О́дин

В этот момент Рина серьёзно посмотрела на Эллен и Корин:

— Привлечение Шестого отдела к этой операции — это способ воспользоваться силой Хосими Мияби, самого молодого Охотника Каверн. И уже одно это показывает, насколько чудовищно это существо.

— Если не будет крайней необходимости — не вступайте с ним в лобовое столкновение.

Слушая её, Эллен постепенно нахмурилась.

Монстр, с которым даже они не могут сразиться напрямую… и при этом они хотят втянуть Сола.

Очевидно, что именно его планируют сделать главной ударной силой против этого существа.

Но она не хотела обманывать Сола. Он был её новым другом.

Пусть их знакомство и было недолгим, она не из тех, кто предаёт друзей.

Её взгляд потемнел, когда она посмотрела на Фон Ликаона:

— Босс Ликаон, вы хотите сказать, что мы обманом заставим Сола сражаться с этим монстром, а сами будем стоять в стороне и собирать информацию?

Инстинктивно она уже исключила возможность того, что Сол — злодей. Она верила: её друг таким быть не может.

А если Сол хороший человек — согласится ли он на подобный обман?

И сможет ли она после этого продолжать называться его другом?

— Разумеется, нет! — резко возразил Фон Ликаон. — Мы передадим информацию об этом монстре в форме заказа, предложим оплату, соответствующую риску, и прямо укажем его реальную силу.

— Кроме сокрытия истинного названия «Жертва», мы ничего скрывать не будем. Если бы мы были уверены, что Сол на другой стороне, тогда стратегия была бы оправдана.

— Но его происхождение остаётся загадкой. Наша цель — лишь подтвердить его намерения. И если выяснится, что он независимый агент, мы должны сделать всё возможное, чтобы заручиться его поддержкой.

— По отношению к потенциальному союзнику даже ограниченная проверка уже является невежливостью. Как мы можем относиться к нему как к врагу?

На самом деле, если личность Сола подтвердится, им придётся даже извиниться за эту проверку.

Если он не принадлежит к «той стороне», значит он сильный человек, достойный уважения.

К таким нельзя относиться высокомерно или судить поспешно.

Особенно в Виктории — где этикет должен соблюдаться всегда.

— Тогда хорошо. Спасибо, что прояснили это, босс Ликаон, — сказала Эллен.

Её брови разгладились, и она впервые за разговор поблагодарила его.

Друзей — даже таких, как Сол, с которым она знакома всего ничего — она никогда не предаст.

А если бы речь шла о Руби, Монне или Линн, она бы защищала их изо всех сил.

Так устроены люди: чем меньше у них чего-то, тем сильнее они это ценят.

Заметив необычное поведение Эллен, Рина улыбнулась:

— Хмм, похоже, за это время у Эллен были какие-то взаимодействия с мистером Солом Мерсером. Поделишься?

Раньше — будь то Эфириалы, банды или мятежники — Эллен действовала холодно и без колебаний.

И всего несколько дней назад, покидая Тупиковую Каверну, она почти не проявляла интереса к Солу. А сегодня — совсем другое дело.

Значит, во время отпуска что-то произошло.

А может, мистер Сол Мерсер просто умеет обращаться с девушками.

— Цок, ничего такого, о чём нельзя сказать.

Эллен нетерпеливо топнула ногой.

Дело было не в каких-то особых чувствах к Солу — просто неловко признаваться, что она потеряла сознание из-за игры. Не самая достойная история.

— Раз можно сказать — расскажи.

Фон Ликаон и Рина с любопытством посмотрели на неё.

Даже робкая Корин тихонько подняла взгляд, сгорая от любопытства.

Под настойчивыми взглядами троицы Эллен пришлось нехотя признаться:

— Несколько дней назад я пошла играть в аркаду с подругой. Сол оказался слишком хорош в игре, я немного разошлась… и случайно потеряла сознание. Потом я немного поспала в магазине его друга и съела четыре его бургер-комбо…

Договорив, Эллен уже отвернулась в сторону, а пальцы её ног сжались в обуви.

Слишком стыдно!

— Хе-хе, — Рина прикрыла рот и тихо рассмеялась, её глаза изогнулись полумесяцами. — Кто бы мог подумать, что в повседневной жизни Эллен может быть такой милой.

Фон Ликаон слегка кивнул.

Судя по этой истории и по тому, что Сол спас Канвас-стрит, он не похож на человека «с той стороны».

Однако как дворецкий Виктории он не мог позволить себе делать поспешные выводы.

Корин же искренне сказала:

— Мистер Сол очень добрый человек. Неудивительно, что мисс Эллен не хочет его обманывать.

Если бы это была она, ей бы тоже хотелось… чтобы мистер Сол её пожалел…

Нет, так нельзя! Нельзя доставлять другим хлопоты — вдруг из-за этого её разлюбят~

— Цок, думайте что хотите.

Эллен раздражённо отвернулась.

Вот поэтому не стоило вообще ничего рассказывать.

— Раз он новый друг Эллен, во время операции мы будем особенно осторожны, — тактично сказала Рина.

Фон Ликаон добавил:

— Если тебе неловко, Эллен, можешь взять два выходных и не участвовать в операции.

Он говорил это из уважения к её дружбе с Солом.

Если Сол окажется невиновен, участие Эллен неизбежно скажется на их отношениях.

— Не нужно, босс Ликаон. Я справлюсь.

Эллен отклонила его заботу.

В отличие от Монны, Линн или Руби, она не сможет долго скрывать от Сола свою настоящую личность.

Рано или поздно он всё узнает — значит, лучше встретить это лицом к лицу.

Если подумать, Сол был первым её другом, который существовал одновременно и в рабочем мире, и в повседневной жизни.

— Главное, чтобы ты была готова, — Фон Ликаон не стал настаивать.

— Тогда, босс Ликаон, — подняла голову Эллен, — что это за монстр?

— Его зовут [Один], — тихо произнёс Фон Ликаон.

— Бог-король из скандинавской мифологии? — удивилась Эллен. Имя звучало слишком громко.

— Верно. Так его назвал наш Мастер.

— В день катастрофы Каверны в Большом театре Гёте шла пьеса «Завоевание девяти миров Богом-королём», — мрачно продолжил Фон Ликаон. — У этого гибридного монстра десятки бронированных мехов образуют тело, а вертолёты для подавления беспорядков он превратил в восьминогих скакунов. Он действительно несёт в себе символы бога-короля.

— Поэтому его кодовое имя — [Один].

Во многих случаях Эфириалы формируются под влиянием определённых ментальных отпечатков.

И этот гибридный монстр — не исключение.