Безнадёжная любовная битва умов ♡
29 июня, 21:07
Конец июня. Юна ушла домой. Соскэ дописал отчёт, закончил все дела. Откинулся на спинку дивана. В голову невольно полезли мысли о недавнем.
(«Не соблюдать дистанцию — вредит работе». Да уж.)
Тогда он сказал это с усмешкой, вроде как в шутку. Но внутри всё было серьёзно.
С мая — сразу после тренировочного лагеря Юны — его точила одна мысль.
(Юна что, влюбилась в меня?)
Он десять лет в профессии. Наблюдать за людьми — его работа. Анализ окружения цели — база. Иногда и личность проверять приходится. И он видел. Взгляд Юны, её мимика, жесты. Это не просто «уважение и восхищение перед детективом, который помог». Это больше похоже на… любовь.
Готовить она начала классе в седьмом. Сара не ела тушёную картошку. Юна принесла. Потом — зачастила. Приносила из дома, потом стала готовить прямо у них и оставаться на ужин. Но тогда это было в рамках «подруги Сары».
Теперь она вроде как на подработке. Но «готовить ужин» — не её обязанность. Даже в выходные, когда Сары нет, она закупает горы продуктов. И, слегка пританцовывая, священнодействует у плиты. Это уже… странно.
Он говорил: «У тебя школа, отдыхай». Она отвечала: «Хочу быстрее стать самостоятельной». И приходила почти каждый день. Теперь, правда, раз в неделю пропадает — играет с той странной девчонкой Араки Эльбой. Но даже тогда оставляет готовую еду в холодильнике. Соскэ живёт на Юниной стряпне. Его желудок полностью захвачен.
Кухня, где раньше сиротливо ютилась лапша быстрого приготовления, теперь заставлена Юниными специями и приборами. Холодильник забит её продуктами. Готовит она божественно. Он благодарен. Но её поведение — уже не «помощник детектива». А… «жена на расстоянии». Эти слова всплыли в голове. Бранда как-то сказала это. Он отшутился. Но внутри похолодел.
А с мая Юна стала одеваться ещё тщательнее. Юбки — короче. «Смотрю журнал, где Сара, — говорит она. — Вот и подражаю». Правдоподобно. Но не упускать деталей и сомневаться в словах — база детектива.
«Не соблюдать дистанцию — вредит работе». Это он сказал ей. Но на деле — о себе и о ней.
Дошло до Юны? Неизвестно. Но сегодня она снова, ритмично покачивая бёдрами, весело готовила.
(Посоветоваться бы с кем…)
Кабурая Соскэ. Тридцать два. Слово «дядька» в свой адрес уже не ранит. Да и сам себя так называет. И вот этому «дядьке» нравится старшеклассница. Да ещё и красавица. Здравый смысл кричит: «Это просто неловкое недоразумение».
Спросить в лоб: «Я тебе нравлюсь?» А если ошибся? Станешь жалким старикашкой, что домогается малолетки. Домогательство на работе. Харассмент. Ученица, что боготворит тебя, будет презирать. Это убьёт.
Поговорить с Сарой? Дочь и подруга.
«Слышала, тут у многих отцы с детьми как друзья. Но советоваться с дочерью о любви — не слишком ли? И что, если Юна тебя правда любит? Будешь с ней встречаться? Хочешь, чтобы подруга стала мне мамой?»
Сначала офигеет. Потом затроллит. Легко представил.
Мать Юны? Та, что нанимала его из-за травли. Иногда встречаются.
«Извините, что дочь всё время у вас».
«Что вы, это она нас кормит».
«Опять по работе?»
«Простите, конфиденциально…»
И сказать ей: «Кажется, ваша дочь в меня влюбилась. Проверьте», — это уж точно дурка.
Араки Эльба? Та самая странная подруга. Да, Юна права. С ней не стоит.
Так он сидел, терзаясь.
— Я вернулась! — Сара из Токио. Мечта стать великим детективом, кажется, забыта.
— Мы вернулись, сэмпай, — за ней — красавица с короткой стрижкой. Какэй Харука. Бывшая коллега.
У неё свободный график. Часто сопровождает Сару. Исао и Соскэ её просят. Сегодня — тоже.
— Билеты и отель — за счёт агентства. А наши развлечения в Токио — за счёт директора, — рассказывала она.
— Он без ума от Сары.
— Так что это почти бонус. И с Сарой… весело. Как будто я — мама. (косится)
— Хм.
Был такой разговор.
