Время летит
1 августа, 10:57
Лето в Гифу — жаркое. Невероятно, убийственно жаркое. Город Тадзими в префектуре Гифу почти каждый год фиксирует самую высокую температуру в стране. Знаменит как «самое жаркое место Японии». Да и весь регион Мино — одна из самых знойных зон. Котловина. С севера, с гор Хида, дует обжигающий фён. Ветра нет. Моря нет. Жар застаивается, как в печи. В последние годы за сорок градусов — не редкость. Без подготовки — смертельно (каждый год люди умирают от теплового удара).
Для жителей Гифу, в прямом смысле убийственно жаркого места, речные забавы — жизненная необходимость. Моря нет. Но есть чистые, прохладные реки. Нагара — в тройке чистейших в Японии. Летом — купание, кемпинг, барбекю, рыбалка, рафтинг. И сегодня Соскэ с Сарой приехали на Нагару. С ними — Нагацуна Юна. Одноклассницы Сары — Ясунага Яёй и Нумата Рёко. И Какэй Харука.
Харука узнала о планах. Сразу же: «Я тоже свободна! Можно с вами?» Соскэ как раз хотел, чтобы был ещё один взрослый. Согласился.
Установили мангал. Соскэ в футболке и шортах сидел в походном кресле. Смотрел на Сару и остальных в реке. Школьницы — в милых купальниках. Не школьных. Весело брызгались из водяных пистолетов.
— Получай, Кусанаги!
— Кья! Хватит в меня!
— Сара-сама, готовьтесь!
— Яёй, и ты туда же?! Я не буду просто терпеть!
Сара пыталась отстреливаться. Ни разу не попала.
— М-м, почему не попадаю?!
— Ты и в Splatoon мазила. И в жизни, — сухо заметила Юна.
— Пф!
Она хладнокровно разила всех. По наблюдениям Соскэ, и стрельбой, и проворством Юна превосходила подруг.
— Нагацуна-сэмпай! Круто! Уважаю!
— И правда. Достойно лучшей подруги Сара-сама, — смотрели с восхищением Рёко и Яёй. Юна краснела:
— Н-ничего особенного.
— Хе-е… — глядя на них, Соскэ улыбался. Тут…
— Офицер! Тут дядька плотоядно пялится на школьниц в купальниках.
Харука стояла рядом.
— Не клевещи, — покосился Соскэ.
— Ну посмотри и на меня. Я тоже в купальнике, — слегка надулась она. И наклонилась, подчёркивая грудь.
Харука — в смелом бикини. Сексуально, но без пошлости. При её фигуре — убойно. Соскэ дрогнул. Кстати, сегодня Харука — с короткими волосами. Не подстриглась. Это её настоящая длина. Обычно носила парик. Соскэ и забыл.
— А-ага. Красиво-красиво, — изобразил равнодушие. Отвёл взгляд.
Кроме них, на Нагаре было много народу. Семьи, молодёжь, парочки. Редкие рыбаки-одиночки. Среди рыбаков — знакомое лицо.
(Это же…)
Соскэ встал. Попросил Харуку: «Присмотри за детьми». Подошёл.
— Э-э… Давно не виделись, Судзукири-сэнсэй.
— М? — обернулся сидевший на складном стульчике мужчина. Рассеянно удил.
Судзукири Акира. Писатель. Любимый автор Соскэ. Полгода назад приходил в агентство. Искал Ливию.
— А, вы тот детектив…
— Кабурая Соскэ. За тот случай… Простите.
Для Судзукири Ливия была благодетельницей. Вытащила его из бездомности. А когда он пришёл, Ливии в агентстве уже не было. Ушла разрабатывать товары в секту.
— Не берите в голову. Я потом с ней встретился, — усмехнулся он.
— Правда? Хорошо. Кстати, что вы здесь делаете, сэнсэй? Вы же в Токио живёте…
— А… Эх… — тяжело вздохнул Судзукири.
— Сэнсэй?
— После встречи с Ливией… Много всего случилось. И вот я в Гифу. В доме компании Ливии. Пишу статьи и рассказы для их журнала.
— К-компании Ливии?
— Не слышали? Ливия теперь — президент компании. «Сиро Эспада Клан». Диверсифицированное предприятие.
