День первый, полдень: Весы судьбы (3)

«Наконец-то он меня понял!» — мысленно радуется простофиля.

— Слышь, Кайто-о-о, ну так что мне делать? Там же на самом верху ключ лежит, без него мы дальше не пройдем...

— Ключ? Постой... впереди уже виден выход... Но ключ действительно там есть...

Кайто, похоже, немного остыл и начал рассуждать здраво. Действительно, в проходе за комнатой дверей не наблюдалось, там уже виднелось устройство для детоксикации.

«Значит, тот ключ в акриловой монете брать не обязательно. Может, он нужен для того, чтобы забрать чью-то куклу, как ту фигурку Кайто на дне аквариума?»

— Хм-м... — Кайто задумчиво разглядывает спину богини.

Изваяние всё еще держит весы, а другой рукой продолжает укладывать монеты — видимо, срабатывает условие «тридцать секунд без заявлений».

— О-о-ох, замочная скважина! Точно, сюда что-то вставляется!

— Что? Скважина?.. И правда.

На спине статуи обнаруживается отверстие. Вероятно, тот самый ключ из прозрачной монеты предназначен именно для него. Дурень озадаченно смотрит на всю эту конструкцию.

— Послушай... Кабасима.

— А? Чего? — Кайто обращается к нему робко и напряженно, дурачок же откликается с готовностью, сияя от радости, что с ним снова заговорили.

— ... Ты сможешь выполнить в точности мои указания? — Кайто, будто набравшись храбрости от этой улыбки, спрашивает.

— Конечно! Положись на меня!

Глупец, светясь от счастья, принимается за разминку. Правда, начинает он с таких приседаний, от которых пол буквально вминается внутрь. Второй участник игры поспешно останавливает сей разрушительный процесс, глядя в потолок с видом человека, у которого внезапно разболелась голова. Цуёси же, рассыпая вокруг знаки вопроса, переходит к махам ногами со скоростью двадцать раз в секунду.

Для начала ему приказывают «ждать». Он умеет ждать, потому послушно усаживается рядом с «другом», обхватив колени и выпрямив спину.

— ... Скучновато.

— Согласен.

Наконец богиня заканчивает свои манипуляции.

— Так, теперь запрыгивай на ту чашу, которая сейчас выше. Ты ведь сможешь одним прыжком вернуться оттуда сюда?

— А? Легко! Могу прыгнуть, могу по стене пробежать... Если есть задача, способ найду!

Громила бодро запрыгивает на чашу. Та опасно качается, но он, благодаря тренированному вестибулярному аппарату, легко удерживает равновесие.

— Теперь кричи: «Две монеты на противоположную чашу!» — Дурень послушно повторяет команду. Через тридцать секунд монеты ложатся на сторону Кайто, и весы немного кренятся. — Снова! Еще две монеты туда же! — в этот раз весы почти не шелохнулись — они достигли своего предела. Постепенно на противоположной стороне вырастает целая башня из металла.

— И последнее! Одну монету вправо, одну — влево!

Наконец богиня берет последние монеты. На сторону Кайто ложится золото, а на чашу дурачка — та самая прозрачная монета. Как он и предполагал, она раскрывается, являя миру ключ. Глаза Дурня загораются восторгом.

«Какая красивая штуковина... Хочу ее себе...» — думает он.

— Забрал ключ?! Молодец, возвращайся!

Однако ж Дурень медлит.

— Кабасима, ты чего там застрял?!

— Решено, забираю с собой! — он с широченной улыбкой подхватывает акриловый футляр и заодно... исполинскую золотую монету.

— ... Что?!

— Прихвачу в качестве сувенира!

Он совершает мощный прыжок, отчего весы дико раскачиваются, и приземляется рядом с Кайто, прижимая к себе золото и акрил.

— Я вернулся! Вот ключ, а это я в подарок возьму!

Тот смотрит на сие варварство с глазами, готовыми вылезти из орбит.

— ... Конечно, если это настоящее золото, оно стоит баснословных денег, но...

— Она большая и блестит! Поставлю на работе для красоты! О, а если постараться, из нее отличный стол выйдет! Мы как раз говорили, что нам в столовой еще один стол не помешает!

Цуёси светится от счастья. Он уверен, что старшие коллеги оценят такой презент.

— Нет, ты подожди! Это же ненормально! Сколько, по-твоему, она весит?!

Кайто наконец приходит в себя. Видимо, оптимизм Дурня заразителен.

— Э-э... да без понятия.

— Там же написано — триста килограммов! Неужели наврали?.. Хотя нет...

Кайто пытается хотя бы сдвинуть монету с места и через секунду оставляет эту затею. Каждому свое.

— ... Слушай, если ты можешь так запросто поднимать монеты, почему ты просто не скинул их со своей чаши раньше?

— А что, так можно было? О, а за это бонус дают?!

— Ясно. Всё дело в том, что ты идиот... — «напарник», кажется, смиряется с реальностью...

— Ну что, ключ! — ... а дурачок, довольный обретенными сокровищами, не обращает на это внимания. — Открываем?

— Делай что хочешь...

— Тогда открываю! Эй-я!

На ключе выгравирован символ Венеры — «♀».

— О! Точно, это же Венера!

— Что там?! Покажи! — Кайто заглядывает внутрь

... и дурак демонстрирует ему фигурку. Она очень похожа на те куклы Кайто и Ё, что они находили раньше.

— Хм... кукла, значит...

