День святого Валентина в Гифу
13 февраля, 13:45
После полудня детектив Какэй Харука пришла в адвокатскую контору Айсаки. Не по работе, не с отчётом о соблазнённом клиенте. А ради очередного урока кулинарии. Урока, как приготовить блюдо, которое покорит мужское сердце. Эти странные занятия шли уже около двух месяцев.
Харука и сама была не ахти каким поваром. В основном они просто вместе готовили по рецептам из интернета, ошибались, смеялись и ели результат. Но для Харуки, у которой почти не было подруг, это стало драгоценным временем. Временем, когда можно просто расслабиться с приятельницей и забыть о грязной работе.
Бранда, как и положено адвокату с цепким умом, схватывала знания на лету. Но её техника обращения с ножом заставляла нервно вздрагивать. Впрочем, теперь она уже могла, не торопясь и тщательно следуя инструкции, приготовить вполне вкусное карри или густой суп. Блюда, которые нужно просто варить и не трогать.
Вот только шанса угостить своего избранника домашней стряпнёй у неё до сих пор не было. Катастрофически.
Бранда с тяжёлым вздохом объяснила:
— Похоже, рядом с ним живёт какая-то женщина. И она очень хорошо готовит. Иногда приносит ему поесть… Домашнее.
— Ого! И ты не волнуешься? Похоже, она на него глаз положила…
Харука представляла его обычным, ничем не примечательным офисным клерком. А он, оказывается, пользуется популярностью у соседок.
Бранда покачала головой:
— К счастью, у них большая разница в возрасте. Вряд ли он видит в ней женщину. Скорее как заботливую тётушку.
— Большая разница? Насколько?
— Ну… Лет пятнадцать-шестнадцать.
Её избраннику — около тридцати. Значит, той женщине — под сорок пять. Если бы наоборот, это было бы обычным делом. И мужчины под пятьдесят — как раз специализация Харуки.
— Понятно. Не скажу, что совсем невозможно. Но шансы и правда невелики.
Заботливая соседка, которая иногда подкармливает одинокого холостяка. Старая добрая традиция соседской взаимопомощи. Вполне невинно. Наверное.
— Но даже если он не видит в ней женщину, он же будет сравнивать. Мою еду и её. А я пока не дотягиваю.
— Наверняка. Значит, нельзя угощать его, пока не достигнешь её уровня. Иначе только опозоришься.
— Э-э… — Бранда сникла и уткнулась лбом в стол. — Да, если она так хорошо готовит, тут я не советчик. Может, тебе на профессиональные кулинарные курсы пойти? К хорошему учителю.
— У меня нет времени на курсы… И мне нравится готовить именно с тобой, Харука. Это другое.
Услышав такое, Харука просто не могла не взяться за дело с удвоенной энергией.
Поэтому и сегодня она пришла, вооружившись данными. Опросила коллег-мужчин и объекты слежки. Узнала, какие блюда нравятся мужчинам больше всего.
— Айсаки-сэнсэй, как насчёт омурайса? Я, честно, тоже не очень умею его красиво заворачивать. Попробуем вместе?
— Я бы с радостью. Но сегодня я хотела бы приготовить кое-что другое. Особенное.
— Да? — Харука удивилась. Обычно она предлагала меню. — Что же?
Бранда смутилась и отвела взгляд, теребя край белого платья:
— Ш-шоколад ручной работы. Настоящий.
— Шоколад? Почему вдруг?
— Так завтра же День святого Валентина. Ты забыла?
— Ах!.. — Харука искренне забыла об этом празднике. Напрочь.
— Ты забыла? Серьёзно?
— Да… У меня с ним как-то не сложилось. Совсем.
— Правда? — Бранда удивилась, приподняв брови.
— Да. Это же любовный праздник. Раз в год. В мой рабочий график совершенно не вписывается.
Обычно Харука за несколько недель втиралась в доверие к объекту. Заманивала в отель. Снимала компромат. И бесследно исчезала. Ей было не до ежегодных валентинок. Да и в агентстве Кусанаги не было традиции дарить «гири-чоко» коллегам-мужчинам. Все понимали специфику.
— В-вот как… Так вот что думают о Валентине мастера разбивать сердца… — Бранда смотрела с содроганием.
— «Мастер разбивать сердца»? Звучит как прозвище крутого следователя на допросах. Усыпляет бдительность и выбивает признание, — усмехнулась Харука. — В любом случае. Шоколад ручной работы. Хочешь признаться в чувствах? Решилась наконец, Айсаки-сэнсэй?
