверной звонок.

— Клиент?

— В расписании пусто…

Соскэ открыл. На пороге стояла девушка лет двадцати пяти, с гладкими чёрными волосами до плеч и чертами лица, которые можно назвать «опасно милыми». Тёмно-синий брючный костюм сидел свободно, но с тем неуловимым шиком, который отличает профессионала от офисной мыши.

— Гуй…

Гуй Чуньхуа. Бывшая коллега, младшая по рангу.

— Добрый день, сэмпай. Не отвлекаю?

Гуй чуть склонила голову и улыбнулась мягко, по-кошачьи.
— Мы как раз свободны.

— Вот и ладушки. Тогда разреши войти.

Соскэ буркнул приветствие и впустил её.

— Ой!

Увидев на диване Сару, Гуй на миг растерялась.

— Сэмпай, а девочка?..

— Взял на попечение.

— Взял?..

Сара поднялась, приосанилась и отчеканила:

— Сара Один. Тринадцать лет. Студентка по обмену с Аландских островов, Швеция.

Прибыла расширять кругозор. Экстерном сдала школьную программу и с младенчества грезила японской культурой… (ну и так далее).

— Ого, сколько хлопот на тебя свалилось, — с искренним сочувствием протянула Гуй, дослушав легенду до конца.

— Да я привычная. А вы, простите?..

— Ах, да. Гуй Чуньхуа. Мы с Соскэ-сэмпаем вместе хлеб детективный жевали в прошлом агентстве. — Она коротко поклонилась и присела на диван.

— В прошлом агентстве?

— В «Детективном агентстве Кусанаги». Самый крупный зубр в префектуре Гифу,

— пояснила Гуй. Сара перевела взгляд на Соскэ.

— Так ты в такой крутой конторе тёрся?

— Давно и неправда.

— Всего-то пару лет назад, — Гуй улыбнулась помрачневшему Соскэ. — Сэмпай хлопнул дверью и ушёл в свободное плавание.

— А чего ушёл-то?

— Да дурь в голову ударила.

— Ой, это надо было видеть! Сэмпай выдал нашему директору: «Я стану таким детективом, каким сам захочу!».

— Ого! Мощно задвинул!

Сара не упустила случая подколоть. Соскэ побагровел до корней волос.

— Хорош ворошить былое… Зачем пожаловала-то?

— А что, просто так зайти нельзя?

Гуй кокетливо надула губы, но наткнулась на ледяной взгляд Соскэ и усмехнулась:
— Ладно, правда мимо проходила, дела не срочные. Просто к нам сегодня клиентка одна заходила, да не сошлись в цене. Я её к тебе перенаправила. Не звонила ещё?

— Нет… А что за тема?

— Мамаша подозревает, что дочку-школьницу в школе гнобят. Хочет, чтобы детектив правду раскопал.

— Ясно.

Буллинг — хлеб детектива. Чаще всего звонят именно родители жертв, реже — сами дети или педагоги.

— Было бы славно, если б она нарисовалась, — заметила Сара и тут же нахмурилась:

— Погоди, а с какого перепуга ты нам, прямым конкурентам, подгоняешь клиента?

— Ну как же, хочется, чтобы у сэмпая всё получилось, — Гуй метнула на Соскэ томный взгляд.

— И у тебя из-за этого проблем не выйдет?

— Директор в курсе, всё ровно.

— Понятненько. Меня просто за ровню не считают, — процедил Соскэ.

Гуй уже не в первый раз подкидывала ему «отказников» из «Кусанаги». Когда-то он красиво ушёл на вольные хлеба, а теперь кормится объедками с барского стола. Стыдоба.

— Директор искренне за тебя переживает.

— От такой поддержки только тошнит.

Кун Кусанаги, глава «Кусанаги», детектив и управленец от бога, но как человек вызывал стойкое отвращение.

— Кстати, о директоре. Его на днях в полицию забирали для дачи показаний.

— Чего?! За что?

— В одном «массажном» салоне облава прошла, а он там был.

— Опять?! Ну что за скотина… — скривился Соскэ. Гуй улыбнулась.

— Он говорил, по работе. «Объект» завсегдатаем того места был.

— Ага, святое прикрытие, чтоб кайфовать за счёт фирмы.

