Пролог

Мятеж на южных границах полыхнул степным пожаром — моргнуть не успели, а пламя уже лизало пятки Империи Офим от края до края.

Столицу взяли штурмом в какой-то безумный полдень. Император Август и наследный принц Фернандо пали в бою. Вся высшая знать, советники, лизоблюды — кого прикончили на месте, кого заковали в кандалы. Четырехсотлетняя история династии захлебнулась собственной кровью и подошла к логичному, хоть и донельзя паршивому финалу.

Седьмой принцессе Саре да Один чудом удалось выскользнуть из пылающего города. Она погнала коня к последнему оплоту верных войск — древней цитадели, которую в народе окрестили «Старым замком Демона». Но враг опередил. Лазутчики уже кишели за стенами, и крепость трещала по швам, готовая рухнуть с минуты на минуту.

Загнанная в угол, Сара решилась ва-банк. В компании своей бессменной телохранительницы Ливии она нырнула в потайной лаз, о котором помнили единицы.

Правда, вел этот ход вовсе не к спасительной тропке. Предыдущего умника, сунувшегося в эту щель, мятежники вычислили и прирезали почти мгновенно. В конце туннеля зияли Врата. О них знали лишь те, в чьих жилах текла императорская кровь.

Легенда гласила, что первый император соорудил эту штуку, чтобы соединить их мир с каким-то чужим.

Из вошедших не возвращался никто. Что там, по ту сторону — пустота, вечный огонь или край земли? Да и есть ли вообще эта «другая сторона» — тайна, покрытая мраком.

Но у Сары выбора не осталось. Из всех соломинок, за которые хватается утопающий, эта оказалась единственной.

— Там! Проверь! — рявкнули за спиной, и каменный коридор тут же наполнился топотом двух десятков сапог. Погоня села на хвост.

Ливия резко затормозила, разворачиваясь лицом к надвигающейся волне лязгающей стали.
— Я задержу их здесь. Ваше Высочество, вперед. Живо.

— Попробуй только умереть, Ливия, — бросила Сара, не оборачиваясь.

Она побежала. Сара считалась одной из сильнейших волшебниц империи, вот только у бунтовщиков припасен козырь — артефакты, наглухо глушащие магию. Без дара принцесса превратилась в обычную тринадцатилетнюю девчонку: тощую, злую и абсолютно бесполезную в рукопашной. Только мешалась бы под ногами у воина.

— Прощайте, принцесса...

— Ага! Здесь имперский солдат!

— Псы шелудивые! Меня зовут Ливия до Удис! Клянусь честью рода Удис, что веками стоял за троном, — дальше вы не пройдете ни шагу!

— Защитница трона?! Так, значит, девка из императорской семейки где-то рядом! Взять ее!

— Тьфу ты, пропасть... Проболталась!

(«Ну Ливия... Язык твой — враг опаснее меча».)

Сара мысленно застонала. Вернее и преданнее Ливии не сыскать, но рот у нее открывается быстрее, чем клинок вылетает из ножен.

Сзади зазвенела сталь, и коридор огласили первые сдавленные вскрики. Сара, закусив губу и заглушая грохот собственного сердца, вылетела в просторную пещеру.

Так называемые «Врата» оказались никакой не дверью. Даже намека на петли или косяк. Это оказалась натуральная дыра в ткани реальности — гигантский черный провал в центре каменного зала. Пустой, бездонный колодец, в котором не отражался даже свет факела. Мрак здесь выглядел каким-то... осязаемым. Плотным. Будто черничный кисель, в который страшно ступать.

— М-да... — выдохнула Сара, чувствуя, как ледяные мурашки маршируют строем по спине. — С одного взгляда тянет удавиться от тоски. Или просто сгинуть без следа.

Девяносто девять шансов из ста, что прыжок — билет в один конец.

— Но других билетов в кассу, увы, не завезли.

На лбу выступила испарина, но Сара упрямо вздернула подбородок и растянула губы в усмешке. Вокруг — ни души, но панике она не поддалась. Спокойный шаг, прямая спина, нарочито медленная поступь к краю бездны. Истинная дочь умирающей Империи Офим не бежит сломя голову. Она шагает в безвестность с королевским достоинством, даже если внутри всё сжимается в комок размером с горошину.