Затворница-эльфийка, которая хочет только спать

Виктор оглядел сонную эльфийку перед собой, и её внешность постепенно совпала с образом в его памяти. Кокотт Ярд, природная эльфийка. Среди эльфов тоже были разные расы. Природные эльфы, от рождения близкие к природе, куда искуснее управляли стихийной силой и, следовательно, были гораздо более пригодны для того, чтобы становиться магами. И её личность тоже была не из обычных. Она была эльфийкой-затворницей, королевой, которая хотела лишь спать и не желала наследовать трон, и сбежала одна, чтобы спрятаться от преследования своего народа в почти не находимом Городе Магов. Довольно интересно, вообще-то.

— Советница Ярд, не ожидал, что именно вы будете меня встречать.

Сонная эльфийка устало приоткрыла один глаз, и тёмные круги под ним были тяжёлыми, и одарила Виктора взглядом.

— А? Как забавно. Когда Хайм мне сказал, я особо не обратила внимания. Но теперь, похоже, ты и впрямь знаешь всех в Совете.

То, что Виктор знал даже о ней, слегка удивило Кокотт. Будучи самой затворнической, наименее появляющейся в Совете, она проводила большинство своих дней либо во сне в своём саду, либо пуская слюни во сне там же. Но Виктор не только знал её имя, но и мог назвать её фамилию. А эта фамилия имела немалый вес.

Эльфийка мельком глянула на человеческую принцессу, прячущуюся за спиной Виктора, и сощурила свои сонные глаза.

— Лорд Виктор, вы и впрямь в хорошем расположении духа. Даже не забыли прихватить свою возлюбленную в Эндимион.

«Затворница-эльфийка с острым языком, к тому же». Виктор слегка выпрямился. Хотя он ничего не объяснил, его глаза стали заметно опаснее.

— Я могу сжечь письмо Хайма, — произнёс он ровно. — Разумеется, я могу так же сжечь и ваш задний сад.

— …

Кокотт немедленно села прямо и напряжённо. Хотя она всё ещё выглядела сонной, она заставила себя выдавить улыбку для Орелиан. Хотя, честно говоря, выглядела она ужасно.

— Добро пожаловать в Город Магов, маленькая сестрица…

Холодный голос Виктора вклинился:

— Подумайте о собственном возрасте, прежде чем решать, как обращаться к другим.

— …Какой надоедливый.

Затворница-эльфийка надулась. Неужели было так необходимо держать обиду за один-единственный ехидный выпад? Он был чересчур мелочен. И всё же ей удалось изобразить чуть более дружелюбное выражение, чем раньше: никаких больше фальшивых улыбок, только простой кивок.

— Добро пожаловать в Город Магов, Эндимион, маленькая девочка. Можешь звать меня Кокотт. Сегодня я буду вашим проводником через хаотичные магические разломы этого места.

Была причина, по которой Эндимион называли Городом Магов. Концентрация магии в воздухе здесь была абсурдно высокой. Колоссальная магическая сила постоянно сжималась в определённом радиусе, что приводило к искажениям и коллапсам хаотичной энергии. Те разноцветные пузыри в воздухе были результатом этого магического беспорядка. Вот почему новым магам всегда требовался проводник, чтобы безопасно идти по правильным тропам.

Просто вдыхая воздух, Орелиан постоянно чувствовала, как бесконечная магия окутывает её тело. Её собственное тело должно было перестать поглощать её, иначе она рисковала быть переполненной и взорваться изнутри. Поначалу она думала, что сможет впитать часть магии Эндимиона для увеличения своих резервов… Но быстро отказалась от этой идеи. И всё же Орелиан вежливо поклонилась Кокотт, чтобы выразить благодарность. До этого момента она толком и не знала, чем на самом деле был Город Магов. Строго говоря, Орелиан не была традиционным магом — она стала им лишь потому, что император признал её талант и направил по этому пути.

Кокотт вела их впереди и говорила без умолку. Сама она, разумеется, идти отказывалась и вместо этого сидела на парящем облаке, которое использовала как средство передвижения. Орелиан удивлённо смотрела на это облако.

— Эта штука и впрямь может двигаться?

Кокотт лишь слабо улыбнулась. Для того, кто впервые посещал Эндимион, было нормально не видеть таких странных магических созданий прежде. Однако она не собиралась объяснять всех причудливых магических тварей вокруг, лишь небрежно заметила:

— Город Магов разделён на семь слоёв. Каждый слой содержит совершенно разный уровень магической плотности. Чем выше ты поднимаешься, тем сильнее должен быть. Слабые маги, которые опрометчиво входят на слишком высокие для них уровни, в лучшем случае теряют руку или ногу. В худшем — навсегда отрезаны от магии.

Говоря это, она украдкой снова глянула на Орелиан. Интуиция Кокотт подсказывала ей кое-что. «Эта девочка… ненормальна. Совершенно ненормальна». Эта малышка обладала лишь силой первого ранга. По всей логике, даже типичный маг второго ранга испытывал бы трудности, выдерживая хаотичную магию первого слоя Эндимиона. Но эта девочка стояла здесь совершенно спокойно, словно давления и не существовало вовсе. Реакция Кокотт не ускользнула от внимания Виктора. И её изумление было в пределах его ожиданий. В конце концов, никто бы не догадался, что Орелиан обладает магическим талантом, граничащим с божественным. В этот миг Орелиан была как какой-то экзотический зверь в зоопарке, и Кокотт с любопытством её разглядывала. Орелиан, однако, не возражала.

