Одинокая школьница

8 декабря, 8:31

За пять дней до первого учебного дня Сары. Обычное декабрьское утро. Холодно, серо, на душе — муторно.

— Сегодня в нашу дружную семью вливается новая ученица — Нагацуна Юна. Пожалуйста, расскажи немного о себе. Мы все очень рады тебе.

Государственная средняя школа Савара. Класс 1-3. Двадцать пар любопытных глаз вперились в новенькую.

Нагацуна Юна стояла перед доской, как памятник самой себе. Безжизненная. Бледная. Стеклянный взгляд в одну точку. Как привидение, которое по ошибке занесло в мир живых.

(Ах да. Мне ведь всего двенадцать. Кажется, меня отправят в начальную школу.)

Три дня назад они с Сарой болтали по телефону. Жарко, до хрипоты спорили, кто быстрее: легендарный Красный Заяц из «Троецарствия» или реальный скаковой жеребец Огури Кэп. (Итог дискуссии: на ипподроме — Огури, по пересечённой местности с препятствиями — Заяц.) И тут Сара, как бы между прочим, с ледяным спокойствием выдала: она на самом деле родная дочь Соскэ. А история про «экстерном окончила старшую школу за границей» — липа, сочинённая для прикрытия.

От такого потока информации у Юны случилось короткое замыкание. Мозг отключился, завис, перезагрузился и снова завис. А теперь, стоя перед толпой незнакомых лиц в чужой школе, она вдруг почувствовала, как внутри медленно, но верно закипает злость. Нет, ярость. Густая, тёмная, первобытная.

В тот самый день, когда Сара сказала, что пойдёт в среднюю школу, Юна сорвалась с места и побежала к маме. «Хочу перевестись. Срочно. В Савару». План в её голове сложился мгновенно: она первой попадёт в новую школу. Осмотрится, освоится. А когда придёт Сара — будет уже «своя», опытный проводник в мир школьной жизни. Всё продумано, всё готово.

Мама у Юны — золото. Услышав просьбу дочери, она мгновенно всё оформила и разрулила. Учебники, форма, канцелярия — куплены за один день. Пути назад не существовало. Мосты сожжены.

Правда, потом, уже после перевода, выяснилась маленькая деталь. Сара попадёт в среднюю школу только в апреле. После выпуска из начальной. А сейчас она пойдёт в шестой класс. В их возрасте разница в один класс — это пропасть. Это разные вселенные. Это катастрофа.

— Нагацуна-сан? Ты в порядке?

Одноклассники сверлили её взглядами. Учитель с тревогой окликнул, пытаясь привести в чувство. Юна молчала, стиснув кулаки. Губы дрожали.

— Да как…

— «Да как»? Что ты сказала?

— ДА КАК… ДА КАК ВЫ МОГЛИ ТАК ПОСТУПИТЬ СО МНОЙ, САРА-А-А-А-А!!!

Юна затряслась, как в лихорадке. Набрала полную грудь воздуха. И выдала такой вопль, что стёкла задрожали, а с потолка посыпалась побелка.

Её крик, полный отчаяния и предательства, эхом разнёсся по всему школьному коридору.

Разумеется, после такого фееричного представления в первый же день на новом месте Юну единогласно записали в категорию «слегка опасные и крайне странные». Что, в общем-то, и следовало ожидать