Спасительница-рыцарь

21 октября, 13:22

Пять дней как Ливия обживала новую роль — бездомной скиталицы.

С тех пор как Судзуки растворился в неизвестности, она пустила корни под мостом, где крышей служит небо, а ветер гуляет, не спрашивая разрешения. Не сахар, прямо скажем. Мысль найти приличный кров и постоянную работу казалась смешной. Но жизнь, как ни странно, налаживалась. Ливия вычислила график и маршруты, по которым выгоднее всего собирать пустые банки, и её сбережения поползли вверх — медленно, по капле, но верно.

Ночами приморозило, ветер пробирал до костей, так что Ливия сварганила себе логово из картонных коробок и прочего уличного хлама. Пригласить сюда Сару? Язык бы отсох. Но сама она в этом картонном коконе чувствовала себя на удивление уютно.

Котелок на месте, чайник гремит, зажигалка чиркает — весь арсенал в сборе. Из пустой банки Ливия соорудила спиртовую горелку и теперь трижды в день наворачивала горячую похлёбку. И не лапшу из пакета! Она приноровилась выпрашивать в супермаркетах уценённые овощные обрезки и варила из них наваристый супец. Кубики бульона и концентраты — гениальная вещь: дёшево и сердито.

А когда на душе скребли кошки и хотелось хрустеть, Ливия выходила на охоту за кузнечиками. Жарила их во фритюре до хруста или делала тэмпура. На рыбу и дичь закон точит зуб, а на насекомых — ноль внимания. Тем более у реки этой прыгучей мелочи пруд пруди. Ешь — не хочу.

Среди бродяг завелись знакомые. Это они посвятили её в тайны картонного зодчества и спиртовой горелки. Ливия в долгу не осталась — угостила их хрустящими кузнечиками. Те пришли в дикий восторг: знатная закуска под сакэ! Звали с собой, соблазняли выпивкой.

Недавняя встреча с Сарой, когда та, сморщив нос, объявила, что от Ливии «попахивает», стала ударом под дых. Поэтому вчера она совершила дерзкую вылазку в место под названием «сэнто» — платную общественную баню. Внутри, помимо гигантских купален, обнаружились сауна и даже массажные кресла! Ливия втрескалась в это место с первого взгляда и теперь твёрдо решила наведываться сюда раз в неделю, смывая грязь и усталость.

Вот так, незаметно для себя, она втянулась и полностью освоилась с ролью бродяжки.

Саму Ливию это, честно говоря, не радовало. Но, видимо, Судзуки оказался прав: талант к бродяжничеству у неё врождённый. В конце концов, главное — Сара в безопасности. А значит, можно пока пожить и так.

Размышляя об этом, Ливия уплетала уже третий за сегодня обед в городском парке.

Завтраки и обеды перепадали с благотворительных раздач. У каждой точки свой график: где в семь утра, где в восемь, в девять, в одиннадцать или в полпервого. Знай места и часы, да поторопись — запросто ухватишь и не один завтрак, и не один обед. Местные бродяги, открыв ей этот секрет, тронули Ливию до глубины души. Правда, сами они за добавкой не бегали. Говорили, игра не стоит свеч: за день так набегаешься, что потратишь больше калорий, чем получишь.

«И ведь такая вкуснятина… — удивлялась Ливия. — Совсем народ разбаловался».

Кормили обычно тем, что легко сварганить оптом: карри, приправленный рис, рисовые колобки-онигири, суп мисо. Где-то давали одно и то же, но всё оказывалось невероятно вкусным. Ливия готова была лопать это бесконечно.

Сегодня достались онигири без начинки. Но рис… То ли сорт волшебный, то ли варили его по секретной технологии — во рту он просто таял. Сравнивать с рисом из её мира даже глупо. А чтобы бродяги, таскающие мешки с банками или вкалывающие на подёнщине, не рухнули в обморок от нехватки соли, онигири делали чуть солонее. Ливию это только радовало.

К рисовым колобкам прилагались маринованные огурчики и баклажаны с рисовыми отрубями — забота о том, чтобы бедолаги не подхватили авитаминоз. Отдельное спасибо за это. К слову, Судзуки и сам когда-то увлекался домашними соленьями. Надо будет как-нибудь попробовать.

Но главный сюрприз поджидал сегодня — к обеду выдали целых пять печенюшек! Обычно бродяги пекутся только о том, как набить живот, или гонятся за дешёвой выпивкой. Десерт для них — нечто из области фантастики. Печенье явно пекли вручную — все пять штук разного калибра и формы. Но их простой, безыскусный сладкий вкус согрел не только желудок, но и душу.

— Фух…

Сметя всё до последней крошки, Ливия с довольным выдохом поднялась.

«Ну что ж, во второй половине дня — снова охота на алюминий».

В этот момент к ней и подошли незнакомцы.

— Добрый день!

Перед ней стояли парень и девушка, на вид лет двадцати — её ровесники.

— И вам добрый день, — вежливо отозвалась Ливия.

— О, отлично! Вы говорите по-японски, — парень заметно оживился. — Ну как? Еда понравилась?

— Ещё бы! Пальчики оближешь.

— Вот и славно, — он улыбнулся ещё шире, а девушка подалась вперёд.

— А как вам печенье?

— Выше всяких похвал. Я уж и забыла, когда в последний раз пробовала сладкое.

— Ура! Я его сама сегодня пекла!

— Вот как? Что ж, примите искреннюю благодарность.

Судя по всему, эти двое тоже помогали на раздаче.

