День первый, полдень: Водолейский сосуд отравления и спасения (3)
— Я же вроде говорил. Чтобы выбраться отсюда вместе со всеми!
Ответ следует незамедлительно. Ни тени сомнения, ни секунды на раздумья. Дурень может быть глуп, но он из тех людей, что никогда не теряют из виду свою путеводную звезду.
— И отчего пришел к сей идеи? Знал кого-то из участников раньше?
— Не-а, только здесь и познакомились! Я вообще не понял, как тут очутился. Но пока начинаем всё сначала, со всеми общаюсь, завожу друзей, и все они мне теперь очень дороги... — вспоминая прошлые события, невольно улыбается. Да, было много боли, но и радостных моментов хватало. — С каждым новым разом люблю их всё больше! Поэтому буду возвращаться в эту игру снова и снова, пока все не выйдем. Готов стараться сколько потребуется! — Амаги слушает признание с открытым ртом. — Вот выйдем отсюда — и пойдём все вместе есть мороженое! А ещё одолжу Кайто свою приставку с покемонами. Потом прочитаю роман, которую под мою глупенькую голову напишет, и мы будем лопать дынные булки... Хе-хе-хе... — он продолжает вдохновенно грезить о будущем.
У него столько планов на жизнь после финала игры!
— Ты это всерьез?
— Ну конечно! Предельно серьёзен, а как же! Не допущу больше ничьей смерти, и уж того робота-краба в конце точно разделаю! В сей раз его в клочья порву, за считанные секунды, в порошок сотру!
— Какого ещё краба?..
Пока дуралей изливает всю свою ярость на воображаемого робота, Амаги снова замирает в прострации. И в этот момент...
— Ой... — дурак внезапно заваливается на бок и плашмя падает на пол.
— Эй, ты чего? — старик явно не на шутку встревожен столь внезапным обмороком. Несмотря на осторожность, в его голосе слышны нотки искреннего беспокойства.
Дурню приятно это слышать, но дурнота берет верх над чувствами.
— Что-то нехорошо... Наверное, всё-таки надышался тем газом...
«Именно! Плохое самочувствие, о котором позабыл в пылу разговора, никуда не исчезло. Организм просто не успел вывести все токсины.»
— А как же ты, дедуля Амаги?.. С тобой всё в порядке?..
Даже лежа на полу, простодушный малый печётся о здоровье другого. Перед такой самоотверженностью не устоять даже Амаги. Его взгляд смягчается, а во враждебности появляется трещина. Впрочем, возможно, им просто движет крайнее недоумение.
— Я думал, ты задерживал дыхание...
— Ага, задерживал. Но потом испугался и всё-таки вдохнул... Ничего, сейчас чуток посплю и всё пройдёт... Если тебе мешаю, вон там в уголке прилягу...
Пока Амаги пытается переварить услышанное, дурачок из последних сил отползает в угол комнаты и сворачивается калачиком. Ему кажется, что пяти минут сна будет вполне достаточно.
— Спокойной ночи... — и он мгновенно засыпает, оглашая комнату мирным сопением. Засыпает так же быстро, как и всё остальное.
* * *
Спустя какое-то время простофиля распахивает глаза.
«Доброе утро!»
— Оп! Я в полном порядке!
Вскочив на ноги, принимается прыгать и делать приседания, проверяя тонус мышц. Энергия бьёт ключом! Тут замечает на полу одеяло. Пыльное, но мягкое — видимо, из тех вещей, что пылились среди хлама в детоксикационной зоне.
— Дедуля Амаги! Это ты меня укрыл?!
Сомнений быть не может — его рук дело. Болван радостно машет старику рукой. Тот лишь хмыкает и снова принимает настороженный вид, однако в его глазах больше нет жажды убийства. Лишь нескрываемый интерес исследователя.
«Кажется, подружились!» — радостно думает безмозглый и снова расплывается в улыбке.
Он усаживается рядом с Амаги на принесённый стул. Тот кривится, но не прогоняет.
— Послушай, дедуля!
— Что ещё?
— С кем бы ты хотел быть в команде в следующий раз? — он ёрзает от нетерпения, ожидая ответа.
— С какой целью интересуешься? — старик вновь напрягается.
— Ну... хотел предложить... не хочешь ли снова задружиться со мной, ась? — великан смущённо переминается с ноги на ногу, глядя на собеседника.
— Что-о-о-о?
— Просто мне кажется, что начали ладить! Раньше с тобой почти не разговаривал. С тем парнем, Мокусэем, тоже... Вот и подумал, что было бы здорово пообщаться подольше... — он смотрит на Амаги с надеждой.
— В таком случае есть встречное предложение. — старик погружается в раздумья. Наконец, произносит. — Следующая команда: я, ты и тот человек по имени Мокусэй. В таком составе согласен.
Дурак озадаченно склоняет голову набок, гадая, неужели один боровичок хочет подружиться с другим мужичком?