Женская дружба (lol)
17 декабря, 13:32. После полудня.
Детектив Кабурая Соскэ в одиночестве пришёл в адвокатскую контору Айсаки. Без Сары, без сопровождения. Просто по работе.
— Объект — Айда Хироо, тридцать шесть лет, офисный служащий, мужчина. Слежка — суббота и воскресенье. В субботу у него якобы внезапная командировка в Сидзуоку, но с высокой вероятностью — это поездка с любовницей. Нужны доказательства.
— Понял, — кивнул Соскэ, выслушав инструктаж одетой в неизменное белое платье адвокатессы Айсаки Бранды.
— Подробные данные в этих документах. Ознакомишься позже, изучишь маршруты.
— Принято. Сделаю в лучшем виде.
— Кстати… А где твоя девочка? — спросила Бранда, протягивая бумаги и стараясь, чтобы голос звучал небрежно.
— А, Сара? Она в школе. Уроки.
Бранда застыла с протянутой рукой.
— В школе?.. Она смогла пойти в школу? С документами всё решилось?
— Ну, да. Как-то так. Разрулили.
Около месяца назад Соскэ советовался с Брандой, как отправить Сару учиться. Их тогдашнее нервное поведение заставило Бранду заподозрить: у Сары нет прописки, и её прошлое не выдержит никакой проверки. Бранда, под видом светской беседы (а не официальной юридической консультации), рассказала о нелегальных способах получения документов. И вот…
— Соскэ… Ты что, правда это сделал? Пошёл на подлог?
— Сделал? Что именно? — Соскэ изобразил каменное, непроницаемое лицо.
— Конечно, подделал прописку, — прошептала Бранда, наклонившись ближе.
Соскэ хмыкнул, отводя взгляд:
— Ха-ха, какая подделка? Сара — моя родная дочь. Я просто оформил всё по закону, задним числом.
— Твоя дочь?! Родная?! — Бранда вытаращила глаза и подалась вперёд, едва не упав со стула. — Ты серьёзно?!
— К-конечно, серьёзно, — Соскэ нервно дёрнул щекой и кивнул.
В прошлый раз, когда они ушли, секретарша Татэяма выдвинула безумную теорию: а что, если Сара — внебрачная дочь Соскэ от давней связи? Неужели попала в точку? Или он просто принял эту легенду?
— Понимаешь, какое дело… — начал Соскэ, собираясь с духом.
Он рассказал заготовленную историю: в старшей школе у него была мимолётная связь с одной женщиной постарше. Она забеременела, исчезла, ничего не сказав. А недавно вдруг объявилась — смертельно больная и одинокая. И оставила Сару ему на пороге.
Бранда слушала с откровенным подозрением, прищурившись.
— Это правда? Ты не врёшь?
— П-правда. У меня и ДНК-тест есть, официальный.
Бранда знала: по знакомству можно заказать любую бумажку с любой печатью. Но сейчас это было неважно. Родная кровь или нет — не суть. Главное — юридически у Соскэ появился ребёнок. Дочь.
(Если я выйду за Соскэ… я стану матерью этой девчонки?! Что же делать?! Я не готова!)
Неожиданный поворот застал Бранду врасплох. Она замерла с открытым ртом.
— Н-ну, мне пора в Сидзуоку. Надо собраться, изучить маршрут. Я пойду.
Соскэ поспешно ретировался, оставив Бранду в глубокой прострации.
17 декабря, 13:38.
— Вот беда… — пробормотала Бранда, потягивая кофе, сваренный секретаршей Татэямой. Вид у неё был убитый, плечи опущены.
— Напротив. Это же шанс, — спокойно возразила Татэяма, протирая чашки.
— Шанс? — Бранда нахмурилась.
— Если продолжать как раньше — подкидывать пустяковые заказы и тайно содержать Кабурая-сана, как бездомного кота, — конец один. Вы будете кусать локти, глядя, как его уводит другая, более решительная женщина. Но сейчас его обстоятельства резко изменились. Это идеальный момент для решительных действий.