Благотворительные обеды для бездомных не принадлежали одной организации. Каждый день на вахту заступали разные: некоммерческие фонды, волонтёрские объединения, религиозные общины — в основном христиане. Ходили слухи, что иногда подключаются даже якудза, но это совсем уж экзотика.

К какому типу относится сегодняшняя группа, Ливия не поняла, но одно ясно: все здесь, кроме неё, молодые.

— Не уделите немного времени? Просто поболтать, — спросил парень.

— Отчего же нет. Найдётся.

— Вы выглядите такой юной… — сочувственно вздохнула девушка, едва Ливия кивнула. — Наверное, с вами стряслась беда, раз вы оказались на улице?

— Ну… э-э… можно и так сказать, — замялась Ливия.

Не признаваться же, что свалилась сюда из другого мира.

— А что доставляет больше всего хлопот? — спросил парень.

Ливия задумалась.

Каждый день ест до отвала вкусную еду. Спит в уютной, как ей кажется, конуре. Доход скромный, но стабильный. Место для мытья нашла.

— Да нет, пожалуй. Особых проблем не вижу.

Парень с девушкой изумлённо переглянулись.

— Ну, вы это… не стесняйтесь.

— Да-да! Мы же почти ровесники… если что нужно, говорите как есть. Не стесняйтесь!

— Хм… Если уж совсем начистоту, то главная закавыка — отсутствие постоянной работы, невозможность снять жильё и открыть счёт. Всё упирается в документы. А раз их нет, то и проблему не решить. Пожалуй, это единственное, что гнетёт.

— «ЕДИНСТВЕННОЕ»?! — хором выпалили оба, вытаращив глаза. — Да это же серьёзнейшие проблемы!

— Ну, когда-нибудь их придётся решать, — усмехнулась Ливия. — Но сейчас мой господин в тепле и достатке, да и я как-то перебиваюсь. Так что, думаю, пока можно просто плыть по течению и наслаждаться жизнью.

— П-перебиваетесь? Наслаждаться жизнью?!

— Какой же вы… позитивный человек…

На их лицах читалась растерянность, но разговор они не прервали.

— Кстати, не хотели бы взглянуть на нашу общину?

— Очень советуем! Если понравится и вступите в клан, сможете жить в Доме Клана.

— Что за «клан»? — не поняла Ливия.

— Ну, это вроде нашего сообщества. Члены зовутся родичами… знаете, не просто друзья, а скорее одна большая семья.

Ливия тут же насторожилась. В памяти всплыл случай, когда её пытались заманить в сомнительный бизнес, обещая комнату в общежитии.

— Уж не хотите ли завлечь меня в злачное место?

— Что вы! Как можно! — вскинулись оба, искренне изумившись. — Мы просто хотим помочь тем, кто попал в беду!

«Хм-м…»

Похоже, не врали. Говорили мягко, смотрели открыто. Ничего общего с тем скользким типом.

— И что же это за место… ваш клан? — поинтересовалась Ливия.

Парень и девушка просияли и принялись наперебой объяснять.

Их группа официально звалась «Всемирный Клан Бланшиль». Костяк — молодёжь лет двадцати. Цель — построить мир без бедности, где каждый счастлив. Для этого они помогали бездомным, убирали мусор, занимались фермерством, продавали товары «для улучшения жизни» и развивали дух и тело родичей.

— Ого! Достойная организация!

— Ещё какая достойная! — с жаром подхватили оба. — С тех пор как я в клане, жизнь полностью переменилась.

— Если в твоём сердце есть надежда на мир во всём мире, тебе открыта дорога в клан. И сама выбираешь, чем заниматься. Хочешь помогать бездомным? Пожалуйста!

— Вот оно что… Многие бездомные и правда живут несладко. Неплохо бы и мне принести им хоть какую-то пользу…

— Это так благородно! — восхитился парень. — Помогая другим, мы помогаем себе.

Ливия немного подумала и решилась:

— Ладно. Можно для начала просто взглянуть на ваш клан?

Парень с девушкой переглянулись и, сияя, закричали в сторону кухни:

— Эй! У нас новый родич!

Оттуда грянули радостные возгласы.

— О! Отлично! — Давай к нам!

— Эй, погодите, я ещё не решила, вступать или нет…

Но внутри против воли разливалось тепло. Давненько она не чувствовала себя желанной гостьей. В последнее время, стоило ей, бродяжке, зайти в магазин, на неё смотрели как на преступницу. А тут — целая толпа радуется ей.

21 октября, 13:26

В тот самый миг, когда Ливия принимала приглашение молодых людей, на пороге детективного агентства «Кабурая» нарисовалась другая парочка — тоже парень с девушкой лет двадцати.

Соскэ, открыв дверь, выслушал буквально пару фраз и всё понял. Не клиенты. Продавцы. Причём, судя по речам, из тех, что промышляют оккультными товарами.

— Нет, спасибо. До свидания.

Он резко оборвал разговор и захлопнул дверь.

Прильнув к глазку, увидел, как парочка, кисло переглянувшись, послушно развернулась и ушла.

Со вздохом Соскэ вернулся в гостиную.

— Что стряслось? — лениво спросила Сара, валяясь на диване и листая что-то в телефоне.

— Продавцы.

— Продавцы?

— Ну, ходят по домам, предлагают всякий хлам. Иногда и к нам забредают.

Клеить на дверь наклейку «Продавцам не беспокоить» означало окончательно добить и без того хлипкий имидж детективного бюро, так что Соскэ махнул рукой. Может, поэтому к ним время от времени и наведывались такие гости.

— А, как купцы с государевым товаром?

— С каким ещё товаром?

— Ну, которые приносят во дворец новые ткани и украшения от поставщиков императорского двора.