Эндимион, хоть и назывался Городом Магов, на самом деле не был городом в обычном смысле. Это было просто скопление расколотых каменных структур, сбитых вместе. Все трое шли уже некоторое время, но не видели по пути ни единой души — лишь причудливые магические формы жизни. Даже пройдя немало, пейзаж постоянно менялся. В один миг он становился тихим, бесконечным звёздным небом, а в следующий превращался в густой лес. Ничто не казалось устойчивым, каждый шаг менял линии и цвета, словно сам мир перекраивал себя.

Спустя неизвестно сколько времени Орелиан посмотрела вперёд и погрузилась в раздумья. Дальше пути не было. Она стояла на одиноком куске скалы, и ступить дальше было некуда. Рядом никого не было. Когда она отделилась от учителя? Невозможно. Она всё время следовала за ними. После последней битвы храбрость Орелиан выросла. Она осторожно вытянула маленькую ножку вперёд, в пустоту. На вид там было пусто, но её ступня коснулась чего-то твёрдого. Опустив взгляд, она увидела бесконечные, вращающиеся звёзды под ногами. Остров позади неё исчез, оставив лишь точки света на тёмном фоне. Словно её обернули бесчисленными прекрасными желаниями. Сцена перед ней была такой безмолвной, такой таинственной. Сердце Орелиан дрогнуло. Она чувствовала, как соскальзывает в слои туманных иллюзий, и её зрение становилось подобным сну. Это была неописуемая, запредельная красота, не поддающаяся мысли, — один лишь взгляд поймал её дух в ловушку. Но сознание твердило ей не задерживаться. Она заставила тело сделать ещё шаг, и райский сон мгновенно разбился.

Затем, внезапно…

— Мы на месте.

Пелена перед ней рассеялась. Трескучие молнии разрывали воздух, и тяжёлые тучи давили низко. Один-единственный каменный мост висел в воздухе — пугающий и узкий.

Кокотт принялась объяснять:

— Это Ущелье Маны. Конечно, в некоторых человеческих сказаниях его называют Каньоном Реи.

При этих словах тело Орелиан дрогнуло.

— Каньон Реи… он реален?

Она смотрела на опасный пейзаж перед собой с недоверием. Она слышала эту историю в детстве: о далёком, легендарном Каньоне Реи, где те, кто прошёл его испытания, обретали право вознестись на Седьмое Небо. Теперь, похоже, правда тех легенд лежала перед ней. Это был путь, который каждый маг должен был пройти, входя в Эндимион. Это была не просто естественная дорога — это было также первое испытание Эндимиона для всех прибывающих. Эндимион, этот Город Магов, был не просто парящим островом — он был живым городом, городом с собственной волей. В зависимости от гостя испытания здесь различались по сложности. Чем сильнее была сила, тем больше опасность. Это означало, что каждый маг технически мог войти в Эндимион, но испытания решали, какого слоя он по-настоящему достоин достичь.

Виктор хорошо знал это место. В игре он тоже здесь бывал. Хотя Ущелье Маны и было частью парящих островов Эндимиона, технически оно не входило в сам город. Для игроков это была просто зона фарма монстров. Он снова посмотрел вперёд. Опасности, что могли здесь появиться, были ему уже хорошо известны. Даже существование босса, правящего этой областью, он помнил в деталях.

Внутри каньона хаотичная мана бурлила без конца. Молнии и ураганы обвивали узкую тропу через ущелье. Никто не знал, рухнет ли этот мост в следующую секунду под годами разъедания.

Кокотт следовала близко позади Орелиан и Виктора, готовая действовать, если возникнет опасность. Хотя Ущелье Маны обычно не было особенно опасным — в конце концов, это было всего лишь место испытания, — нестабильная мана внутри делала его опасным для обычных магов. Хаотичный поток мог разорвать магическое ядро мага, навсегда разрывая его связь с магией. Даже маги четвёртого ранга чувствовали, что их заклинания здесь сильно ограничены.

Но в игре Ущелье Маны было драгоценной зоной фарма. Монстры здесь в среднем имели тридцать пятый уровень и выше, и, прожив так долго среди магической турбулентности, они инстинктивно научились владеть стихийной силой и иногда даже использовали её для охоты на добычу. Под долгим влиянием магии их нравы стали куда более яростными. Виктор пересёк это ущелье сотни раз в памяти.

— Орелиан.

Орелиан заморгала в замешательстве.

— Учитель, что такое?

— С этого момента следуй за мной вплотную. Не двигайся сама по себе.

Кокотт лениво глянула на Виктора и обратилась к Орелиан:

— Тебе лучше послушаться его. Иначе… Ты ведь видела фейерверки? Если двинешься неосторожно, через мгновение можешь сама стать одним из них.

Услышав это, Орелиан вздрогнула. Кокотт, лёжа на своём облаке, пристально смотрела на Виктора, и её мысли были нечитаемы.

— Вам просто нужно достичь конца этого ущелья, — тихо произнесла она. — Это займёт около двух часов. Если вы достаточно достойны, то, пройдя здесь, вы достигнете легендарного Седьмого Слоя — Небесных Земель.