— Может, и так. Но компромат он оттуда принёс знатный.
Сам Кусанаги давно полевыми выездами не занимался, но стоило делу коснуться злачных мест, он лично выезжал. Хвастался, что нет ему равных в Японии по съёмке пикантных фото одной рукой, пока вторая развлекается с девицей. Техника, спору нет, отменная, но натура у мужика гнилая.

— А что такое «массажный» салон? — влезла Сара.

— Хи-хи, Сара-тян, тебе такое пока рановато знать.

Гуй ловко ушла от ответа, но Сара явно всё нагуглит сама. Предосторожность бесполезная.

— Ладно, сэмпай. Пойду я, пожалуй.

— Уже?

Гуй поднялась, и Соскэ с Сарой двинулись проводить её до двери.

— Пока, Сара-тян… Сэмпай, я рада, что мы поболтали.

— А, ага.

Гуй смотрела прямо, и в её улыбке скользнула тень печали. У Соскэ почему-то сердце дало сбой.

Едва дверь закрылась, Сара выпалила:

— Слышь, Соскэ.

— Чего?

— Мне кажется, или эта Гуй к тебе дышит неровно?

— Исключено.

— Да брось! Всё её поведение орёт: «Ты мне нужен!». Если ты не видишь, ты просто слепой пень из худшей романтической манги.

— Говорю же, пустое.

— Хм-м. Детектив с твоим стажем не может быть таким бестолковым… А, я поняла. Ты боишься сломать удобные отношения и тупишь специально? Понимаю, но осуждаю.

— Звучит как сюжет ранобэ из моей бурной юности…

Действие, кажется, как раз в Гифу происходило. Соскэ отогнал ненужные воспоминания и тихо, серьезно сказал Саре:

— Не хочу, чтоб ты обманывалась. Скажу прямо. То, что ты видела — игра. Отработанный спектакль.

— Чего?!

— Она специально строит из себя «невинную кокетку». На эту удочку клюёт девяносто девять процентов мужиков.

— А зачем ей этот цирк с тем, кто ей неинтересен? — удивилась Сара. Соскэ вздохнул.

— Тренировка… Она лучший спец «Кусанаги» по «медовым ловушкам».

— «Медовая ловушка»?.. Это как?

Соскэ замялся — не для детских ушей тема. Но, помня о гугле, решил рубить правду-матку:

— Буквально. Её хлеб — влезать в чужие постели и души, чтобы развалить пары или браки. Она соблазняет одного партнёра, или обоих сразу, чтобы выставить измену в нужном свете.

— И кому такая грязь выгодна?

— Да кому угодно. Жене, чтоб мужа у любовницы увести. Родителям, чтоб разлучить дитя с неподходящей парой. Любовнице, чтоб в жёны пролезть. Конкуренту, чтоб скандал устроить и подсидеть. Причин — вагон.

— Ну, отвадить от измены — ещё туда-сюда. Но остальное — подстава чистой воды. Мерзость.

— Вот и я так думаю, — кивнул Соскэ нахмурившейся Саре.

— А ты берёшься за такое? Разрушать чьи-то отношения за деньги?

— Ни за что и никогда, — отрезал Соскэ с гримасой омерзения.

— Агентства порой творят дела на грани фола. «Медовые ловушки» — классика жанра.

— Погоди. А разве шестая статья Закона о надлежащем ведении детективной деятельности не гласит прямо: «Детектив не вправе вредить мирной жизни людей и ущемлять их законные интересы»?

— Ты что, весь закон на зубок выучила? — Соскэ вытаращился на неё.

— Ну, раз я в детективы намылилась, естественно.

— Ага, само собой…

Закон 2007 года, «Закон о детективах», он, конечно, знал. Но цитировать наизусть — увольте. А Сара шпарила, будто по бумажке.

— Ладно. Теперь ясно, что Гуй — та ещё штучка. Слушай, а у неё проблем из-за таких игрищ не бывает?

— У «Кусанаги» связи наверху, с политиками и толстосумами, плюс адвокаты зубастые. Если уж совсем на рожон не лезть, всё замнут. Да и жертвы обычно в суд не бегут, позора боятся. Глотают молча.

— Беспредел… Ты из-за этого ушёл? — Соскэ с кислой миной кивнул Саре.

— Вроде того. Меня воротило от их подхода: «главное — бабки, а на невинных плевать».

(Слишком много лишнего ляпнул?)