— В каком-то смысле. Только эти — без всяких императорских печатей.

— А в моём мире такое было! Придворные купцы приносили новинки моды и драгоценности. Я так ждала их приходов! Зачем же ты их прогнал? — Сара надула губы.

Соскэ невесело усмехнулся.

— Уж кто-кто, а придворные ювелиры сюда точно не заявятся.

— Ну допустим. И что они пытались втюхать тебе на этот раз?

— Понятия не имею. Даже слушать не стал. Наверняка «чудо-вазу» или «оберег, притягивающий удачу».

— Так это же как раз то, что нам нужно! Немедленно верни их! — Сара вскочила с дивана с горящими глазами.

— Успокойся. Всё это чушь собачья. Развод на деньги.

— Что?

— Называется «оккультный маркетинг». Играют на страхах: мол, все беды от сглаза и порчи. Чтобы снять, нужно купить волшебную безделушку за бешеные деньги. Самый мерзкий вид торговли.

— Вот, значит, как… Подлые людишки… — Сара выглядела ошеломлённой, а затем с ноткой восхищения добавила: — И надо же! В мире, где наука достигла таких высот, до сих пор процветает торговля чудесами! Уму непостижимо.

— Услышать от гостьи из фэнтезийного мира, что мы тут дикие, знаешь ли, обидно. Хотя… у каждого иногда возникает желание свалить неудачи на потустороннее. Я и сам на Новый год в храм хожу, омамори покупаю…

— А этот «оккультный маркетинг» законен?

— Если продавцы знают, что товар — пустышка, и навязывают силой, то это мошенничество. Но если за ними религиозная организация и они твердят, что это «личная инициатива верующих», отвертеться от правосудия легче лёгкого. Вот как эти двое. И судя по глазам, сами искренне верят в эту чушь. Молодые совсем…

— Молодые? — переспросила Сара.

— Лет двадцать, не больше. Студенты, наверное. Попались на удочку подставной студенческой организации.

— Подставной?

— Ну да. Религиозные или политические группы маскируются под кружки по интересам и вербуют студентов. Не называют себя «Церковью такой-то». У них названия попроще: «Волонтёрский центр» или что-то в духе «Клана такого-то», «Гильдии сякой-то» — словечки из игр и аниме, чтобы звучало знакомо и безобидно. А наивные студенты идут за ними как бараны.

— И это не считается преступлением?

— Если насильно менять сознание наркотиками или угрозами — это «промывание мозгов», статья. А «контроль сознания» — это когда тебя исподволь, без явного криминала, направляют в нужную сторону. Часто эти понятия путают, но разница огромна.

— Хм… Неужели сознанием так легко манипулировать?

— Точно не знаю. Но есть известный метод — эффект подпорогового воздействия.

— Чего-чего?

— Когда в видео или музыку вставляют скрытые кадры или звуки, которые глаз и ухо не улавливают, но мозг считывает. На ТВ и радио запрещено, но в целом законом не регулируется.

— Хм… Любопытно.

— Насколько эффективно — большой вопрос. Говорят, самый верный способ контроля сознания — прямая и открытая проповедь. Выбирают жертву, обступают со всех сторон и с жаром, с пеной у рта доказывают истинность своего учения.

— Проповедь? Не думала, что всё так… благородно?

— Можно и так сказать. Самое страшное — проповедующие сами свято верят в свои слова. В их речах ни капли лжи, одно добро и искренность. Именно это и подкупает.

— А если нет лжи, то и распознать обман нельзя?

— Именно. Слова, сказанные добряком с благими намерениями, обладают чудовищной силой убеждения. Когда на тебя наседают двое-трое и с пылом делятся «истиной», даже самая несусветная чушь кажется правдой. Особенно легко ведутся студенты-одиночки. Перед словами вроде «добро», «искренность», «узы», «товарищи», «семья» они совершенно беззащитны.

— Понятно. Но уж меня-то на такую мякину не проведёшь.

— Да неужели? — Соскэ скептически прищурился. — А кто минуту назад требовал купить чудо-вазу для привлечения удачи? Кстати, знаешь, кто чаще всего попадает в лапы сектантов? Те, кто уверен, что их-то уж точно никто не обманет.

— Что?!

— Вот тебе факт: масса врачей, адвокатов, учёных — умнейшие люди — состояли в той самой секте, что устроила теракт в токийском метро. Стоит человеку ощутить себя «просветлённым», «избранным», тем, кто «зрит в корень, не в пример серой толпе», — и всё, он одной ногой в трясине. То же самое и с помешанными на теориях заговора.

— Хм-м… Я тоже считаю себя далеко не дурой… Надо быть настороже. Ой, как страшно-то… — Сара говорила на полном серьёзе.

— Вот именно. Береги себя. Истина мироздания не валяется на дороге, чтобы её подобрал первый встречный.

Говорить это настоящей волшебнице, опасающейся какой-то секты, было забавно.

Ну что ж, пришло время приоткрыть завесу тайны.

«Всемирный Клан Бланшиль», заманивший Ливию в парке, был низовой ячейкой той самой религиозной секты.

21 октября, 15:32

Минивэн, битком набитый членами «Всемирного Клана Бланшиль», высадил Ливию у их базы.

У подножия невысокой горы, среди полей и редких домиков, стояло здание, смахивающее на новенький общинный центр. Здесь проходили собрания, работала кухня для благотворительных обедов, производство и склад. Половина членов клана — почти полсотни человек — здесь же и жили. Со всеми удобствами.

— У нас и баскетбольная площадка есть, и стол для пинг-понга. Ливия, не хотите сыграть? — спросил парень по имени Сайто, тот самый, что заговорил с ней в парке.

