День первый, ночь: Главный зал (2)

* * *

Вскоре все возвращаются в главный зал. Оставаться в комнате с телами — значит лишь множить уныние. К тому моменту, когда Цуёси окончательно приходит в себя...

— Тама. — Ё внезапно окликает девушку. — Можем ли мы... поговорить немного?

Сия просьба вызывает удивление у всех присутствующих. Сама девица тоже выглядит озадаченной.

— ... Наедине?

— Да. Только вдвоём. — произносит сие с заметным волнением.

Она взирает на него, а затем бросает беглый взгляд на остальных.

— Хм-м... Должен ли понимать это так, что ты желаешь поведать нечто, не предназначенное для наших ушей? — с серьёзным видом вопрошает Цутия.

— ... Я понимаю, что мое поведение может выглядеть подозрительно. — он опускает взор, но всё же подтверждает догадку уверенным кивком. — Но мне жизненно необходимо поговорить с ней с глазу на глаз. Прошу, дайте нам немного времени. Десяти минут будет достаточно.

Проводив взглядом удаляющихся Ё и Таму, Кабасима начинает ерзать от любопытства: «О чём же они там будут толковать?..». Как-никак, Ё и Тама — пара. Стало быть, будет некий секретный разговор влюблённых. Быть может, станут обсуждать что-то смутительное? Представив это, Дурень начинает по-детски шуметь и радоваться. Глядя на его беспричинное веселье, напарник по прошлой игре лишь хмурится, находя подобное поведение в высшей степени подозрительным.

Вдоволь нашумевшись, простофиля вдруг замечает роковую дамочку: она сидит, погружённая в глубокую меланхолию, и не отрывает взгляда от пола.

— Эй, Бинас. Ты в порядке? Выглядишь совсем неважно... — встревоженный её видом, окликает даму.

— ... Это же очевидно. — девушка медленно поднимает голову и испускает тяжёлый вздох. — Ведь только что погибли люди.

— Да, твоя правда...

Услышав её слова, громила вновь поникает.

— Оставь меня на время одну. — произносит она и, пошатываясь, поднимается и уходит прочь.

Дурень не решается следовать за ней.

— Хм-м... Как же нам быть?

В Большом зале остаются лишь четверо: Кабасима, Кайто, Мина и Цутия.

— В канделябре горят лишь две свечи... — последний задумчиво поглаживает подбородок и бормочет. — Следовательно, Амаги-сан и Хибана погибли ещё до наступления ночи.

— Ой, и впрямь...

Наш герой вслед за старичком поднимает взор к светильнику. Из девяти свечей зажжены лишь две. Пламя в них обновляется каждый раз, когда звучит ночной колокол. Это означает...

— Раз Ё оставался запертым в главном зале, то версия о том, что он самолично расправился с ними позже, кажется маловероятной.

Двери комнат, в которых игра завершена, не открываются вновь. А проходы на второй этаж отпираются лишь после того, как будут пройдены соответствующие испытания на первом ярусе в момент удара ночного колокола. Таким образом, для него было бы физически невозможно убить их «в течение дня». Однако...

— ... Глядя на ситуацию, трудно с уверенностью сказать, действительно ли Ё был заперт в зале один. — произносит это с горькой усмешкой старичок.

«По всему видно, что Ё, узнав об исчезновении Хибаны и Амаги, поджидал у соответствующей двери на втором этаже. Стоило той отвориться, как бросился внутрь, дабы проверить, живы ли они... и обнаружил тела. Но так ли всё было на самом деле? Вдруг его слова о заточении — ложь, и сам вошёл в комнату вместе с остальными, а затем убил их в ходе игры?» — Кабасиме трудно в это поверить, но...

— ... Полагаю, требовать от него в первую очередь доказывать свою невиновность, а не беспокоиться о судьбе товарищей, было бы слишком жестоко.

— ... Что ж, Ё действительно ведёт себя подозрительно. Не думаю, что мы обязаны проявлять к нему излишнюю деликатность.

Цутия сокрушённо вздыхает, а Кайто лишь качает головой. Простофиля в смятение места себе не находит, страшится ззаподозрить Ё в чём-то дурном. Он обменивается растерянным взглядом с Миной, и они оба продолжают лишь беспомощно озираться.

— ...А-а, господин Кабасима. Господин Кайто. Вот, взгляните... — в этот момент Мина, словно вспомнив о чём-то важном, извлекает нечто из-за пазухи.

— Чего?.. Ой! Какая прелесть! — увидев предмет, здоровяк мгновенно расплывается в улыбке. — Это же куколка Мины!