Сам он уже корил себя за тот юношеский максимализм и поспешный уход. Слишком хорошо усвоил: на голых идеалах в этом мире каши не сваришь. Но Сара…

— Круто! Уважуха! — просияла она. — Настоящий детектив справедливости обязан рубиться за людей и правду!

От её бесхитростных слов у Соскэ вдруг от души отлегло. Да, пусть даже это детские мечты, он всё равно будет детективом справедливости.

— Да. Твоя правда.

Соскэ тихо выдохнул и щёлкнул мышкой, открывая браузер. Маленький шаг к идеалу — завести страничку на Фейсбуке.

25 октября 07:23

Клиентка от Гуй объявилась тем же вечером. Соскэ переговорил с ней по телефону, а наутро она уже сидела в офисе. Нагава Мами.

Женщина лет тридцати пяти, в строгом костюме, но с таким затравленным лицом, будто не спала неделю.

— Здравствуйте. Я — детектив Кабураги, — начал Соскэ, занимая место напротив.

— Угощайтесь. Правда, чай — отрава, ячменный.

Сара плюхнула перед гостьей кружку и села рядом с Соскэ.

— А… эта девочка?.. — опешила Нагава.

— Вроде как мой ассистент.

— Не ассистент, а напарник.

Нагава растерялась пуще прежнего. Соскэ улыбнулся и мягко вернул разговор в русло:

— Итак, расследование травли. Расскажите подробности. Имя дочери, школа, класс.

— Д-да.

Нагава, косясь на Сару, начала сбивчивый рассказ. Её дочь — Нагава Юна, первый класс частной средней школы.

— Частная школа… Понятно, — пробормотал Соскэ, строча в блокноте.

Школа Юны — одна из лучших в префектуре. По статистике, в частных школах буллинг встречается реже, чем в государственных: публика там подобранная, с общим достатком и кругом интересов. К тому же «проблемных» отчисляют без сантиментов.
Но гарантий никто не даст. Элитные школы, зацикленные на баллах, часто бездарны в решении человеческих проблем. Всё это — лишь общие слова.

— Почему вы заподозрили именно травлю?

— Она стала часто сама стирать форму и кроссовки.

— Сама? Вне расписания?

— Вот именно. Мы обычно стираем раз в две недели, по выходным. А три месяца назад прихожу с работы — форма сушится. Она говорит: «Упала, испачкалась». Сначала я поверила. А потом это стало повторяться чуть ли не через день.

— Вы не спрашивали, обо что именно она падает?

— Да. Говорит, то в лужу, то краской заденет… Но я ей не верю. — Соскэ мысленно кивнул.

— Ещё странности?

— Учебники у неё все в разводах, будто их под дождём вымочили. Говорит, под ливень попала…

— Ясно… Прямо в лоб спрашивали, обижает ли кто?

— Спрашивала. Отнекивается. Намертво.

(Так я и думал.)

Потому и звонят детективу: дети родителям не признаются.

— Может, дело не в школе, а где-то ещё? Кружки, секции? — Нагава виновато мотнула головой:

— Она никуда не ходит. И в школьные кружки не записана. Я возвращаюсь с работы только к восьми, и всё хозяйство — уборка, ужин — на ней. После уроков у неё времени гулять с подругами нет…

— Понятно. А со школой вы беседовали?

— Да. Неделю назад, тайком от неё, сходила к классному руководителю.

— И что учитель?

— Сказал: «Проведём проверку». Через два дня отзвонился и заявил: «У нас в школе буллинга нет, не извольте беспокоиться».

(Два дня… Отписка для галочки.)

Соскэ подавил вспышку гнева и спокойно произнёс:

— Я склоняюсь к вашему мнению. Вероятно, Юну травят… Госпожа Нагава, разрешите мне поговорить с ней с глазу на глаз.

— Что?!

Нагава опешила.

— Когда родители спрашивают: «Тебя обижают?», ребёнок почти всегда закрывается. С чужим человеком он может быть откровеннее. Ваша цель ведь не просто констатировать факт, а решить проблему, если она есть. Верно?

— Д-да. Если это возможно, конечно. — Нагава закивала.

— Самый действенный способ прекратить травлю — собрать железные улики, нанять адвоката и отправить досудебную претензию родителям обидчика. Такая бумага обычно действует отрезвляюще. Но собрать улики в школе без помощи самой жертвы — фантастика.

