Встреча

— Мне нужно быть осторожной.

Нужно просто держать подходящую дистанцию и терпеть, пока групповой проект не закончится.

Чхэ Сольха несколько раз повторила эту мысль и села перед компьютером.

— Тогда давай каждый найдёт примеры и вечером обсудим. Ты пользуешься «Инскодом», да?

Она глубоко вдохнула и запустила программу для сообщений «Инскод».

До назначенного времени оставалось двадцать минут, но Ю Доджин уже был в сети.

— Должна признать, он прилежный...

После этой короткой мысли Сольха тут же отправила в чат смайлик с машущей рукой.

— Ты рано! Слышишь меня?

— Да.

Из динамиков донёсся сухой голос.

— Тогда начнём прямо сейчас? Думаю, лучше быстро закончить и заняться другими делами.

— Хорошо.

— Ладно, я начну.

Сольха включила демонстрацию экрана и вывела материалы, которые нашла.

— Для начала давай остановимся на том, чтобы не показывать лица.

— Как в «Камне»?

— О, ты знаешь?

— Да.

— Тогда понимаешь, к чему я веду.

Сольха двинула мышь и запустила видео, где катался камень.

— Разве это не лучше, чем снимать с ужасной актёрской игрой и небрежной постановкой?

— Думаю, само направление хорошее, но...

Доджин задумчиво оборвал фразу, а затем спокойно продолжил.

— Если в точности следовать этому способу, сложность съёмки кажется слишком высокой.

— Да, поэтому я думала, что можно использовать покадровую анимацию. Процесс монтажа может быть немного хлопотным, но...

Они обменивались мнениями на основе своих идей, постепенно добавляя больше конкретики.

Встреча так и продвигалась гладко.

— Значит, общий каркас мы, думаю, наметили... У тебя есть мысли по истории или теме видео? По направлению? Думаю, будет хорошо собрать всё и посмотреть вместе.

— Да.

Когда Сольха открыла ссылку, которой поделился Доджин, она увидела экран, где были собраны фотографии с похожей атмосферой.

— Оо, ты сделал доску настроения?

— Да, я подумал, что сначала нужно определить тон и манеру.

— Можешь кратко объяснить? Думаю, лучше пройтись по всему сразу, чем спрашивать потом.

— Понял. Сначала первая папка...

Пока Сольха внимательно изучала экран, слушая объяснение Доджина, перед её глазами внезапно появилась фотография, окрашенная красным.

Остров, плавающий посреди кроваво-красного моря.

В его центре женщина душила мужчину.

— О.

Сольха невольно издала короткий возглас.

Это была сцена, которую она особенно любила, из фильма, достойного называться её «любимым фильмом».

— Сейчас уже больше людей, которые не знают эту работу, чем тех, кто знает.

Нет, таких практически не существовало. По крайней мере среди людей вокруг неё.

— Этот парень правда глубоко копает...

Сольха снова вспомнила лицо Доджина.

Она не могла представить, как мужчина с таким пресным и мрачным лицом смотрит фильмы сияющими глазами.

— Нет, я же видела.

Если подумать сейчас, это казалось настолько нереальным, что она даже задавалась вопросом, не было ли это иллюзией.

— ...Прошу прощения.

И как раз тогда из динамиков потёк приглушённый голос.

— Если я заставил тебя почувствовать себя некомфортно, прошу прощения.

— А? Почему?

Сольха растерялась от внезапного извинения.

Её мысли отразились на лице? Нет, даже если отразились, она была просто удивлена, а не ругала его. Она сжала колотящееся сердце и стала ждать его следующих слов.

— ...Пример. Мне следовало спросить, прежде чем показывать тебе такое.

— Ах, ты об этом.

Для человека, который видит это впервые, такое действительно могло быть довольно шокирующим. Она кивнула и открыла рот.

— Нет-нет, всё нормально. Я тоже смотрела этот фильм.

— ...Прошу прощения?

— Да, я почувствовала то же самое. Типа: «Почему это здесь появилось?» Честно говоря, если где-нибудь упомянуть этот фильм, его сразу называют «претенциозным».

— ...Это правда.

Голос Доджина был низким и холодным, но не острым.

Он ощущался одиноким, словно сосулька, которая вот-вот растает, или клинок, затупившийся от выбитых зубцов.

И это была эмоция, которую Сольха уже переживала.

Ей становилось одиноко каждый раз, когда она видела растерянные лица людей, стоило ей назвать этот фильм.

Это заставляло её чувствовать себя отрезанной, неспособной разделить с другими один и тот же интерес.

— Он всё ещё увлекателен даже сейчас.

— ...Я тоже так думаю.

Доджин продолжил голосом, в котором будто стало немного больше тепла.