— Н-нет! — Бранда покраснела как рак и замахала руками. — Сегодня только тренировка! Проба пера!
— Да? Правда? Только тренировка?
— Да. Я сначала отточу мастерство до идеала. И только когда буду полностью готова — признаюсь. Торжественно.
— По-моему, лучше дать понять о своих чувствах пораньше. Пока кто-нибудь не увёл. Хотя бы намекнуть, обозначить…
— Я н-не могу. Если признаюсь, мне будет стыдно смотреть ему в глаза… Я просто умру.
(Какая же она милая.)
Харука невольно улыбнулась, глядя на её пунцовые щёки.
По мнению Харуки, любовный опыт Бранды был на уровне её внешности. Примерно как у школьницы. В делах о разводах и изменах она — акула. Но в обычных отношениях, ухаживаниях, свадьбах — сущий ребёнок. Невинный и неопытный.
Но, может, некоторым мужчинам именно это и нравится. Такая чистота и искренность.
Признаться на Валентинов день домашним шоколадом. До ужаса банально. Харука бы до такого не додумалась.
(А что? Может, и мне так попробовать с Соскэ-сэмпаем?)
Вместо двусмысленных прикосновений и заигрываний с его ребёнком. Может, прямой, честный подход в обычной любви и эффективнее. Кто знает.
— Хорошо, — сказала Харука, решительно хлопнув в ладоши. — Сегодня делаем шоколад. Честно, я никогда его не делала. Не знаю, получится ли.
— Не волнуйся. Разделим работу — справимся.
И они приступили.
Ни одна толком не знала, как делать шоколад. Начали с гугла. В интернете говорилось: есть два способа. Купить готовый шоколад в плитках, растопить и придать форму (сердечко, например). Или начать с какао-бобов. С нуля.
Обычно для валентинок использовали первый. Он несложный и быстрый. Харука склонялась к нему. Но…
— Раз уж дарить, давай сделаем из бобов. По-настоящему.
— Ты серьёзно?! — Харука опешила.
— Конечно, бобы мы купим в магазине, — улыбнулась Бранда.
— Я не про то! Я понимаю, что мы не будем их выращивать на плантации! Но это же дико сложно!
— Но если просто переплавить готовый, вкуснее-то не станет. Это будет просто другой формы шоколад из супермаркета.
— Можно добавить орехов, сухофруктов. Покрыть глазурью. Есть куча вариантов…
— Я часто ем шоколад. Для сахара. Было бы здорово научиться делать такой, который нравится мне самой.
— Ну… Звучит заманчиво. Ладно. Сегодня тренировка. Давай попробуем сложный путь.
— Да. Постараемся вместе.
Они снова полезли в интернет. Узнали, как делать шоколад из бобов. И поехали за покупками.
Сначала — в кондитерский. За бобами. В обычном супермаркете их не было. Пришлось гуглить специализированные.
Потом — ростер для обжарки бобов.
Дальше — мощный кухонный комбайн. Перемалывать обжаренные бобы в густую пасту.
Потом — меланжер. Для конширования. Долгого и интенсивного перемешивания, чтобы какао-масло и сахар равномерно смешались и масса стала гладкой.
Наконец — темперирующая машина. Для стабилизации какао-масла.
Каждый аппарат стоил кучу денег. Особенно меланжер. Самый дешёвый — от пятидесяти тысяч иен. А бывало и за миллион. В обычных магазинах техники такого не продавали. Нашли в специализированном по импортному оборудованию.
В супермаркете, у полок с валентинками, взяли формочки, сахар, сухое молоко, сухофрукты, миндаль.
Когда они вернулись в офис, затарившись на полмиллиона иен, солнце уже село.
Втащили покупки на кухню. Распаковали.
— Фух… Устали ещё до начала, — выдохнула Харука, утирая пот со лба.
— Да… Обратной дороги нет, — Бранда застыла с каменной улыбкой, глядя на груду коробок и пенопласта.
Даже для богатой адвокатши полмиллиона за раз — ощутимо. Очень.
Сначала — обжарка бобов в ростере. Полчаса. Потом — очистка от шелухи. Только вручную, пальцами. Ушло больше часа. Вымотались.
Очищенные бобы — в комбайн. Измельчили до состояния пасты. Пересыпали в меланжер. Конширование — минимум несколько часов. В шоколадных бутиках — до тридцати. На больших фабриках — неделю, а то и месяц.
