День первый, полдень: Весы судьбы (2)

— Понимаешь, что это значит? При следующем заявлении я могу обрушить на твою чашу целых пятьсот килограммов груза!

— Ого! Правда, что ли?!

— Да! Читай правила!

Дурень вновь пытается вникнуть в текст, но тщетно. Чтение чего-то длиннее лозунга «Безопасность прежде всего!» дается ему с огромным трудом.

— А значит... значит, тебе конец. Что бы ты ни заявил, хожу первым, так как стою на левой чаше... — Кайто судорожно втягивает воздух, собираясь сделать решающее заявление. Однако его челюсть дрожит, и голос никак не желает подчиняться. Дурень завороженно смотрит на него снизу вверх. Проходит тридцать секунд. Поскольку заявления не последовало, богиня сама кладет по монете на каждую чашу. — А-а... черт! — в сердцах выкрикивает Кайто.

Ему достается золото, а дурачку — серебро. Весы немного качнулись в сторону Кайто.

— Ой? А-а-х, чуть не умер!

Дурень снова погружается в раздумья. Наконец до него доходит: «А-а, точно! Золото тяжелее серебра, поэтому чаша Кайто, куда упало золото, опустилась чуть ниже!» Для него сие умозаключение является верхом дедукции, пусть и запоздалым.

— Проклятье... теперь... у-у-у... — он явно мучается над каким-то решением...

... но пустоголовый великан в упор не понимает причин его терзаний. Он снова разглядывает монетницу: медь, медь, медь, серебро, медь, золото, медь... Однако этот ряд чисел и металлов не рождает в его голове никаких идей, кроме одной: «И что же теперь делать-то?»

— Я... черт возьми... Две монеты на ту сторону! — наконец выкрикивает измученный Кайто. Бака, согласно кивнув, решает, что и ему пора что-то предпринять.

— Ну, тогда я тоже... две монеты на эту чашу?..

— Ты что, совсем идиот?!— Да говорю же — идиот я! Что не так-то?! Опять накосячил?!

— Да во всем! Абсолютно! — Кайто окончательно теряет самообладание, впадая в форменную истерику. — Твоим лучшим решением было бы «одну медь на мою сторону»! Тогда следующим шагом я бы положил тебе серебро и медь, а ты мне — золото и медь, чтобы уравновесить шансы! Получился бы «Ивен»!

— Иви?! Иви получится?! О-о-ох, обожаю Бустера! Стоп... Иви же — это форма до эволюции. Что значит «стать Иви»? Это какой-то новый вид?! Новый покемон?!

— Не смей переводить тему на покемонов, кретин!

Пока Дурень мечтательно размышляет о том, какой Бустер милашка и какой он пушистый, весы снова приходят в движение. С жутким скрежетом они начинают крениться, и он чувствует, как жар становится невыносимым.

— Ой, горячо-о!

— Д-да потому что... потому что эта чаша сейчас уйдет под воду! Ты что, правда не понимал?!

— А-а! Вот оно что! Дошло! Ой-ой, что делать, что делать!

Принимается исполнять подобие чечетки на монетах. Кипяток пока не коснулся их поверхности, но металл быстро нагревается, и вскоре стоять на нем станет невозможно.

— А-а... впрочем... пусть так. Так будет правильно... черт... — Кайто сверху вниз взирает на Баку, бледнея с каждой секундой.

Тем временем чаша Кайто приближается к заветному выступу. Дрожа всем телом, пытается перешагнуть на твердую почву, однако его ноги подкашиваются и отказываются служить. Именно это и становится причиной беды.

— Ах...

Кайто оступается и летит вниз. Его пальцы в последний момент успевают уцепиться за край чаши весов. Однако Цуёси понимает: долго так не провисеть.

— Кайто-о-о-о!

Дурень реагирует мгновенно: он может в обычном жизни и тупит знатно, много чего не знает, в большинстве вещей не разбирает от слова со всем, но когда дело доходит до его профиля знаний, понимания, чего и как, сразу за постановкой цели, действует быстро и решительно, будто превращается в сплошной сгуток энергии.

«Безопасность превыше всего. Жизнь человека — главный приоритет. Искореним травматизм на производстве! Сегодня — бодро и с улыбкой!» — заветы, вбитые ему в голову на работе, срабатывают безупречно.

В один миг Дурень совершает невероятный прыжок в сторону Кайто!

Рассекая воздух и оттолкнувшись от стены, приземляется на финишную платформу и заглядывает за край. В глазах Кайто, чьи пальцы уже белеют от напряжения, читается первобытный ужас.