И впрямь, на ладони у девушки покоится маленькая копия её самой. Точно такая же фигурка Бинас, которую Кабасима и Кайто нашли в комнате с весами, или куклы Кайто и Ё, обнаруженные в прошлый раз.

— А мы нашли куклу Бинас.

— Ой? Неужели куколка Бинас была у вас?..

— Да... Слушай, Кабасима. Принеси-ка её вместе с ящиком.

— Точно! Сейчас, подождите секунду!

Он резво убегает и возвращается, таща за собой огромную золотую монету и акриловый короб. Поставив ношу на пол, демонстрирует фигурку через прозрачную крышку.

— Видишь? Кукла Бинас, разве не милашка?

— Милашка, говоришь?..

Пока Кайто кривится от подобных слов, простофиля пытается достать игрушку. Ему очень хочется поставить её рядом с куклой Мины. Но тут...

— Ах, господин Кабасима, постойте! — Мина внезапно преграждает ему путь.

— Мм?

— Пожалуйста, оставьте её как есть. Видите ли, сия кукла таит в себе опасность. — пока озадаченный дурень хлопает глазами, Мина, слегка нахмурившись, продолжает:

— ...Некоторое время назад решила в шутку пощекотать куколку. Вот так, легонько.

— Ага.

«Неужто нынче модно щекотать кукол? Тама ведь тоже проделывала такое с куклой Ё.» — думает великан мельком.

— И тогда... мне самой стало щекотно!

— Вот оно как. Ну, коли пощекотать, так оно и будет щекотно.

— Погоди, дубина! Не смей считать это само собой разумеющимся! Раскинь мозгами!

Когда на сообщение Мины тот лишь понимающе кивает, Кайто тут же хватает его за плечи и начинает неистово трясти. Впрочем, здоровяк даже не шелохнулся.

— Слушай внимательно: речь шла о том, что она пощекотала всего лишь КУКЛУ! Понимаешь?

— Угу.

— И при этом ОНА САМА почувствовала щекотку!

— Ну так... если куклу щекочут, ей ведь тоже должно быть щекотно?

— Ах, нет же, Кабасима-сан. Щекотно стало не кукле, а мне самой! — Мина, осознав, что её слова не доходят до адресата, в спешке пускается в объяснения. — То есть ощущения куклы передаются мне напрямую... словно мы с ней связаны невидимой нитью... понимаете?.. — он лишь издаёт невнятное «О-о-о», отчего она окончательно теряется, не зная, как подобрать слова.

Но простофиля искренне старается понять!

— В общем, всё сводится к тому, о чём я уже упоминал ранее. Похоже, перед нами «проклятые куклы». Если их пощекотать — почувствуешь щекотку. А если пронзить их иглой... можно и вовсе расстаться с жизнью. Так ведь?

— Чего?! Мина, ты можешь умереть?!

Благодаря разъяснениям Кайто, суть дела наконец доходит до нашего героя.

«Точно! Эти куклы — вещи в высшей степени опасные! 'Беда, беда!' — кричит он и начинает в панике бегать кругами. В порыве чувств даже пробегается по стенам и потолку, заставив деда и молоденькую девицу ахнуть от изумления. Кайто же лишь отрешённо взирает на это, привыкший к причудам своего спутника.

— ... Собственно, возникает вопрос: для чего вообще созданы сии куклы? — произносит Цутия, когда Цёси немного успокаивается и возвращается на землю.

— Для чего? Ответ лежит на поверхности. Дабы убивать людей на расстоянии. Для чего же ещё? — он бросает сии слова с пугающей лёгкостью. Ощущая на себе взоры Мины, Цутии и нашего героя, лишь криво усмехается. — Данная забава — смертельная игра, уготованная демоном. Наша цель: исполнение желания. А средство для того: лишение жизни ближнего своего. Неужто позабыли об этом?

После слов парня взрослый мужчина лишь тяжко вздыхает, а девушка тяжко опускает головешку от досады. Беззаботный громила погружается в глубокие раздумья: «Какое же у меня всё-таки желание... Наверное, мягкое мороженое из 'Мини-стопа'...».

— Что ж... как уже говорил, у меня нет ни малейшего намерения лишать кого-либо жизни. Посему нахожу эти фигурки лишь верхом дурновкусия.

— Дурновкусия?! Вовсе нет! По-моему, они прелестны! Кукла Мины очень милая! И косички у неё точь-в-точь как настоящие!

— Ох... Благодарю. Хе-хе, а куколка госпожи Бинас выглядит такой задиристой и очаровательной...

Цутия лишь виновато улыбается, но слова нашего героя явно подбодрили Мину. Увидев, что к девушке вернулось расположение духа, простофиля искренне радуется. Ведь когда другим хорошо, ему и самому становится весело!