— Баскетбол? Это что?

— Ну, игра, где мяч в корзину забрасывают. Сложно объяснить, лучше разок попробовать. Понравится, вот увидите.

— Я не против. Никогда не играла, но в спорте любому дам фору.

— Ха-ха, какая уверенность! Но я когда-то, знаете ли, на всеяпонские соревнования ездил.

— О! Это, должно быть, большое достижение!

Ливия понятия не имела, что за «всеяпонские», но по гордому тону Сайто уяснила — круто.

Польщённый Сайто смущённо хмыкнул.

— Вообще-то мечтал стать профи… но травма всё перечеркнула.

— Печально слышать.

— Да ладно, что уж теперь. Благодаря клану я снова в строю. Дни мои полны и радостны, — сказал Сайто с такой спокойной улыбкой, что в ней и правда не осталось ни капли сожаления.

21 октября, 15:36

Внутри Ливию провели в просторный зал с надписью «Спортзал». Сайто подошёл к стойке и сказал: «Нам площадку на час». С этими словами он вынул из кошелька три бумажки. Размером с купюры, но не йены. На жёлтой бумаге красовались рисунки.

— Что это? — полюбопытствовала Ливия.

— Хируга, — ответил один из парней.

— Хируга?

— Наша внутренняя валюта. Получаешь за вклад в общее дело. За хируга можно пользоваться всем здесь, брать еду, товары.

— А обычные деньги не в ходу?

— В Доме Клана принимают только хируга. Но если что, их можно обменять на обычные деньги.

— Понятно… — протянула Ливия, подумав, что это странно. — А обратно — хируга на йены — можно поменять?

— Нет. Правило такое. Чтобы мы не зацикливались на деньгах, а думали о служении обществу.

— Вот как…

Логику Ливия не до конца улавливала, но раз организация работает, значит, всё в порядке.

— Ну что, поиграем? — позвал Сайто.

После короткой разминки началось обучение. Сайто показал, как вести мяч и бросать в кольцо. Когда Ливия запомнила основы, перешли к игре.

По правилам играют пять на пять, но народу не хватало, поэтому решили три на три, на половину площадки. Правила вольные, неофициальные: десять минут, без ограничений по аутам и времени на атаку.

В команде с Ливией — Сайто и ещё один парень. Девушка Аоки, которая была с Сайто в парке, стала судьёй и вела счёт.

Ливия впервые держала баскетбольный мяч, но игры с мячом ей знакомы. В её мире ими часто развлекались и тренировались воины. Так что совсем уж зелёным новичком она себя не чувствовала.

Броски и дриблинг давались с трудом, а вот перехваты и блоки — с ходу. Когда она, словно ветер, за спиной у соперника выхватила пас из воздуха, на площадке повисла тишина.

— Да как так?!

Не обращая внимания на ошарашенных противников, Ливия отдала пас Сайто за дугой. Тот, не мудрствуя лукаво, в прыжке отправил мяч в корзину.

— Отлично, Сайто!

— Да это вы отлично! Откуда такая скорость?!

Поначалу, жалея новичка, ей поддавались. Но, увидев её физические данные, стали играть в полную силу, не стесняясь в финтах и хитрых передачах.

Первую игру команда Ливии выиграла.

С каждой минутой броски и ведение Ливии становились всё лучше, и игра начала превращаться в избиение. Тогда перед последним матчем их с Сайто развели по разным командам.

Вот тут-то Сайто и показал, что значит человек, метивший в профессионалы. Невероятно цепкий. Ливия, с её-то техникой, ничего не могла ему противопоставить: то мяч выбьет, то финтом обведёт и закинет в корзину.

— Ну-у… — злобно засопела Ливия.

— Сайто, хватит издеваться над девушкой! — крикнула со скамейки Аоки.

Сайто, словно очнувшись, виновато улыбнулся, постукивая мячом об пол.

— Простите, увлёкся. Это ведь просто игра, главное — веселье.

— Нет, — покачала головой Ливия. — Не сдерживайся. Ну, держитесь! Я тоже покажу всё, на что способна!

С этими словами она активировала магию усиления тела.

— А?!

В мгновение ока вырвала мяч у опешившего Сайто, молнией метнулась за дугу и поймала свой же пас, посланный в пустоту.

— Кажется, с мячом в руках можно сделать два шага?

Схватив мяч обеими руками, она сделала два гигантских шага к кольцу и взмыла в воздух. В следующую секунду мяч с грохотом влетел в корзину сверху. Приземлившись с глухим стуком, Ливия обернулась к игрокам.

— Что… Что это было?.. — прошептал кто-то.

— Вы что, издеваетесь?.. — выдохнул другой.

«Ой.»

Ливия похолодела. На эмоциях применила магию, совершенно забыв, что в этом мире её нет.

— Это что сейчас было?! — сиплым голосом спросил Сайто. — Вы что, скрытый мастер?!

— Эм… ну, я немного увлекаюсь… китайским кунг-фу, — выпалила первое, что пришло в голову.

Вспомнила, как Сара в агентстве списала своё магическое пламя на «китайский бокс».

— Да ладно! Это тебе не «Удар дракона» из фильма про футбол!.. — вполне здраво возразил Сайто.

Тогда Саре поверили тупые хулиганы, но здесь такой номер явно не проходил. Ливия уже собиралась сдаваться, как…

— А я видел по телеку китайских акробатов, они тоже офигеть как высоко прыгали!

— Да, точно! Я тоже видел!

— Ага… Если это кунг-фу, то может…

— Так это правда было?..