— А совсем без участия дочери нельзя?

— У детективов нет полномочий полиции. Проникнуть в школу без разрешения — нарушение закона. Можно караулить у ворот, опрашивать учеников, но весомых доказательств, кроме слов, так не собрать.

— Тогда какой смысл вообще идти к детективу?.. — расстроилась Нагава. Соскэ тут же добавил:

— Хотя у нас нет особых прав, зато есть опыт, хитрые приёмы и аппаратура для скрытой съёмки. Если Юна согласится помочь, я окажу ей полную техническую поддержку. Пожалуйста, дайте мне шанс просто пообщаться с ней.

Нагава колебалась, но наконец кивнула:

— Хорошо. Я доверю вам дочь.

Договорились, что завтра в пять, когда Юна вернётся домой, Соскэ зайдёт к ним. Нагава сослалась на работу и засобиралась. Соскэ с Сарой двинулись проводить её до двери.

— Можно вопрос? — внезапно подала голос Сара.

— Э? — Нагава удивилась.

— Вас ведь из «Кусанаги» перенаправили, но вы позвонили нам далеко не сразу. Почему?

— Ну, это…

Нагава замялась, пряча глаза.

— Я хотела сразу. Но потом нашла в телефоне ваш сайт и…

— И от его убогого вида у вас свело олдскулы, и вы решили по-быстрому найти агентство поприличнее. Но цены всё равно не подошли, и вы пришли к нам от полной безнадёги? — закончила за неё Сара.

Нагава застыла соляным столбом — попала в яблочко.

— Вот видишь.

Сара с видом победительницы покосилась на Соскэ. Тот демонстративно уставился в потолок.

26 октября 17:00

На следующий день Соскэ ткнул кнопку звонка Нагавы ровно в пять. Дом — пятиэтажка без консьержа, годов восьмидесятых, минутах в пятнадцати ходьбы от агентства.

Соскэ облачился в стандартную броню детектива: пиджак, брюки, портфель. Сара, разумеется, увязалась следом. «Она твоя ровесница, но с психикой обычной школьницы, а не закалённого бойца из другого мира. Смотри, не брякни лишнего», — наставлял он её в сотый раз, но всё равно нервничал.

Дверь открыла сама Нагава Мами. Видимо, специально отпросилась пораньше.

— Извините за беспокойство. / Простите за вторжение.

— Юна у себя.

Нагава провела их вглубь. Квартира оказалась крохотной — одна комната плюс кухня-гостиная. За общей комнатой виднелась ещё одна дверь. Похоже, мать и дочь ютились в одной спальне.

(Метраж, возраст дома, расстояние до станции… Аренда от силы чуть за пятьдесят тысяч йен.)

Нагава прямо не говорила, но картина ясная: мать-одиночка тянет дочь из последних сил. А в частной школе большинство детей из богатых семей. Может, причина травли именно в кошельке?

— Юна, я вхожу, — объявила Нагава, берясь за ручку.

— Подождите снаружи, пожалуйста.

— Хорошо.

Нагава заколебалась, но отошла.

— Э?! Вы кто? Мам, в чём дело?!

Увидев незнакомцев, Юна вскочила со стула у стола, готовая то ли драться, то ли бежать.

— Спокойно. Я детектив, меня твоя мама наняла. Кабураги Соскэ.

— А я — Сара Один.

— Чего? Детектив? Не похож.

Юна сверлила их подозрительным взглядом. Черноволосая, черноглазая, с чуть вздёрнутыми упрямыми уголками глаз, она казалась старше своих тринадцати.

— В жизни мы не такие гламурные, как в сериалах, — мягко улыбнулся Соскэ.

— Да ну?..

Юна перевела взгляд на Сару.

— А это кто?

— Я напарница Соскэ.

Юна недоверчиво прищурилась.

— Дети разве бывают напарниками?

— Мне, как и тебе, тринадцать. Но я уже экстерном сдала всю школьную программу за границей.

— Серьёзно? Прям вундеркинд?

— Ага.

Сара кивнула с такой непробиваемой уверенностью, что Соскэ мысленно восхитился: «Ну и мастерски ты врёшь, подруга…».

— Ладно… И что вам надо? — спросила Юна, усаживаясь обратно на стул.

— Нам сказали, тебя в школе травят. Хотим помочь. — Юна скривилась.