Харука смотрела на гудящий меланжер:
— Знаешь, есть такой шоколад. По тысяче иен за маленькую плиточку.
— Да. Я иногда покупаю, — кивнула Бранда.
— Я думала, это просто грабёж. Раскрученный бренд. Вкусно, но в несколько раз дороже, чем в супермаркете. Странно же.
— Ну, по сравнению с обычным — да.
— Но теперь, увидев всё это… Оборудование, труд, контроль качества, время… Я понимаю. Цена абсолютно оправдана.
— Я тоже. Кто бы мог подумать, что делать шоколад так муторно… — вздохнула Бранда. — Ладно. На сегодня хватит. Продолжим завтра. Пусть мешается часов двенадцать.
— Тогда я приду завтра к десяти.
— Хорошо. Буду ждать.
Секретарша Татэяма, всё это время молча наблюдавшая за ними, подала голос:
— Простите… А работа? У вас обеих завтра нет дел? Вообще?
— Возьму внеочередной выходной. Без содержания.
— И я отгул. Давно не брала.
Бранда и Харука ответили не задумываясь, синхронно. На лице Татэямы на миг промелькнуло выражение «Вы серьёзно? Совсем ку-ку?». Но тут же исчезло, сменившись привычной бесстрастностью.
14 февраля, 10:01
Наутро Харука пришла ровно в десять. С горящими глазами.
Меланжер гудел со вчерашнего дня. Выключили. Густую, блестящую шоколадную массу перелили в миску. По кухне поплыл сладковатый, поджаренный аромат.
— Харука, кажется, получается!
— Да!.. — Харука тоже обрадовалась. — Но расслабляться рано. Это только начало.
Начали темперирование. Нагрев и охлаждение для стабилизации кристаллов какао-масла. Ошибёшься — испортишь вкус, текстуру, внешний вид. Или не застынет как надо.
Обычно это делают на водяной бане, постоянно помешивая. Но у них был специальный аппарат.
Нагрели до пятидесяти градусов. Остудили до двадцати шести. Снова нагрели до тридцати одного. Быстро разлили по формочкам. В холодильник. Ждать час.
— Наконец-то…
— Мы сделали это.
Бранда и Харука с волнением смотрели на застывшие плитки. Выглядели как обычный магазинный шоколад. По крайней мере, внешне. Главное — вкус.
Одновременно положили по кусочку в рот. Дали растаять на языке.
— М-м… / — Хм…
Обе скривились.
— Горьковато… И кислинка сильная…
— Должно быть слаще, по идее…
— И текстура грубая, крупинками. А ведь после меланжера была гладкая…
Сошлись во мнении: невкусно. Дали попробовать Татэяме. Вердикт тот же — «так себе».
— Странно… Вроде всё делали правильно…
— Может, мало коншировали?..
Снова полезли в интернет. И нашли кучу упущенных деталей. Целую гору.
— Оказывается, бобы бывают разные. Для новичков и для профи. Мы взяли какие-то случайные.
— Айсаки-сэнсэй! Сахар лучше тростниковый. А мы какой взяли? Белый… Значит, не тростниковый. Ошибка.
— Вкус сильно зависит от температуры и времени обжарки.
— Темперирование — ни секундой дольше, ни секундой меньше! И для разного шоколада — разная температура…
Новая информация обрушилась лавиной. Они поняли: шоколад — это целая наука. И они слишком легкомысленно к этому отнеслись.
Харука вздохнула:
— Самое ужасное — нет правильного ответа. Какие бобы? Сколько жарить? При какой температуре? Какой сахар и в какой пропорции? Сколько часов в каком меланжере? Как темперировать? Чтобы получилось идеально вкусно — единого рецепта не существует.
Бранда тоже помрачнела:
— Да… Только методом проб и ошибок. Хотя… Может, есть рецепт? Харука, а ты не можешь соблазнить какого-нибудь известного шоколатье и выпытать у него секрет?
— Ты предлагаешь мне промышленный шпионаж?! И соблазнение ради рецепта?!
— Шучу, — улыбнулась Бранда. — Нельзя сдаваться после первой неудачи. Учтём ошибки. И попробуем снова.
— Да! Айсаки-сэнсэй! — Харука прониклась. Ответила с жаром.
Так, ради идеального шоколада, они день за днём продолжали свои эксперименты. Бросая работу и тратя деньги.
14 февраля, 16:46
День святого Валентина.
Вернувшись из школы и развесив бельё, Нагацуна Юна пришла в агентство Кабурая. С пакетом, полным шоколада.