Сначала усомнились, но, кажется, опять пронесло. Ливия украдкой выдохнула.

«Китайское кунг-фу — воистину универсальная отмазка. И хорошо, что спортивный костюм великоват».

Магия усиления тела — по сути, временное накачивание мышц. Сейчас её ноги раздулись, как у кенгуру, но под широкими штанами не видно. Одежду получила от волонтёров, размеры вразнобой. Повезло, что сегодня попалась просторная.

— Сайто! Продолжим!

— А? А, да.

Сайто, всё ещё ошарашенный, подобрал укатившийся мяч.

Битва возобновилась. Теперь Ливия превосходила его физически, но мастерство и опыт Сайто всё ещё на высоте. С минимальным отрывом победила его команда.

— Сайто, ты великолепен. Особенно этот трюк с ложным пасом. Сколько бы я ни была настороже, всё равно попадалась.

— Да уж, нападать на новичка с финтами… — невесело усмехнулся Сайто. — А ещё мечтал о профи. Стыдоба.

— Не прибедняйся. Твой боевой дух достоин уважения.

— Боевой дух… Вот именно, это и доказывает мою незрелость.

Ливия непонимающе посмотрела на него, а Сайто, будто желая сменить тему, вдруг сказал:

— Кстати, сегодня вечером будет говорить наш Мастер. Ливия, приходите обязательно.

— Мастер?

— Мастер Клана. Наш лидер, госпожа Минаками Ноа. Послушаете — и все тревоги как рукой снимет. Жизнь станет ясной и простой.

— Да нет у меня особых тревог…

— Даже если так, обязательно найдёте что-то важное для себя.

Сайто говорил с таким благоговением, что Ливия опешила.

— Этот ваш Мастер и правда так велик?

— Ещё бы! — влез в разговор другой игрок. — Госпожа Ноа родом из Тибета. У неё тайная сила. И она создала этот клан, чтобы использовать её во благо мира.

— Тайная сила? — встрепенулась Ливия.

— Ага. Лечить болезни, исцелять раны, отгонять зло и призывать удачу.

— Что?! В этом мире тоже есть магия?

— А?

— Нет, ничего. Это я про себя.

«Любопытно», — решила Ливия и сказала:

— Звучит заманчиво. С радостью послушаю вашего Мастера.

21 октября, 17:12

Аоки отвела Ливию в душевую при спортзале — смыть пот. Большая баня тоже имелась, но туда пускали только за хируга.

До ужина и выступления Мастера оставалось время, и Аоки предложила посмотреть ознакомительный фильм. Они зашли в комнату с табличкой «Видеозал».

Комнатушка крохотная, три татами. Диван, а на стене — большой экран. В воздухе витал приторно-сладкий аромат благовоний.

Уселись на диван, свет погас, начался фильм. Хотя назвать это «ознакомительным видео» сложно — скорее короткометражная драма.

Действие в современной Японии (наверное). Главный герой, студент Кендзи, жил обычной студенческой жизнью.

«Хм-м…»

Ливия вспомнила аниме, что мельком видела по телевизору у Сары. По сравнению с теми, это выглядело беднее. Но для неё, впервые смотревшей что-то на большом экране, было в новинку и очень увлекательно.

Через три минуты Кендзи влюбился в ровесницу Саки, с которой подрабатывал. Ещё через три минуты они начали встречаться. Но счастье длилось недолго — следующие три минуты. Саки сбила машина, она впала в кому.

«Ого! Вот это поворот! Как же теперь Кендзи и Саки справятся?!» — Ливия полностью погрузилась в сюжет, но вдруг заметила странное.

«А это ещё что? Что за девушка и надписи мелькают?»

Примерно каждые тридцать секунд на экране на долю секунды появлялось изображение загадочной молодой женщины и слово «Верь». Раздражало и отвлекало от истории.

Но Ливия решила не обращать внимания и сосредоточилась на фильме.

Кендзи, раздавленный горем, провёл в депрессии следующие три минуты. И тут друзья позвали его поучаствовать в волонтёрской работе. Кендзи согласился без особого желания. Но, видя благодарные улыбки незнакомцев, почувствовал в груди давно забытое тепло.

К нему подошла женщина.

«Я Мастер этого клана, Минаками Ноа. Чтобы спасти мир, мне нужна твоя сила».

Она коснулась его лба, и Кендзи прозрел — увидел, что весь мир окутан клубами чёрного тумана. Мастер Ноа объяснила содрогнувшемуся Кендзи, что мир порабощён злой волей.

«Вот это сюжет завернули!.. И что за помехи лезут всё чаще?»

С началом волонтёрской деятельности, помимо мелькающих кадров, из динамиков зазвучал голос, неслышный уху, но осязаемый: «Ты будешь счастлив», «Верь в клан».

Но Ливия гнала помехи прочь и смотрела.

«Всемирный Клан Бланшиль» начал действовать, и через три минуты мир стал наполняться светом, тьма отступать. Взбешённый Владыка Тьмы, приняв облик чудовища, попытался убить Минаками Ноа — источник надежды. Но она лишь ласковыми словами и ослепительным сиянием очистила монстра. Мир воцарился. И даже Саки очнулась от комы благодаря чудесной силе Мастера.

Но расслабляться рано. Стоит людям поддаться злу — мир снова на краю гибели. Поэтому клан должен расширяться, нести свет по всей планете. Кендзи, Саки и остальные поклялись продолжать борьбу…

— Уф-ф… Вот это интересно!

Когда зажёгся свет, Ливия с искренним восторгом повернулась к Аоки. Особенно понравилось, как лихо разделались с главным злодеем.