— Так и знала. Но меня никто не травит.

— А почему тогда твоя форма и обувь вечно грязные?

— Ну, упала. Или задела где-то.

— А учебники у тебя все покорёженные.

—Это… это дождик. — Соскэ прищурился, разглядывая стопку книг. Юна напряглась, но стояла насмерть.

Как он и думал, крепкий орешек.

(Ладно…)

Нужно растопить лёд. Соскэ решил начать с непринуждённой беседы и обвёл комнату взглядом в поисках зацепки. Комнатушка — четыре татами. Две кровати, стол Юны, три книжных шкафа до потолка. Ни тебе плакатов с айдолами, ни мягких игрушек.

Глазу зацепиться не за что.

Остаётся книжный шкаф. Похоже, там обитали и мамины, и дочкины сокровища. Манга, романы, энциклопедии, журналы. Что именно Юнино — непонятно, но мангу она точно читает.

Какую серию выбрать для разговора? Лучше не попсу, чтобы легче было найти общий язык. Но хотя Соскэ и следил за трендами, глубоких познаний в манге у него не водилось. Половину корешков он даже не опознал. Можно было бы съехать на Конана или Киндаити, чтобы плавно перейти к работе, но, увы, детективного чтива на полках не наблюдалось.
Пока он тупил…

— ПФ-Ф-ФО! — Сара издала странный горловой звук, впившись глазами в полку.

— Ч-что такое? — испугалась Юна.

— У тебя весь «Со:тэн Ко:ро» есть! — Глаза Сары засверкали, и она рванула к шкафу.

— Эй, Сара, ты чего?

— «Со:тэн Ко:ро»! Я сто лет мечтала это прочесть!

— Это что, знаменитая манга? — спросил Соскэ. Сара округлила глаза.

— Ты японец и не знаешь «Со:тэн Ко:ро»?! Да на любом форуме, если спросят мангу про Троецарствие, тебе сразу назовут её и «Санкокуси» Ёкоямы Мицутэру! Классика!

— А, ну да…

Про Троецарствие Соскэ имел представление разве что по играм серии Musou, так что восторг Сары не разделял.

— Тебе нравится Троецарствие? — спросила Юна у Сары.

— Ага!

— А любимый герой кто? У нас в библиотеке только «Санкокуси», обидно.
— Чжугэ Лян!

— Чжугэ Лян?.. Ну-ну… — Юна скривилась.

— О, по роже вижу. Думаешь, выпендриваюсь, типа знаю только самое раскрученное имя?

— А разве нет?

— Сначала я тоже повелась на стереотип: «Чжугэ Ляна в романе слишком приукрасили, на самом деле он не так крут». Но потом, когда я зарылась в реальную историю, в демографию тогдашнего Китая, я поняла: «Настоящий Чжугэ Лян был в сто раз круче книжного». Так что я — его фанатка, прошедшая огонь, воду и медные трубы сомнений.

— Ого… А ты шаришь. — Юна явно прониклась.

Соскэ понимал через слово, но Сара только что взяла крепость по имени «доверие Юны».

— Любишь Чжугэ Ляна?.. Но в «Со:тэн Ко:ро» он тот ещё фрик. — Сара парировала выпад Юны с лёгкостью:

— Слышала. Но я не против, мне интересно взглянуть на такую трактовку… А кто у тебя в любимчиках сейчас?

— Наверное, Дун Бай.

— Дун Бай?.. А это кто вообще?

— Внучка Дун Чжо.

— Хм, не припомню… Я думала, знаю всех, даже самых незаметных…

— Её нет в «Троецарствии», только в примечаниях к биографии Дун Чжо мелькает. Зато она есть в играх Shin Sangoku Musou, и недавно роман выходил, где она главная героиня.

— Ничего себе, кого японцы откопали!.. Фантазия у вас что надо.

— Я сама удивилась.

— Круто. Слушай, да ты у нас знатный фан Троецарствия! — Юна чуть покраснела от похвалы Сары.

— Я не фанатка… Просто папа очень любил Троецарствие, вот я с детства и насмотрелась. «Со:тэн Ко:ро» — это его коллекция, он ещё DVD с сериалами и кукольными спектаклями собирал.

— Повезло с папой.

— Он умер.

Юна помрачнела и сказала это тихо.