— Жду тебя, Юна! Заходи!
Сара открыла дверь. Юна вошла, снимая обувь.
— А, это ты. Привет, — Соскэ сидел за столом, уткнувшись в компьютер.
— Ага. Извини за вторжение.
Юна коротко поклонилась.
— С Днём святого Валентина!
Сара протянула ей небольшую коробочку, перевязанную ленточкой.
— С-спасибо. Вот, это тебе.
Юна достала из пакета свою коробку. Они заранее договорились обменяться «томо-чоко» — дружеским шоколадом. Юна сама приготовила его дома.
Сара тут же развязала ленту. В коробке лежали девять аккуратных трюфелей. По три штуки: в какао, в сахарной пудре, в разноцветной посыпке.
— Ого! Ты сама сделала?!
— Ага. Вчера вечером.
Сара засияла. Схватила один. Отправила в рот.
— М-м! Вкусно! Очень! — улыбнулась она, жмурясь от удовольствия.
Юна выдохнула. Готовила она часто. Но сладости — редко. А валентинки своими руками — вообще в первый раз.
— О, а ты молодец, — подошёл Соскэ, заинтересовавшись.
— Д-да ладно. Трюфели — это просто. Растопить шоколад, скатать шарики, — затараторила Юна, краснея. Открыла коробку от Сары.
Внутри — коричневые шоколадки. Сердечки, звёздочки, зайчики, котики. Похоже, Сара просто залила растопленный шоколад в формочки. Без украшений. Тоненькие. Без начинки.
Если бы Сара сделала что-то навороченное, Юне было бы неловко за свои. А так — простенько. Она расслабилась.
Положила одну в рот.
— А? Вкусно! — вырвалось у неё.
Насыщенная сладость, подчёркнутая лёгкой, благородной горчинкой. Таяла, растекаясь по языку, обволакивая.
— Я делала из бобов, — сказала Сара небрежно.
— Правда?! Сама?!
Юна удивилась. Соскэ усмехнулся:
— Рад, что тебе понравилось. Она меня заставляла пробовать без счёта. Я уже шоколад видеть не могу.
— Ого… Но для этого же нужно специальное оборудование?
Юна тоже хотела сделать из бобов. Но прочитала: если просто измельчить в комбайне или ступке, крупинки всё равно останутся. И отказалась от этой идеи. (Хотя некоторые считают, что в этом-то и прелесть домашнего шоколада — непохожесть на магазинный).
Но шоколад Сары был идеально гладким. Таял без единой крупинки.
— С оборудованием просто, но я справилась умением.
— Умением?
— Китайское кунг-фу. Особая техника.
— Что? — нахмурилась Юна. — Ладно. Сара всегда несёт какую-то чушь. Пусть будет кунг-фу.
Она снова полезла в пакет. Достала ещё одну коробку. Протянула Соскэ.
— Вот. Это дядьке. Спасибо за всё.
— А? Мне?
Соскэ удивился. Юна покраснела:
— Н-не хочешь — не надо. Ты и так Сариного наелся.
— Да нет. С благодарностью, — улыбнулся Соскэ, принимая коробку. — Шоколад — отличный источник энергии. Детективу в самый раз. Чем больше, тем лучше.
— Правда? Тогда у меня ещё много. Всё тебе отдам.
Юна сунула ему в руки весь пакет.
— А?
Соскэ заглянул внутрь. Больше двадцати коробок. Разных форм и размеров.
— Это всё шоколад?
— Ага. «Гири-чоко» и «томо-чоко».
— Откуда столько?!
— В школе дали. Мне одной столько не съесть.
За два месяца, прошедшие с тех пор, как она помогла жертве буллинга, отношение к Юне резко изменилось. В тесный круг общения она не влилась. Но перестала быть изгоем. Некоторые девчонки даже находили её «крутой и загадочной». Через Имахарияму Мидзуки к ней обращались за советом. Или с уроками. (Юна, кстати, отлично училась. Могла поступить в любую частную школу префектуры). Так она незаметно стала «недосягаемым цветком» класса.
— Н-неудобно как-то. Это же тебе подарили…
— Я вытащила все записки. Всё, что с личными данными. Не волнуйся.
— Ого. Предусмотрительно. Молодец. Но дело не в этом.
— Соскэ! — вмешалась Сара, сверкая глазами. — Я тоже получила кучу шоколада в школе!
Она перевернула свой ранец. На пол посыпались горы сладостей.