Бранда с сомнением покосилась на неё:
— Меня многое смущает в твоих словах, но оставим это. Поясни, что ты имеешь в виду.
— На мой взгляд, до сих пор Кабурая-сан не испытывал острого желания жениться или заводить серьёзный роман.
— Да… Он сам говорил: столько видит измен и разводов по работе, что тошнит. Любовный пыл угас.
Бранда кивнула. Кстати, основной причиной этой тошноты были именно её заказы. Но она предпочитала об этом не думать.
— Но теперь у него на руках ребёнок. И это не временная опека над дитём друга. Он должен растить дочь один, годами. Финансовая нагрузка совсем другая. Наверняка он захочет разделить бремя. Или хотя бы найти кого-то, кто присмотрит за ребёнком, пока он на задании. У детектива ненормированный день. Иными словами…
— Иными словами?.. — затаила дыхание Бранда.
— Адвокат с высоким доходом и относительно свободным графиком — идеальный вариант для нынешнего Кабурая-сана.
— П-понятно! — Бранда ощутила убийственную, железную логику. — Н-но… Если он женится на мне только по расчёту… Я хочу, чтобы он любил меня. За мои личные качества… За то, какая я есть.
— Цыц!
— Ты сейчас цыкнула на меня?
— Нет, вам послышалось, — бесстрастно отрицала Татэяма. — Нищий детектив, так до конца и не растерявший глупых идеалов, и вдруг воспылает страстью к бессовестной адвокатше-коротышке, которая только и делает, что рушит семьи? Личные качества, ха. Очнитесь.
— Гх! — Бранду будто громом поразило.
Она и сама любила Соскэ за эту его неисправимую, почти детскую наивность. Но для него же это было явным минусом в её образе. И шанс, что ему нравятся миниатюрные женщины, стремился к абсолютному нулю.
— Теперь понимаете? Единственный способ заполучить Кабурая-сана — по максимуму использовать свои адвокатские преимущества. Стать для него идеальным вариантом с точки зрения выгоды. Расчёт, а не страсть.
Бранда замолчала, обдумывая горькую правду.
— Хорошо. Я попробую, — наконец кивнула она, сжав кулачки.
20 декабря, 14:35. Понедельник.
Соскэ пришёл в контору Бранды с отчётом. Результат оказался превосходный. Объект Айда и его любовница в Сидзуоке попали в объектив во всех возможных позах и ракурсах. Фото и видео — железные, неопровержимые доказательства измены.
— Это же известный онсэн-отель для пар, — заметила Бранда, разглядывая снимок пары у входа.
— Похоже на то. Я звонил — без предварительного бронирования не заселяют, — кивнул Соскэ.
— Этот кадр — уже отличная улика. Хватит для суда.
В голове Бранды невольно замелькали картины: она и Соскэ вместе в романтическом путешествии. Океанариум, музей, прогулки за руку. Потом онсэн. Местное сакэ, свежие морепродукты. Ночь. Они в постели. Взгляды. Поцелуй. Соскэ, обнажённый, нависает над её маленьким, хрупким телом. «У меня это впервые… Пожалуйста, будь нежнее…» — шепчет она, краснея. Он усмехается — чуть жестоко, по-мужски. И резко лишает её невинности… И всё это время за ними наблюдает какая-то блондинка с двумя хвостиками, болтающая на чудном диалекте. Сара. Смотрит и ухмыляется.
(Ну вот! На самом интересном месте! Опять она!)
— Что-то случилось? — удивлённо спросил Соскэ, глядя на её исказившееся лицо.
— Н-ничего. Кстати, Сара ездила с тобой на это задание? В Сидзуоку?
— Нет, я работал один. Это было рискованно.
Бранда чуть расслабилась.
— Значит, в субботу вечером она оставалась дома одна?
— Нет, ночевала у подруги. Помнишь Нагацуну Юну? Которой мы помогали с письмом от адвоката? Они сдружились.