— О, какое совпадение. Мой отец умер пару месяцев назад, — совершенно спокойно ответила Сара.

— Э? Правда?

— Ага.

— И тебе… не грустно совсем?

— Мы с ним почти не виделись. Да и сейчас у меня своих забот полон рот, горевать времени нет.

— А, ну да…

Юна явно опешила от такого равнодушия.

— Зато мне в вашей стране очень нравится. А вот у тебя, смотрю, неприятности?

— Н-нет. Всё путём. — Юна насупилась. Сара продолжила:

— Честно говоря, я не очень понимаю, что в вашей стране значит «травля».

— Чего?..

— Я читала в интернете, но так и не въехала. Чем травля отличается от насилия или

простого преступления? Меня в детстве старшие брат с сестрой часто мутузили, это оно?

— Не сравнивай травлю с семейными разборками! — возмутилась Юна.

— Травля

— это гораздо хуже… гаже…

— Хм-м… Значит, у вас под травлей не подразумевают яд в еде или наёмных убийц…

— Яд? Убийцы? Ты что, из эпохи Троецарствия вылезла?!

Юна испугалась намёков на суровое прошлое Сары. Соскэ поспешил сгладить угол:

— Она имеет в виду, что в мире есть места, где люди живут как на вулкане.

— А, вон оно что…

Юна посмотрела на Сару с жалостью.

— Кстати, судя по твоему тону, ты как будто уже знаешь, что такое травля, которая похуже семейных ссор? — мягко вставил Соскэ.

Юна поджала губы, потом выдохнула:

— Только маме ни слова.

— Замётано. / Само собой.

Соскэ и Сара дружно кивнули. Юна начала сбивчивый рассказ:

— Да. Меня травят.

Признавшись, она стала выкладывать детали. Классика жанра: облить водой, изрисовать учебники и парту, грязные надписи, полный игнор. Даже такая мелочь для жертвы — пытка.

— Деньги отбирают? Бьют?

— Нет, до этого не доходило.

— Ясно… Тогда давай решать проблему сейчас, пока не стало хуже.

— Не лезьте! — резко отрезала Юна.

— Если я потерплю, может, им надоест…

— У тебя есть причина не поднимать шум, верно? — догадалась Сара. Юна заметно напряглась.

— Нет… ничего.

— Может, не хочешь маму расстраивать? — спросил Соскэ. Юна вздрогнула.

— В точку?

Юна сердито уставилась на него, потом с тяжёлым вздохом всё выложила.
Главная заводила — дочка начальника её мамы. Вскоре после того, как Юна поступила в частную школу, её отец погиб в аварии. Матери, бывшей домохозяйке, пришлось срочно искать работу. На помощь пришла мать одноклассницы — упросила мужа, директора компании, взять Нагаву Мами в штат.

А дочка начальника решила, что Юна теперь у неё в вечных должниках, и начала задирать нос. Сначала просто перекладывала на неё общую работу и уборку, а потом вошла во вкус и принялась травить уже в открытую.

— Если я пойду жаловаться или дам сдачи, у мамы будут проблемы на работе. Вот я и терплю, — чуть не плача, закончила Юна.

— Дура ты у меня!

В комнату влетела Нагава Мами с красными глазами и сорванным голосом. Соскэ знал, что она подслушивает, но не подал вида.

— Мама?..

— Какая работа?! Какие долги?! Ты мне дороже всего на свете! Если меня уволят за то, что ты постоишь за себя, я на них в суд подам! Госпожа Аоки помогла, да, но ты для меня важнее любых денег!

— Правда?

Юна тоже заплакала.

— Конечно, правда.

— Хорошо. Тогда завтра я им всем врежу как следует.

— Да! Врежь им! Око за око!

— Ага!

— Стоп-стоп-стоп!

Соскэ испуганно замахал руками, прерывая этот воинственный дуэт.

— Кулаками махать — последнее дело. Сама же крайней окажешься. Давайте лучше законными методами.

— Без закона проще и приятнее. Так и хочется начистить им рыло и успокоиться.

(Да что ж у них у всех за тяга к мордобою!)

Соскэ мысленно взвыл, а вслух мягко спросил:

— Юна-тян, хочешь увидеть секретное оружие настоящих детективов?

— Секретное оружие?! Конечно, хочу! — тут же влезла Сара.

— Тебя не спросили, — осадил её Соскэ.