— Человеческие тревоги не зависят от времени. Даже спустя десятилетия мы будем переживать о том же, и именно поэтому всё ещё можем сопереживать. Эта работа не рассказывает историю, которая увяла бы всего через несколько десятилетий. Более того, похожие произведения продолжают появляться даже в этот самый момент.

— ...Верно.

Сольха сама не заметила, как согласилась.

Это ощущалось освежающе.

Будто наконец почесали место, которое долго зудело.

— И постановка лучше, чем то, что выходит в наши дни.

— Она вне конкуренции. Думаю, это уже никогда не изменится. Просто посмотри на эту сцену...

— Верно!

Плечи Доджина слегка поднялись и опустились от её слишком энергичного голоса.

Конечно, Сольха этого не могла знать, поэтому, не обращая внимания, продолжила высыпать слова как из пулемёта.

— Вторая половина фильма. Кульминация, где заканчивается всё долгое-долгое путешествие до этого момента. В совершенно романтической ситуации, где два человека, всё время кружившие вокруг друг друга, наконец подтверждают свои чувства.

Её изначальная решимость тихо закончить встречу давно исчезла.

Сольха просто радовалась тому, что может обсудить этот «сверхшедевр».

— «Ладно, давайте здесь героиня начнёт душить героя. А герой нежно погладит героиню по щеке. Именно тогда героиня расплачется. Она на самом деле не душит его, но всё равно не может убрать руки с его шеи и просто продолжает плакать. Глядя на это, герой бормочет: “Безумная женщина”. И ровно в этот момент фильм заканчивается». Какой безумный режиссёр вообще даёт такие указания?

— Но думаю, в итоге это было правильное направление.

— Верно~! Это заставляет подумать: «Ах, эти двое никогда не отпустят своё упрямство, так что закончиться это могло только так».

— Иначе и быть не могло.

— Да, это может казаться раздражающим, но потом понимаешь, что именно это ключевой приём, создающий уникальные отношения между ними. Совершенно неповторимые.

— Да, даже если бы они пошли по первоначальному варианту сценария, это не было бы плохо, но...

— Мы бы забыли это за день-два.

— Я тоже так думаю. Эмоциональная линия этих двух персонажей занимает слишком значимую часть.

— Но не думаешь, что по-своему было бы весело, если бы вышло именно так?

И разговор, начавшийся так...

— ...Похоже, эту сцену создали без особых раздумий.

— А? Правда?

— Да, в комментарии они сказали...

— Ах, я не смотрела комментарий. Эти безумцы его не перевели... Подожди, а ты как его смотрел? Где-то есть версия с субтитрами?

— Нет, я просто...

— Вау, ты смотрел прямо так? У тебя, должно быть, хороший английский?

— Нет, просто средний...

Разговор продолжался, и одна тема тянула за собой другую.

— ...Можешь, если получится, перевести мне?

— Прошу прощения?

— Нет, просто звучит так, будто там много интересного. Я хочу нормально посмотреть, так что можешь хотя бы примерно рассказывать, что они говорят? Ах, я покажу видео. У меня есть блюрей.

В итоге они вместе посмотрели комментарий длиной почти с целый фильм.

— Пьяным? Он придумал это после выпивки?

— Да, он говорит, что шёл в нетрезвом состоянии, и окружающий пейзаж был довольно впечатляющим, поэтому он прямо на месте нарисовал раскадровку.

— Наверное, чтобы создать такой шедевр, нужно именно такое безумие — даже пьяным думать о работе...

Примерно через три часа после начала встречи в углу монитора Сольхи появилось окно.

— Ю Карён: Онни

— Ю Карён: Ты на меня злишься?

— Ю Карён: Прости, я правда не хотела

— А?

— Что случилось?

— О? Ах, мне нужно на минуту ответить на звонок.

Сольха быстро нажала кнопку вызова и позвонила Карён.

— Онни, прости. Обещаю, я больше никогда так не сделаю, так что, пожалуйста, прости меня только этот раз.

Услышав поникший голос Карён, Сольха ещё сильнее растерялась.

— Нет-нет-нет, что это вдруг такое?

— Ты на меня злишься...

— А? С чего бы мне злиться?

— Из-за шутки, которую я утром устроила...

— О чём ты говоришь? Почему я должна из-за этого злиться?

— Ах, ты расстроилась, потому что я писала во время лекции. Прости, я правда не знала.

— ...Карён.

Как я вообще могу злиться на тебя? Если уж на то пошло, скорее наоборот.

Или ты делаешь это нарочно? Чтобы заставить меня чувствовать себя жалкой? Или хочешь разорвать связь, но не хочешь быть плохой, поэтому пытаешься сделать плохой меня?