— Но не можешь же ты каждый раз, когда работа затягивается на всю ночь, отправлять её к друзьям. Это неудобно.
— Да, верно.
Бранда напустила на себя равнодушный, почти скучающий вид:
— Значит, тебе нужен кто-то, кто присмотрит за ребёнком дома. Постоянно.
— Нанять домработницу? Было бы неплохо, но дорого.
— Э-это вариант, да… Но я просто привела пример. Ты мог бы… жениться. На ком-то.
Соскэ усмехнулся, качая головой:
— Я знаю, что материнская фигура Саре не помешала бы. Но нет кандидаток. Ничего не поделаешь.
— Если поискать, может, быстро найдётся?
— В брачном агентстве? Или приложении для знакомств?
— Н-ну, и это тоже вариант. Почему нет?
— Не-е. Стыдно признавать, но нет во вселенной женщины, которая захочет замуж за нищего детектива с прицепом в виде двенадцатилетней дочери. Минус сто процентов.
— Как знать? Может, где-то есть шикарный вариант: и при деньгах, и готова о ребёнке заботиться. Идеальная партия.
— Ха-ха. Если бы, — фыркнул Соскэ, принимая её слова за шутку. — Пока будем жить как живём. Вдвоём. Она у меня самостоятельная, взрослая. Одна дома — вообще не проблема.
— В-вот как… Понятно.
Бранда вытащила из ящика стола пухлый конверт.
— Короче, это гонорар за задание. Держи.
— А, спасибо… Хм? — Соскэ заглянул в конверт и удивлённо замер. — Не многовато ли?
Денег оказалось в три раза больше оговорённой суммы. Даже с учётом командировочных в Сидзуоку — явный перебор.
— Это особая премия. За твою постоянную и качественную помощь.
— И всё равно слишком много… Я не могу это принять.
— Не спорь. Бери. Для меня, адвоката, это мелочь. Карманные расходы.
Бранда говорила самодовольно, задрав подбородок. Соскэ слегка помрачнел.
— Ты мне из жалости, что ли? Не надо. Я не настолько бедствую.
— Не ври. Конечно, бедствуешь. Я вижу твои отчёты.
— Да нет, правда… — Соскэ замялся, подбирая слова. — Сара играет на скачках. И стабильно выигрывает. В этом месяце она заработала больше меня. Намного.
— Ты позволяешь ребёнку играть на скачках?! Это же азартные игры! — возмутилась Бранда, хлопнув ладонью по столу.
— Н-ну, билеты официально покупаю я, — поспешно оправдался Соскэ.
— Да хоть и ты! Ребёнок и азартные игры — это никуда не годится! Воспитание!
— Я понимаю, что для воспитания это не очень. Но когда прёт — заставлять её остановиться тоже как-то неправильно… И она не зарывается. Ставит осторожно, но в решающий момент показывает чудеса интуиции. Прямо дар.
Вид у Соскэ был растерянный. Но в голосе сквозила отцовская гордость. Бранду это взбесило до крайности.
— К-короче! Бери деньги и молчи! У меня, адвоката, их куры не клюют! Не тебе, нищему детективу, чета!
Соскэ поморщился, как от зубной боли:
— Раз настаиваешь — возьму… Но кричать о своём богатстве — это… безвкусно как-то. Честное слово.
— Б-безвкусно! Я безвкусная?!
— Ну, я пошёл. Спасибо за работу.
Он коротко кивнул сражённой наповал Бранде и быстро вышел.
— Госпожа, ваш пикап просто ужасен, — сухо констатировала Татэяма, глядя на окаменевшую Бранду.
— Ничего не хочу слышать, — убито прошептала та, уткнувшись лбом в стол. — Он сказал, я безвкусная… Он меня теперь ненавидит… Всё кончено.
— Кабурая-сан был раздражён. Но он не настолько мелочен, чтобы возненавидеть вас из-за такой ерунды. Он был резок для вашей же пользы. Воспитывал.