— Чур не обижать ее! Венере же больно будет!

— А, ты знаком с принципом кукол вуду? Что ж, даже для такого дурака, как ты, это неудивительно. — он понимающе кивает. — Скорее всего, это она и есть. В Англии их использовали, чтобы втыкать иголки в образ врага... Впрочем, подобные обряды есть по всему миру: японские соломенные куклы, европейские восковые... Это крайне любопытный антропологический феномен.

— Чего-о-о-о?.. — Кабасима впадает в ступор от умных слов.

«Значит, за границей тоже есть соломенные куклы... Интересно, а натто они там делают?»

— И что ты намерен с ней делать?

— Как что? Верну хозяйке! — Дурень помнит слова умного малого Ё, что такие вещи лучше держать при себе, а то мало ли — кто-нибудь начнет ее щекотать, как Тама.

— ...Ты на редкость добросовестный малый. — вздыхает Кайто, в голосе которого слышится облегчение. — А ведь с ее помощью ты мог бы убить Венеру.

— Ой! Ужас какой! Тогда мне ее опасно носить, а вдруг ее нечаянно раздавлю?!

— Благодарю за столь предсказуемую реакцию. — Кайто указывает на прозрачную монету. — Положи ее внутрь сего футляра.

— Кайто, ну ты голова!

— Уж поумнее твоей.

Так кукла Венеры оказывается в безопасности внутри акрилового диска. Подхватив свои трофеи, они вдвоем направляется в следующую комнату. Она выглядит точь-в-точь как предыдущая: устройство для детоксикации и куча хлама. Дурень по привычке находит стул и предлагает его напарнику. До конца срока еще больше получаса, так что стоять всё это время нет смысла. Поумеривший пыл парень-паникер принимает приглашение.

— Кайто-о-о, давай поболтаем!

— Ну, хоть время скоротаем...

«Удалось, почешем языками!» — радуется сему Кабасима, как великому достижению, он вне себя от радости.

— Тебе сколько лет? Мне двадцать!

— ...Мне девятнадцать. Я учусь в университете Кэйо.

— Ого-о! В универе?! Круто! Значит, ты и впрямь умный! — балбес сияет, радуясь и за друга, и за то, что сам он оказался «сэмпаем» его. — А чему там учат? Я-то сразу после школы работать пошел, про универы ничего не знаю.

— Лично изучаю менеджмент... Но основы общие для всех: английский, второй иностранный... немецкий, например.

— Немецкий?! Это еще что за зверь?

— Язык, на котором говорят в Германии!

Над головой Дурня снова вырастает знак вопроса: «Германия... это где вообще?», но Кайто поясняет, что это страна пива, сосисок и картошки, и в памяти просточка сразу всплывает образ немецкой кухни. Про еду он понимает быстро.

— А этот твой... манажмант... это про что?

— Про управление предприятиями. Если ты работаешь, у тебя же есть тот, кто руководит фирмой?

— Ага! Президент! О!.. Так ты учишься на президента?!

— ... Если так легче понимать тебе, то да, допустим, учусь на президента. — Кайто окончательно сдается под напором не блещущих хоть каким-то количеством познанием речей великана.

— Значит, когда вырастешь, станешь президентом?! — спрашивает он, но собеседник внезапно замолкает. Он выглядит уязвленным, будто дурья башка задел какую-то болезненную тему, хотя и старается этого не показывать. — Э-э... что-то не то ляпнул?

— Нет... — тот откидывается на спинку стула и закидывает ногу на ногу. — Не все, кто учит менеджмент, открывают свое дело. Это же очевидно.

— А-а... ну да, очевидно... — Бака выдыхает. — Я-то в учебе не силен был...

— Оно и видно.

— Зато по физкультуре у меня всегда были пятерки!

— В этом тоже не сомневаюсь... Погоди, а как ты со своей силищей вообще на уроки физкультуры ходил? — Кайто явно пытается представить масштаб разрушений в школьном спортзале.

— А тебе какие уроки нравились?

— ... Литература.

— О-о-ох, я тоже литературу любил! Про лисенка Гона! И про того парня, который говорил: «Так вот ты какой человек...»

— Ты имеешь в виду «Юношеские воспоминания» Германа Гессе? Это классика из школьных учебников. Тщеславие, чувство неполноценности, непоправимый грех... Каждому подростку полезно прочитать. Хотя мне всегда был ближе Эмиль... — Кайто говорит увлеченно и плавно, но внезапно замолкает, заметив сияющие глаза непроходимого тупня. — ... Чего так зыркаешь на меня?

— Да просто ты столь весело глаголишь о себе близком, что у самого душа в плям уходит! — Кабасима искренне счастлив.

Тот самый Кайто, который кричал «не подходи!», сейчас сидит перед ним и увлеченно болтает.

— ...Кажется, разговорился я. — она снова принимает хмурый вид.

— Да нет же! Рассказывай еще, мне очень нравится!

«Неужели Кайто снова не хочет со мной общаться?» — обидно Дурню становится.

— ... Не нравится играть в одни ворота. Теперь моя очередь спрашивать. — глаза Дурня снова вспыхивают, ибо нелюдимый дружбанчик всё-таки хочет продолжить беседу! — Зачем ты пришел сюда? Чего ты желаешь настолько сильно, что готов даже убить человека?.. Ведь у тебя тоже есть такая цель, не так ли?

Но сей внезапный вопрос застает Цуёси врасплох!