— Уо! Сколько ж тут?!
— Шкафчик и парта были забиты. Все анонимно. Шоколад в школе запрещён. Пришлось проносить тайком. Ради меня нарушили правила. Я тронута. Но мне тоже столько не съесть. Помогай, Соскэ.
— Ого… Ты там звезда, — Юна надулась. Её добыча меркла перед Сариной.
— Бери что хочешь, Юна! Угощайся!
— Тогда возьму рисовые крекеры с сыром, палочки и треугольные сэмбэи.
— Ты выбрала всё самое ценное! Солёное! Жестокая!.. — Сара опешила, хватаясь за сердце.
Юна ехидно улыбнулась.
— Эх… Серьёзно? Вы обе такие популярные… Завидую, — Соскэ понурился. Вид у него был убитый.
1 марта, 14:43
— Давненько не виделись. Я уж соскучился, — сказал Соскэ, войдя в контору Бранды.
— Правда? Скучал без меня?
— Да нет. Просто констатация факта.
— (′・ω・`)
Бранда и Харука посвятили себя только шоколаду. Забросили работу. И наконец добились своего. Вкус не уступал дорогому магазинному.
Бранда срочно вызвала Соскэ под надуманным предлогом. В двух словах обрисовала вымышленное дело. И перешла к главному.
— Кстати, Соскэ. У меня есть потрясающий шоколад ручной работы. Не желаешь попробовать? Оценить.
При слове «шоколад» Соскэ напрягся, как от удара током.
— Что такое? Ты не любишь шоколад?
Он выдавил кривую, страдальческую улыбку:
— Да нет… Спасибо, конечно, огромное… Но Сара и Юна на Валентинов день завалили меня шоколадом. Я всё это время только им и питался. Завтрак, обед, ужин — шоколад. Половина до сих пор осталась. Честно, видеть его больше не могу. Даже запах.
Глядя на его искреннюю муку и зелёный цвет лица, Бранда сникла. И обиженно надулась, убирая коробку обратно в ящик стола. Две недели труда, полмиллиона иен — коту под хвост.
Бранда
Имя
Профессия: Адвокат, исследователь шоколада
Мировоззрение: Злая / Нейтральная
ХАРАКТЕРИСТИКИ
Параметр
Значение
Выносливость
44
Сила
22
Интеллект
95
Сила духа
54
Магия
0
Ловкость
32
Проворность
61
Обаяние
78
Удача
59
Коммуникабельность
90
Сравнение с версией из второго тома:
Параметр
Том 2
Том 3
Изменение
Профессия
Адвокат
Адвокат, исследователь шоколада
🠕 Новое хобби!
Интеллект
99
95
🠗 –4
Сила духа
56
54
🠗 –2
Удача
66
59
🠗 –7
Коммуникабельность
91
90
🠗 –1
Анализ изменений:
- Профессия. Добавилось «исследователь шоколада». Шутливое, но точное дополнение. Бранда всерьёз увлеклась изготовлением шоколада. Купила профессиональное оборудование. Экспериментирует. Хотя её главная цель — покорить сердце Соскэ — пока не достигнута.
- Интеллект — 95 (–4). Небольшое снижение. Возможно, потому что часть мыслей теперь занята шоколадом. Или из-за любовных переживаний. Гениальный адвокатский ум слегка затуманился романтикой.
- Сила духа — 54 (–2). Чуть ослабла. Любовь делает уязвимым. Страх признания, ревность к неизвестной соседке с кулинарными талантами. Это подтачивает её обычную хладнокровную стойкость.
- Удача — 59 (–7). Значительное падение. Её попытки угостить Соскэ домашней едой (и шоколадом) постоянно срываются. То он объелся картошкой с мясом от Юны. То шоколадом от Сары и Юны. Злой рок.
- Коммуникабельность — 90 (–1). Микроскопическое снижение. Может, стала чуть более замкнутой из-за любовных неудач.
Итог:
Бранда — блестящий адвокат и… безнадёжный романтик. Её профессиональные качества (почти) на высоте. Но в любви она — сущий ребёнок. Её попытки сблизиться с Соскэ через кулинарию терпят крах из-за стечения обстоятельств. Интеллект и удача падают. Но она не сдаётся. Её упорство в изготовлении шоколада впечатляет. Осталось только дождаться момента, когда Соскэ наконец-то сможет оценить его по достоинству. А пока — Бранда продолжает свой путь. Адвоката. И тайного исследователя шоколада.