Проглотив слова, которые собирались вырваться, глубоко в горло, Сольха заговорила спокойным голосом.

— Что происходит? Мне нужно понять ситуацию, прежде чем я смогу ответить.

— ...Ну.

— Да?

— Ты всё время игнорировала мои звонки... и не читала сообщения... но была в сети в «Инскоде»... Поэтому я подумала, что ты злишься...

— Что?

Сольха взяла телефон и проверила уведомления.

— Ах... прости, я поставила беззвучный режим, потому что была на встрече.

— Встрече?

— Да, на встрече по групповому проекту, о котором я раньше говорила.

— Ах...

Карён, которая наконец, похоже, почувствовала облегчение, тут же заговорила обиженным голосом.

— Н-не пробуждай мою травму.

— Какую травму?

— Когда человек, которого я считала близким, внезапно обрывает связь и начинает меня игнорировать. Понимаешь? Именно с этого началась моя тёмная личность.

— И что я получу, если сделаю такое...

— Не знаю, кажется, из-за тебя я стану ещё темнее.

Карён глубоко вздохнула и продолжила, шмыгая носом.

— Ладно... Я одна. Одиночка, которой некому написать...

После того как она на мгновение навострила уши, проверяя реакцию, Карён снова начала шмыгать носом.

— Что мне делать?

— Поиграй со мной.

— Нет, я хочу, но в этом семестре задания правда безумные...

— Мне холодно. Так холодно. Может, ещё холоднее из-за того, что меня бросил даже человек, которого я считала другом.

— ...Когда придёшь?

— В субботу! И хочу пойти с тобой в университет в понедельник.

Карён издала носовой звук, будто миловалась. Сольха не смогла сдержать улыбку, потому что это было одновременно и очаровательно, и трогательно.

На самом деле она была не против, чтобы Карён пришла к ней.

Скорее, каждый раз, когда Карён ложилась рядом и крепко обнимала её во сне, Сольха чувствовала тепло в уголке сердца, ощущая, что кто-то её любит.

— Весь день играть нельзя, ладно? Мне правда нужно заниматься заданиями.

— Знаю, я буду делать свои задания рядом с тобой.

— Ладно-ладно, приходи.

— Хи.

Почему такой ангелоподобный человек любит меня? Такая мысль ненадолго пришла Сольхе в голову, но она решила пока её проигнорировать.

— Значит, встреча закончилась?

— А? Нет. Я просто на минуту вышла. Сейчас вернусь.

— Что? Когда она закончится?

— Не знаю. Закончится, когда придумаем идеи.

— Сейчас уже больше одиннадцати часов?

— А?

Как сказала Карён, стрелки часов указывали на одиннадцать.

— Какая встреча длится так долго?

— Д-да. Как уже стало так поздно?

Сольха в замешательстве почесала голову. Она правда не ожидала, что потратит столько времени.

— Может, это парень? Виртуальное свидание по телефону?

— Кья, как стыдно.

— ...Правда?

— Думаешь, это правда?

— Тогда неважно. В любом случае, прости, что заняла твоё время. Тебе нужно быстро возвращаться.

— Да, спокойной ночи.

— И тебе спокойной ночи, онни.

Закончив звонок, Сольха вернулась в комнату встречи.

— Ах, прости, что заставила ждать. Звонок занял больше времени, чем я думала.

— Всё нормально.

— ...

— ...

— Эм.

— Извините.

— Ах, ты первый.

— Нет, говори ты.

— ...

— ...

После короткого молчания Сольха открыла рот с натянутой улыбкой.

— Продолжим завтра? Я только сейчас поняла, что сегодня уже слишком поздно.

— Да, думаю, так будет лучше.

— Прости, кажется, из-за меня мы слишком ушли в сторону.

— Нет, это было очень интере...

Доджин несколько раз прокашлялся, а затем продолжил.

— Я в следующий раз тоже буду осторожнее.

— Да, завтра правда просто проведём встречу.

— Да.

— Ладно, увидимся завтра~.

Ну, нам всё равно, наверное, уже не так много осталось обсуждать.

Сольха тихо пробормотала это и закрыла «Инскод».

А на следующий день она в итоге залпом посмотрела все три фильма «Трековые войны», жарко споря с Доджином о качестве компьютерной графики в нынешних голливудских фильмах.

— Завтра правда просто проведём встречу.

— Да.

На следующий день после этого они посмотрели около двух японских фильмов ужасов и обсудили их.

— Завтра правда просто проведём встречу.

— Да.

И так пустое обещание, продолжавшее звучать день за днём, наконец прекратилось через пять дней, когда до срока сдачи осталось всего около четырёх часов.