— Секретное оружие?.. Какое? — заинтересовалась и Юна.

Соскэ достал из портфеля самую обычную на вид шариковую ручку.

— Вот, одно из них.

— Ручка как ручка.

— Смотри на экран моего телефона. — Соскэ что-то нажал и протянул смартфон Юне.

— Что там?

Соскэ направил кончик ручки на склонившихся над экраном Юну и Сару.

— Ой! / Ого!

На дисплее возникло живое, чёткое изображение Юны и Сары, а из динамика синхронно раздались их голоса.

— В колпачок этой ручки встроена микрокамера. Она пишет звук и видео и передаёт прямо на телефон.

— Дай гляну.

Сара выхватила ручку и принялась вертеть её в пальцах, разглядывая колпачок.

— И где камера?

Телефон в руках Юны услужливо выдал: «И где камера?».

— О, ты в кадре! — рассмеялась Юна, глядя на экран.

— Ух ты! И правда, дырочка малюсенькая! — Сара нашла объектив и направила его на Юну.

— А! Теперь ты в кадре!

Сара придвинулась ближе, и они вдвоём принялись водить ручкой по комнате, хихикая и удивляясь.

— Ничего себе! Такая кроха, а снимает так чётко!

— Хороша игрушка, да.

Технический прогресс — лучший друг детектива. Хотя, конечно, злоупотребляют им тоже по-чёрному.

— Дай я попробую!

— Держи. Объектив вот здесь.

Юна взяла ручку и тоже стала наводить её на всё подряд.

— Сам корпус — обычная ручка. Колпачок можно снять и положить отдельно или прицепить на одежду как значок.

— Круто… А где такое продаётся? — восхитилась Юна. Соскэ ответил:

— Сама камера продаётся в спецмагазинах. Я её в корпус вмонтировал. Можно и в пуговицу, и в обувь, и куда угодно.

— Ничего себе у тебя руки золотые. А почему ты такой крутой гаджет постоянно не юзаешь? — спросила Сара.

— Качество у неё отличное, но флагманским смартфонам она уступает. Батарея садится за час, да и дорогая, зараза. Боюсь сломать ненароком.

— И что мне с ней делать? — спросила Юна, наигравшись.

— Снимешь на неё доказательства. Как они тебя обливают, как пакостят на парте. Всё в деталях.

— О… А это забавно. — На лице Юны заиграла хитрая усмешка.

— И ещё момент. Когда снимаешь, старайся называть обидчиков по имени.

— Типа: «Аоки-сан, прекрати!»?

— Именно.

— Не знаю, получится ли натурально… Ладно, попробую.

— Удачи.

— Порви их всех, — добавила Сара. Юна улыбнулась ей.

Соскэ ещё долго инструктировал Юну: как прятать, куда класть, как не спалиться. Попалят — хана камере, а денег жалко. Пока они возились с техникой, Сара, не теряя времени, уткнулась в первый том «Со:тэн Ко:ро».

27 октября 17:24

На следующий день Соскэ и Сара снова стояли в прихожей Нагавы. Юна, сияя, ткнула пальцем в экран своего телефона:

— Я всё чётко сняла!

На первом видео, снятом из пенала на парте, стайка девчонок с гоготом разрисовывала её стул маркером. На втором — её затащили в туалет и вылили на голову ведро ледяной воды. И всё с идеальным звуком, где её отчаянный крик: «Холодно! Аоки-сан, хватит!» пробирал до мурашек.

— Спасибо. Этого более чем достаточно.

— Молоток. Профи.

— Да ладно… пустяки.

Юна покраснела, но было видно, что она сбросила с плеч бетонную плиту, и теперь ей легко.

Соскэ тут же набрал знакомую акулу юриспруденции — Бранду Айсаки. Попросил составить досудебную претензию. Бранда по привычке поворчала: «Я, в отличие от некоторых, делом занята!», но согласилась втиснуть его в свой плотный график.
Соскэ повёз Нагаву Мами с дочерью прямиком в офис Айсаки. Там он передал адвокату видеофайлы и Юнин дневник, где та скрупулёзно записывала каждую подлость с датами и именами. Идеальный пакет улик.

Договорились, что письмо счастья улетит родителям обидчиков завтра же. Получив гонорар (весьма скромный, ведь главную работу проделала сама Юна), Соскэ и Сара покинули юридическую контору и проводили мать с дочерью до самой квартиры. Дело закрыто.