— Итак... что нам предпринять в отношении сих фигурок? — налюбовавшись куклами, необходимо решить их участь. Кабасима со всей серьёзностью внимает словам Цутии. Поскольку от этого зависит безопасность Мины и Бинас, не может позволить себе отвлекаться. — Оставлять их у владельцев — вариант возможный, но чреватый несчастными случаями. Было бы идеально найти для них надёжное убежище... — Цутия в раздумье взирает на две куклы.

— А если я положу куколку в нагрудный карман и случайно споткнусь... неужто меня раздавит?.. — Мина же со страхом шепчет.

— В таком случае лучше всего поместить их туда, где никто не сможет их коснуться или передвинуть. Что если вернуть их на прежние места? Куклу Бинас мы нашли в комнате, вход в которую совсем рядом. Думаю, это не составит большого труда.

Предложение Кайто поражает Цутию и Мину, они замирают от удивления.

— ... Кайто. Знаешь, для человека, который на словах поощряет убийства, вносишь на удивление благородные предложения. — лик Цутии озаряется какой-то по-отечески тёплой улыбкой.

Студент же, осознав, что выдал себя, смущённо отворачивается.

— Вот именно! Ведь Кайто — по-настоящему добрый малый! — провозглашает здоровяк, выпятив грудь.

Как-никак, простофиля обожает хвастаться чужими достоинствами.

— Пожалуй, в нынешних обстоятельствах это наилучший выход. Хм-м... Значит, в вашей комнате кукла была заперта за дверью, отпираемой ключом...

Цутия задумчиво кивает. Мина тоже соглашается с планом. Однако внезапно звучит вопрос:

— ... У нас кукла была заперта. Неужто у вас всё было иначе?

— Да. Нам её передали прямо в руки.

Ответ Цутии поражает Кайто и нашего героя до глубины души.

— П-передали в руки?! Но кто?! Неужели там есть кто-то ещё?!

— Кто это был?! Иви?!

— И-иви? Э-э-эм, нет... Видите ли, в нашей комнате нужно было отвечать на вопросы викторины «Дев-близнецов».

Слова Мины заставляют студентика и великана переглянуться.

«'Девы-близнецы'? Что бы это могло значить?»

— ... Выходит пока дурень на испытание скакал по стенам, у вас, стало быть, была викторина?..

Он ничего не произносит, но на его лице ясно читается: «Лучше бы мы поменялись местами». Дурачок лишь радостно улыбается: «Как хорошо, что мне досталась комната с весами, ведь я совсем не мастак разгадывать загадки!».

— ...Что ж, давайте поведаем друг другу о том, что довелось пережить в комнатах. Судя по всему, суть испытаний разительно отличалась... — видя замешательство любителя поскандалить и радость местного дуралея, Цутия со вздохом предлагает обменяться рассказами. Тотчас же приступает к тому, чтобы поделиться с остальными добытыми сведениями. — Комната, в которую вошёл вместе с тремя дамами, оказалась обителью Дев-близнецов.

— Дев... близнецов?

«Это ещё что такое?» — недоумевает Дурень, склонив голову набок...

— Там находились две женщины, внешне неотличимые друг от друга, кои представились демонами. — ... отчего Мина, понимающе и кротко улыбнувшись, принимается за подробные объяснения. — Они нарекли себя Дева-близнецами.

— О-о-о.

— И вот сии девы-близнецы объявили тему того, что они загадали... Правила гласили: сможем задать до двадцати вопросов, на которые возможен лишь ответ «да» или «нет», дабы в конечном итоге угадать название загаданного предмета. Ах да, ещё нам пообещали «особую награду», сумеем дать верный ответ, не превысив лимит в двенадцать вопросов.

— О-о-о-о...

Несмотря на все старания девицы разъяснить суть дела, Дурак ровным счётом ничего не понимал. В его сознании отпечатывается лишь обрывочная мысль: «Значит, там были близнецы! И они занимались чем-то страшно заумным!».

— Так вот, в самом начале сего испытания каждого из нас поместили в отдельную клетку. Сии конструкции напоминали подвешенные птичьи клетки. Находясь внутри них, нам и надлежало засыпать близняшек-демниц вопросами.

«Попади в ту комнату я, толку от меня не было бы вовсе!» — проносится в голове у Дурака. И, по всей видимости, данное суждение недалеко от истины.

— Попыток дать ответ давалось всего пять. Стоило кому-то одному ошибиться, как право следующего ответа переходило к нему лишь после того, как все остальные участники также назовут неверный вариант. Более того, клетку того, кто давал ошибочный ответ, запирали на ключ. Таким вот образом неудачливый игрок оказывался заточён в неволе.

— Хи-и-и...