(А что? Может, Харука — тот самый человек?) — подумал он.
Она — детектив. И королева обольщения. Лучшая в Гифу. Эксперт в амурных делах. Наверняка и в отношениях «учитель-ученица» разбирается.
— Харука.
— Да?
— Тут… посоветоваться надо.
— О чём? — вмешалась Сара.
— Это… не для тебя.
— А? Не для меня? — Харука, видимо, думала о Саре. Удивилась.
— М-м? Тогда я в ванну, — Сара ушла. Оставила их. Прямо как взрослая.
— И о чём совет, сэмпай?
— Ну, как сказать… типа любовный.
— ЧТО?! В-вы?!
Взвизгнула.
— И кто же вам нравится? — мгновенно взяла себя в руки. Профи.
— Да нет. Не «мне нравится». А… кажется, я нравлюсь кое-кому.
— ЧТО-О-О?! — глаза на лоб. Снова заорала.
Ну да, он серый и неприметный. Но в школе-то девушка была. Чего так орать? Удивился.
Харука выровняла дыхание. Взгляд — изучающий.
【Мысли Харуки】
«И кто же вам нравится?»
Стандартно. Если парень просит совета о любви — значит, влюбился. Но не в неё.
А Соскэ опроверг. «Нравлюсь кое-кому». Она перебрала варианты.
Сара — дочь. Невозможно.
Сара говорила: есть подруга, фанатка детективов. Но у Сары куча подруг.
На речке с ними были трое: Юна, Яёй, Рёко. Но они — школьницы. И звали его «дядька». Не «по имени».
Хината из Токио. Видела. Но «неприметный дядька».
Старый клиент — женщина-адвокат. Старше. Но она спец по разводам. Соскэ таких не любит.
Обычные клиентки? Но он ведёт слежку за изменами. Принципиальный. С замужними — никогда.
Харука перебрала. (У сэмпая и нет женщин-то.)
И тут дошло. (ЧТО-О-О?!)
(Он про меня?)
Она в последнее время старательно демонстрировала материнство через Сару. Неужели сработало? Соскэ понял её искренность и теперь осторожно проверяет её реакцию?
Есть ещё та адвокатша. Надо уточнить.
— Она старше? Или младше? — изобразила спокойствие.
— Младше.
(Д-да! Это я!)
— Вот как. И что за человек?
【Мысли Соскэ】
(Значит, её заигрывания — и правда просто тренировка.)
Харука спросила спокойно. Он криво усмехнулся про себя. Она мастер иллюзий. Но если бы он ей правда нравился — услышав, что кто-то ещё, она бы дрогнула.
Но не может же он сказать: «Пятнадцатилетняя старшеклассница-стажёрка».
— Ну, скажем так… моя ученица.
Харука вдруг легко улыбнулась. Как опытная разлучница. Спокойная улыбка.
— Сэмпай, ты такой милый. Волнуешься из-за этого.
— З-заткнись, — покраснел он.
Улыбка, способная сразить любого, кто не знает её сути.
— Сейчас не то время, чтобы ждать первого шага. Если и вы к ней что-то чувствуете, сэмпай, ведите её. Вы же старше, — мягко сказала она.
Соскэ запутался.
— То есть мне признаться? Нет, если бы я был равнодушен — не переживал бы. Но это не «любовь». Почему я…
— Сэмпай, — перебила Харука с превосходством. — Дальше — некрасиво. Я пойду. Подумайте о той «ученице». Уверена, она сегодня тоже думает о вас.
— Что?..
Оставив его с загадкой, Харука вышла.
Так Какэй Харука — бывшая ученица, которую он наставлял, — стала его «ученицей». Она, вооружившись домыслами, желаниями и ошибками наблюдения (потому и стала спецом по разбиванию пар, а не слежке), с сияющим лицом покинула агентство.
29 июня, 21:37
Харука ушла. Сара, вытирая волосы, вернулась.
— Соскэ. — Сара непонимающе. — Харука перед уходом сказала: «Сара, кажется, я скоро стану мамой». Что за странность? Вы что, советовались о том, что она беременна от тебя?
— Не мели чушь.
Но и сам офигел. Если бы ему ляпнули «стану мамой» — тоже так бы подумал.
(Может, она сама в сложной ситуации. Не до моих проблем…)
Если так — виноват.
— Да и если бы мы обсуждали свадьбу и ребёнка — разве без тебя? — усмехнулся он.
— Да, ты такой, — улыбнулась Сара.