— Огромное спасибо вам! — Мами низко поклонилась у двери.

— Эй! Сара… сан, — окликнула её Юна.

— Можно без «сан», просто Сара, — отозвалась та.

— Л-ладно, Сара.

— М-м. Чего, Юна?

— «Со:тэн Ко:ро». Будешь читать дальше?

— Правда?!

Сара застыла с открытым ртом. Юна смущённо улыбнулась:

— Подожди здесь, я мигом.

— Только давай с девятого тома!

— Ладно!

Юна скрылась в глубине квартиры.

27 октября 19:34

— Ммм-м♪ — вернувшись в агентство, Сара вытряхнула мангу из пакета и немедленно ушла в чтение.

— Довольная, как слон после купания, — заметил Соскэ, шуруя у плиты.

— А ты сам-то не рад?

— Я?

— Ага. Всю обратную дорогу в машине лыбился, как Чеширский Кот.

— Правда, что ли?

Соскэ сам не заметил. Стало немного неловко. Помолчав, он пробормотал:
— Конечно, лучше бы травли вообще в природе не существовало. А уж если случилась

— хорошо бы школа или родители разруливали всё сами, без нас с адвокатами.

— Согласна. Но факт остаётся фактом: благодаря тебе Юна и её мать вылезли из дерьма.

Имеешь полное право гордиться.

— Ну да. Так и сделаю.

Соскэ кивнул и улыбнулся.

— А я, наверное, тоже хочу в школу, — вдруг выдала Сара.

— Это дело навело на такие мысли? — удивился Соскэ. После такой грязи ожидаешь скорее обратного. Сара чуть грустно улыбнулась:

— Не хочу, чтобы меня травили, нет. Но я ведь почти никогда не общалась со сверстниками по-настоящему.

— У вас там что, школ не строили?

— Для простолюдинов строили. А знать и дворяне учились дома, с наставниками.
— А, ну да.

(Школа, значит…) Если забыть про тринадцать лет и параллельную вселенную,

Сара — девица умная (даром что с закидонами) и компанейская.

Но книги, интернет и беседы со старым пнём вроде него — слабая замена живому общению с ровесниками.

(Как бы пристроить в школу человека без единого документа из другого мира… Надо будет на досуге покумекать.)

Поймав себя на этой мысли, Соскэ вдруг с холодком осознал: он уже всерьёз прикидывает, как обустроить жизнь этой странной девчонки. Похоже, она прочно обосновалась в его реальности.

Харука

Имя

Профессия: Детектив
Мировоззрение: Нейтральный / Хаотичный

ХАРАКТЕРИСТИКИ

Параметр

Значение

Выносливость

Сила

Интеллект

Сила духа

Магия

Ловкость

Проворность

Обаяние

Удача

Коммуникабельность

Анализ параметров и сравнение с Соскэ:

Обаяние — 92 против 43 у Соскэ. Огромная разница. Харука — настоящая красотка. Неудивительно, что она работает в крупном успешном агентстве: с такой внешностью клиенты сами выстраиваются в очередь.
Коммуникабельность — 93 против 76 у Соскэ. Мастер общения. Умеет разговорить кого угодно — от свидетеля до подозреваемого.
Интеллект — 81 против 85 у Соскэ. Немного уступает Соскэ в чистой логике и дедукции. Он, возможно, лучше анализирует, но она берёт своё харизмой и связями.
Физические параметры: Все в диапазоне 60–80. Она в хорошей форме, явно не только в кабинете сидит. Может и побегать за преступником, если надо.
Удача — 70 против 21 у Соскэ. Вот где главная разница. Соскэ хронически не везёт, а Харуке — вполне. Вероятно, именно поэтому у неё карьера идёт в гору, а он прозябает в своей конуре.
Мировоззрение: Нейтральный / Хаотичный. В отличие от «Доброго/Нейтрального» Соскэ, у Харуки есть хаотичная жилка. Возможно, она более гибкая в вопросах морали и готова слегка нарушить правила ради результата.
Профессия: 探 — «Детектив». Она — своеобразное зеркало для Соскэ: успешная версия той же профессии. Если Соскэ — неудачник-одиночка, то Харука — звезда крупного агентства. Контраст между ними наверняка обыгрывается в сюжете.

Юна