— Д-думаешь? Правда?
Татэяма вздохнула:
— Однако проблема в другом. Кабурая-сан не нуждается в деньгах. Вы потеряли свой главный козырь. Финансовый рычаг.
— Значит… остаётся только личное обаяние… — пробормотала Бранда.
— А оно у вас есть? Обаяние?
— Я его в себе разовью! Сейчас начну! Прямо с этой минуты!
Огрызнувшись, Бранда перевела взгляд на принесённые Соскэ доказательства. Фотографии счастливой пары.
— Ладно, хватит болтать. Свяжись с этой Айдой. Пора отправить гулящего муженька прямиком в ад. Хе-хе-хе…
Глядя на счастливое лицо мужчины с любовницей, она улыбнулась садистской, предвкушающей улыбкой. Татэяма посмотрела на неё как на безнадёжную.
21 декабря, 15:23. Следующий день.
Детектив Какэй Харука пришла с отчётом. В руке — тонкая папка.
Очередной «особый заказ» Бранды. Соблазнить мужчину, добыть компромат. Цель — Исидзуки Масая, пятьдесят один год, банковский служащий. Трудоголик. С женой — холод и отчуждение. Дети выросли, разъехались.
Обычно Харука укладывалась в неделю. С этим возилась почти двадцать дней до отеля. Не потому, что объект был стойким орешком. Харука сама ошибалась, нервничала. Объект насторожился.
— Для тебя что-то долговато, — заметила Бранда, листая краткий отчёт.
— Да… Кажется, я просто не в его вкусе, — отмахнулась Харука, поправляя волосы.
— Ну, ему за пятьдесят. Ты, наверное, слишком молода для него. Другое поколение.
— Спасибо…
Харука дежурно улыбнулась.
С тех пор как месяц назад она узнала, что Сара — «дочь» Соскэ, работа у неё валилась из рук. Она не верила в эту историю ни на секунду. Но шеф Кусанаги (отец Соскэ) принял факт. И Сара получила прописку как его законная дочь.
Харука годами пыталась завоевать Соскэ. Такого поворота она не ожидала. Шанс? Возможно. Но если она сойдётся с Соскэ, то автоматически станет матерью Сары. Харука хотела отношений с Соскэ. Но быть мамой школьнице прямо сейчас — к этому она не была готова. И тормозила, саботируя сама себя.
— Слушай, а как стать популярной у мужчин? Научи, — вдруг смущённо спросила Бранда, отводя взгляд.
Харука удивлённо моргнула:
— Айсаки-сэнсэй, вы хотите быть популярной? С чего вдруг?
— Ну, есть кое-кто, кто мне нравится, — слегка покраснела Бранда, теребя край платья.
— О-о. Вот как.
Харука опешила. Беспринципная адвокатша, идущая на всё ради развода, и она, эксперт по соблазнению, годами были лишь деловыми партнёрами. О личном почти не говорили.
— Значит, вам нужна не абстрактная популярность, а расположение конкретного человека?
— Можно и так сказать. Да.
— Расскажите о нём поподробнее. Всё, что знаете.
В соблазнении (да и в любви) главное — информация. Чем больше, тем лучше.
— Подробнее?.. Ну… Обычный он. Заурядный такой… Серый, — Бранда дала совершенно бесполезный ответ.
— Возраст?
— Около тридцати.
— Хобби? Любимая еда?
— Не знаю. Мы никогда об этом не говорили.
— Типаж? Из звёзд кто нравится?
— Арагаки Юи.
— Нет в Японии мужчины, которому бы не нравилась Гакки. Увы, это не информация. Минус.
— Да уж.
Вот если бы он был лоликонщиком — всё было бы просто. Но Бранда не могла этого знать.
— Он холост?
— К-конечно. Я бы не стала связываться с женатым.
— Профессия?
— Обычный офисный служащий.
Бранда почему-то отводила глаза и врала. По описанию — совершенно невзрачный тип. Трудная, непонятная цель.