В своём мире она почти не читала книг. Пыталась осилить роман, который расхваливала Сара, но не смогла: все, кто нравился, умирали, и конец тоскливый. С тех пор к чтению не притрагивалась.

— Я так рада, что понравилось. У вас определённо есть дар, — Аоки утёрла набежавшие слёзы умиления.

— Да, но… А что за девушка мелькала всё время? И голос во второй половине всё повторял и повторял?

— Я ничего такого не заметила, — искренне удивилась Аоки.

И по ней видно — не притворяется. Мелькания слишком быстрые, а голос слишком тихий. Наверное, и правда не заметила.

— А, нет. Забудьте.

21 октября, 18:02

На ужин давали рис, суп мисо, жареную свинину с имбирём, пельмени-гёдза и хурму.

Рис и мисо-суп в столовой клана бесплатные, остальное — за хируга. Сегодня Сайто и Аоки угощали Ливию за свой счёт.

В мире Ливии знали похожие блюда, но здешние — на порядок вкуснее.

— Вы так аппетитно едите, — заметила Аоки.

— Ливия, а чем вы обычно питаетесь? — спросил Сайто.

— Чем питаюсь?.. Ну, в основном лапшой быстрого приготовления. Или варю похлёбку из овощных обрезков. Иногда — онигири с истёкшим сроком. И кузнечики.

— Кузнечики?! — Сайто чуть не поперхнулся.

— В смысле, насекомые? Настоящие кузнечики? — уточнил другой парень за столом.

— Да. Очень вкусные, если сделать тэмпура. Или просто обжарить.

— Я у бабушки в деревне пробовал только рис с личинками ос. А кузнечиков — нет.

— Рис с личинками? — заинтересовалась Ливия.

— Ага, местное блюдо. Варят рис вместе с личинками шершней. Сейчас деликатес, дорого стоит.

— О, личинок пчёл не ела… А вкусно?

— Ну… Выглядит жутковато, но есть можно.

— А что значит «личинок не ела»? Вы что, взрослых пчёл пробовали? — спросила Аоки. Ливия кивнула.

— Один раз. Жарила кузнечиков, а тут пчела прилетела. Я её палочками — хвать! И в масло.

— ПАЛОЧКАМИ?! — Да вы что, Миямото Мусаси?!

— И… и каковы на вкус?

— Из-за жала горчит и язык щиплет. На любителя. Кузнечики гораздо приятнее. И их полно.

— Вот оно что…

— Эй, возьмите мою курицу, если хотите! — кто-то из соседей, заслушавшись рассказами, пододвинул ей тарелку с жареной курицей.

— О, правда можно? Благодарю.

Глядя на это, и другие члены клана начали пододвигать ей свои порции. Ливия с благодарностью умяла всё до крошки.

21 октября, 18:54

После ужина Сайто, Аоки и остальные повели Ливию в «Зал Собраний», где должен был выступать Мастер.

Просторный прямоугольный зал со сценой, заставленный складными стульями. Внутри сидела сотня молодых людей. Ливия с сопровождающими нашла свободные места.

В воздухе тот же сладковатый запах, что и в видеозале. Из колонок лилась торжественная музыка, но в ней, как и в фильме, слышался едва уловимый шёпот: «Ты спасёшься», «Верь Мастеру».

Ливия хотела спросить об этом Сайто и Аоки, но в зале царила тишина, все сидели, устремив взгляды на сцену. Она промолчала.

Перед сценой стояли десять мужчин в белых балахонах. Просторные одежды скрадывали фигуры, но видно — ребята крепкие, натренированные.

Минут через пять на сцене появилась женщина.

«Это она…»

Красавица лет двадцати пяти с длинными, до пояса, чёрными волосами. Её белое одеяние куда богаче, чем у мужчин внизу, голову венчал обруч. Та самая, что мелькала на экране.

— Это и есть Мастер? — шёпотом спросила Ливия у Сайто.

Он, не отрывая фанатичного взгляда от сцены, кивнул:

— Да. Она.

Минаками Ноа заговорила.

— Добрый вечер. Я — Минаками Ноа из «Всемирного Клана Бланшиль». Я счастлива видеть всех вас здесь сегодня.

Голос мягкий, чистый — точь-в-точь как тот шёпот в музыке.

— Мир наш полон печали. Но не время унывать. Силой нашего клана… нет, силой нашей общей семьи мы преодолеем любые трудности.

— О, госпожа Ноа… — прошелестело по залу.

Она продолжала говорить — красиво, правильно, убаюкивающе. И…

«Что-то… в сон клонит…»

То ли от сытного ужина, то ли от её голоса и музыки, веки Ливии наливались свинцом. Она боролась с зевотой и почти не слушала.

«Говорили, у неё тайная сила… Хоть бы показали что-нибудь», — подумала Ливия, жалея, что пришла, как вдруг…

— А теперь я хочу при всех наградить одного из родичей… Утияма Сейдзи, прошу на сцену.

— Д-да!

Юноша из первого ряда вскочил и, нервничая, поднялся на сцену.

«О?..»

Сонливость немного отступила. Он встал рядом с Ноа.

— Утияма-сан неустанно трудится на благо клана и внёс в общую казну целых пять тысяч хируга.

— О-о! — Вот это да! — Надо и мне стараться! — пронеслось по залу.

«Пять тысяч хируга… Это же полтора миллиона йен?»

Как поняла Ливия, хируга можно не только заработать, но и купить по курсу триста йен за штуку.

Час баскетбола стоил десять хируга, баня — три, сок — один, как и порция свинины, гёдза или хурмы. Хируга можно просто дарить клану. А за крупные пожертвования — личная похвала от Мастера.