— Опля! — он протягивает руку, подхватывает Кайто и с легкостью, будто тот ничего не весит, вытягивает его наверх, аккуратно ставя на платформу. Тот замирает с открытым ртом, а Цуёси лишь расплывается в довольной улыбке. — Фух, успел! Предотвращение падения с высоты — выполнено! — некоторое время оба сидят на полу в полном молчании. паникера колотит крупная дрожь; он утыкается взглядом в пол, едва удерживая обмякшее тело. Дурак же просто не знает, как завязать разговор. — Слышь, Кайто... тут спросить хотел одну вещь... — он с опаской поднимает голову. Глядя в его совершенно обескровленное лицо, дуралей выдает. — Ты в кого своего Иви эволюционировал?

— У ТЕБЯ ЧТО, ДРУГИХ ВОПРОСОВ НЕТ?! — к Кайто внезапно возвращаются силы. Точнее, шок от услышанного оказывается сильнее всех пережитых ужасов.

— Ой! — Дурень же, ошибочно приняв это за бодрость, радуется. — Точно, сначала надо было спросить, кого из трех стартовых ты выбрал! Прости!

— Забудь ты про своих покемонов хоть на минуту!

Получив нагоняй, озадаченно чешет в затылке: «Ну, тогда о чем... о любимых магазинах? Я вот 'Мини-стоп' уважаю...»

— ... Я ведь убить тебя хотел. — внезапно произносит Кайто, снова опуская взгляд.

— Чего?! Правда, что ли?!

— Да! Ты настолько глуп, что даже не заметил! Собирался убить тебя, чтобы спастись самому! Решил, что так будет выгоднее...

— Вот оно как... — выслушав признание, дурачок лишь недоуменно склоняет голову. — Ну, главное, что мы оба спаслись, так ведь?

— ... Ты это серьезно сейчас говоришь?

— А? Ну да... Разве можно говорить то, о чем не думаешь?

— Вообще-то можно...

— Ого... Ты и вправду башкавитый... А вот не умею так: сначала думаю, потом говорю.

Дурень искренне восхищается умом Кайто. Он вспоминает, что тот пришел в зал сразу после Тамы и Ё, а значит, действительно невероятно сообразителен.

— Я же сказал: пытался тебя убить. Ты должен опасаться. При первой же возможности тебе стоило бы избавиться от меня.

— Да ты что?! — громила решительно не понимает логики своего умного товарища. — Не хочу тебя убивать!

— Но я-то хотел!

— Да ну-у... правда?

Дурень пребывает в полном смятении. Слова Кайто никак не вяжутся с тем, что он видел своими глазами.

— Ты же, когда не знал, что делать, тоже переживал вместе со мной... — Кайто лишь недоуменно приподнимает бровь. И продолжает, еле как подбирая слова. — Ты же волновался за меня! Так?

Он нутром чувствует: «Кайто — не плохой человек. Ведь так побледнел и запаниковал, когда я едва не сварился в кипятке. От этого волнения даже о собственной безопасности забыл и оступился. К тому же, если бы действительно хотел поскорее избавиться от напарника, он бы не стал класть монету на свою сторону. Достаточно было сразу заявить 'золото и серебро на сторону Дурня', и всё бы кончилось гораздо раньше.»

— Видишь? Ты про «убить» всё наврал, ведь так? Я это чувствую! Пусть и дурак, но в людях разбираюсь — меня сам бригадир за это хвалил! — он широко улыбается Кайто. — О! Придумал, что спросить сначала! — его внезапно осеняет. — Ты в какую часть покемонов первую играл? Я вот в «Black»!

Кайто тяжело, протяжно вздыхает. Лицо его понемногу розовеет, дыхание выравнивается. Он поудобнее устраивается на полу и снова вздыхает:

— ... никогда не играл в покемонов. Только слышал в детстве, как одноклассники обсуждали. — он говорит это, отвернувшись, с видом человека, крайне недовольного ситуацией, но делает это удивительно искренне.

— Эх, жалко-то как... О! А давай тебе дам поиграть! — Дурень расстроен, но решение находит мгновенно.

«Не играл — значит, поиграет.»

Он с сияющей улыбкой хлопает Кайто по плечу.

— ... Какой же ты всё-таки дурак.

— Ну да, я же так и сказал... — сокрушенно вздыхает Дурень. Ему бывает нелегко, когда люди не сразу принимают тот факт, что он — непроходимый дурак!

— Ну что, мне вернуться на место? — деловито осведомляется он.

«Если не знаешь, что делать — спрашивай!» — так учил бригадир.

— ...Ч то?

— Ну, не знаю, что дальше, так что, может, мне на чашу весов обратно встать?..

— На место?.. — собеседник смотрит на него с нарастающим ужасом. — Ты... серьезно собираешься добровольно лезть обратно на весы?!

— Ну да... Я же так и не понял, когда наступит этот самый «финиш». — глядя в ошеломленное лицо Кайто, дурачок невольно обижается: он же честно предупреждал о своих умственных способностях!

— Да ты просто... — он же переводит взгляд с дуралея на весы и обратно, после чего окончательно никнет. — НЕВООБРАЗИМОЙ ТУПИЗНЫ ИДИОТИНА!

«Наконец-то он меня понял!» — мысленно радуется простофиля.