— Хм… Для такого обычного человека и подход нужен самый обычный, без изысков.
— Что значит «обычный подход»?
— Смотря насколько вы близки сейчас.
Бранда задумалась.
— Мы давно знакомы. Бывали друг у друга дома. Не раз.
— О! Это довольно близко. Хороший знак.
Близко, но, видимо, он упорно держит её во френдзоне.
— Тогда нужно, чтобы он увидел в вас женщину. А не просто друга или делового партнёра.
— Как? Что для этого сделать?
— Мой любимый приём — прикосновения. Тактильный контакт.
— Прикосновения?
Харука подошла к стулу Бранды. Присела рядом на корточки.
— Например, в ресторане сесть сбоку, а не напротив. И как бы невзначай касаться его руки или плеча. Слишком нарочито — будет выглядеть как проститутка, отпугнёт. Естественно. По-дурацки… «Ой, я, кажется, пьяненькая… Голова кружится…»
Харука мягко провела рукой по бедру Бранды, прямо поверх белого платья. Бранда вздрогнула всем телом.
— П-понятно… Даже у меня, женщины, сердце ёкнуло… Это работает.
— Многие мужчины тают от такого. А если ещё чуть приоткрыть декольте, показать ложбинку…
Харука осеклась и замолчала. У Бранды не было ложбинки. Вообще.
— Спасибо за деликатность, — выдавила та сухой смешок.
— Н-ничего страшного! И без груди можно! Есть другие способы!
— Думаешь, на него это сработает? Как у тебя на объектах?
Харука представила, как Бранда «прикасается» к мужчине под тридцать.
Это выглядело как ребёнок, ластящийся к взрослому дяде. В лучшем случае — школьница на содержании. Если он не лоликонщик — шансов ноль. Абсолютный.
— Аха-ха… — Харука неопределённо улыбнулась, отводя глаза.
Бранда надулась и отвернулась.
— Т-тогда… Домашняя еда? Старомодно, но кто не рад, когда ему готовят? Путь к сердцу мужчины лежит через желудок.
— Я никогда не готовила. Вообще.
— Ничего. Можно начать учиться. Никогда не поздно.
— Ну да… Попробую.
— С чего мне начать? Какое блюдо самое беспроигрышное?
— Он сам готовит?
— Иногда. Но в основном набэ или лапша быстрого приготовления из пачки.
— Тогда классика. Тушёная картошка с мясом. Никухага.
— Картошка с мясом, — эхом повторила Бранда, пробуя слово на вкус.
— Да. Для тех, кто умеет готовить, — просто. Но те, кто не умеют, часто думают, что это сложное, трудоёмкое блюдо. И почти все мужчины её любят. Высок шанс угодить. Среди блюд, которые мужчины переоценивают, — номер один в Японии.
— Удобное блюдо… Татэяма, ты умеешь готовить картошку с мясом? — спросила Бранда у неизменной спутницы.
— Нет. Я вообще не готовлю. Только кипячу воду.
— О? Я думала, вы всё умеете, Татэяма-сан, — удивилась Харука.
Взгляд Татэямы стал печальным и отстранённым:
— Мой возлюбленный не ест. Ему не нужна пища.
Харука растерялась и замолчала. Бранда махнула рукой:
— Не обращай внимания. Харука, это страшная наглость с моей стороны, но не могла бы ты научить меня готовить картошку с мясом? Прямо сейчас?
— Хорошо. Когда вам удобно? Давайте назначим день.
Харука легко согласилась. Бранда давала ей много работы и хорошо платила. Да и просто была рада женской компании. Коллеги-женщины в агентстве сторонились её — специалистку по разбиванию семей. Выходные Харука тратила на себя. Близких подруг не было.
— Если можно, прямо сейчас. Я свободна.
— Ладно. Всё равно других дел нет.
21 декабря, 18:54.
И вот они готовят вдвоём.