— В благодарность я дарую ему своё благословение.

Ноа закрыла глаза и широко развела руки. Музыка зазвучала громче, свет погас, только прожектор освещал её и Утияму на сцене.

Утияма опустился на колени, и Ноа поднесла руки к его груди.

— О Небеса! Укройте сего мужа от всех бед и напастей…

Прошло секунд десять, Ноа медленно отступила.

«И что она сделала?»

Ливия не заметила никаких перемен в Утияме. В её мире не знали «защитной магии от бед», и она не могла понять, применила ли Ноа силу.

И тут случилось непредвиденное.

— У-а-а-а-а!

Утияма дико заорал, выхватил нож и схватил Ноа.

— А-а-а! — взвизгнула она.

Охранники в балахонах рванули к сцене, но…

— Стоять! Шаг — и я её прирежу!

Утияма приставил нож к горлу Ноа, и стража замерла. Зал взорвался криками.

— Сайто, это что, представление? — спросила Ливия.

— П-простите, сам не понимаю, — растерянно ответил тот.

— Утияма-сан… Зачем ты это делаешь? — голос Ноа звучал на удивление спокойно, хотя на лбу выступила испарина.

«Смелая женщина. Под дулом ножа сохранять хладнокровие», — отметила Ливия.

— Слушайте все! — закричал Утияма в зал. — Эта баба — мошенница! Она вам всем мозги промыла!

— Что ты несёшь! — Как ты смеешь! — взревели в зале, и Сайто с Аоки тоже покраснели от гнева. Злились, разумеется, на Утияму.

— Прекрати балаган! — Отпусти госпожу Ноа!

— Да поймите же! — взывал Утияма. — Моя сестра три года назад отдала всё этому клану! Потом на родительский дом покушалась! Меня из-за неё из школы выперли! Она пропала, и я внедрился сюда, чтобы её найти! Но её нет! Убили! Точно вам говорю!

— Утияма-сан… Твою сестру зовут Утияма Миса? — перебила Ноа.

Утияма вздрогнул.

— Д-да… Ты её знаешь?!

— Конечно. Она же наша дорогая семья. Миса-сан много сделала для клана и, как и ты, получила благословение. Сейчас она проходит особое обучение, готовится стать одним из лидеров.

— То есть… она жива?!

— Жива. Хочешь — свяжемся с ней потом.

— Ох…

— Утияма-сан, брось нож. Досадное недоразумение разрешилось. Вернись в нашу семью и давай вместе трудиться на благо мира. Быть может, когда-нибудь и ты, как Миса-сан, станешь нашей опорой.

Ноа говорила мягко, но настойчиво, и лицо Утиямы исказилось мукой.

«Хм-м…»

Наблюдая за сценой, Ливия чувствовала неловкость, будто подглядывала за чужой ссорой. Но остальные смотрели на Ноа с ещё большим обожанием и шептали: «Вот это Мастер…»

«Может, и правда спектакль?» — подумала она, как вдруг…

— Да пошла ты! Думаешь, я куплюсь на сладкие сказки?! — заорал Утияма дрожащим голосом. — Я, пока сестру искал, всё про ваш клан разнюхал! Вы — обычная секта, дурите людей фальшивыми чудесами!

— Что ты, Утияма-сан. Ты ошибаешься. Просто поверь мне, — грустно сказала Ноа.

— Ах, ошибаюсь?! Тогда докажи, что не обманщица! Ты же дала мне благословение, защиту от бед! Вот и покажи свою хвалёную силу! Защити меня!

С этими словами он оттолкнул Ноа, занёс нож и с силой вонзил его себе в живот.

— Г-а-а-а-а!

Утияма взвыл от боли. Ноа застыла с открытым ртом. Кровь хлынула из раны, лицо Утиямы покрылось потом.

«А вот это уже не игра. Он и правда себя пырнул», — хладнокровно заключила Ливия.

Немного прокорчившись, Утияма зло усмехнулся, глядя на Ноа.

— Ну что, Мастер? Я же только что получил твоё благословение. А умираю как обычный человек. Как же так?

— Моё благословение… защищает от зла. Но не может уберечь от собственной глупости, — быстро нашлась Ноа, хотя в голосе дрожь.

— А, вон оно что… Ну, допустим. Тогда, Мастер… я ошибся. Спаси меня. Сотвори чудо, исцели меня. Ты же не дашь умереть у тебя на глазах одному из «семьи»?

— Э-это…

Ноа замялась, взгляд заметался.

Но родичи в зале всё ещё смотрели с фанатичной надеждой.

— А-а-а!

Утияма, застонав, рухнул на колени. Ноа лишь растерянно озиралась. Целительской силы у неё не было. Если ничего не сделать, он умрёт.

Он рискнул жизнью, чтобы разоблачить обман. И, похоже, готов к смерти. Но, глядя на безумные глаза сектантов, Ливия понимала: даже если он умрёт, Ноа выкрутится. Скажет что-нибудь вроде: «Он сам навлёк на себя тьму неверия».

«Вот ведь незадача…»

По большому счёту, спасать его она не обязана. Но смотреть, как умирает человек, когда можно помочь, совесть не позволяла.

Тяжело вздохнув, Ливия поднялась.

— Ливия?!

Сайто и Аоки удивлённо уставились на неё.

— Стоять! — охранники преградили путь к сцене.

Ливия положила руку на плечо одному, легко оттолкнулась и в красивом прыжке взлетела на сцену.

— Что тебе нужно?!

— Я просто бродяжка, — коротко бросила Ливия, подходя к Утияме.