— «Сиро Эспада Клан»…
Соскэ видел их листовки в почтовом ящике. Но чем занимаются — непонятно. Подозрительно.
— Сэнсэй. Можно поподробнее? Про «много всего» и «случилось».
— Ладно.
Соскэ сел рядом. Судзукири рассказал. Ливия получила документы Кэнмоти Микото — единственной дочери босса якудза «Сиро». И стала CEO в компании, объединившей бывших якудза «Сиро», полусерую «Эспаду» и новую религию «Новый клан Бланшиль».
Как детектив, Соскэ краем уха слышал о «Сиро» и «Эспаде». Но избегал связей. Не знал, что в теневом мире такие подвижки.
А Судзукири полгода назад по просьбе Ливии писал тексты для её группы. Арест Ноа привёл к травле. Он сбежал в Гифу. Снова стал бомжом. Опять встретил Ливию. Теперь работает у неё. И снова пишет тексты для возрождённого «Спасительного кузнечика».
— Честно, думаю: лучше держаться подальше. Но она — самый интересный человек в моей жизни. Встречаясь с ней, как писатель, я всегда черпаю вдохновение.
— Понимаю.
— Когда охота на ведьм утихнет, напишу новый роман. С неё. «Бездомная дева-рыцарь» был. Теперь — дева-рыцарь в теневом мире. Название — «Тёмный рыцарь»? Как вам?
— Ха-ха… А-ха-ха…
Шутка? Или серьёзно? Соскэ не понял. Узнать, что любимый писатель сделает знакомую героиней, — чувства сложные. Но книга точно будет захватывающей.
1 августа, 12:04
Соскэ вернулся. Девочки уже вылезли из реки. Начали барбекю.
— Ты медленный, Соскэ. Барбекю уже началось, — весело сказала Сара, уплетая мясо.
— Извините. Знакомый поделился аю. Зажарьте.
Соскэ положил на стол пакет. Десяток аю от Судзукири.
— О-о! Аю! Из пресноводных — моя любовь! — загорелась Сара.
— Ха-ха. Нагарская аю — лучшая в мире.
Соскэ посыпал солью живых рыбёшек. Сара смотрела с ожиданием.
— Са-тян так любишь аю. Давай как-нибудь в «яна» сходим? — предложила Харука.
— «Яна»?
— Традиционная рыбалка запрудой. Перегораживают реку. Ловят спускающуюся рыбу. «Яна» — ресторанчик на такой запруде. Готовят улов. В Гифу — в основном аю. Жареная, сашими.
— Сашими?! Пресноводное — можно?!
— От паразитов — только выращенную. Есть жареная, сашими, тушёная, запечённая с солью, каша. Целый пир.
— Ч-что… Такой рай существует?! Надо идти!
— Хе-хе. «Яна» — только в сезон. Лучше летом.
— Давно не ела сашими из аю. Хочу, — вмешалась Рёко.
— И я. Слюнки текут, — подхватила Яёй.
— Настолько вкусно? — спросила Сара.
— Да. / Да! — хором ответили Рёко и Яёй.
— Вкуснее тунца Эдо-маэ?
— Да. / Да! — снова хором.
— Настолько?!
Сара голодно глянула на пакет с аю.
— Я бы тоже хотела в «яна», — прошептала Юна.
— И я! / Сара-сама, прошу, с вами! — вскинулись Рёко и Яёй.
Жители Гифу — от мала до велика — обожают аю.
— М-м. Тогда идём все вместе!
— Хе-хе… Иногда побыть с детьми неплохо, — мягко улыбнулась Харука.
— Фу-ух! Жду не дождусь сашими из аю! Летние планы растут. Даже железное тело не выдержит!
Сара радостно схватила новый кусок мяса. Глядя на неё, Соскэ вдруг погладил её по голове.
— Ч-чего ты, мяу? — удивилась она.
— Да нет. Просто милая, — улыбнулся Соскэ.
Раньше он думал, что её выходки в началке и средней школе — перебор. Но по сравнению с бурной жизнью Ливии — невинно и мило. Даже если «милая» родилась из такого сравнения, Сара залилась краской.
— Н-не городи чушь, дурак…
Холодно отвернулась. Но голову не убрала. Казалось, даже рада.
…И незаметно пролетело два года.