У Бранды дома (она же офис) была шикарная, просторная кухня с островом. Но она ей никогда не пользовалась. Исключительно для красоты и статуса. Даже элементарной посуды не было.
Сначала — поход в хозяйственный магазин за утварью, кастрюлями и фартуком. Потом — в супермаркет за продуктами. И только потом — собственно готовка.
Бранда не готовила никогда. Даже на школьных уроках труда только смотрела, как готовят другие. Её навыки были ещё хуже, чем ожидала Харука. Страшно было смотреть, как она держит нож и овощечистку. Пальцы дрожат, порезы неизбежны.
Но её неуклюжие, трогательные попытки почистить картошку выглядели так мило и беззащитно. Вызывали острое желание защищать и помогать.
(Если бы я вышла за Соскэ и стала мамой Сары… Было бы вот так? Мы бы вместе готовили ужин?)
(А что? Может, и неплохо. Даже забавно.)
Думая об этом, Харука терпеливо учила Бранду азам.
Ушло много времени. Но картошка с мясом была готова. Картофелины и морковки — все разного размера. Кривые, неровные. Что-то разварилось в кашу. Что-то осталось сыроватым и хрустело. Но в целом — съедобно. Пахло домом.
— Для первого раза очень неплохо, — искренне похвалила Харука, пробуя кусочек.
Бранда, разглядывая кривую картофелину на палочках, вздохнула:
— Но показывать такое мужчине стыдно… Он засмеёт.
— Зато видно старание и душу. Может, ему даже понравится. Мужчины ценят усилия.
— Д-думаешь?.. Правда?
Представив, как угощает своего избранника, Бранда порозовела и смущённо улыбнулась.
— Харука, спасибо тебе огромное за сегодня. Научишь меня ещё чему-нибудь? Другим блюдам?
Бранда смотрела снизу вверх умоляющим взглядом. Харука дрогнула сердцем.
— Конечно. Я и сама хочу научиться готовить больше. Будем совершенствоваться вместе. Как подруги.
— Да! Спасибо!
Так специалистка по разводам и беспринципная адвокатша, бывшие только деловыми партнёрами, стали и подругами в личной жизни. Вот уж ирония судьбы.
22 декабря, 11:45. Наутро.
Бранда вызвала Соскэ под предлогом нового дела. Срочного.
Увидев, что он не держит зла за позавчерашнее и ведёт себя как обычно, она с облегчением выдохнула. И дала ему очередное пустяковое поручение — проверить один адрес.
— Тогда я пойду. Сделаю.
— П-погоди минутку.
— Что? Ещё что-то?
— Обед скоро. Я сегодня много наготовила. Не хочешь взять немного с собой? Дома поешь.
Бранда набралась смелости. Постаралась, чтобы голос звучал ровно и небрежно.
— О? Бранда-сан, ты готовишь? Сама? — удивился Соскэ, приподняв брови.
— Н-ну… Иногда. Для себя.
— Правда? Что сегодня? Интригуешь.
— Тушёная картошка с мясом. Никухага.
Услышав это, Соскэ издал странный звук «А-а…». Лицо его стало неловким, он почесал затылок.
— Что такое? Не любишь картошку?
— Извини. У нас как раз осталась картошка с мясом. Много. С прошлого вечера.
— А? — опешила Бранда. — Ты сам готовил? Или Сара?
— Нет. Помнишь, я говорил о Юне, подруге Сары? Она наготовила лишнего. И поделилась с нами. Целую кастрюлю.
— В-вот как… — Бранда сникла, плечи опустились. — И как? Вкусно?
— Очень, — без малейших колебаний ответил Соскэ, и глаза его потеплели.
— С-сложно…
— Юна из неполной семьи. Ужины — полностью на ней. А ведь только в средней школе учится. Готовит — отлично. Как взрослая.
— О… — Лицо Бранды помрачнело от искренних похвал чужой стряпне.
Похоже, пройдёт ещё очень, очень много времени, прежде чем она сможет угостить Соскэ своей едой. И чтобы он сравнил её не с Юной.