— А… что?

Она без церемоний выдернула нож из его живота.

— А-А-А-А-А-А-А!

Фонтан крови окатил лицо и одежду Ливии. Брызги попали на белый балахон Ноа, и та испуганно взвизгнула.

— Ну вот… а я только помылась, — проворчала Ливия.

Пальцами разорвала ткань вокруг раны, положила руку на живот Утиямы и активировала исцеляющую магию.

Утияма, уже хрипевший и умиравший, вдруг затих. Лицо, искажённое болью, разгладилось. На нём появилось недоумение.

— Что за… Боль… прошла?

— Ну, вот так-то лучше.

Убедившись, что кровь остановилась, Ливия ещё немного подержала руку, наблюдая, а затем убрала.

— Шрам останется, уж прости. Но опасности, думаю, нет. Хотя к врачу сходи — проверить, не задеты ли органы.

— А? Ага… — Утияма ошарашенно кивнул.

В зале поднялся гул.

— Чудо… — Это настоящая сила… — Чудо!

«Вот попала… Что теперь делать?»

Применила магию у всех на глазах.

«Может, снова прокатит отмазка про кунг-фу?»

Пока она судорожно искала выход, за спиной раздался голос:

— О, Спасительница…

Обернувшись, Ливия увидела Минаками Ноа, которая смотрела глазами, полными обожания.

Ноа с невероятно серьёзным видом обратилась к нахмурившейся Ливии:

— Сомнений нет… Вы — Спасительница, посланная нам Небесами!

— Чего?

Ноа опустилась перед ней на колени.

— Я ждала этого дня! О, Спасительница, я готова передать в ваши руки весь этот клан. Укажите нам путь!

— Что за чушь! С чего ты взяла? Мне это ни к чему!

— Умоляю! О, Спасительница!

Ноа взмолилась с жаром, и весь зал подхватил: «УМОЛЯЕМ! СПАСИТЕЛЬНИЦА!»

«Вот же влипла…»

Взять под крыло этот клан — получить роскошный дом со столовой, баней и спортзалом. И толпу преданных слуг. Сделка не самая плохая.

Но…

— Прошу, Спасительница!

Глядя в глаза Ноа и всех этих людей, полные слепой надежды… Ливия вдруг рассмеялась.

Она искала денег, работы, дома. Всё ради Сары, её госпожи. Но вертеп обманщиков, наживающихся на чужой доверчивости, не может стать для Сары домом.

А трус, позволяющий какой-то шайке вертеть собой и решать свою судьбу, не может быть слугой Сары.

— Простите. Я отказываюсь.

Ливия твёрдо посмотрела на стоявшую на коленях Ноа.

— Меня ждут. Я пойду.

Если честно, она не была уверена, что Сара и правда ждёт. Но думать об этом сейчас не хотелось.

Спрыгнула со сцены и побежала к выходу.

— Остановите её! Держите Спасительницу!

По команде Ноа люди повскакивали, пытаясь преградить путь. Но Ливия вихрем пронеслась мимо.

У самых дверей путь преградил Сайто. Встал в стойку, расставив руки, будто защищая проход.

— Прошу, останьтесь! Ливия… нет, Спасительница!

— Сайто. Я не спасительница. Играть с тобой было весело. Береги в себе этот огонь.

— Что…

Пока Сайто осмысливал слова, Ливия юркнула мимо и выскочила за дверь.

Бежала прочь от Дома Клана, пока не убедилась, что погони нет. Тогда перевела дух.

В памяти всплыли лица ровесников, с которыми играла в баскетбол и ужинала. На душе стало чуть грустно. Но она вновь решительно зашагала в одиночестве по тёмной дороге.

21 октября, 21:52

— Вот, значит, как…

Выслушав доклад о том, что таинственная красавица-иностранка Ливия исчезла без следа, Мастер «Всемирного Клана Бланшиль» Минаками Ноа тяжело вздохнула.

Минаками Ноа, чьё настоящее имя Кисита Ноа, была второй дочерью главы религиозной организации «Ветвь Золотого Цветка», имевшей множество последователей в префектуре Гифу.

Как и братьев с сестёр, Ноа с детства готовили в лидеры культа. В семнадцать ей поручили руководство низовой ячейкой — «Всемирным Кланом Бланшиль».

Работа: вербовать студентов, выкачивать деньги оккультным маркетингом и пожертвованиями, отправлять прибыль в главную организацию.

Методы просты: маскировка под студенческий кружок, видео и музыка с сомнительным подпороговым эффектом. Но число адептов росло как на дрожжах. Видимо, у Ноа врождённый талант лидера.

Осознав это, она ещё активнее собирала деньги и кадры, мечтая занять место родителей. Но, узрев сегодня настоящее чудо, вмиг растеряла амбиции.

Когда она была в отчаянном положении, явилась прекрасная незнакомка и спасла её, окружённая ореолом силы, о которой Ноа не могла и мечтать. Ей показалось, что это откровение. Что она родилась лишь для того, чтобы встретить эту женщину.

«Спасительница Ливия… Однажды я обязательно приду за вами».

С того дня деятельность клана стала меняться в здоровую сторону. Упразднили систему внутренней валюты «хируга», которая так эффективно размывала чувство реальных денег.

А поквартирный обход сохранился. Только теперь вместо амулетов и «чудо-ваз» продавали фигурки сереброволосой красавицы в спортивном костюме, с кузнечиком и баскетбольным мячом в руках. И благодаря высокому качеству и ограниченному тиражу цена на фигурки взлетела до небес. Впрочем, это уже совсем другая история.